Булочка с корицей. Руками не трогать

Коннор завершил процедуру передачи информации Лютеру как раз в тот момент, когда в дом вернулись Алиса и Кара. Алиса держала в руках венок из нежных ромашек и других трав, которые Коннор определил как «сорняки». Но в целом композиция смотрелась умилительно красиво. Алиса подбежала к Лютеру и вытянула руки с венком, андроид с улыбкой наклонился к малышке, чтобы та могла дотянуться до его головы. Когда Алиса с гордостью, с какой на голову монарха возлагают корону, надела венок Лютеру на голову, Коннор подумал, что это одна из самых милых и слегка нелепых вещей, которые он видел. Лютер искренне улыбался и благодарил Алису за красивые цветы, и Алиса, раскачиваясь на ногах с пятки на носочки, улыбалась также ярко. В груди Коннора потеплело. В тот же момент Алиса и Коннор столкнулись взглядами, и глаза девочки расширились. — Коннор! — крикнула она. — Стой тут, я хочу кое-что тебе показать! — и со скоростью ракеты убежала по лестнице на второй этаж. Трое взрослых андроидов остались в прихожей в ожидании девочки. Коннору было любопытно, что именно она хотела показать ему. Пока Коннор ждал с несвойственным ему нетерпением и любопытством, Кара вдруг переменилась. RK800 не заметил бы этого, если бы не взглянул на её напряжённую позу и замкнутое лицо, так как голос оставался спокойным и непринуждённым. — Коннор, — позвала его Кара. — Ты ведь был спрограммирован как андроид-детектив, да? — Верно, — кивнула Коннор, не понимая, к чему именно она клонит. — Значит, ты знаешь, как можно выбраться из дома в случае... — Кара замялась, — ну, знаешь, беды или катастрофы, например. Коннор слегка нахмурился, не понимая, почему Кара вдруг задалась этим вопросом. На данным момент не было никаких причин для беспокойства и тревоги, и уж тем более для того, чтобы планировать побег. Наверное, стоило спросить её об этом, но сначала Коннор всё же решил удовлетворить её любопытство. Андроид обвёл глазами гостиную и кухню, которые открывались ему из прихожей. У него не было доступа ко второму этажу, поэтому он не мог сказать, как можно сбежать оттуда. Но Коннор и без этого смог выдать довольно впечатляющий ответ. — Моя система предлагает мне 286 вариантов, — выдал RK800 после нескольких секунд мыслительного процесса. — Каждый из них может быть максимально удачным в зависимости от различных факторов, влияющих на ситуацию. Так или иначе, все зависит от того, каких результатов я хочу добиться и каковы мои мотивы. Средств для их реализации в любом случае достаточно. — Он слегка улыбнулся, вспомнив старую плохую шутку, услышанную когда-то в участке. — Даже если вас съели, у вас есть как минимум два выхода. Кара шутки не оценила, но краешком губ улыбнулась. Правда, как показалось Коннору, несколько грустно. — Даже три, — сказала Кара. — Парадный, задний двор и окно на втором этаже в комнате Алисы. Парадная дверь заперта, окно заклинило... так что в итоге у меня тогда и не было выбора. Коннор немного помолчал. Кажется, Кара серьёзно озаботилась вопросом безопасности этого дома. Она сказала, что они живут у человека, которого Алиса считает своим отцом, но Коннор не видел, чтобы Кара чувствовала себя тут в безопасности. — Почему ты вдруг решила спросить меня об этом? — всё же задал он вопрос. Он хотел докопаться до сути проблемы и помочь по возможности. Должен же он как-то оправдать свое присутствие здесь. — Был момент, когда то, что ты только что сказал, могло бы нам помочь... — многозначительно ответила Кара и отвела в сторону взгляд. — Я столько всего не вижу и не могу понять... Чего она от себя хочет? Её модель довольно устаревшая: она простой робот-домохозяйка, купленный наверняка по акции (Кара не знала этого точно, но серьезно предполагала, так как другой возможности купить её у Тодда не было). Не ей тягаться с Коннором в вычислительной мощности и анализе. — Все мы порой чего-то не замечаем, — Коннор звучал уверенно. Он не размышлял, он констатировал. — Мне говорили, что иногда я не замечаю самых простых вещей. А ведь меня создавали для того, чтобы я замечал все. И как бы странно не было это осознавать... Я вынужден признать, что в техническом паспорте возможности новых моделей зачастую переоценивают. Коннор сказал это так, как будто до сих пор не мог простить себя за несоответствие рекламным лозунгам, особенно после девиации. Но когда он был машиной, он не видел всю картину мира даже на сотую часть, притом что ежесекундно сканировал её по пикселям. Ну, по крайней мере Коннор начал понимать, что не все понимает. — Забавно, я так и не понял, про что именно говорил Хэнк, когда сказал, что я не замечаю очевидного, — иногда программа требовала обогащать беседу вставками из раздела «Забавные случаи, произошедшие со мной за время моей эксплуатации». — Его слова плохо сочетались с тем фактом, что он пытался заставить меня надеть куртку. Коннор спросил это, как будто рассуждая. Когда он обратил внимание на Кару, та смотрела как бы сквозь него. Её взгляд был расфокусирован, и Коннор понял, что когда он говорит о Хэнке, андроиды вокруг него ломаются. Разрушительная сила лейтенанта Андерсона настолько велика? Кара на самом деле не сломалась. Робот-домохозяйка просто все это время пыталась понять: это Коннор так шутит, это он так пытается заставить её почувствовать себя умнее, или это он правда не понимает такого простого жеста заботы? Она пыталась прикинуть вероятности каждого варианта, но