Хорошие привычки

Самый посещаемый форум Гранд-лайн «Сплетницы», 1-я страница темы «Что с Ророноа?!»:

КаринGoldDigger: Слышали новость? Ророноа в больнице. Журналистам никаких комментариев не дают! Ужас, что с ним?! Коала-каратистка: Жесть. Baby_05: У меня подруга в Мариджоа работает, говорят, он в коме, и с одной палате с Блэклегом лежит. И тот Ророноа даже бьет! Коала-каратистка: Же-е-есть. Лола: Почему в одной? Морковка: Ты что, не знаешь? Так часто врачи рекомендуют, если в коме. Так больше шансов, что быстрее из комы выйдет. Особенно если по Связи говорить. КаринGoldDigger: Вот ведь… даже после расставания его Блэклег в покое не оставит. Бедный Ророноа что — до конца жизни теперь к нему привязан? Это же издевательство. Маншерри: А что случилось-то? Альвида: Я слышала, что Ророноа кого-то спасал из рушащегося здания. Он же герой! Афепандра: А я слышала, что из горящего. Ширахоши: А мне кажется, что из тонущего… Альвида: Ширахоши, детка, и как ты себе это представляешь?

***

      В больничном коридоре послышался цокот каблуков, и всегда готовый встретить леди с улыбкой Санджи попытался присесть в постели. Он тяжело возился, потому что подушка сползла, а сидеть без ее помощи у пока еще слабого Санджи не хватало сил. Но он же не мог показать это прекрасной меллорин!       Когда он наконец справился с подушкой и устало прислонился к спинке кровати, то вздрогнул. Зоро лежал на соседней кровати, все еще опутанный датчиками и капельницами, только в сознании. Его голова был неестественно повернута на подушке в сторону Санджи, глаза открыты, а рот изогнут в маниакальной улыбке.       В прошлый раз после того, как врачи осмотрели Зоро и остались довольны показателями, его опять погрузили в сон. Так что поговорить они не успели, впрочем, Санджи не особо стремился к этому моменту. — Т-т-ты чего это, Маримо? — опасливо уточнил Санджи. Все же пялился на него Зоро довольно диковато. Зоро с упоением вдохнул, насколько позволяли бинты на груди. — Ничего, Завитушка. Как ты? — Я? Да явно получше, чем ты, — удивился Санджи. Он привык в последние дни волноваться за Зоро и совсем позабыл, что тоже лежит в больнице с травмами. — Как видишь, очнулся пораньше тебя, Маримо. На… пять дней, — Санджи нагло накинул себе деньков для солидности. Зоро свел брови в подозрении. — И какой сегодня день недели и число? — А ты что, на воскресные танцы собираешься? Так Луффи последние костыли для Нами утащил! — вспылил Санджи, нещадно краснея.       Зоро иронично хмыкнул, раскусив хвастливого Завитушку. Но пялиться не перестал, будто не мог насытиться, поедая его глазами. Они оба живы, все разрешилось, и дурной Завитушка тут — рядом, только руку протяни… Зоро схватил воздух рукой под одеялом, Завитушкиной руки не было. — Эй, бровастый…       Договорить он не успел, в палату быстрым шагом вошла ожидаемая Санджи меллорин. Это оказалась очень красивая, но бледная медсестра со светлым каре. Вперед себя она толкала тележку с лотками из столовой. — О, нас посетила прекрасная и утонченная леди, мы польщены, — растекся Санджи в комплиментах. — Один ваш вид заставляет чувствовать себя лучше! — Ророноа-сан, я Синдри, я прошла проверку безопасности и буду следить за вашим состоянием. Начальник полиции приказал сократить число сотрудников с доступом в палату, — отстраненно представилась медсестра, полностью проигнорировав Санджи. — Сократить? С чего бы это? — Потому что мы же слишком много знаем о махинациях Дофламинго и Роба