Забавы богов, или маг на полставки

Давайте быстрый пересказ для тех, кто не хочет перечитывать (я сама, честно говоря, перечитывала, прежде чем вернуться к написанию, и ухихикалась, потому что знатно вообще подзабыла, сколько забавного тут понаписала): Марори по случайному стечению обстоятельств из нашего мира попадает в Имладрис в возрасте 16 лет, оказывается наделена неконтролируемой магической силой. Лорд Элронд и его сыновья (Элладан и Элрохир) принимают Марори в семью. Проходит два года, в течение которых она выучивает языки (эльфийский, всеобщий и немного кхуздул) и тренируется. Встретив случайно Фили и Кили, из-за неконтролируемой магии Марори поджигает реку и не может вернуться домой. Она вынуждено путешествует с ними до Бэг Энда, знакомится с Гендальфом, Торином и отрядом, возвращается с ними в Имладрис, пережив битву с троллями и получив в подарок от Торина кинжал "Чёрный коготь". В Имладрисе Марори делает вид, что может прочитать лунные руны и просто по памяти воспроизводит пророчество, пытается убедить Торина взять её с собой, но он отказывает. Тогда Марори сбегает из дома вслед за гномами и какое-то время преследует их. Вскоре они обнаруживают её, и Торин решает, что отдаст её Гендальфу, чтобы тот сопроводил девушку обратно. Но этому не суждено сбыться, и Марори это прекрасно знает. Сначала битва каменных великанов, потом попадание в гоблинские пещеры, где Марори не может удержаться от потасовки, когда Король гоблинов унижает Торина. После нападение орков, в ходе которого Марори сперва из-за непредсказуемой магии делает Азогу синий цвет кожи, а потом отрезает себе волосы, за которые орк её схватил. Орлы всех спасают, база. На подходе к дому Беорна Марори приспичивает в туалет, и она уходит одна подальше, натыкается на волка, убегает от него, сваливается в канаву со змеями, превращает их в мармеладных змей, и одной змеёй решает угоститься. За этой картиной её застаёт орк-разведчик. Марори начинает убегать уже от него, натыкается на Беорна, который расправляется с орком, пока девушка сбегает. Вскоре все герои собираются в доме Беорна. Перед Лихолесьем Гендальф по классике сваливает, у Марори на нервяке начинают светиться волосы, что сначала вроде прикольно, а вроде как и опасно, поэтому она прикладывает все силы, чтобы справиться со своей магией, и у неё это впервые получается. ТЕПЕРЬ. Скука стояла смертная. Мы бродили по Лихолесью ещё несколько дней, купаясь в духоте и полумраке. Чем больше углублялись в лес, тем причудливее и необычнее становились деревья, их кора играла всё более яркими красками, расцветала синим, красным и фиолетовым. Я несколько раз касалась цветной коры, но каких-либо неприятных ощущений не испытала, хотя и была готова к тому, что это может оказаться какой-нибудь противный на ощупь мох или лишайник. Тропинка змеилась под нашими ногами и я радовалась, что мы не теряем её из виду. Через ручей перебирались с особой осторожностью. Я помнила о том, что случилось с Бомбуром по канону, поэтому настояла, чтобы он переправлялся в середине процессии, где за ним было бы намного проще уследить. Гномы сначала ворчали, что я слишком мнительная, но я продолжала упорствовать. Гэндальфа, который мог бы отнестись к моим словам о предчувствии настороженно, рядом больше не было, поэтому я нещадно давила на то, чего гномы были напрочь лишены - на мистическую интуицию. Чутьё. Это просто чутьё, твердила я и в итоге победила. Бомбур и правда чуть не упал. Но так как за ним, ворча себе под нос, перебирался крепкий Двалин, катастрофы удалось избежать. Бритоголовый гном плечом подпёр здоровяка, не давая ему опрокинуться навзничь в воду. Когда все оказались на другой стороне, гномы поглядывали на меня кто с удивлением, кто с довольством. - Хорошее у тебя чутьё, - хмуря смоляные брови, бросил мне Торин, но на его лица не было и тени искренний похвалы. От Гэндальфа заразился что ли? Мы двинулись дальше. Одна проблема была решена, однако передо мной стояли задачки посложнее. Как избежать встречи с пауками? - Смотрите, какая чудовищная паутина, - на одном из дневных привалов, пока солнце освещало лес хотя бы наполовину, я указала на толстый ствол дерева, который весь был покрыт