система выдавала цифры с гигантской погрешностью... — Ты правда не понимаешь? Обрывок вопроса Кары утонул в диком крике «Коннор!», который раздавался со второго этажа. Потом послышался топот детских ног, и вскоре в коридор выбежала Алиса. Её поза была уверенной, она широко улыбалась, её глаза горели... у неё в руках была электрогитара. — Смотри, как я могу! — громко закричала девочка, и, перекинув ремень от гитары через голову, сыграла несколько мощных аккордов. Она не подключила колонки, но звук был очень объемным и живым, как будто Алиса, пропустив через свою душу музыку, делала её богаче и громче лучше любого усилителя. Коннор почувствовал, как что-то в нем откликнулось на эти звуки, словно Алиса задела какую-то струну в его механической душе. Алиса играла довольно страстно, она щурилась от удовольствия, пока играла. Было видно, что ей самой чертовски нравилось это делать. Она трясла головой в такт музыке, отчего её волосы растрепались, что делало девочку еще больше похожей на рок-звезду. И наконец, когда пришло время финального и самого сильного аккорда, Алиса встала на колени, и как на санках скатилась по лестнице вместе с гитарой. Кара поняла, что ей снова придется зашивать дочке джинсы. Но всё равно она ей очень гордилась. — Ну как? — Алиса уставилась на застывшего Коннора большими радостными глазами, и тот... растерялся. Хэнку бы точно понравилось. Это было очень... Очень энергично, очень сильно, очень живо, очень... очень, и Коннор не знал, как объяснить новые для себя чувства так, чтобы это звучало внятно и совсем не глупо. — Это... здорово, — с небольшой заминкой ответил он, мельком улыбнувшись Алисе. — Вышло очень... очень, — он кивнул, не договорив в итоге, что конкретно это «очень». Алиса, кажется, немного поумерила пыл, но продолжала улыбаться. — А поподробнее? — спросила она, с надеждой смотря на Коннора.— Что ты почувствовал? Коннор почувствовал много нового, но, кажется, его внутренний андроид решил воздержаться сейчас от анализа чувств, иначе всё внутри него просто сломается. Поэтому RK800 решил придерживаться своей зоны комфорта. — К сожалению, я не способен воспринимать музыку на эмоциональном уровне, — механическим голосом сказал Коннор, и улыбка Алисы медленно сползла с лица. — Но я с уверенностью могу сказать, что это было очень... профессионально. Коннор улыбнулся. Алиса улыбнулась в ответ, но уже не так ярко, как до того. Кара, переведя взгляд с одного на другую, подошла к Алисе, мягко взяв ту за плечи. — Ты помыла руки после сада? — Ой, — сконфужено сказала Алиса, — я забыла. Кара взяла у Алисы гитару и материнским тоном приказала: — Тогда иди в ванную, гитару я положу в твою комнату. Алиса кивнула и вбежала вверх по лестнице на второй этаж. Кара обернулась к Коннору на секунду и последовала за ней. Коннор начал чувствовать себя неуютно. Он вдруг подумал, что ему стоило ответить по-другому, но что он мог ответить? Он сам не понимал, что конкретно почувствовал, и он не знал наверняка — значит ли это, что ему понравилось, или наоборот. Он не хотел никого расстроить. К андроиду подошёл Лютер. Он выглядел несколько озадаченным, будто перед ним стоял пришелец, а не андроид. — Ты в порядке? — с долей обеспокоенности спросил Лютер, покосившись на висок Коннора. Диод горел жёлтым с того момента, как Алиса закончила играть. Коннор неуверенно кивнул. — Я же видел, как у тебя глаза блестели. Ты прямо замер, пока она играла. Странно, что ты ничего не почувствовал... — всё ещё удивлённо говорил Лютер, и Коннор задумался о том, как выглядел в тот момент со стороны. Ему стало ещё более неуютно, ибо он в какой-то момент перестал себя понимать. — В системе были определенные сбои... — неуверенно сказал он, будто сомневаясь, что делает правильно. — Но со мной такого раньше не случалось. Я не уверен в природе этих сбоев, но я не знаю, как что-то такое может тронуть андроида. Я не хочу утверждать о том, что могу что-то чувствовать, если не уверен в этом. Я не должен её обманывать. Лютер хмыкнул с долей изумления и покачал головой. Он взглянул на Коннора. Они виделись впервые, но Лютеру Коннор показался компетентным и смышлёным андроидом, знающим свое дело. Но сейчас RK800 выглядел довольно потерянным. Парень, впервые столкнувшийся с эмоциями и не умеющий их анализировать и понимать, нуждающийся в поддержке и помощи. — Если ты не уверен в том, что ничего не чувствовал, ты все равно её обманываешь. Возможно, даже сильнее. Коннор был вынужден признать, что что-то разумное в таком рассуждении было. — Программа предложила мне этот вариант ответа. Я растерялся и сказал то, что запрограммирован был сказать. Он проанализировал свои же слова. Ему почему-то хотелось оправдываться. Скорее всего, это значит то, что он жалеет о сказанном. Пора перестать говорить то, что от него хотели бы слышать создатели. — Гораздо лучше сказать что-то, что хотела бы слышать Алиса... — как бы продолжил Лютер, словно все это время читал его мысли. — Она учится музыке, чтобы вызывать эмоции. Она очень старается. И даже если ты не почувствовал чего-то... тебе должно быть несложно ей подыграть. — Чтобы она не расстраивалась, что я ничего не чувствую? — уточнил Коннор. — Хотя бы для этого. — Выглядело так, как будто это должна была быть точка в их беседе. Но Лютер отвлекся и начал рассказывать нечто, казалось бы, на первый взгляд, отвлеченное. — Иногда мы с Алисой играем в лошадку. Я лошадка. Алиса ухаживает