Луччи, Маримо, неужели не ясно? — Санджи поспешил перебить беседу, чтобы она не перетекла на визит Белоуса по поводу Ичиджи. Еще ему не хватало вешать свои проблемы на едва оклемавшегося Маримо. Но Зоро зацепился за другое: — Кстати, кто такой этот Луччи? — Обед, — Синдри просто игнорировала их беседу. Она положила лоток с едой на тумбочку у кровати Марко, тот сонно потянулся — из-за ранения он постоянно дремал. Синдри аккуратно составила лоток и напиток около кровати Зоро, а порцию Санджи шмякнула на его тумбочку. Вот только доктор Хирурук подкатил кровать-каталку Санджи поближе к Зоро, потому тумбочка с обедом оставалась в недосягаемых для Санджи трех метрах — у соседней стены. Санджи озадаченно захлопал глазами.       Синдри, впрочем, это ни капли не смущало. Она предельно лаконичными движениями вернулась к Зоро и распечатала обед, явно намереваясь кормить пациента с ложки. — Отцепись от меня, женщина! Я и сам поесть могу! — Неандерталец, не груби милой меллорин! — В тебя бы пихали все подряд! Да отвянь ты! — зарычал Зоро, кусая Синдри за ложку, злой больше своей слабости. — Тогда я был бы счастлив! — Да? Ну-ка давай… Эй, а почему твой обед там? — Зоро встревожился, Завитушка будет есть в другой части палаты? Рука снова скользнула под одеялом по пустоте. — Обеды следует помещать на тумбочки. По инструкции, — холодно пояснила Синдри. — Видишь, нельзя заставлять девушку нарушать указания! — А как ты жрать-то будешь?       Тут Синдри наконец оставила Зоро в покое и уставилась немигающим взглядом на бортик постели Санджи, плотно прижатый к бортику Зоро. Она резко положила ложку и вцепилась в каталку Санджи. С легким скрипом его кровать двинулась за медсестрой, на полпути она толкнула каталку с радостным Санджи к противоположной стене. Затормозил он только от удара о стену. — Эй, эй, верни обратно! — заметался примотанный датчиками и трубками Зоро. — Пациенты должны принимать пищу на своих местах, — прокомментировала Синдри, смерив Санджи презрительным взглядом. — А кровати располагаться согласно планировке.       И вышла. — Вот стерва! — Зоро бросил уже в закрытую дверь. — Не сквернословь про меллорин! Ой, милая девушка забыла дать мне приборы… — Санджи озадаченно посмотрел на пищевой лоток, брошенный к тому же вверх ногами прямо на его тумбочку. Одному Марко еду подали как надо, однако он слегка смущенно не решался приступать к трапезе, наблюдая за неспокойной парочкой. — Что, покормить тебя с ложки? На своей шкуре прочувствуешь, — заухмылялся как-то слишком счастливо Зоро.  — Ха, вот еще, сразу как очнулся, два дня сам ем! — Значит, два! А мне говоришь пять… — Санджи-кун, мне нужно… О, привет, Зоро! — в палату, как к себе домой, вошла Нами. На этот раз без группы поддержки, потому что помогала себе сама двумя костылями — изящным синим и громоздским белым, явно из разных наборов. — Хэй, почему они не сказали мне, что ты очнулся?       Нами с трудом доковыляла до Зоро и неуклюже отставила один костыль, чтобы нагнуться и обнять угрюмого друга. Тот даже упрямиться не мог — сил не хватало. Потому сделал вид, что позволяет Нами неловко тискать себя. — Спасибо, Луффи сказал, как вы нас вытащили. Спасибо, большое спасибо, что нашел Санджи-куна. Если бы спаслась только я, то я бы себе не простила, — тихо прошептала она. — И прости за все, что я тебе наговорила. Впредь я буду на твоей стороне. Я облажалась, впервые Кошку-воровку обвели вокруг пальца… — Ведьма, — как-то удивленно прошептал Зоро. На его веку