Мелодия забвения

      Район, в котором живёт Суа, расположен совсем близко к их университету, так что девушки без проблем добираются пешком, отпуская глупые шутки и весело хохоча по дороге. Моён, как маленькому наивному ребёнку, это всё в новинку, но она потихоньку, шаг за шагом начинает понимать, зачем люди сближаются друг с другом, строят дружеские отношения и проводят время вместе. Ведь это очень ценно — так беззаботно смеяться, забывая хоть на немного обо всех проблемах, или разговаривать по душам, прося столь нужного в определённые моменты совета.       Жизнь слишком непредсказуема. И порой так важно иметь рядом хотя бы одного человека, в котором ты уверен на все сто процентов.       — Заранее прости за бардак, — улыбнувшись, Чон виновато поджимает губы и, открыв входную дверь, впускает Моён в квартиру, а затем проходит сама.       Впрочем, на небольшой беспорядок в виде брошенного на серый пуфик пальто и не убранных в комод нескольких пар женской обуви девушка не обращает внимания. Единственное, что тотчас привлекает интерес, так это мелодичные звуки гитары, доносящиеся откуда-то из глубины квартиры. В немом изумлении взглянув на хозяйку, которая впопыхах прибирается в прихожей, Кан снимает пиджак и разувается. Суа, загадочно улыбнувшись, лишь пожимает плечами и после непродолжительной уборки проходит в гостиную.       Уже в следующее мгновение источник красивой мелодии становится ясен: восседающий на диване, возле большого окна, Тэхён умело перебирает струны гитары, поочередно зажимая нужные аккорды. На кресле напротив него, спиной к девушкам, по-хозяйски раскинувшись, сидит и внимательно слушает его игру Хосок, с прикрытыми глазами задумчиво мотая головой.       Первой реагирует Суа, неожиданно остановившись на входе в просторную комнату и захлопав в ладоши. Наверное, Ким их заметил ещё раньше, просто не подавал виду, и внезапно раздавшиеся аплодисменты его ничуть не удивляют: парень лишь прекращает играть. А вот Хосок, совсем не ожидавший услышать громкие хлопки практически над ухом, испуганно дёргается, едва ли не подскакивая с кресла, и оборачивается, блеснув злобными глазами в сторону сестры. С замеревшей на месте Моён они здороваются как-то несуразно, кивнув друг другу головой.       — Как здорово, Тэхён-оппа! — Суа не обращает внимание на родственника и подходит ближе к черноволосому юноше. — Это твоя новая песня?       — О, Тэхён-оппа, твоя верная фанатка тут как тут! — передразнивает её Хосок, поднимаясь с кресла, и делает такое приторно милое выражение лица, на которое только способен. — Можешь уже оформить предзаказ!       Суа обиженно фыркает, стреляя гневными глазами в парня, как грозная фурия. Хотя, честно говоря, сейчас девушка уж слишком милая, чтобы воспринимать её злость всерьёз. Наблюдая за всей этой сценой издалека, Моён не может сдержать улыбки, в то время как Тэхён, раздражённо вздохнув, встаёт с дивана с гитарой в руке, потому что явно не желает быть в центре братско-сестринской перепалки.       Проходя мимо, молодой человек всего раз бросает на Кан мимолётный взор, под тяжестью которого она невольно задерживает дыхание. Почему этот парень заставляет её так нервничать, почему одно его холодное выражение лица пробирает на мурашки и вынуждает чувствовать себя пойманной в ловушку зверушкой?       Моён очень хотелось бы знать ответы на эти вопросы.       — Я пойду, — не оборачиваясь, негромко роняет Тэхён, прежде чем в коридоре раздаётся хлопок входной двери.       Оба удивлённые внезапным уходом парня, Суа и Хосок в кои-то веки отрываются от привычной ругани и поднимают взгляд в сторону прихожей. И лишь Кан, так и не обернувшись, поджимает губы и опускает голову, криво усмехаясь.       — Какого фига он ушёл, даже не попрощавшись? Всё же нормально было! — на выдохе причитает Хосок, взлохмачивая волосы, и проходит на кухню. Моён окончательно убеждается в том, что всё дело в ней, точнее, в её присутствии здесь. И это, почему-то, сильно её злит. А что ещё страннее — ничуть не меньше беспокоит.