липкой паутиной. Гномы, проследив за моим жестом, почти все, как один, нахмурились. Я ещё пару дней назад поняла, что они паутину предпочитали не замечать, словно её и вовсе нет. Было что-то такое в характере гномов - пока проблема не встанет ребром, они выбирали её игнорировать. - Ну паутина, и что с того, - пожал плечами Глоин, соскребая со дна миски остатки скудного обеда. - Если есть паутина, то должны быть и пауки, которые её сплели, - терпеливо продолжила я, оглядывая компанию. Гномы делали вид, что заняты своим делом. Лишь Кили, Фили и Бильбо смотрели прямо на меня, но тоже немного хмурились, видимо, не понимая, зачем я всё это говорю. Я продолжала. - Можете себе представить, насколько огромными будут эти пауки... Я демонстративно поёжилась. Бильбо принялся махать на себя рукой, словно ему сделалось дурно. - Что ты хочешь этим сказать? - напрямую спросил Кили. - Что нам надо быть готовыми к тому, что на нас могут напасть гигантские пауки, очевидно, - поджала губы я. - Есть идеи, как с ними сражаться? Мой вопрос остался без ответа. Через полминуты ко мне подошёл Двалин. Он потрепал меня по голове: - Не забивай себе этим голову, девочка. Я надулась. Мы отправились дальше. Моя тревога возрастала в геометрической прогрессии с каждым проведённым в чаще часом. И это не говоря о том, что провизии и воды у нас становилось всё меньше и меньше. Торин сокращал наши пайки с каждым днём. И если мне, невысокой и худощавой, чтобы неплохо себя чувствовать, вполне хватало куска хлеба, куска сыра и куска солонины, то гномы, мощные и крепкие воины, явно страдали от недостатка пищи. Через какое-то время моя тревога сделалась настолько сильной, что стала просто невыносимой, раздулась и лопнула, как воздушный шарик. Ну да, нападут пауки, сразу предупрежу всех, что нельзя дать себя укусить, а то заснем. Я буду начеку всегда, поэтому врасплох они нас не застанут! Успокоив себя этим, я бодро прожевала свой скудный обед на очередном привале, отряхнула руки и встала, решительно закинув рюкзак за плечи. Откуда-то сбоку из сумрака за пределами дороги раздался шорох. Я взвизгнула. На тропу деловито выскочила белка, игнорируя наше присутствие практически полностью, а потом ускакала в противоположную сторону. Сверля взором полумрак, где скрылась грызунья, я выругалась сквозь зубы. Фили, Кили и Бильбо покосились на меня. Двалин и Бофур хохотнули. Торин бросил нечитаемый взгляд и хмуро сказал: — Идем дальше. Ситуация показала мне, что нервы мои натянуты куда сильнее, чем я думала. Двалин похлопал меня по плечу, когда проходил мимо: — Не дрейфь! Если бы мы были в мультфильме, меня бы в тот момент нарисовали с красным лицом и паром из ушей. На самом деле после этого я действительно немного расслабилась на несколько часов, хотя и не перестала отслеживать наличие или отсутствие паутины. Честно говоря ведь, если мы не попадемся паукам и нас не схватят эльфы, сколько мы будем блуждать по лесу? Нам хватит еды и воды? Мы вообще сами найдем дорогу? — Стойте, — раздался голос Торина, прерывая мои мысли. — Сейчас скорее всего время заката. Это наша последняя возможность сегодня хоть что-то увидеть. Нужно… чтобы кто-нибудь забрался на дерево и посмотрел оттуда, где край леса. Я подвисла. В фильме это был тот самый момент нападения пауков, когда Бильбо полез на дерево на разведку. Но в этот раз после этих все, естественно, посмотрели на меня. — Почему именно я спрашивать бесполезно, полагаю? — вздохнула я, уже снимая сумку с плеча и подходя к дереву. — Подсадить? — со всей учтивостью улыбнулся мне Фили. — Не надо, — фыркнула я, уже подтягиваясь на нижнюю ветку. — Главное, будьте начеку, у меня плохое предчувствие. Кинув в сгущающемся сумраке взгляд на Торина, чьё лицо давно не выражало никакой другой эмоции, кроме мрачного недовольства, я торопливо полезла наверх. Чем быстрее сгоняю, тем меньше шансов, что что-то случится, пока меня не будет. — Ну что там? — Ну как? — Видно чегось? Голоса гномов посыпались снизу из темноты, хотя я долезла только до середины. Отвечать им я не стала, решив сэкономить силы. Ещё несколько усилий, пару раз подтянуться на ветке и — вуаля! Какой же... — ... кайф..., — вслух закончила я, вдыхая