«Хвост Феи»: ЦИРК САМОУБИЙЦ

      В темнеющем небе расцвел первый выпущенный залп салюта.       Любопытные на улицах подняли головы, дети высовывались из окон и указывали пальцами на потухающие в свете заката искры.       Издалека приближалась и нарастала заводная музыка, раздавались крики зазывал. Народ высыпал на улицы, чтобы посмотреть, что же происходит.       Со стороны железнодорожной станции в город гордо въехали разукрашенные, посыпанные блестками, с вплетенными в гриву перьями цирковые кони, которые толкали несколько сказочных карет. Вокруг них колесом скакали клоуны с крупными шарами всех цветов радуги в руках, из окон карет выпрыгивали широко улыбающиеся гимнасты. Они вскакивали на лошадей, вставали на руки в седле и так и эдак изгибали тела, веселя окружающих.       Постепенно городскую дорогу обступила публика, взрослые переговаривались между собой, дети восторженно хлопали в ладоши: в Магнолию наконец прибыл ЦИРК САМОУБИЙЦ.       — Пора поприветствовать публику, — решил Леон. Он и труппа сидели в самой огромной и красивой карете во главе процессии. Ее широкие колеса сверкали, словно золото, вся она переливалась под разными углами, будто хрустальная. Основной состав ерзал от нетерпения, и только Джувия чувствовала себя немного неуверенно. Леон приободряющее ей улыбнулся. — Эй, что за вид?       — Грей в клетке, что мне показывать публике?..       — Мы ведь не на выступлении, — образумил ее Гажил. — Сейчас требуется лишь поприветствовать горожан. Ты очень мило выглядишь, твоего внимания им будет достаточно.       Ребята переглянулись между собой, ярко улыбнувшись: слова Редфокса заставили девушку немного покраснеть.       — Гажил совершенно прав, — покивал Бастия и схватил микрофон, — помните, в этом городе нам нужно постараться изо всех сил. В Магнолии, насколько я знаю, обитают волшебники.       — Трудно будет удивить настоящих магов цирковыми трюками, — чуть нервно заметила Венди. — Зачем им смотреть на наши фокусы, если они умеют колдовать?..       — То, что мы с вами не рождены магами, не значит, что мы не умеем показывать чудеса, — подмигнул Леон. Он демонстративно прислушался и широко улыбнулся: снаружи раздавались крики, овации, приветствия и детский, заливистый смех. — Не эти ли звуки подтверждают, что мы — настоящие волшебники?       Девочка задохнулась от восхищения, ее щеки горели возбужденным румянцем. Эльза потрепала ее по голове.       — Верно. Мы как раз самые настоящие волшебники, потому что умеем веселить и удивлять народ, даже не обладая магией.       Леон Бастия прокашлялся, нахлобучил на голову фиолетовый цилиндр, который все это время покоился у него на коленях, и вытолкнул наружу дверцу люка. Он встал в полный рост, оказавшись снаружи по грудную клетку.       При его появлении публика взревела, узнав этого веселого юношу с афиш, плакатов и буклетов. Перед ними был сам предводитель труппы цирка, прибытия которого так долго и трепетно ждали в Магнолии.       Леон подтянулся на руках и в мгновение ока оказался прямо на крыше кареты. Клоуны схватили разноцветные прожекторы и направили яркие лучи на Бастию, гимнасты в прыжке разрядили хлопушки. В сочном свете и конфетти, перекрикивая музыку и крики, мужчина прогрохотал в микрофон, так что его голос эхом отразился от домов уютных улочек:       — Дамы и господа, леди и джентльмены, девочки и мальчики, на закате этого чудного дня вас навестил ЦИРК САМОУБИЙЦ!       Толпа взорвалась овациями и свистом, и Леон польщенно поклонился.       — От лица цирка хочу поблагодарить всех и каждого за радушный прием! Спасибо, Магнолия, мы обещаем не разочаровать тебя!       С этими словами дверцы кареты под ним распахнулись, и по обе стороны из нее выпрыгнули Нацу Драгнил и Люси Хартфилия, разодетые в свои лучшие костюмы. Они бодро махали руками гражданам, приветствовали их воздушными поцелуями. Люси достала из-за пояса веревку, перекинула один конец Нацу, и они туго натянули ее между собой, при этом возглавив процессию карет.       Из того же люка показалась Венди, красивая, яркая артистка с блестящими, синими волосами. Девочки ее возраста смотрели на нее с восхищением, всем сердцем желая оказаться на ее месте.       Леон поцеловал запястье маленькой принцессы цирка. Она отвесила ему реверанс, приподняв короткую, шитую блестками юбку, и изящно спрыгнула прямо на растянутую парой веревку. Венди села на шпагат на канате, и также принялась радостно приветствовать зрителей, изо всех сил размахивая сразу обеими руками.       Мгновение, и из кареты показался и Гажил, усадивший на плечо приветствующую публику Эльзу с двумя скрещенными за спиной катанами. Показалась и Кана Альберона в широких и длинных одеяниях, эффектно перебрасывающая колоду карт из ладони в ладонь. Последней вышагнула навстречу гражданам Джувия Локсар в сверкающем драгоценными камнями черно-синем платье до колена, воздушном, как облако. Ее волосы цвета морской волны были собраны в хвост на правом боку, глаза изящно подведены и увенчаны длинными ресницами и голубыми тенями.       