за мной, кормит морковкой с руки и заплетает косички. Иногда даже, когда мы не играем не в лошадку... — Но вы не лошадка? — поинтересовался Коннор на всякий случай. — Не совсем, — засмеялся Лютер. Это было забавно, потому что до этого грузового андроида «лошадкой» так мило назвала только Алиса. — Но если кто-то будет счастливее от того, что у него появилась лошадка... я готов признать, что мне идут косички. Брови Коннора удивлённо приподнялись. Трудно было представить Лютера с косичками, и Коннор был склонен предполагать, что они ему не пойдут. Но, тем не менее, он, кажется, понял, что хотел сказать ему Лютер. Даже если Коннор не уверен в себе и в том, что с ним происходит, ему стоит стать искреннее по отношению к Алисе, чтобы ей в его компании было хорошо. Не то чтобы это была простая задача, но наличие задачи само по себе обнадеживало. Коннор отвлёкся от мыслей, когда Лютер ободряюще хлопнул Коннора по плечу и улыбнулся ему. Коннор неуверенно вернул ему улыбку. В этот момент вернулась Кара, она дружелюбно обратилась к Лютеру: — Я собираюсь приготовить ужин, у нас остались продукты? — Тодд сейчас в магазине, как раз обещал купить овощи, так как у нас кончились. Кара кивнула. — Тогда дождусь его. Коннор предположил, что Тодд — это хозяин дома. В этот момент с громким топотом по лестнице сбежала Алиса и прыгнула в руки Лютеру, который наклонился в этот момент для того, чтобы поймать её, как маленькую бабочку. — Мы с Алисой пока немного прогуляемся по двору, верно? — улыбнулся он довольно искренне, и Алиса воскликнула громкое «Да!». Лютер рассмеялся. — Тогда вперёд! — андроид усадил девочку себе на плечи и Алиса, словно всадница, восседала на нём, указывая дорогу. Лютеру пришлось сильно присесть и немного пройти боком, чтобы пройти через проём в двери. Он сам по себе был слишком высоким для нее, а с Алисой на плечах они едва ли не собирали пыль с потолка. Коннора этот факт развеселил. Каре нужно будет меньше мыть, но больше стирать. В итоге, КПД нулевой. Дверь за ними закрылась, и сияющее лицо Кары вновь накрылось тревогой. Это вызвало в Конноре смятение, и не потому, что он подумал, что дело было в нём, а потому что знал, что дело было в семье Кары. — Ты ведь понимаешь, что твой страх не рационален? — издалека начал Коннор, стараясь как-то успокоить Кару. — Рядом с Алисой очень надёжный друг, он защитит её. — Я знаю, — в голосе Кары звучала усталость. — Я не могу ничего поделать с собой. Это как навязчивая идея и постоянное ожидание опасности. — Кара опустила взгляд, проведя рукой по деревянным перилам, потом она взглянула на Коннора, и тот усомнился в том, что эта женщина — андроид. По крайней мере, в том, что она вообще когда-то им была. В её глазах сквозил страх и отчаяние. — Я хочу быть способной защитить того, кого люблю. — У тебя до сих пор это довольно успешно получалось, — резонно заметил Коннор. — Чтобы попасть в Канаду, вам пришлось через многое пройти. Я думаю, я был не единственным, кто пытался подвергнуть вашу жизнь опасности. И только тот, кто способен защитить то, что любит, смог бы сделать то, что сделала ты, Кара. — Я не способна, — упрямо стояла на своем девушка, — я просто очень сильно их люблю. И ради них готова многим пожертвовать. И сейчас я понимаю, что наверняка могла бы обойтись без жертв, но тогда я отчаянно не знала, как. Нам помогали другие андроиды и люди, и без того, чем они пожертвовали, мы никогда бы не пересекли границу. Я не контролировала ситуацию. Я доверяла будущее своей семьи случайности, — тяжело произнесла Кара. Она перевела взгляд на Коннора, как будто искала в его глазах понимание. И, кажется, его нашла. Робот-детектив сканировал её состояние, возможно, он уже понял, к чему она клонит, но не оборвал, не перебил, а на лице его совсем не было упрека. Коннор немного опустил голову, стараясь показать, что сожалеет о том, через что Каре пришлось пройти, но при этом он продолжал смотреть на неё. Каре показалось: это значит, что Коннор хочет помочь. — Я... много думала о том, что значит быть человеком. Это значит держать судьбу в своих руках. Самому решать, что и как делать. Я хочу сделать все правильно и защищать не только тех, кого люблю, но и убеждения, которые они разделяют. Результат важен, но то, каким образом ты его добился, имеет огромное значение. И для того, чтобы выбрать максимально правильный способ, нужно иметь из чего выбирать. Нужны варианты. И... — Кара замялась на этом месте. Она так устала быть слабой... — Для этого тебе нужна частичка меня? — предположил Коннор. — Мое программное обеспечение? — Да. — Кара почувствовала облегчение. Она была рада, что Коннор обо всем догадался сам и избавил её от необходимости озвучивать просьбу. Это было так странно. Некоторые намеки Коннор не понимал в упор, а что-то схватывал с полуслова. — Я готов помочь, — коротко отчеканил робот-переговорщик. Да, он вот так легко согласился на то, чтобы кто-то залез в самую глубь его мозга. Хотя... — Но кое-что я должен буду получить взамен. — Не то чтобы у нас было много чего-то, что можно дать взамен... — что не удивительно. В случае с девиантами, самое дорогое что у них было — это они сами. Даже по рыночной цене. — Ты можешь дать мне частичку себя... — тихо сказал, Коннор, отводя взгляд. Почему-то он почувствовал себя смущенным. — Часть твоей программы. Каре этого бы очень не хотелось. Программы ей было не жалко, но она совсем не понимала, что такого