полной грудью впервые за много дней чистый неспёртый воздух, свежий и ласковый ветерок обдул разгорячённое и распаренное лицо, приятно охлаждая кожу. "Как будто летом в жару из полной маршрутки наконец-то вылезла", — невольно подумала я и сама же хихикнула над этим сравнением. Местность открылась как на ладони. До края леса было не так уж и много, я поспешила сообщить об этом гномам, крича вниз, что есть мочи. Судя по их радостным возгласам — они меня услышали. И, видимо, услышал кое-кто ещё. Верхушки деревьев там вдали принялись стремительно раскачиваться. — О, нет-нет-нет! — я торопливо принялась спускаться, не медля ни секунды. — Торин! Торин! Что-то приближается! Опасность! Король гномов вряд ли видел меня в такой тьме, но не задал ни одного вопроса, сразу начав отдавать команды на кхуздуле. К тому моменту, как я снова ступила подошвами на землю, гномы уже стояли в полной боевой готовности. — Я же вам говорила! — вскинулась я. — Гигантские пауки наступают! Только не дайте им себя ужалить! — С чего ты взяла, что это именно гигантс-..., — почти возмущенно начал Двалин, но тут прямо перед ним на тропу выскочил восьминогий мохнатый гость. Последних лучей солнца, пробивающихся сквозь кроны деревьев было достаточно, чтобы рассмотреть тварь. — Что ж, — заключил Двалин невозмутимо и бросился в бой с боевым кличем. Остальные гномы последовали его примеру, так как пауки окружили нас со всех сторон. В этой почти уже темноте сражаться было невероятно трудно, я даже не пыталась махать мечом, чтобы кого-нибудь из своих случайно не задеть, и вооружилась Черным Когтем - тем самым кинжалом, который подарил мне Торин. Пару раз рубанув по мохнатым лапкам и один раз выколов какому-то пауку глаз (не велика победа, вы видели, сколько у них глаз???), я наткнулась на кого-то спиной. Носа коснулся знакомый запах, который я не могла описать, знала только, что он мне очень нравился. — Спрячься за мной, — скомандовал Торин, рядом со свистом пронёсся Оркрист. — Ты явно видишь в темноте не так хорошо, как гномы. — Справедливо, — согласилась я, хотя до этого собиралась возразить. Я юркнула за спину Торину, оказавшись между ним и деревом, на которое недавно лазила. Но даже это полностью не оградило меня от контакта с пауками — один гадёныш спускался прямо по стволу дерева, и тут уж мне пришлось обнажить меч, так как длины кинжала не хватало, чтобы сбить этого гада на землю. Стоило мне расправиться с этим пауком, солнце окончательно ушло за горизонт, и всё вокруг погрузилось в непроглядную тьму. Я видела максимум на расстояние вытянутой руки. Вряд ли даже у гномов, привыкших к пещерам и полумраку, зрение позволит видеть в полной темноте. Как я и думала, тут же раздались возгласы: — Где они?! — ААЙ! Ты мне ногу отдавил! — Не маши мечом! — Меня укусили!! — Отведай гномьей стали! Куда делся?? Нам нужен был свет. И срочно. Без него победы точно никакой не будет, это просто невозможно. Надеяться на то, что мы действительно попали в тайминг канона и сейчас придут эльфы и нас спасут, мне не хотелось совершенно, ведь это могло быть и не так. Естественно, первое, о чём я подумала — мои волосы. Если бы я прямо сейчас могла заставить их светиться, тогда проблема была бы решена. Прижавшись спиной к стволу дерева, я зажмурилась, пытаясь сосредоточиться и сформулировать своё желание максимально точно. Шли минуты, но вокруг нас так и оставался полный мрак, разрезаемый только свистом мечей, рассекающих воздух, криками и щёлканьем паучьих жвал. Я начала ощущать, что теряю ориентацию в пространстве. Почудилось, что запахло кровью, а в ушах зазвенело, как будто я погрузилась в воду на слишком большую глубину. Сознание поплыло. Я резко сама себе отвесила пощёчину. Лицо запылало, зато ускользнувшее на несколько секунд сознание снова вернулось в норму. Идея пришла сразу же. Зачем светиться моим волосам, если лучше, чтобы светились сами пауки? Так их легче всего будет найти в темноте. Не дав какой-либо другой мысли затмить эту, чтобы не сбивать магию, я выплеснула силу наружу. И тут же увидела, как волна света разошлась от меня во все стороны. Все существа, которых она коснулась, начали светиться лёгким голубоватым светом словно бы прямо