При виде укротительницы народ вновь взревел. Гибкая и грациозная Джувия Локсар вынула хлыст и громко щелкнула им по воздуху. За ее спиной вспыхнул столб огня: это Нацу выдул горючее облако на радость публике.       ЦИРК САМОУБИЙЦ поприветствовал Магнолию с размахом. Граждане проводили труппу до самого шатра, и оставили их только по приказу сопровождающей охраны, ибо циркачам за грядущую ночь предстояло поставить палатки и расположиться, а следующим же вечером провести первое выступление.       Утром следующего дня у меня не было времени даже прилечь после долгих приготовлений, ибо последние билеты, которые еще оставались, отрывали с руками. Меня заваливали бумажной работой и засыпали звонками: не осталось ли еще свободных мест? Также приходилось отслеживать в социальной сети попытки мошенников продать билеты, которых на самом деле уже не осталось: хитрюги предлагали выкупить лучшие места, а, получив деньги, удаляли свои аккаунты и оставляли покупателей с носом.       Несмотря на усталость, я запомнила ту ночь одной из лучших в своей жизни. Мы работали дружно и усердно, а Кана, пользуясь всеобщей занятостью, то и дело разряжала обстановку излюбленным трюком: подсовывала Бастии карты в трусы.       Утром труппа отсыпалась, и только Джувия бодрствовала вместе со мной. Иногда она приносила мне горячий чай, чтобы я совсем не растеклась по письменному столу, и вновь возвращалась в палатку Грея. Она очень переживала за ирбиса. Дело в том, что каждое выступление мы устраивали небольшой интерактив, чтобы гости могли почувствовать себя участниками шоу. Каждый раз мы старались подзывать добровольцев к разным членам труппы. Кому-то посчастливилось принять участие в фокусах Каны, кто-то проверял достоверность весовых категорий гирь, которыми жонглировал Гажил, кто-то помогал Венди взобраться на канат, кто-то играл с клоунами. В тот день была очередь Джувии подзывать к себе добровольца, и она очень волновалась, сколько стресса испытает Грей, работая с чужим человеком на публике.       К полудню труппа уже вовсю готовилась к вечернему шоу, за кулисами было не протолкнуться. Я помню, с каким облегчением откинула от себя ворох бумаг, когда все зрители были наконец распределены по местам. Но расслабляться еще было рано: на арене уже погас свет, зажглись прожектора и светодиодные палочки в руках детей. Шоу началось.       Бастия как обычно поприветствовал публику, от его голоса и ответных аплодисментов, казалось, дрожали стены. Я справлялась о готовности того или иного участника, когда номер другого подходил к концу, и поторапливала к выходу следующих по списку.       Ребята выступали с таким рвением, что временами я ловила себя на том, как завороженно таращусь на их выступления, а не выполняю организационные обязанности. Леон не корил меня за это, а только мягко напоминал, что самое время обновить список выступающих или проверить, хорошо ли работает свет.       И вот настало время завершать шоу. Перед финальным выходом на поклон всей труппы зрителям осталось лицезреть лишь долгожданное выступление Джувии Локсар и снежного барса.       Тут-то все и случилось.       Со всех сторон раздавались охи и ахи восхищения. Джувия и Грей показали свой великолепный номер с игрой в чехарду в клетке размером с добрую половину арены. По окончанию номера Джу поклонилась публике, и умный барс Грей повторил поклон за ней, что спровоцировало еще более горячие овации.       — Дамы и господа, — провозгласил вышагнувший на арену Леон Бастия, привлекший к себе внимание. — Для следующего номера нам необходим доброволец! Ну же, кто осмелится встретиться с нашим легендарным ирбисом с глазу на глаз?       По переполненному залу прокатился возбужденный шепот. Дети активно тянули руки, но обеспокоенные матери силой опускали их обратно. Грей присел в ожидании на свою подстилку, Джувия держалась рядом. Леон бродил вокруг клетки и поглядывал на зрителей.       — Ну же, решайтесь! Кто же примет участие в грандиозном представлении?       — Я — ик! — готов, сэр!       Вперед вышел, пошатываясь, низенький старик в нелепой шапочке с двумя кисточками и в заостренных ботиночках. От взглядов Леона и Джувии не укрылось, что тот был слегка пьян, но останавливать его они не решились: публика уже весело подбадривала его криками, а сам доброволец закидывал короткую ногу на край арены.       Джувия сглотнула. Этого еще не хватало… Мало того, что Грей не доверял незнакомцам, так тот еще и был пьян. Только бы этот «смельчак» не полез к нему с лаской… Как же это не понравится Грею!       — Итак, у нас есть доброволец! — провозгласил Леон, и старик в ответ на аплодисменты послал в зал воздушный поцелуй. Зрители рассмеялись. — Прошу в клетку, мистер…       — Макаров! — охотно представился он, допрыгнув до микрофона в руках Бастии. Он громко икнул, вновь рассмешив публику. — Я не прочь поиграть с кисонькой… и этим ее ирбисом тоже, конечно.       Сам Леон не удержался и прыснул, что уж говорить о наблюдающих. Довольный шуткой старичок запрыгнул в клетку на нетвердых ножках и сладко улыбнулся Джувии. Ирбис же напрягся и уставился на незваного в его клетке гостя. Локсар осторожно погладила зверя, и тот чуть спокойнее поднялся на ноги. Подумал, вероятно, что не трогать странного вторженца — очередная прихоть хозяйки. Что ж, так уж и быть.       Леон тоже шагнул в клетку, и зал притих. Все вытянули головы в ожидании трюка.       При виде снежного барса старик Макаров немного оробел даже на поддатую голову. Грей махнул хвостом, теснее прижавшись к ноге Джувии.       — О, а животина… того… не цапнет? — спросил он Леона, пьяно моргнув.       — Нет, наша укротительница — мастер своего дела, — уверил Бастия, убрав микрофон ото рта, чтобы слышал только он. — Прошу вас, мистер Макаров, положитесь на наш профессионализм.       — Л-ладно…       Леон откашлялся и вновь поднял микрофон:       — А сейчас наш доброволец приляжет между далеко расставленными друг от друга колоннами! Посмотрим, сумеет ли Грей допрыгнуть до соседнего возвышения и не приземлиться на гостя?       По рядам прокатилось громкое «у-у-у-у!..» и приободряющие хлопки в ладоши. Макаров ойкнул, но настороженно выполнил просьбу. Старик лег посреди клетки, нервно глядя на крупную хищную кошку, которая в готовности перепрыгнуть его дряхлое тело забралась на одну из колонн. Старик с крайним беспокойством подергивался и глядел на симпатичную, но напряженную лицом девицу, что растянула наизготовку кнут.       — Приготовились! — прокричал Леон. — И-и-и… АП!       Все случилось мгновенно.       Джувия резко щелкнула кнутом.       Ирбис приготовился к прыжку.       Оторвался от колонны, взмыл воздух…       …И испуганный старик дернулся всем телом, выбросив вперед руки в попытке загородиться, если ирбис-таки упадет на него.       Леон и Джу успели увидеть, как, слившись со светом мигающих для эффектности софитов, из рук пьяного старика вырвался столб света.       А в следующую секунду потерял равновесие, перелетел вторую колонну и с громким звоном и криком боли в прутья клетки врезался обнаженный мужчина с черными как смоль, точь-в-точь как полоски на шерсти ирбиса, волосами.       Лицо Джувии вытянулось от ужаса: на месте снежного барса хрипел и с трудом перекатывался на живот после удара… человек.       Зрители застыли как вкопанные в своих креслах, в полном недоумении взирая на странное зрелище. Старик на полу клетки промычал: «ой-ёй…», Джувия не могла пошевелиться и отвести взгляд от отбившего все кости мужчины, что поднял недоуменный взгляд на затихшую толпу, а потом и на нее.       У Локсар едва не остановилось сердце.       Этот взгляд.       Именно так на нее взирал ирбис, словно вопрошая, что ему делать.       Взирал этими самыми глазами, синеву которых она узнает из тысячи.       — Г… Г… Грей?.. — прохрипела бледная как мел девушка.       — ТА-ДА! — вскрикнул Леон, выбежав вперед. — ДАМЫ И ГОСПОДА — НАШ НОВЫЙ НЕВЕРОЯТНЫЙ ТРЮК! ПЕРЕВОПЛОЩЕНИЕ ЗВЕРЯ!       Зрители охнули и вскочили на ноги, аплодируя так, что багровели ладони. «Вот это магия! Вот это представление!» — разносилось со всех сторон. Леон же изо всех сил кланялся и выдавливал широкую улыбку, хотя руки, распростертые залу, у него тряслись. Публика съела его наживку и подумала, что это часть представления, хотя у самого у него в голове все звенело.       Обнаженный же мужчина шарахнулся от столь громких криков толпы и на четвереньках подбежал к Джувии, которую лихорадило с ног до головы, но ему не удалось приблизиться вплотную: Грей споткнулся и едва не рухнул, а также болезненно зашипел: прутья клетки упирались в его голые колени. Он поглядел вниз, крайне удивившись внешнему виду своих конечностей. Он и сам не понял, что с ним произошло, но во взгляде читался животный страх.       СМИ писали во всех газетах о «новом захватывающем трюке ЦИРКА САМОУБИЙЦ, невероятном перевоплощении зверя в человека на глазах у публики», но на самом деле произошло следующее: пьяный старик оказался магом, причем очень высокого уровня, и случайно с перепугу сотворил необратимое заклинание, превратив снежного барса в человека. Пока публика ликовала, а Леон торопливо сигналил мне, не менее сбитой с толку, чтобы я срочно опустила занавес, старика и след простыл. Он сбежал, испугавшись последствий своего случайного колдовства.