может понадобиться Коннору у неё в голове. Он что-то замышляет? — Зачем тебе программа андроида-домохозяйки? — сказала она и грустно усмехнулась. Так она напрасно пыталась скрыть свое опасение. — Я хочу быть способным позаботиться о том, что люблю, — коротко произнес Коннор. Речь Кары его очень тронула, и голос предательски дрогнул на слове «люблю». Так непривычно было его произносить. — И хочу быть способным любить так же сильно... Кара на секундочку задумалась. Разве андроиду нужна какая-то дополнительная программа, чтобы заботиться или любить? Её чувства — это ведь не просто фоновый процесс, не обычный исполняемый файл... правда же? Кара не верила в это, но это могло оказаться правдой. Если бы её спросили, можно ли откуда-то скачать чувства и через какой диспетчер задач их лучше инсталлировать... она бы покрутила пальцем у виска. Но Коннор не спрашивал, он просто просил. Робот-детектив был уверен, что без дополнительной программы он не справится и в определенной сфере жизни будет беспомощен... — Хорошо. Я согласна на обмен. — Обмен программой, алгоритмами, но не воспоминаниями. Ничего личного. Все должно пройти гладко. К тому же, если Коннору нужна её программа просто для того, чтобы лучше заботиться о... ком бы то ни было, то Кара не должна ему мешать. Это хорошая цель. — Замечательно, — Коннор ответил коротко, но не механически. Не совсем механически. Чувство галочки напротив поставленной цели заставило Андроида очень натурально улыбнуться. — Начнем? — Определенно, — кивнула головой Кара и привычно протянула руку вперед. — Нет, не так, — отрезал Коннор и почему-то начал снимать с себя пиджак. Каре это действие показалось нелогичным. Неужели она чего-то не знает о процессе обмена данными? — Мы собираемся закачать друг другу в голову программы, а не просто файл, — пояснил робот-детектив, убирая свой пиджак в шкаф. — Если мы потеряем связь в процессе обмена, из нас получатся просто красивые манекены. Нужен гораздо более плотный контакт, — с этими словами Коннор начал расстегивать маленькие пуговки на своей идеально-белой рубашке и слегка приспуская её с плеч. Кара была к такому не готова. Ничего личного, да? Просто обмен программами, да? — Мне нужно все твое... На этих словах Коннора прервал тихий пищащий звук, будто от вскипевшего чайника. Видимо, тириум резко нагрел воздух внутри тела робота, из-за чего из ушей Кары едва заметной струйкой потянулся дымок. — ...плечо, — закончил фразу Коннор. — И нам лучше сесть куда-нибудь. Это небыстро. Кара растерянно моргнула. Она открыла рот, чтобы как-то оправдать поднявшуюся температуру тириума, но Коннора это, кажется, не беспокоило, и у Кары вырвалось только слегка неловкое «Оу». — Да... — продолжила она, параллельно провожая Коннора на диван и снимая джинсовку. Под ней была лёгкая майка, поэтому оголяться больше этого, слава богу, не понадобилось. Коннор и Кара одновременно потянулись друг к другу. Коннор закрыл глаза, входя в нужный режим, а Кара положила ему руки на плечи, с которых почти моментально сползла кожа. Кара сосредоточилась. У неё не было желания копаться в системах Коннора больше, чем было необходимо, но она понимала, что такое тщательное и глубокое подключение чревато всплытием глубиной памяти андроида, и этого явления будет сложно избегать. Кара закрыла глаза, углубляясь в систему Коннора. Очень много информации об анализе действий андроида при по меньшей мере 1752 случаев опасной ситуации, и это ещё не всё прогрузилось. Кара мысленно вздохнула. Это будет долго — Коннор был прав, когда попросил присесть. Боевые техники при нападении человека... при нападении андроида... при нападении группы вооружённых людей... при нападении закоротившего ручного пылесоса... программа для анализа ситуации и просчёта разных вариантов развития событий... анализ улик на месте преступл- Стоп, что? Среди программы вылезло воспоминание Коннора о том, как... он макает пальцы в чью-то тёмную, запёкшуюся, грязную кровь, вокруг которой летают мухи, и... Облизывает их. Кара видит это своими глазами. У андроида могут быть рвотные позывы? Или хотя бы желание вычистить рот? Хотя бы чужой! «Мать твою, Коннор, что ты делаешь?!» — разносится крик сбоку, и андроид поворачивает голову в его сторону. Каре хочется закричать с этим человеком в унисон: он будто озвучивает её мысли. Хэнк Андерсон (слишком уж часто это имя встречалось в памяти Коннора) звучал очень эмоционально, он почти срывался на крик, видя, как Коннор тянет в рот спекшуюся подгнившую жижу. «Я анализирую кровь. Я могу провести все тесты на месте. Прошу прощения. Мне следовало предупредить», — чеканит ровным голосом RK800. Ему не противно, не мерзко, не тошно! И Кара чувствует каждым байтом своего сознания готовность Коннора попробовать на вкус любую мерзкую жидкость, если это будет в интересах расследования. Черт, Кара совершенно точно не хочет скачивать себе эту его особенность! «Ладно... просто. Не смей больше жрать вещдоки! Ясно?» — Кара слышит то, что хочет сказать сама. Конечно, андроид-домохозяйка ни при каких обстоятельствах не выразилась бы как матерый коп, но она слышит, как за грубыми выражениями сквозит беспокойство и даже какая-то странная, специфическая забота... о состоянии здоровья чужой психики, например. «Ясно», — Кара только сейчас обратила внимание на дату воспоминания. Ноябрь 2038-го. Меньше года назад, но Коннор здесь говорил совсем как машина. Слишком механически даже для Коннора, потому что он тогда ещё не нашел себя. Он прошел долгий путь и очень изменился... но Кара смотрела на бесконечный список воспоминаний с тэгом «анализ» и почти каждое из этих воспоминаний сопровождалось тэгом «ворчание Хэнка_00х» ...