по контуру. Засветились не только пауки, но и гномы. От удивления замерли все, и битва на несколько мгновений остановилась. Я уже набрала в лёгкие воздух, чтобы крикнуть "Бейте их!", как слова застряли у меня в горле, потому что стоящий в паре метров от меня паук внезапно начал потихоньку подниматься в воздух. Словно накаченный гелием шарик или тётушка Мардж из третьей части "Гарри Поттера". — Какого балрога...? — выругался кто-то из гномов. И тут я заметила, что все, кто объят голубоватым светом, пауки и гномы, внезапно словно бы оказались на МКС, в которой отключили гравитацию. Все они начали парить над землёй, кто-то на высоте одного метра, кто-то поднимался выше. Я испугалась, что они сейчас как воздушные шары просто улетят в небо, но, к счастью, этого не случилось — Торин, поднявшийся вверх на пару метров, сделал движение, словно он плывёт, и его тело переместилось по воздуху чуть вниз. Взгляд его тут же приковался ко мне. — Марори..., — гном издал недовольный выдох. — Извините, — пискнула я, сама-то при этом продолжая твёрдо стоять на ногах на земле. Самое забавное было в том, что пауки, в отличие от гномов, никак не могли сообразить, как теперь передвигаться, и многие из них, барахтаясь, перевернулись лапами вверх, тем самым обездвижив сами себя. — Валите их, пока они не могут атаковать! — тут же среагировал Двалин, и гномы ринулись в бой снова. Конечно, теперь это выглядело не так эпично — я чуть в голос не засмеялась, глядя на то, как Двалин, делая движения словно плывёт по-лягушачьи, гнался за пауком, который отчаянно болтал всеми лапками в воздухе, пытаясь "уплыть". Если смотреть исключительно на усилия участников этой погони, казалось, что они мчатся с невероятной скоростью, но на самом деле они сдвинулись лишь метров на пять, пока Двалин не догнал паука и на всадил топор ему в голову. Кили в этой обстановке было удобнее всего — он стрелял зависшим в воздухе паукам прямо в глаза, а иногда в лапы, если видел, что кто-то из них слишком близко подобрался к кронам деревьев и пытается зацепиться за них лапами. Но был кое-кто, избравший практически сразу самую эффективную тактику и положивший в одиночку уже треть пауков. Упираясь ногами в тяжёлых сапогах в стволы деревьев, Торин отталкивался от них со всей силы, придавая себе ускорение и налету срубал паукам головы, распарывал брюха, отрубал конечности. Он ловко притормаживал своим дубовым щитом, если было нужно, иногда менял траекторию, отталкиваясь от самих пауков или от кого-то из гномов. Вскоре за Торином начали повторять все остальные. У некоторых, честно говоря, не получалось. Я клятвенно пообещала себе не упоминать вслух о том, что Бомбур действительно был похож на огромный парящий воздушный шар. С усами. Мне вступать в битву даже не понадобилось. Гномы расправились с пауками, даже Бильбо прикончил одного. Занятая любованием стилем боя Торина, я даже не обратила внимания, использовал Бильбо кольцо, чтобы стать невидимым или нет. У меня иногда закрадывались сомнения, вдруг полурослик всё же не нашёл кольцо в пещерах гоблинов, как должно было быть, но спросить напрямую я не решалась. — Марори..., — укоризненным тоном обратился ко мне Король гномов, паря в метре над землёй передо мной, сложив руки на груди. Я огляделась. Погибшие пауки перестали светиться и парить, зато гномы так и оставались сияющими-летающими. Почесав затылок, я издала невинный смешок: — Хихик? Торин тяжело вздохнул. — Да ладно, здорово же! — отреагировал Кили. — Смотрите, как я теперь могу! Он сделал кувырок в воздухе. Бофур зааплодировал, но тут же словил взгляд Торина и перестал. — Марори, ты можешь вернуть нас в нормальное состояние? — без особой надежды спросил Король гномов. — У тебя же получилось в тот раз остановить свечение своих волос. — Уверен, что нам это нужно прямо сейчас? — внезапно вмешался Двалин, до этого выглядящий довольно задумчиво. — Не ровен час прибудут ещё эти твари. Всё же мне кажется, что их здесь куда больше, чем мы перебили. Я торжествующе указала рукой на Двалина и отвесила поклон ему за мудрые мысли. Торин снова тяжело вздохнул: — Ты теперь все наши битвы будешь превращать в шутовство? Вопрос прозвучал скорее риторический, но