***

      Пара часов за учебниками тянется, как резина, бесконечно долго. Ни нудный английский, ни скучное гражданское право никак не усваиваются в голове, потому что мысли Моён всё это время заняты далеко не учёбой. Ей до безумия любопытно, почему Тэхён так не переносит девушку, что такого они могли не поделить в прошлом? Конечно, истина, до которой так хочется добраться, может быть простой: они банально не сошлись характерами, и дело в каких-то мелких разногласиях, построивших между ними толстую, непробиваемую стену. Но странное, неизвестное Кан чувство подсказывает ей, что правда кроется в гораздо большем.       И это определённо каким-то образом связано с Чимином.       После ухода Тэхёна Хосок тоже не задерживается надолго и отправляется на улицу «проветриться», заранее посвятив сестру в свои планы. Девушки занимаются до позднего вечера, пока родители Суа не возвращаются с работы. Преодолевая чувство ужасной неловкости, Моён набирает, кажется, всё время ждавшего этого звонка Пака с просьбой её забрать. Парень не заставляет себя долго ждать и в короткие сроки прилетает, как самый настоящий рыцарь, только, разве что, на белом лексусе вместо коня.       По дороге Чимин по привычке спрашивает девушку, как прошёл день, и она рассказывает, опуская некоторые детали, касающиеся его младшего брата. Сегодняшний день по-настоящему её вымотал, и не столько физически, сколько морально. Моён то и дело мысленно возвращается к навязчивой идее обсудить её прошлое с Паком, но внезапный страх каждый раз одолевает девушку. Подобно хитрому удаву, он ловко подбирается к самому горлу и, атакуя, сдавливает, лишая последних крупиц кислорода. Моён до этой болезненной хрипоты в горле страшно перед неизведанным. Ей страшно узнать то, что перевернёт её и без того покалеченную жизнь вверх дном, а ещё она до одури боится так ничего и не вспомнить.       Две чаши весов постоянно перевешивают друг друга, и девушка понятия не имеет, какой из вариантов худший.       — Не включай свет, — неожиданно произносит Чимин, когда они, вернувшись домой и сняв верхнюю одежду, проходят в гостиную.       Моён недоумённо смотрит на парня. В полумраке сложно разобрать, но, кажется, весьма загадочная улыбка играет на его лице. В следующее мгновение девушка, наконец, понимает смысл его слов, увидев на кофейном столике бутылку вина, пару пустых бокалов и разбросанные лепестки красных и белых роз, едва заметных в тёмной комнате — лишь расставленные по всему периметру свечи не дают ей полностью утонуть в такой желанной тьме.       — Что это? — заворожённая потрясающим видом, Кан медленно проходит вглубь, оглядывая всё с интересом.       — Я хотел сделать тебе сюрприз. Надеюсь, у меня это получилось?       — Ну конечно!       Девушка останавливается, поворачиваясь всем корпусом к следовавшему за ней Паку. Он осторожно, словно не желая нарушать царящую в воздухе таинственную обстановку, сокращает разделявшее их расстояние, не отрывая проникновенного взгляда от Моён. Ради этой улыбки, растянувшейся на лице девушки, он готов на всё. И ему ничего не стоит раз за разом доказывать это.       Вопреки ожиданиям девушки, Чимин медленно проходит мимо, но только для того, чтобы наполнить их бокалы манящей жидкостью. Приятный аромат свечей, похожий на лаванду, заполняет всю комнату и, наслаждаясь им, Моён следит за грациозными движениями парня. Он вручает ей один бокал, усаживаясь на диван и незамысловатым жестом приглашая занять место рядом с собой.       — Думаю, закусок не хватает, — пригубив немного вина, размышляет Пак с досадой в голосе. — Я спешил и совсем забыл об этом…       — Ничего страшного, — улыбнувшись, заверяет девушка и тоже делает глоток обжигающей горло жидкости. — Ты отлично постарался. Я и подумать не могла, что в тебе дремлет такой романтик.       Чимин вдруг усмехается, разом опустошив бокал, и ставит его на столик перед собой.       — Принципам не место в любви, Моён. Будь я хоть тысячу раз циником, всё равно делал бы для тебя что-то романтичное, пусть и считал бы это величайшей глупостью в мире. И всё же… Возможно, это моя слабость, но я и вправду ещё тот романтик, который отчаянно верит в любовь.       Закончив, Чимин вдруг задерживает немигающий взор на девушке. Из-за приглушённого света ей трудно разобрать эмоции на его лице, но расслабленная поза парня наталкивает на вывод, что он растягивает губы в умиротворённой улыбке.       — Лично я не считаю это за слабость, — задумавшись, рассуждает Моён, крутя в руках почти пустой бокал и глазами бегая по комнате. — Те чувства и эмоции, которые так яростно игнорируют циники, делают нас не только счастливее, но и сильнее.       — Вот как, — неожиданно произносит Пак, почти опускаясь до шёпота, и пододвигается ближе к девушке. — В таком случае… моя единственная слабость — это ты, Кан Моён.       Всё вокруг вмиг становится таким далёким и неважным. Чимин забирает у несопротивляющейся Моён бокал, вино в котором она так и не успела допить, и жадно целует, бережно обхватив ладонями девичье лицо. Его обладательница шокировано смотрит на парня, слыша учащённый стук собственного сердца, но, внезапно даже для самой себя, не спешит сопротивляться. Кан вдруг понимает, что она совсем не против, ей хочется ощущать эти мягкие губы на своих, и она с наслаждением прикрывает глаза, слегка подрагивая всем телом. Моён отвечает на этот нежный и чувственный, плавно переходящий в наполненный необъятной страстью поцелуй, впуская настойчивый язык в свой рот и несмело переплетая с собственным, неопытно поддаваясь навстречу новым и столь желанным чувствам.       Пак губами ловит каждый вздох девушки, пока его руки опускаются на её ровную спину, поглаживая кожу сквозь тонкую кружевную ткань. Сотни мурашек прошибают юное тело, как электрошокер, и когда кажется, что ближе уже некуда, парень, пользуясь податливостью Моён, прижимает её вплотную к себе. Не зная, куда себя деть, Кан нерешительно размещает ладони на сильных плечах, слегка сжимая под напором его хозяина, терзающего её губы до головокружения.       Когда оба едва не теряют рассудок от томительной близости, Чимин с трудом прерывает мучительно долгий поцелуй и отстраняется, встретившись с потемневшими глазами девушки.       — Потанцуешь со мной? — не спеша убирать ладони с чужой талии, спрашивает парень, ещё толком не отдышавшись.       То и дело бросая взгляд на губы напротив и кусая свои собственные, Моён не сразу разбирает сказанное парнем.       — С радостью, — отвечает она спустя несколько секунд, неспешно вложив в подставленную ладонь свою собственную.       Девушка пропускает тот момент, когда Чимин с помощью пульта запускает стереосистему и оттуда льётся негромкая медленная мелодия. По-хозяйски расположив руку на талии и не позволяя себе спускаться ниже, он утягивает Моён в невероятно чувственный танец, словно перенося в мир, где кроме них не существует больше никого. Кан ошибается всего пару раз, но под чутким руководством парня, его искренний смех и смущённое хихиканье девушки к концу танца их тень уже уверенно кружит по комнате, не желая прерывать эти сладкие, полные трепетной безмятежности, мгновения.       И никто из них ещё не догадывается, что, вложив в тот миг свою руку в его, Моён доверила Чимину всю себя, без остатка.