И Кару мучил только один вопрос. «Почему ты не слушаешь своего лейтенанта?» Но вместо этого вопроса Кара на секунду отсоединилась и открыла глаза. В этот момент в прихожей слышится звук открывающейся двери, и Кара против собственной воли напряглась, сжав руку на плече Коннора сильнее. Когда она повернула голову в сторону прихожей, она увидела Тодда. В ней зародилась паника, и девушка не была уверена, вызвано это тем, что она сейчас сидит в одной майке в компании андроида с расстегнутой рубашкой, или то, что этот андроид был из полиции, с которой у Тодда... напряжённые отношения. Хотя какие ещё могут быть отношения с представителями закона у человека, покупавшего и употреблявшего наркотики? Разумеется, только крайне недоброжелательные. Тодду скорее всего не понравится такая компания, он может даже разозлиться. Нужно успокоить его раньше, чем он сделает какие-то выводы. Всё может полететь коту под хвост... Кара отпустила Коннора, и от резкого отсоединения по её сенсорам прошли малоприятные токи. Коннор, похоже, почувствовал то же самое и был растерян, когда Кара быстро накинула джинсовку на себя и выскочила в прихожую. — Привет, Тодд, уже вернулся? Тодд недоуменно посмотрел на Кару снизу — он расшнуровывал ботинки в тот момент, когда девушка почти на него налетела. Но Кара не дала ему времени ответить на приветствие, указывая на Коннора в гостиной, который всё ещё был удивлён, но, кажется, не растерялся. — Это Коннор, — представила она его. — Он... знакомый из полицейского участка, помогал нам сегодня с документами. В благодарность я пригласила его на ужин сюда, надеюсь, ты не против? Тодд удивлённо моргнул, посмотрел на Коннора, потом снова на Кару и произнёс: — Твою мать, из-за тебя количество андроидов в этом доме выросло в два раза! Но раз уж вы свободные и все-такие из себя девиантные, то как я могу быть против? — он злобно буркнул. Кара хотела верить, что злился он больше на не желавшие развязываться шнурки. Она дружелюбно, насколько можно было, улыбнулась ему. — Давай продукты, — сказала она, заметив у Тодда в руках пакет и забирая покупки на кухню. Хозяин дома долго и нервно мялся в прихожей. Робот-полицейский в его доме ничего хорошего не сулит... но отказ от наркотиков все-таки сказывался, и Тодд начинал мыслить здраво. В его доме андроид мог нарыть улики, но самих наркотиков не было. Поэтому он решил не привлекать лишнее внимание к себе и медленно поднялся в свою комнату. Он обещал Алисе получше настроить гитару... Разобрав продукты, Кара вернулась к Коннору. Тот, кажется, что-то анализировал... — Ты очень быстро оделся, — попыталась завязать разговор Кара. — Это тоже часть твоей программы? — Возможно. — Очень полезная вещь, — заметила девушка-андроид, садясь обратно на диван. — Ты хочешь её скачать? — поинтересовался Коннор. — На случай, если тебе понадобится быстро одеться? — ...Я не могу придумать другого случая, когда этот навык был бы мне полезен... — честно призналась Кара. Она больше не собиралась скачивать системные файлы, это был первый и последний раз. — Ты очень рисковала, отключаясь, — уведомил её Коннор. — Если бы ты была внутри моей системы в этот момент, мы бы сейчас не разговаривали. Как удачно, что этого не случилось... — Да-а, удачно-о... — протянула Кара, смущаясь собственной очевидной лжи. — Зачем ты рылась в моей оперативной памяти? — строго спросил Коннор, раскусив андроида. — А... А... — Каре было нечего возразить на самом деле... — А зачем ты всякую гадость облизываешь? Кажется, Коннор хотел задохнуться от возмущения, но вспомнил, что он не может сделать этого. — Я провожу анализ улик прямо на месте. Это сильно экономит время в раскрытии и... — Да, понятно, — нетерпеливо махнула рукой Кара. — Ты хотя бы руки моешь после всех этих (мерзких кровавых луж) анализов? Хотя бы зубы чистишь? Коннор нахмурился, очевидно, не поняв, чего от него хотят. — Извини?.. Осознание того, что Коннор реально никак не пытался очиститься от всей этой гадости, нахлынуло на Кару в виде легкого рвотного позыва. Он выглядел так аккуратно и правильно, что Кара даже подумать не могла, как может ему не хотеться после всего этого тщательно вымыть руки с мылом и прополоскать рот хлоркой. Почему просто не хочется залезть под душ и смыть с себя всю мерзость тех мест, в которых ему приходится бывать по долгу службы? — Основной целью данных гигиенических процедур является предотвращение различных заболеваний, — отчеканил Коннор, будто прочитав мысли Кары. — Я не могу заболеть или отравиться, так что... Мне это не нужно, — просто заключил андроид, отводя в сторону глаза. Кара чувствовала себя неловко из-за того, что задала такой бестактный вопрос, но она очень надеялась, что смогла разбудить в RK800 что-то, похожее на стыд. — Да, конечно, я понимаю, — попыталась она сгладить неловкость. — Но тебе не хотелось чисто из чувства... — Кара не знала, как понятнее объяснить андроиду, что такое чувство брезгливости, — ...