Нами извинялась… впервые? — Тупица, — со смехом ответила Нами, впрочем, тут же отворачиваясь от Зоро, чтобы спрятать скопившиеся в уголках глаз слезы. Она задорно тряхнула короткими волосами и устремилась к кровати Санджи. — Мне нужно укрытие, так что я посижу у вас. — Укрытие? Нами-сан кто-то угрожает? Я не позволю никому… — Да нет, нет, все нормально, — Нами опустилась на кровать Санджи у дальней стены, прислонила к спинке костыли и порылась в кармане. — Просто Луффи и Эйс притащили мне костыли вместо кресла. Как компенсацию. Луффи стащил белый где-то на третьем этаже, а Эйс прискакал весь в мыле аж с седьмого… — Нами извлекла наконец несколько бутылочек с лаком для ногтей. — А что нужно сделать с угнанной тачкой в первую очередь? — подмигнула она всем в комнате. — Вернуть владельцу, — сказал Зоро. — Снять номера? — с сомнением уточнил Санджи. Марко просто поперхнулся. — Нет же! Перекрасить! — возмутилась Нами незнанию таких базовых вещей. Передала в руки Санджи костыль, чтобы держал крепко, и приступила к покраске угнанного средства передвижения. — И главное, ребята, запомните — не светить тачкой на основной базе до перекраски. — Пфе, Ведьма. Ты же почти сама ходишь, — и на языке Зоро это означало: «Я рад, что с тобой не случилось ничего серьезного». Нами прекрасно понимала его язык и усмехнулась. — Да, мне даже лучше, чем я говорю врачам. Просто не хочу быстро выписываться. Лучше пригляжу тут за вами, ребята, закончу некоторые проекты, — Нами вдруг подмигнула Марко. — Тем более из-за угрозы от банды Дофламинго, я пока вернусь к Луффи и Эйсу на квартиру, там в разы безопаснее. Спешить некуда, если я заеду туда в гипсе, то с их энергией они мне еще что-нибудь сломать умудрятся, — Нами счастливо засмеялась. — Точно, ведь с бандой Дофламинго еще не покончено, — Санджи замер с костылем в руках. — Нами-сан, вряд ли мне стоит возвращаться в «Барати» после выписки. Это может быть опасно для персонала. Могу я пару недель тоже побыть на квартире Гарпа? — Э? — не понял Зоро. — А домой не собираешься, бровастый? — Домой? — на этот раз не понял Санджи. — Бандиты могут подорвать «Барати»… — Да не в ресторан! Домой! — Зоро аж голос повысил, и сразу же устал, вилка от бессилия выскользнула из руки на покрывало. — На нашу квартиру, — хрипло договорил он. — Твою квартиру? — озадачился Санджи. — Зачем? — Жить. — Но ведь… ты там живешь, — удивленно уточнил Санджи, будто Зоро предлагал какую-то нелогичную глупость. — И это, блять, не открытие. Мы всегда там жили. — О, — Санджи задумался. — О, так это приглашение. Очень мило с твоей стороны, Маримо. Но я все же не буду тебя стеснять. Думаю, Эйс найдет для меня безопасное местечко. — Завитушка, ты охренел? — Что? Почему? — Санджи захлопал глазами. — Какого рожна ты ломаешься и не хочешь ехать домой?! — показатель пульса на датчике Зоро пикал, не переставая. — Зоро, это твой дом.       Зоро потянулся из последних сил к тумбочке, пытаясь нашарить кнопку вызова врача. — Что такое, тебе плохо?! — Санджи подорвался, тут же забывая, что теперь он просто хороший друг. — Тебе нужен врач?! — Нет, это я для тебя зову. Видно, что башку все же повредило. Совсем кукухой поехал. Пусть осмотрят получше. Таблетки какие выпишут.       Марко закашлялся. — Санджи-кун, все же прояснилось? — Нами озадаченно повернулась, занесенная над костылем кисточка лака сохла в руках. — И что вся ваша ссора — происки Луччи. И что Зоро тоже обманывали.       