я всё же возмутилась: — Ну так сработало же! Король гномов ничего не ответил, лишь задрал голову, глядя наверх, в темноту сомкнутого лесного полога. — Я тоже об этом подумал, — сказал негромко Балин, бросивший взгляд туда же. — Можно воспользоваться ситуацией. В любом случае без этого мы сейчас не будем знать, куда идти. Я сперва непонимающе переглянулась с Фили и Кили, но потом догадалась, что Торин хочет сам забраться наверх, пользуясь своей невесомостью, чтобы посмотреть, в какую сторону нам идти. Так и вышло. Велев всем быть начеку, Король гномов, цепляясь за ветки и отталкиваясь от них, чтобы парить всё выше, скрылся в кроне деревьев. За счёт того, что он всё ещё излучал свет, нам было видно где он, даже когда он добрался до вершины. Безусловно, ветви и листья закрывали от нас его фигуру, но лёгкий, очень похожий на лунный, свет всё равно проникал через тьму в одном месте — там и был Торин. Вскоре он вернулся, указал направление, и мы двинулись туда. — До края леса куда меньше, чем я ожидал, но больше, чем я надеялся, — хмуро негромко сказал Торин, двигаясь рядом с Двалином. Я шла лишь чуть впереди них, поэтому всё слышала. Мы довольно быстро сообразили, как нам лучше всего двигаться — гномы уцепились друг за друга, самый первый в этом импровизированном поезде, то есть Торин, положил руку мне на плечо. Я просто шла, а совершенно невесомые гномы вереницей тянулись за мной. Хорошо, что тут нет ветра, а то бы их точно унесло, подумалось мне. — Думаешь, нам хватит провизии, чтобы добраться до конца леса? — спросила я, чуть оборачиваясь. Рука гнома на моём плече грела, от неё по телу словно волнами расходилось приятное тепло, дарящее надежду в этом стылом чёрном лесу. — Если и не хватит, то пару дней голодовки нам не страшны, а на дольше мы здесь и не задержимся, — отозвался Торин, глядя вперёд, в темноту. Я кивнула и тоже поспешила следить за дорогой, чтобы не вписаться в какое-нибудь дерево. Вот Торин меня тогда испепелит взглядом. Может, мы и не встретим этих эльфов вовсе? Может, получится просто пройти мимо незамеченными. От этой мысли я невольно снова оглянулась на длинный светящийся "хвост" позади. Мда, сама незаметность. Внезапно произошло сразу две вещи. Сбоку раздался какой-то шорох, отчего Торин мгновенно выхватил свой меч, отпустив моё плечо. А я по инерции всё равно сделала ещё пару шагов вперёд. На втором шаге я ощутила, что нога внезапно проламывает ветки, листики и мох, проваливаясь в пустоту. Почти мгновенно стало очень темно, так как свалившись куда-то, я перестала видеть светящихся гномов. Размахивая руками, я успела зацепиться за корень дерева, торчащий из стены этой земляной ловушки и повиснуть. — Марори!! — раздались крики сразу нескольких голосов. — Где ты?! Я подумала, что они, должно быть, отвернувшись на шум, не успели увидеть, как я провалилась. — Я здесь, внизу! Провалилась в я-...ааааа! Я не успела договорить, как корень, за который я держалась, оторвался, и я полетела вниз с громким визгом. Свободное падение прекратилось быстро и дальше я ощутила, словно качусь по земляной горке вниз. Чтобы минимизировать травмы, я постаралась сгруппироваться. В полной темноте послышался треск ткани, падение замедлилось, снова треск и я опять лечу быстрее. Я жмурилась и сжимала губы, чтобы земля не попала в глаза и рот. Чувствовала, что то и дело цепляюсь за что-то волосами или сама в них же путаюсь. Спуск закончился также резко, как и начался — я ударилась об землю, лишившись всего воздуха в лёгких, а потом что-то тяжёлое ударило меня по голове сверху, и я отключилась. Не знаю, сколько я пролежала без сознания, но когда пришла в себя, вокруг было всё также темно, холодно и тихо. Воняло сырой землёй. Я слегка пошевелилась, стараясь не делать резких движений на случай, если что-то в теле сломано или проткнуто. В голове стоял жуткий звон. Немного поёрзав, я ощутила, как что-то длинное и тяжёлое сползло с моей спины и с лёгким звяканьем упало рядом. Нащупав это, я догадалась, что случилось. Рядом со мной лежал мой меч в ножнах. Тот треск во время падения — это перевязь разорвалась, и клинок покинул мой пояс. А когда я свалилась, моё же оружие упало мне сверху на голову