ну, просто быть чистым. Коннор, кажется, задумался над этим — даже его диод замигал жёлтым. Кара, кстати, была удивлена, что Коннор до сих пор не избавился от него. Несмотря на то, что сама Кара и Лютер избавились от своих скорее из-за необходимости для побега в Канаду, чем из-за каких-то личных соображений, и, тем не менее, если бы Каре пришлось сделать это ещё раз уже без каких-либо личных причин, она сделала бы это. Но, кажется, Коннор был другого мнения насчёт этого, как и насчёт личной гигиены и её необходимости для андроидов. — Ну, на самом деле, я не задумывался об этом, — признался он. — Я не вижу никакой практичной выгоды из принятия водных процедур или чистки искусственной кожи, но... — Попробуй как-нибудь, — убедительно попросила Кара. — Так или иначе, — она вновь села на диван, неловко сжав руками колени, — я не успела скачать твою программу полностью, я застопорилась на анализе улик. Попробуем ещё раз? На самом деле Каре не очень хотелось вновь испытывать на себе прелести подсоединения и углублённого чтения памяти, но у неё не было другого выхода, если она всё же хочет получить эту программу. Коннор неуверенно кивнул, садясь рядом. — Только не отсоединяйся так резко, это действительно может быть опасным. — Больше не буду, — пообещала Кара. Коннор кивнул и вновь снял с себя верхнюю одежду, чтобы дать доступ к плечу. На этот раз Кара занялась чтением памяти серьезно. Она сразу полезла в операционную систему, в нутро программы Коннора, и начинала потихоньку скачивать умения и навыки, в первую очередь концентрируясь на оценке ситуации и принятии оперативных решений. Потом она скачивала боевые приемы, манеру двигаться и разговаривать. Все программные установки были заложены в Коннора изначально, и аккуратно рассортированы по папочкам... но скачивать их так же аккуратно не получалось. Почти каждая программа содержала в себе ссылки к оперативной памяти. Это или видео-воспоминание, или текстовая цитата, или кривая, описывающая линию движения. Коннор делал выводы из ситуаций, в которые попадал, он учился. Кара не хотела лезть в его воспоминания, не хотела, но они стали неотъемлемой частью андроида. Перенимая его навыки, Кара вместе с ними перенимала и опыт Коннора. И пока файлы скачивались, Кара заметила одну странную вещь. Все самые приятные воспоминания были так или иначе связаны с применением боевых навыков. На расследованиях, в грязных лачугах, притонах, в темных переулках... Коннор умудрялся получать приятные эмоции и был максимально близок к тому чтобы чувствовать себя «хорошо», «приятно» и, как бы не было странно, «спокойно». Сначала Кара думала, что робот просто чувствует себя комфортно в среде своей специализации. Но очень скоро она поняла, что это — из-за человека, который на заданиях был с Коннором рядом. Этот человек был для Коннора... важен. С хэштэгом #Хэнк_Андерсон были связаны многочисленные социальные навыки и первые упоминания о девиации... — Я не могу их упустить! Нельзя рисковать! — Хэй. Ты что, охренел? Погибнешь! – кричит лейтенант, и Кара глазами Коннора видит беспокойство за жизнь... пока ещё машины. — Не смей за ними гнаться, это приказ! Конечно, Коннор не слушается. Задание мельтешит перед глазами, заслоняет почти всё поле зрение. Оно требует идти вперед, ни на что не оглядываясь. Но Коннор оборачивается на секунду, когда слышит отчаянный крик «Коннор, мать твою!». Кара сразу прониклась уважением к этому человеку. И даже не потому, что попытка остановить Коннора могла поспособствовать её побегу. Он заботился о своем напарнике-андроиде... переживал за него... боялся. «Прямо как я боюсь за Алису...» — подумала Кара. Хэнк бережно относился к жизни андроида... и возможно, сам того не подозревая, смог научить Коннора ценить чужую жизнь. Показал, что есть что-то важнее задания. И Коннор не бросил его на крыше, не застрелил андроида, которого ему сказали застрелить. Кара, сквозь призму чужого восприятия, видела блеск гордости в глазах Хэнка Андерсона, когда Коннор делал правильный выбор. Но неужели этого не видит сам Коннор? Кара нахмурилась. Программа ещё скачивалась, и у неё было время... изучить это немного глубже? Было отчасти стыдно признавать своё любопытство, но при этом она мало что могла поделать с этим сейчас. Этот человек... Хэнк Андерсон выглядел суровым и закрытым, но по нему очень было заметно, насколько сильно он беспокоился за напарника. Кара осторожно прошлась по свежим воспоминания Коннора и наткнулась на один очень любопытный файл. Хэнка в нём не было, хотя воспоминание было под тэгом, и Кара быстро его просмотрела. Это был разговор Маркуса и Коннора, они говорили о... доме? Коннор считает, что не заслуживал быть частью жизни Хэнка. Но ведь он уже его часть? Кара ничего не понимала. Ещё какое-то время файлы скачивались. Кара чувствовала в себе много новой информации и много противоречивых чувств. Она видела глазами Коннора заботу Хэнка об андроиде, но при этом сам Коннор был совершенно не уверен в том, что они с ним семья, потому что никогда не озвучивали этого официально. Кара разрывалась, думая о том, стоит ли завести с ним разговор об этом — может, если всё прояснить, то он поймёт что-то? С другой стороны, Кара не очень красиво влезает в его личную жизнь, о чём уговора не было, и Коннор дал ей возможность заглянуть в эти воспоминания только потому, что, возможно, у него не было никакой возможности спрятать их при таком глубоком подсоединении. Или же он просто решил тактично не заострять внимание на этом. Возможно, он не хотел говорить об этом с Карой, которая была для него всё же совершенно посторонним человеком. Но вместе с тем Кара рада, что посмотрела всё это, потому