Санджи с силой сжал губы, чтобы его лицо не превратилось в болезненную гримасу. Не было никакой ссоры. Он прекрасно помнил те сомнительные смс: «Ты знаешь, с кем твой отклик?», «Знаешь, что сейчас делает Ророноа Зоро?», которые должны были пошатнуть его безграничное доверие Зоро. Но в те счастливые времена невинности они отлетали от Санджи, как от стенки горох. Ничто не могло поколебать его веру в Зоро, своему отклику он верил больше, чем себе. У Луччи ни за что не вышло бы разбить их связь.       Перед глазами мельтешило солнечными зайчиками то теплое утро, приоткрытые створки додзе, и Зоро с Кавендишем на чисто выскобленном деревянном полу. Ророноа Зоро целует только тех, кого хочет. — Да что происходит, Завитушка?! Ты очумел сразу в больнице эти фортели выделывать? Как насчет передышки?! Мало того, что целый клан Дофламинго на воле и на нас зуб точит, так еще и в «Барати» этот психопат Ичиджи заявлялся! И ты думаешь, что сейчас самое время дурить?       Ах, вот оно что. Губы Санджи таки дрогнули, искривляясь в некрасивой улыбке. Зоро все же настоящий герой, он не оставляет слабых и беззащитных без помощи. Когда-то еще в той жизни Нами подсказала им выход: объявить, что они отклики и пара, и тогда сияние самого известного спортсмена не позволит Ичиджи и близко к Санджи подойти. Зоро стал его защитным куполом от Винсмоуков. И теперь Зоро словно в заложниках у своего благородства. Он будет делать вид, что все нормально, что они пара. Только бы Ичиджи, ужас перед которым Санджи так постыдно не умел скрыть от своего отклика, и дальше не смел подступиться. Зоро будет думать о поцелуях с Кавендишем, но оставаться с Санджи, потому что тот нуждается в защите его авторитетом.       Можно ли оказаться в еще более жалкой ситуации? Ну нет. Санджи — не невольничьи кандалы для Зоро. Ни за что Санджи не воспользуется благородством Маримо, он позволит своему отклику быть с тем, к кому у него по-настоящему лежит сердце. — Нет, Нами-сан. Я все обдумал. Нам действительно больше не стоит быть вместе, — покачал головой Санджи. — Что? — неверяще уточнил Зоро и затараторил, срываясь в хрип. — Эй, эй, Завитушка, какого черта? У тебя совсем мозги сварились, вкрутую или по какому другому рецепту? Эй, поговори со мной, Бровастый придурок, — Зоро пытался привстать на кровати, но чертовых сил, когда они были так нужны, не хватало, как бы он ни тянул жилы. Бешено блуждающий от подскочившего давления взгляд зацепился за яркое пятно… — Рыжая, волочи его сюда! — Семь тысяч белли. — Заметано. — Нет, Нами-сан! — испугался Санджи. — Ваша нога!       Но Нами перекинула один из костылей на другой край кровати и принялась отталкиваться ими от пола, словно гребла на плоту. Ну уж нет, она уже настроилась на счастливое завершение истории, и упрямый Санджи ей хэппи-энд ломать не будет. Им просто нужно поругаться, подраться, потрахаться, в конце концов, как поправятся. Они же сдохнут от тоски друг без друга, Нами четко поняла это, пока они с Санджи жили вместе. Это просто какое-то мучительное отложенное угасание, у Санджи оптимистично-отчаянное, у Зоро — стоически-мрачное. — Семь тысяч как-то мало, — пробурчал обиженно Санджи, когда они пришвартовались таки к прежней «стоянке». — Для Зоро весь месяц скидка, — пожала Нами плечами. Сегодня она была невероятно щедра. — Я оставлю вас тогда, мальчики? Постарайтесь не травмировать морально Марко, у него тонкая душевная организация!       Она подмигнула Марко и сползла на угнанные костыли. Тот чувствовал себя крайне неловко, становясь свидетелем чужой личной драмы.       