и вырубило. Супер. Кому расскажешь — засмеют. Гномы уж точно. Гномы! Точно! Я поднялась на ноги и задрала голову. Было темно. Я пару раз крикнула. Никакого ответа. То ли они уже ушли, то ли я нахожусь настолько далеко, что они меня не могут слышать. Так. Спокойно. Пока без паники. Да, в каноне ничего подобного не было ни про какие ямы, но это не значит, что всё плохо! Прокашлявшись, я облизнула губы, так как ощущала сильную жажду, но тут же пожалела об этом, потому что мгновенно почувствовала вкус земли на языке и её хруст на зубах. Потрясающе. Должно быть, я выгляжу как крот-переросток, не иначе. Делать было нечего, и я решила хотя бы наощупь попробовать понять где я. Кричать снова я не стала, так как боялась, что на крик могут сбежаться враждебно настроенные существа, которые были бы не прочь мной закусить. Место, в котором я оказалось было помещением примерно два на два метра, в форме неровного круга. Больше всего походило на небрежно вырытую нору. И тут встаёт вопрос. Чью? Как только этот вопрос у меня встал, за спиной раздались голоса. Я вздрогнула, но тут же обернулась. Разобрать слова было пока невозможно, но голоса приближались. После раздался какой-то щелчок и внезапно в абсолютно тёмной стене появилась желтоватая полоска света. Вместе со светом в помещение попал и звук, и я наконец смогла разобрать, что кто-то говорил на эльфийском: — ...если не умер, кончай его быстрее и пойдём. Вечером намечается славный пир. Я успела осознать, что у говорившего был немного непривычный мне акцент, а в следующий миг уже было не до этого, потому что привыкшие ко тьме глаза на резкое появление света отреагировали болью и заслезились. Подняв руку, чтобы прикрыть глаза от яркого света, проникшего сюда с исчезновением куда-то стены, я замерла. — Это ещё что?... — раздался всё тот же голос через секунду. — Э... здравствуйте, — отреагировала я, заговорив тоже на эльфийском, продолжая щуриться и закрывать глаза, но уже могла различить два темных силуэта на фоне светлого проёма. — Могу узнать, что это за место? Последовала пауза. — Это эльфийка что ли? — спросил один голос чуть более приглушённо. — Выглядит хуже скитающегося гнома, если честно, — ещё более переходя на шёпот отозвался второй. — Прошу прощения за мой внешний вид, — начала слегка злиться я. — Но он не был бы столь неподобающим, если бы я не угодила в вашу... эээ... смею предположить, ловушку. Это ведь какая-то ловушка, верно? Глаза наконец привыкли, и я опустила руку, но шагов навстречу незнакомцам пока не делала. — Верно, — отозвался первый голос, который, как оказалось, принадлежал высокому эльфу со светлыми волосами, убранными у висков. Всё как обычно. Второй эльф был чуть ниже ростом, и его русые волосы слегка вились у лба, а потом тоже сплетались в причудливые тонкие косы. — Это ловушка для этих мерзких пауков, — с ноткой довольства продолжил рассказывать светловолосый эльф. — Спуск специально вырыт таким образом, чтобы при падении сюда пауки ломали все свои лапы и не могли больше сражаться. В его тоне проскользнула кровожадная интонация, и я невольно вспомнила отрывок из "Хоббита", в котором профессор писал, что лесные эльфы Лихолесья были более подвержены страстям, чем эльфы Имладриса. Скорее всего, сдержанного благородного поведения, которое демонстрировал лорд Элронд и близнецы, и к которому я привыкла, здесь я не дождусь. — Умно, — чуть натянуто улыбнувшись, отозвалась я, так как эльфы всё ещё смотрели на меня, видимо ожидая реакции. — Но я, как видите, не паук, попала в вашу ловушку случайно. Не будете ли вы так любезные показать мне выход, чтобы я снова могла вернуться к своему путешествию через лес? Эльфы переглянулись. Заговорил тот, который был с русыми волосами: — Вообще мы не можем тебя просто так отпустить. Сначала тебя должна допросить начальница стражи, чтобы убедиться, что ты не шпионка какая-нибудь. Наш король совсем не любит незваных гостей. Я возмутилась: — Так если бы не ваша дурацкая ловушка, я бы и не оказалась незваным гостем! Думаете, мне прям сильно охота торчать в вашем королевстве? — я уперла руки в бока. Меч, который я до этого криво-косо приделала обратно к поясу, звякнул. — Так у тебя есть