что узнала Коннора немного лучше. Она узнала, что он изменился, но теперь ей стало понятно, благодаря кому. Коннор старался заботиться о Хэнке не из программного долга, а просто потому, что беспокоился за него. Но Коннор говорил Каре о том, что хочет быть способным заботиться о ком-то важном — зачем ему это, если он уже это делает? — Мам, а что вы тут делаете? Кара дёрнулась, но не отсоединилась. Убедившись, что за время размышлений оставшиеся файлы успешно скачались, Кара и Коннор медленно отсоединились друг от друга и обернулись к Алисе, которая любопытно наклонила голову на бок, смотря на андроидов, как на зверей в зоопарке. Кара чувствовала себя пристыженной. — Алиса, — преувеличенно спокойно сказал Лютер, положив руку Алисе на плечо и привлекая этим её внимание. — Пришло время серьёзно поговорить. Лютер сел на колени, чтобы его глаза были на одном уровне с Алисой. Он выставил вперед две руки и сложил ладони так, как если бы надел на руку варежку или носок. — Когда андроид-девочка... — с этими словами Лютер убрал искусственную кожу с левой руки. Похоже, он собирался объяснить все на пальцах, используя свои руки в качестве кукол. — ...и андроид-мальчик... — белый пластик начал просвечивать и на правой, — ...нравятся друг-другу... — многозначительно протянул Лютер, хитро поглядывая на сидящих на диване Коннора и Кару, — ...они берутся за руки и… — ЛЮТЕР! — окликнула его Кара, поняв, что андроид просто неправильно их понял и сейчас дезинформирует её ребенка. Но её прервал Коннор, который, перекинувшись через диванный подлокотник, присоединился к театру. Он тоже сложил руку варежкой, и подражая голосу Лютера, продолжил за него. — ...и воспроизводят крепкое рукопожатие, демонстрируя тем самым глубокое уважение друг к другу и благодарность за поддержку... — А-а-а... — протянула Алиса, после чего засмеялась, прикрыв рот ладонями. Кара, недоуменно моргнув, тоже пустила смешок и поднялась с дивана. — Так, — деловито она упёрла руки в бока. — Если все тут закончили с серьёзными разговорами, то мойте руки после сада и дожидайтесь ужина. Кстати, Тодд дома, он сейчас наверху. Алиса, услышав про Тодда, стремглав взбежала вверх по лестнице, исчезнув на втором этаже. Кара в упор взглянула на Лютера, потом повела глазами к лестнице, как бы намекая, чтоб он последовал за ней. Лютер состроил лицо, ясно говорящее: «мне-то ты не мама и не можешь заставить меня мыть руки», но, тем не менее, в ванную отправился. Когда Конннор вновь оделся в свою форму, а Кара достала нужные продукты, она сказала: — Спасибо за программу. Теперь я чувствую себя немного спокойнее. — Я был рад помочь, — ответил Коннор, слегка улыбнувшись ей, и Кара вернула улыбку. Кара всё ещё сомневалась, стоит ли заводить разговор и насколько естественным он будет. «Кстати, Коннор, я тут подсмотрела в твои мысли: кажется ты беспокоишься о том, воспринимает ли тебя Хэнк за сына?» Не очень хорошее начало. Поэтому Кара решила начать с чего-то более простого. — Прости, что прошу об этом после всего того, что ты сделал для моей семьи, но... — Кара неловко улыбнулась, повертев в руках нож. — Не мог ли ты помочь мне с ужином? Ничего особо сложного, просто пока надо помыть продукты. — Оу, — Коннор неуверенно кивнул, удивлённый просьбой. Но, кажется, он был совсем не против. — Конечно. Пока они мыли овощи, Кара обдумывала, как обойти этот разговор без клишированного начала «Кстати», но без него разговор казался совершенно невозможным. — Кстати, — всё-таки выдохнула Кара как можно беспечнее. — Я случайно увидела у тебя в воспоминаниях одного человека. Хэнк Андерсон, кажется? Коннор кивнул. Он не выглядел напряжённым, поэтому Кара решила, что может продолжить. — Кажется, вы очень близки. — Мы... — Коннор на секунду завис с овощами в руках. — Друзья и коллеги. — Оу, — кивнула Кара, вытирая овощи и складывая их на доску. — Это о нём ты хотел позаботиться, верно? Просто мне показалось, что ты уже это делаешь, разве не так? — Коннор на секунду замолчал, опустив руки по швам. Он показался немного отстранённым, но тон его голоса не изменился. — Я могу заботиться о людях лишь в пределах заложенной во мне программы. Я не совсем уверен, как это делать... правильно. Для людей. — Но... — Кара отодвинула овощи в сторону, опираясь руками на столешницу, чтобы заглянуть Коннору в глаза. — Мне показалось, ты всё делаешь правильно. — Когда я предпринимал попытки в прошлом, людям это не приносило удовольствия, — взглянул на неё Коннор. Он казался несколько равнодушным, но было видно по его глазам, что его это всё же беспокоило. — Как-то раз, когда я принёс кофе детективу Риду, он... — Коннор старался подбирать слова помягче. — Не был в большом восторге. Кара приподняла бровь. — Детектив Рид — это тот человек, которого мы встретили в участке? Коннор отвёл взгляд. — В общем и целом, да. Кара попыталась не закатывать глаза и не выражать своё раздражение так откровенно. — Не думаю, что тебе стоит волноваться о нём. Кажется, этот человек сам по себе не очень расположен к заботе со стороны. — «Скорее всего потому, что о нём никто никогда не заботился», — подумала Кара не без сочувствия, хотя скажи она это, то прозвучала бы фраза весьма грубо. — Но тебя волнует лейтенант Андерсон, ведь так? — Хэнк тоже не очень расположен к чужой заботе, — неуверенно ответил Коннор. — Моя программа подразумевает под «заботой» действия и условия, от которых человеку становится лучше. Но