***

      — Ну же, Тэхён-а, выпей ради меня!       Услышав пресловутое обращение к себе, парень брезгливо морщится, всем своим видом показывая, что выполнять сомнительную просьбу Хосока он не намерен. Обиженно фыркнув, Чон смиренно пододвигает к себе стакан виски, вынуждая его содержимое перекочевать в свой желудок.       Приглушённый свет, сквозь который прорезается надоедливо яркие вспышки софитов, однообразная громкая музыка, куча алкоголя и красивых девчонок, — перспектива провести вечер подобным образом уже давно не привлекает Тэхёна. Всю свою юность парень провёл в модных клубах, заглушая все проблемы очередной порцией отравляющей разум и тело жидкости, а на утро просыпаясь с незнакомой девицей в каком-нибудь грязном мотеле. А потом всё резко изменилось: щёлкнуло, сломалось и рассыпалось.       Наверное, Тэхён просто повзрослел.       — Что с тобой сегодня? — спрашивает, наконец, сидящий за столом прямо напротив Кима Хосок.       Нет, это неправильный вопрос.       С ним давно что-то не так.       — Да ладно, оставь его, — вмешивается оторвавшийся от телефона Чонгук, понимающе похлопав Тэхёна по плечу. — Захочет — сам расскажет.       Хосок откидывается на спинку стула и растягивает губы в кривой улыбке. Он больше не смотрит на друзей, нервно бегая глазами по помещению. Ему понятно, почему младший Чон выпивает с ними очень редко, — парнишка занимается спортом и в общем-то ведёт активный образ жизни, стараясь поддерживать организм в тонусе. Хосок же, несмотря на профессиональную деятельность танцора, своим здоровьем пренебрегает значительно больше, и сейчас, как бы глупо ни звучало, злится больше на себя, чем на парней, потому что не обладает такой силой воли и мотивацией. Впрочем, дело совсем в другом, и внезапная смена образа жизни тут ни при чём.       Ким окидывает равнодушным взглядом танцующую толпу, превратившуюся в одно целое месиво. Люди в ней руководствуются только инстинктами, подобно животным, и плюют на здравый смысл. Тэхён презирает их, потому что на собственной шкуре познал, каково это. Признаться честно, сейчас он изо всех сил борется с желанием свалить из этого поганого места, но на совесть давит лишь одно: их троица и без того редко собирается вместе. И уйти было бы равносильно как минимум предательству их дружбы.       Потому-то все и терпят и усиленно делают вид, будто всё в порядке.       — Мальчики, вы чего такие кислые? — вдруг слышится неподалёку женский голос, когда одна композиция сменяет другую, и гораздо более спокойная песня заполняет собой всё помещение.       Все оборачиваются в сторону бара, замечая идущую к ним девушку. В коротком блестящем платье, нещадно виляя бёдрами и лучезарно улыбаясь, она вмиг преодолевает короткую дистанцию и, помахав всем рукой, останавливается возле Кима. Парень, ни разу не дёрнувшись, тяжело вздыхает и совсем не удивляется, когда из-за отсутствия мест давняя знакомая приземляется к нему на колени. Приторно сладкий аромат духов тотчас ударяет в нос, и Тэхён скорее по привычке кладёт одну ладонь на оголившиеся ноги, а другую на тонкую талию, позволяя её обладательнице обвить руками сильную шею.       — Ого, Юна, какими судьбами? — первым реагирует удивлённый Хосок, вскинув брови вверх и по-хозяйски закинув ногу на ногу.       Девушка загадочно стреляет глазами, не особо задерживая внимание на двух других парнях. Чонгук неловко откашливается, а Хосок с важным видом осматривает парочку, усмехаясь каким-то только ему понятным мыслям.       — Тебе задали вопрос. — Тэхён останавливает Юну, когда та тянется к его плечам, намереваясь спуститься к прикрытой тонкой рубашкой груди. Он смотрит ей прямо в глаза — выжидающе и строго, и девушке ничего не остаётся, кроме как сдаться.       — А ты забавный, — уязвлённо проговаривает она, вставая и оттягивая платье вниз. — Играешь в недотрогу? Как и вы, я решила развлечься сегодня. — Брюнетка скрещивает руки на груди, осматривая всех парней по очереди. — Разве заведения подобного типа не для этого созданы?       — Глупая, мы ведь не об этом, — посмеиваясь, Хосок качает головой. — Тебе учиться надо, а не по клубам шляться. Как представлю на твоём месте Суа, так сразу тошно становится.       — Я не ребёнок, в отличие от твоей сестры, Хосок, — явно обидевшись на резонное замечание, недовольно замечает девушка. — И я знаю, что нужно мужчинам.       Словно этот разговор её ни капли не задел, Юна натягивает самодовольную улыбку, — как маску, скрывающую за собой задетую гордость. Она уверенной походкой обходит Тэхёна, располагая ладони на его плечах и наклоняясь к его уху. Парень едва заметно напрягается, когда проворные девичьи пальцы оказываются на груди, блуждая по подтянутому животу и собираясь спуститься ещё ниже. Девушка что-то шепчет Киму, после чего он, недолго думая, хватает чужие руки и тянет вниз, вынуждая изумлённую Юну чуть ли не упасть на себя.       — Ты никогда не сможешь дать то, что мне нужно, так что не теряй время, — тихо произносит он грудным голосом в момент, когда их лица разделяет всего пара сантиметров. Не обращая внимания на шокированных друзей, поднимается, отталкивая от себя недоумевающую девчонку, и решительно идёт к выходу из уже порядком осточертевшего клуба.

***

      — Обалдеть! — выслушав рассказ подруги, с неподдельным блеском в глазах восклицает Суа и, подтягиваясь, откидывается на спинку длинной скамьи. — У меня аж мурашки: как это романтично…       Моён слабо улыбается, всё ещё не понимая, как решилась рассказать про вчерашний вечер, проведённый с Чимином, своей одногруппнице. Просто в один момент она неожиданно для себя открыла, что этой милой девушке, без устали болтающей обо всём на свете, можно довериться и, пусть и не нараспашку, но хотя бы немного приоткрыть дверь в собственное сердце. В конце концов, гораздо легче переживать любые проблемы, если рядом есть человек, с которым их можно разделить.       Девушки заняли полупустую аудиторию, в которой вот-вот должна начаться лекция по уже нелюбимым ими политике и праву. И, в отличие от беззаботной Чон, Моён выражалась крайне тихо, опасаясь, что кому-то внезапно приспичит совать свой нос в чужие разговоры.       — И всё же, — неуверенно продолжает Кан, ногтём царапая лакированную поверхность деревянной парты, — меня не покидает ощущение, будто что-то не так.       — В каком смысле? Ты что-то вспомнила?       Девушка огорчённо вздыхает и качает головой.       — В том-то и дело, что нет. Я так ничего и не вспомнила, но даже не знаю, хорошо это или плохо… Отношения с Чимином похожи на сказку, не совпадающую с действительностью, — она невесело усмехается, закусив губу и размышляя над собственными словами. — Хотя, наверное, я просто придумываю проблемы из ничего.       — Совсем нет, — спешит возразить Суа неожиданно серьёзным тоном. — На твоём месте совершенно нормально сомневаться, ведь ты не можешь судить обо всём только со слов Чимина. Я уверена, что он дорожит тобой, но доверие не так просто завоевать. Это вопрос времени и поступков. А ещё твоих решений.       Моён слабо кивает подруге, принимая её слова как очередную пищу для размышлений, и они тут же замолкают, потому что в аудиторию заходит преподаватель и сообщает о начале лекции.       