оружие? — прищурился светловолосый эльф. — Что вообще может эльфийка делать одна в этом лесу? Ты точно не из наших, так откуда ты? Я умышленно не стала поправлять его, когда он назвал меня эльфийкой, решив, что раскрою правду только если придётся разговаривать с Трандуилом. Вот он враньё точно не стерпит, а от этих если что смогу отмазаться. Говорить, что путешествую не одна, я тоже, разумеется, не стала. — Я из Имладриса, — ответила я и приосанилась. Учитывая, что я действительно сейчас выглядела хуже скитающихся гномов и даже немного пованивала после длительного нахождения без водных процедур, мне пришлось закусить щёки изнури, чтобы не рассмеяться от мысли, какое лицо было бы у Элронда, если бы он увидел эту сцену своими глазами. — Из Имладриса? — всё ещё недоверчиво переспросил светловолосы эльф. — А что тогда делаешь здесь? Ни за что не поверю, что в Имладрисе кто-то бы отпустил эльфийку одну путешествовать по этим краям. Орки так и рыщут. Я поняла, что он имел в виду. Близнецы и Арвен потеряли свою мать, а лорд Элронд — жену, потому что на неё напали орки. И меня бы действительно никогда не отпустили никуда одну. Но ведь я не одна, это раз. Я сбежала, это два. Невольно именно сейчас мне пришла в голову мысль о том, как же сильно, наверное, близнецы и Элронд переживают. — Меня действительно никто не отпускал, — согласилась я, понимая, что глупо отрицать очевидное, на такой лжи очень легко попасться. — Я сбежала от отца и братьев, чтобы исследовать мир. Вот. Эльфы переглянулись. Светловолосый пожал плечами, второй покачал головой и снова обратился ко мне: — В любом случае мы должны тебя доставить к начальнице стражи, она будет с тобой разговаривать и выяснит, правду ты говоришь или нет. Понятно? А сейчас пока сдай своё оружие. Он шагнул ко мне и протянул руку ладонью вверх. — Ещё чего! — возмутилась я, кладя руку на эфес меча и сжимая его. — Ведите меня к своей начальнице стражи, ладно. Но меч не отдам. Это подарок дорогого мне эльфа, откуда я знаю, что вы не умыкнёте себе оружие столь прекрасной работы, а? Лучшая защита — это нападение. Честно говоря, у меня до сих пор болела голова после того, как я этим же мечом получила по затылку, жутко хотелось пить и есть, а не стоять болтать с этими ребятами. Я была крайне уставшей, кожа чесалась из-за налипшей к ней грязи и пота, поэтому раздражение медленно, но верно ползло к отметке "критическое". — Ты же понимаешь, что когда отказываешься сдать оружие, вызываешь на себя ещё больше подозрений? — делая ко мне ещё шаг, сказал эльф. — Подозрений в чём? — рыкнула я, не выдержав. — В том, что я уставшая, грязная и голодная, а ещё дико хочу в туалет, а вы тут издеваетесь надо мной подобными разговорами, вместо того, чтобы гостеприимно принять?! Комментарий про туалет заметно смутил эльфов и они оба попрятали глаза. Почувствовав их слабину, я напустилась пуще прежнего: — Что вообще за отношение к девушке, а?! А если я ранена после падения в эту вашу ловушку?? Не подумали, что мне может быть нужна помощь? А если без этой помощи я сильно заболею или умру? Готовы отвечать перед моей семьей в таком случае?! Я агрессивно убрала с лица пряди волос, которые в ходе активной жестикуляции упали на глаза. Эльфы снова переглянулись. Заговорил светловолосый: — Эм... Ладно, давай сначала отведём тебя к нашему лекарю... Но я всё равно доложу начальнице стражи, что ты... — Марори, — перебила я его. — Моё имя Марори. — А. А я Сильмир, — скорее рефлекторно из-за этикета представился светловолосый. Но меня это не смутило, я искренне ему кивнула, а потом посмотрела на второго эльфа. — Аларин, сын Наафера, — уже тоже с кивком головы представился русоволосый. — Отлично, вот и познакомились, — хлопнула в ладоши я, как ни в чём не бывало. — А теперь давайте-ка мы поскорее пойдём, потому что мне что-то нехорошо. Это была чистая правда, так как я ощутила лёгкий приступ тошноты. Хотелось поскорее принять горизонтальное положение. — Идём, — согласился Аларин, после обращаясь уже к своему товарищу. — Отведём её к моему отцу. — А кто твой отец? — тут же спросила я, уже выходя из комнаты-ловушки в коридор, где на стенах уже висели факелы и было довольно светло. Стена за нашими