Санджи исподволь глянул на теперь уже не счастливо, а очень озабоченно разглядывавшего его Зоро. Ну да, теперь он видит в нем нуждающегося в защите слабака, которого невозможно оставить даже ради новой любви. Наверняка считает себя по гроб обязанным, раз Санджи дал ему еще шанс после того, как Маримо отказался от отклика в детстве. Глупый, глупый Маримо, ты не заключал с Санджи никаких посмертных контрактов. Сердцу невозможно приказывать, поверь, Санджи пытался. И любовь не то, в чем можно дать слово, и оно останется неизменным. Зоро такой смешной.       И неожиданно для себя Санджи впервые после злосчастного утра в додзе посмотрел на Зоро и искренне ободряюще улыбнулся. Он любит Зоро, и не позволит ему наделать глупостей. — Все хорошо, Маримо. Просто пришло время двигаться дальше. — Нет, ты чего, Завитушка? Прекрати эту дурость! Что опять за несварение мозгов? Спираль таки пробурила твою черепушку? Иди сюда, придурочная завитушка, ты думаешь, я так просто с этой херью соглашусь? — зашептал вдруг Зоро отчаянным голосом. Таким, который не позволял слышать никому, кроме Санджи. И то, что сейчас в палате с ними был еще и Марко, пугало Санджи, словно Зоро был действительно на грани. — Все сложится отлично, Маримо. Ты зря волнуешься. — Зря волнуюсь?! Очумел совсем, заявляешь мне, что…       В который раз их прервали. В палату снова вошла Синдри, и Зоро с рыком закрыл глаза. — Вызывали медсестру, Ророноа? — Что? Э? Ах да… — Зоро и забыл, что успел таки нажать кнопку вызова. — Мне… нужны еще приборы, те я уронил.       Синдри невозмутимо достала из кармана халата столовый нож, вилку и ложку и протянула Зоро. Санджи не посмел задавать разрывающих его уточняющих вопросов. — У меня есть вилка, бровастый. У тебя же ее нет, да? Есть, небось, хочешь, — заявил очевидное Зоро, кажется, он был рад своей находчивости. — Что? Ты собрался приручить меня едой? Серьезно, Маримо? Думаешь, я поддамся на такое? — Зависит от того, сколько тебя не кормить, — расплылся в улыбке Зоро, поигрывая вилкой. Бровь у Санджи дернулась, и он потянулся выхватить приборы с соседней кровати. Зоро ткнул его вилкой. — Эй, какого! — Санджи замахнулся в ответном ударе, но в последнюю секунду его рука зависла над Зоро: он не может ударить ослабевшего, всего перебинтованного Маримо. Тот же, похоже, специально спровоцировал драку и рывком из последних сил перехватил запястье зависшей руки. — Попался! — Зоро просиял как туземец, поймавший крупную дичь. — Пу-пу-пусти, Маримо! — и с чего Санджи заливается краской?! — И не подумаю. — Н-н-н-не смешно! — а скорее жестоко так играть с Санджи, даря ему ничего не значащие прикосновения. Санджи слегка задергался, чувствуя, как трудно ослабевшему Зоро удерживать руку. Но упрямое Маримо не отцеплялось, только на лбу проступила испарина. Санджи готов был сломаться, лечь покорно рядом и позволить Зоро держать его за руку, лишь бы он не перенапрягался. Но ситуацию внезапно разрешила Синдри. — Вы беспокоите больного, — она взяла Санджи за запястье чуть ниже хватки Зоро и рывком выдернула его из руки отклика. — Вы должны находиться на своем месте. — Верни обратно, ты что творишь! Не твое — не трогай! — возмущался Зоро.       Но спасительница Синдри снова оттолкнула каталку Санджи в стену. Того слегка тряхнуло от удара, но в целом он был ей благодарен. Ему потребуется стойкости, как на подвиг, чтобы дотянуть до выписки. Но он справится, это ведь ради Зоро.