Справедливо будет заметить, что девушка изо всех сил пыталась сосредоточиться на приготовленном для них материале, но вся информация не просто тут же забывалась, — она скорее успешно пролетала аккурат мимо Кан. Записи, которые она пыталась вести в ходе лекции, никуда не годились и каракулями растекались на листах, вынуждая их создательницу раздражённо зачёркивать и переписывать одни и те же слова по несколько раз. Суа обеспокоенно поглядывала на однокурсницу, гораздо лучше справляясь с усвоением материала, но предпочла ничего не говорить.       — Тебе срочно нужен отдых, — со знающим видом изрекает Чон, когда после долгожданного окончания лекции они выходят во многолюдный коридор. — Ну, ничего, уже завтра выходны-ы-ые! — радостно протягивает она, и Моён невольно улыбается при виде её блаженного выражения лица.       С небольшим опозданием до Кан доходит, что тяжёлый груз в виде учёбы, наконец, покинул её плечи, и можно идти домой. Неумолкающая Суа подхватывает её под руку, направляя к выходу из университета, но девушка её толком не слушает. Её мысли заняты не какими-то там красавчиками из дорам, о которых мечтательно вздыхает подруга, а смс-сообщением от Чимина, которое не так давно пришло ей на телефон. Чимин: прости, Моён, мне надо провести планёрку, так что я не смогу сегодня забрать тебя. У тебя достаточно денег на карте, можешь вызвать такси. Постараюсь сильно не задерживаться :)       Признаться честно, полная зависимость — моральная, финансовая, и вообще какая бы то ни было, — сильно заботит девушку, а также нехило ударяет по её самолюбию. У неё нет ни собственного жилья, ни стабильной работы. Всё, что у неё есть, это лишь вырученные с продажи родительского дома деньги. Доброта Чимина не вечна и когда-нибудь ему надоест содержать Моён, но больше всего она боится, что он начнёт её этим попрекать. Мысли о том, что в таком случае она не сможет ему ничего противопоставить, не дают девушке покоя. Собственная несамостоятельность не столько волнует, сколько сердит её.       — Что с лицом? — интересуется Суа, когда замечает поникший вид подруги. — Завязывай уже хандрить! Или тебе заплатили, чтобы ты кого-то оплакивала?       — Всё в порядке, — неосознанно улыбнувшись шутке Чон, отнекивается Моён. — Просто Чимин написал, что не сможет меня забрать. — Немного помедлив, она неловко продолжает: — Раз так, мы можем сходить в кафе, если ты не против…       — Естественно, не против! Когда это я отказывалась от еды?       Под совместный хохот девушки выходят из здания университета и быстро оказываются в пункте назначения. Довольно популярное среди студентов заведение легко обнаруживается недалеко от их места учёбы. К счастью, Суа замечает свободный столик в конце зала, прямо у панорамных окон, и они успевают его занять. Чон подзывает официантку, и та с фирменной улыбкой проговаривает дежурную фразу, готовясь принять очередной заказ. Смутившись после заказанных одногруппницей классического тирамису и клубничного милкшейка, Моён наугад называет черничный пирог и латте.       — Да ты сладкоежка, — с улыбкой замечает Суа и подпирает щёки ладошками.       — Кто бы говорил, — вторит ей Кан с нескрываемой улыбкой и, уже не вслушиваясь в ответ подруги, запоздало осматривается.       Выдержанный интерьер кафе, приправленный лёгкой музыкой под настроение, без особого труда притягивает взгляд. Разговоры и смех абсолютно посторонних людей создают ни с чем несравнимое ощущение участия и настраивают на нужный лад. Необъяснимое чувство радости заполняет Моён, и ей даже кажется, что раньше она часто бывала здесь.       Десерты девушкам приносят довольно быстро, и они первое время почти ничего не говорят, уплетая их с большим аппетитом.       — Кстати, — вдруг вспоминает что-то Суа, сделав очередной глоток молочного коктейля, — я слышала, что О Мёнсу устраивает завтра вечеринку у себя дома. Приглашены все! Его родители уехали в отпуск или что-то типа того… В общем, он довольно популярен в универе, так что должно быть круто!       — И что? Ты хочешь пойти туда? — не успев толком прожевать, догадывается Кан.       — Конечно! — слегка разочарованно выдыхает девушка. Прежний запал куда-то рассеялся. — А ты нет?..       Моён промакивает рот салфеткой и отпивает горячий кофе, прежде чем принять ровную позу и посмотреть затихшей девушке в глаза. Обижать подругу совсем не хочется, но притворяться — ещё меньше. Она примерно помнит этого О Мёнсу, этакого плейбоя с их факультета, но легче от этого не становится.       — Не особо, если честно. Да и Чимин будет против.       Внутренне девушка даже удивляется: как легко ей дались эти слова. Как оказалось, в отношениях, помимо основных, есть ещё и такие, менее очевидные плюсы.       Суа обиженно поджимает губы, не собираясь сдаваться так просто.       — Ну, пожа-а-алуйста, Моён! Это всего лишь студенческая вечеринка, сходить на неё не будет преступлением!       — Я, правда, не хочу расстраивать Чимина. У него и так много проблем из-за меня…       — Если так боишься его неодобрения, я могу прикрыть тебя, — неожиданно предлагает Чон. — Только пошли со мной, пожалуйста! Мне больше некого просить.       Моён поднимает на неё полные недоумения глаза. Внезапная, совершенно необъяснимая улыбка трогает её губы. Им обеим понятно, что Суа из кожи вон лезет, чтобы подруга согласилась, потому что боится идти туда в одиночестве, но её готовность заступиться за Кан приятно удивляет девушку. По крайней мере, она искренна в своих целях, и это подкупает.       И всё же, Моён не спешит давать своё согласие так быстро. Она решает для начала обсудить это с Чимином, — так будет правильнее, — а потом они договорились созвониться. Девушка в любом случае не собирается прибегать к помощи Суа или лгать, но само существование этой возможности прибавляет ей уверенности. Из кафе они выходят на радостной ноте и даже не замечают, когда тема их сумбурного разговора резко меняется, а уютную улицу заполняет искренний девичий смех.       Девушки почти доходят до остановки, на которой обычно прощаются и расходятся по домам, как на обочине останавливается спортивный автомобиль. Порше кабриолет серебристого цвета пару раз мигает фарами, и только после из него показывается знакомая черноволосая макушка.       — Садитесь, мне по пути, — спокойно, будто это в порядке вещей, скорее приказывает, чем предлагает Тэхён.       Моён брезгливо морщится, разглядывая явно не вписывающийся в общий поток машин спорткар с откидным верхом, но переглянувшаяся с ней Суа раскрывает рот от восторга. Кан хмыкает, совсем не разделяя столь бурной реакции подруги, и неожиданно встречается взглядом с терпеливо ожидающим их решения парнем.       — Какой-то неактуальный подкат, не находишь? — Осмелев, Моён складывает руки на груди, словно испытывая его терпение.       — Что с тобой? — шипит Чон, слабо толкнув девушку в бок. — Поехали — всё равно ведь домой собирались!       Подобная сцена явно забавляет Тэхёна. Он продолжает молчать, а пресловутая ухмылка всё ярче расцветает на смуглом лице.       — Поезжай с ним, если хочешь. Мне всё равно в другую сторону, — сдержанно заверяет Кан и берёт её руку в свою, натянуто улыбаясь.       Когда Моён разворачивается и уходит, никто не идёт за ней и даже не кричит ничего вслед. Пусть она и сказала совсем обратное, но в глубине души надеялась, что подруга выберёт её, а не парня, который ей нравится. На негнущихся ногах Кан доходит до остановки, стараясь не оборачиваться, и слышит за спиной, вдалеке, звук заведённого мотора и противный скрип шин.       Быть может, оно и к лучшему.