спинами сама начала плавно возвращаться на место. — Он лекарь, — пояснил Аларин. Он шёл ровно мне плечом в плечо: — Осмотрит тебя. — А я пока схожу доложить начальнице стражи, — сказал Сильмир, идя чуть впереди с другой стороны. Коридор был достаточно широкий. — Она либо вызовет тебя к себе, либо сама придёт в лазарет. Главное — даже не думай сбежать. — Я бы не смогла, даже если бы очень хотела, — честно ответила я, ощущая, как усиливается головокружение. Да что происходит??? Неужели я проморгала укус паука во время битвы, и меня отравляет яд? — Чувствую себя с каждой минутой всё хуже. Я видела, как эльфы снова переглянулись. Спустя небольшую паузу Сильмир ответил: — Да, это видно. Ты сильно побледнела. Когда мы поднимались по бесконечным, как мне начало казаться, ступенькам, Аларину даже пришлось поддерживать меня под локоть, потому что сама я ровно идти не могла. Ситуация казалась мне до смешного абсурдной, сюрреалистичной и совершенно ужасной одновременно. Было так много вопросов, например, где гномы, удастся ли мне избежать встречи с Трандуилом, что мне говорить Тауриэль, ведь именно её же, скорее всего, имеют ввиду под "начальницей стражи". Но ни на одном из этих вопросов я не могла сосредоточиться, потому что жутко разболелась голова, меня подташнивало, а из-за того, что желудок был абсолютно пуст, появилась неприятная изжога. И как бы я ни пыталась собраться, все мои силы явно были потрачены на ту перепалку с эльфами. — Фууу, погодите, не могу больше идти, — сдалась я, когда мы поднялись на последнюю ступеньку. — И вы так каждый день гоняете туда-сюда? Издевательство какое-то, так ведь можно и лёгкие выплюнуть, и копыта отбросить. Эльфы снова на меня уставились. Я догадалась, что они никогда не видели эльфиек, которые выражались бы подобным образом. Каких же усилий мне стоило прямо в этот момент не ляпнуть: "Да я приёмная". Вскоре Сильмир отделился от нас в одном из коридоров, а мы с Аларином продолжили путь. В лазарете было светло, тихо и пусто. Я на личном опыте знала, что эльфы очень редко попадают в лазареты, так как не болеют и не часто получают травмы. В отличие от меня, естественно. — Отец, — позвал Аларин, проходя вглубь небольшого помещения из светлого камня, где умещалось только четыре кровати, по две изголовьями к перпендикулярным ко входу стенам. В дальнем углу комнаты была ещё одна дверь. Оттуда и вышел высокий статный эльф с длинными каштановыми волосами. К этому моменту у меня уже так кружилась голова, что я не спрашивая присела на ближайшую ко мне постель, словно в тумане слушая, как Аларин объясняет отцу кто я и что со мной. Прозвучало даже несколько незнакомых мне слов, может быть диалектные или другого наречия. Я опустила взгляд на свою руку, которой упиралась в белое покрывало на кровати. На нём остался черно-коричневый грязный след моей ладони. Так трудно держать в голове, насколько я испачкана, когда эта самая голова так неимоверно кружится. Внезапно я ощутила то, чего ощущать совершенно не хотела. Сильно зажмурившись, я процедила сквозь зубы: — Меня сейчас вырвет. Реакция последовала незамедлительная. Мне подсунули деревянный таз, быстро усадили в какое-то правильное положение, чуть наклоняя и придерживая. — Тише-тише, — раздался рядом мягкий голос. — Аларин, иди принеси воды сразу. В следующий миг меня действительно вырвало. Не знаю, что там могло вообще выйти, но во рту сразу стало отвратно горько, горло начало драть, а глаза заслезились. Я всхлипнула носом. Несколько прядей моих грязных волос упали мне на лицо, и лекарь поспешил их убрать, приговаривая: — Ничего-ничего, сейчас это пройдёт и осмотрю тебя как следует. Всё бу-... Его голос оборвался в момент, когда он собрал мои волос вместе и перекинул их мне за спину, чтобы они не мешали. Я ничего не поняла, пока не раздалось удивлённое: — Так ты не эльф? Балрога мне в мужья! Уши! Конечно, когда он убрал волосы, стало видно мои обычные человеческие уши. Вот ведь... Я подняла мутный взгляд на эльфа. Блевать снова как-то расхотелось. Я икнула и не придумала ничего лучше, кроме как сказать: — Да. На зло или на счастье, но именно в этот момент сознание помутилось настолько сильно, что я свалилась в обморок.