Хэнк не выглядит счастливым, когда я делаю это, а это значит, что я делаю это неправильно, ведь так? Коннор задумчиво уставился в пол, слегка хмурясь, его диод мигал жёлтым. Кара тоже опустила глаза, слегка задумавшись. Понятно. Коннор заботится, но неподходящим под ситуацию и личность образом. Каре тоже нужно было время и много внимания для того, чтобы научиться заботиться об Алисе и Лютере, но в ней как в андроиде-домохозяйке уже была предрасположенность к такому. Коннору было сложнее. Он продвинутая модель, андроид-детектив, переговорщик, изначально настроенный на контакт с людьми и андроидами, умеющий подбирать слова и действия, благоприятствующие лучшей обстановке во время разговора и гарантирующие хороший исход. Но заложенные в RK800 алгоритмы слишком скудны и слишком общие для искренней заботы о близком, живом существе. А Коннор заботиться о ком-то ещё не научился, для него это достаточно сложно. Кара прониклась сочувствием к этому мальчику, напоминающего одновременно маленького ребёнка и очень умного и сильного мужчину, умеющего постоять за себя и за других. Кара постучала пальцем по столешнице, думая о том, как лучше выправить эту ситуацию, но тут она услышала шаги спускающегося Лютера. — О, как хорошо, что вы оба одеты сейчас, — сказал большой и добрый андроид. — Лютер, лучше пойди и поиграй с Алисой... — спокойно отреагировала на шутку Кара. На самом деле Лютер был прав. То, что они оба сейчас одеты, несомненно, хорошо. — Она хочет поиграть сама, а у меня есть работа в саду... Но если наш огненный андроид настаивает, то…. — Не настаивает! И не смей называть меня так! — вспылила Кара, но тот же осела. — Можешь, пожалуйста, разделать овощи, Коннор. RK800 коротко кивнул, но действовал странно. Он положил томат на разделочную доску, посмотрел на него анализирующе, высчитал что-то. После чего изо всех сил шлепнул по томату рукой, организуя фонтан брызг. Томатный сок издалека походил на человеческую кровь, и сейчас на лице офигевшей Кары смотрелся очень устрашающе. — Вот. Я разделался, — коротко пояснил Коннор. Кара глубоко вздохнула. Очень. Глубоко. Система уведомила её о том, что за один тяжелый вздох она вобрала в себя 6 литров воздуха. — Давай я покажу, как надо, — сказала она, отодвигая Коннора от разделочной доски. Казалось бы, уж она-то с готовкой давно на «ты». Она просто возьмет нож и покажет этому несчастному полицейскому андроиду, как нужно резать помидоры. Но вместо этого она замахнулась что было силы и ударила помидор боковой стороной ладони так, что даже деревянная досточка под овощем дала трещину. — Что?! — Кара сама от себя такого не ожидала... — Мое тело... оно двигается, совсем как ты... само... я не хотела этого... Кара была растеряна и напугана. Удар вышел хорошим, даже очень. Но она совершенно точно не хотела драться сейчас. — Это нормально, — успокоил её Коннор. — Тебе потребуется время, чтобы освоиться с новой программой, так как она была написана для другой модели андроидов. Но ты научишься ей управлять. А пока у тебя довольно убедительно выходит изображать из себя... КАРАтиста, — произнес Коннор и только потом понял, что не понял, что он вообще сказал. Его диод замигал желтым, и ему в голову сразу пришел заливающийся смехом смайлик от Маркуса. Что это вообще за странный вид шуток такой? «Это же КАРАмбур, Коннор!» — закричал сквозь невидимые нити электронной связи Маркус, но Коннор отключил уведомления. Он заразился от Маркуса девиантностью, но подхватить у него эту странную манеру непонятно шутить не хотел. Кара нервно сглотнула. Кажется, подготовка ужина пройдёт тяжелее, чем предполагалось с самого начала. Кара сосредоточилась и совершала все действия с большой осторожностью, нарезая помидор тонкими ломтиками. Коннор рядом продолжал давить помидоры, и Кара подумала, что в одиночку она справится с ужином быстрее даже при такой небольшой скорости. Возможно, Коннору стоит пока что заняться чем-то другим? Кара вернулась мысленно к недавно совершившемуся короткому разговору и посмотрела на мнение Коннора с другой стороны. Пожалуй, надо как-то подтолкнуть мальчика к верному направлению, чтобы он мог хорошо позаботиться о человеке, которого он воспринимает как часть своей семьи. Кара может поделиться с ним после ужина своей программой, чтобы ему было легче справляться к некоторыми бытовыми делами, но этого было мало. Коннор должен также получить свой собственный опыт, чтобы понять, какового это — думать о том, что хорошо именно для Хэнка, а не от чего может стать лучше «человеку», потому что, если Кара просто отдаст ему свою программу, от этого ничего не изменится. И Кара уже решила, что можно сделать с этим. — Коннор? — позвала она его. — Мне кажется, что с моей стороны не очень правильно было напрягать тебя с готовкой. Всё-таки ты гость и не должен заниматься этим. Коннор посмотрел на Кару, потом на раздавленные им помидоры, и, кажется, стушевался. О нет. — Прости, кажется, я не очень хорошо помогаю... — Нет, всё в порядке! — поспешила уверить его Кара. — Просто я подумала, что ты бы мог сейчас пообщаться с Алисой. Кажется, ты ей понравился. Коннор выглядел смущённым и сомневающимся, но Кара была настроена решительно. — Но я не умею общаться с детьми, — неуверенно сказал Коннор. — Значит, самое время научиться, — упрямо заявила Кара, почти выпихивая Коннора из кухни в сторону лестницы на второй этаж. — Иди и не волнуйся, Алиса тебя не укусит. Или укусит?