Попкорновое послевкусие

Билл летел на Сильвере рассекая улицы вечернего города. Его тяжелая сумка совсем не делала ему погоды и никак не влияла на скорость велосипеда. В сумке был жгут, дубинка и два старых потрепанных комикса про космические бои. Еще не зная как он поступит, Билл решительно крутил педали, наваливаясь всем телом на раму его гоночного средства передвижения. Что-то под коркой его черепной коробки кричало развернуться и мчаться обратно, собрать все свои записи и блокноты (единственное материальное что был дорого Биллу) и податься в кочевники или бомжи хотя бы что-то, но никак не остаться в этом мрачном штате, и быть замешанным в эту страшную историю. В голове нашего главного героя рисовались картинки уютной постели, приветливой комнаты и чая с запахом апельсина, но вместо этого глаза не позволяли воображению одурманить хозяина. Скоростной велосипед Билла привел его к месту назначения - северная площадка. Стоило Биллу ступить на засохшую траву как он почувствовал будто пересекает черту между мирами. И этот новый мир, к которому он так неуверенно шагнул, был не совсем приветливым. Этот ужасающий ржавый отголосок прошлого напомнил Биллу один из его рассказов. Призраки детей в этом рассказе, не отпускали заболевший разум главного героя до дня, пока он, одержимый голосами своих друзей не подсунул свою голову под станок для пресса дерева. Все в этой истории напоминало Биллу недавние события и он боялся, что конец своей собственной истории он закончит по канону, как самый преданный фанат своего детища. 8 детей, смерти которых, как ему казалось, он мог предотвратить, и станок для пресса, принадлежавший отцу, маняще стоял у них в гараже, идеально подходили для пьесы, который Билл непроизвольно поставил себе сам, основываясь на своем цикле историй. И в этой пьесе Билл был жертвой. Каким бы всепоглощающим страх не был, 15 летний подросток был полон решимости. Он был намерен решить эту проблему здесь и сейчас. Но он пока не имел ни малейшего понятия как это сделать. — Я… п-п-пришел сюда договориться, — голос Билла немного дрожал в начале, поэтому ему пришлось прочистить горло, — Но сначала т-ты покажешься и мы спокойно все о-о-обсудим. Зеленые глаза метались из угла в угол, пытаясь высмотреть где-то яркие помпоны-шарики. Билл надеялся и одновременно боялся, что кто-то ему ответит. Уж лучше бы это все было плодом его фантазии и никакого мальчика-людоеда не существовало. — Я не буду с тобой говорить, — этот кто-то обидчиво крикнул из-за угла будки, — И ты никого не спасешь, — так же равнодушно он добавил. Эта фраза будто ударила Билла в живот, но он еще надеялся что-то сделать. — Я тебе кое-что принес, — Билл пошелестел сумкой чтобы привлечь внимание клоуна. Он не совсем уверен что это сработает, но это была лишь единственная идея, как можно купить доверие монстра. Опавшие листья зашелестели затанцевали в маленьком танце ветра и через какое-то мгновение точно шустрой лисицей, рыжий мальчик оказался перед Денбро. Все еще не доверяя, Пеннивайз выглядывал из-за тонкого столба, казалось бы плохая стена защиты. — Дашь мне это и я все равно не перестану убивать. Пеннивайзу нужна кровь и плоть, а эти глупые бумажки на вкус даже хуже камней, на некоторых из них хотя бы есть запах человечины. Билл бы рассмеялся, только ему казалось это опасным. — Я никогда не прощу тебе смерти тех восьмерых детей и те капли крови моего брата, которые ты успел выпить, — начал было угрожающе Билл, — но биться я не стану. Я вижу костюм на тебе чист, а перчатки снова целые, — они начали движения по кругу, как обычно это делают два соперника, которые вот вот хотят вцепиться друг другу в горло, — Ты быстр и ловок, можешь рвать ткань материи и перемещаться быстрее кого-либо из живущих. Тебя не просто так достать и навредить - ты неуязвим. Поэтому я решил заключить с тобой договор… — Денбро только набирался смелости как тут его перебили. — Верно верно верно Билли, тебя меня не достать, не достать, не достать, — исчадие ада прыгало и резвилось подпевая мелодию себе под нос, — я не буду тебя слушать, и картинки твои я брать не буду! —… но если ты меня ослушаешься, — зеленоглазый продолжал, игнорируя провокацию клоуна, — я не пожалею ни сил, — он наступал, сжимая деревянную дубинку в своих руках так, что казалось она сейчас треснет, — ни друзей, а поверь их у меня много. И я тебя растерзаю, отдам твое тело псам, а остатки будут смыты в канализацию - туда, откуда ты наверное и вылез. Пеннивайз не боялся этих угроз, хотя по нему не было видно. Его лицо исказилось, он было зашипел как кошка, обнажив свои клыки. Но где-то в глубине своего мистического начала, инстинкты к выживанию переубедили «Оно» поменять свое решение. К тому же приближается зима. Пеннивайз еще не обучен законами этого мира, но стоит ему ощутить холодный ветер у себя на щеках, или увидеть серые тучи, что затянули небо, как он убежден что скоро будет холодно. И очень голодно. А охотиться Пеннивайз не любил, потому что именно вот так, на своей охоте он набрел на этого придурка с импровизированной битой, который сейчас ему и угрожает. В конце концов запах этого мальчишки настораживал Пеннивайз больше той деревянной биты, что хрустела у Билла в руках. И ему не хотелось проверять фальшивость слов Денбро на себе, поэтому рыжий пересмотрел свои слова о том что Билл его «не достанет». Денбро даже не нужно было повышать тон, чтобы увидеть как глаза клоуна меняются. По нему было видно, что он был готов пойти на перемирие и выслушать предложение этого смертного. Сыграть в рулетку с удачей и поддаться риску ради удовлетворения своего детского интереса. — Зачем тебе это? — спросил он напоследок, сверкая уже голубыми глазами. Билл ответил кратко и ясно: « Чтобы не позволить тебе убивать детей, пока я придумываю план как убить тебя самым жестоким образом из всех существующих». Согласие не заставило себя ждать. Билл выдвинул список правил и уговор был утвержден, а компромисс был найден. Конечно Пеннивайзу было не легко согласиться быть в такой близи с потенциальным хищником, но выбора у мальчишки не было, и по наивной своей природе, монстр и человек заключили обещание: Пеннивайз не убивает людей, а Билл ищет способы как бы накормить это кровожадные существо. Но на этом приключения дня не заканчивались.

***

— Я готов к выполнению моих обязательств, — Билл смело протянул свою обнаженную руку Пеннивайзу. Он уже успел нацепить жгут на предплечье. — И это твой план? — рыжий отшатнулся с отвращением на лице. И дело было не в запахе. Запах Билла таинственный и угрожающий, но никак не отвратительный. Это чувство внутри Пеннивайза было сравнимо с чувством жертвы, которая уже знает как пахнет её убийца. Но это не всегда значит что запах этот неприятный или отталкивающий. Ему казалось что кровь это мальчишки такая же противная, как и кровь его брата. Даже хуже. — Значит ты еще не голоден, — холодно отрезал подросток, — кого ты уже успел съесть? Ты мерзкое отродье! — Билл схватил его тонкую руку и дернул на себя, как это делают родители с непослушными детьми. — Я съел крысу в твоем подвале, — кажется мелкий засранец развлекался, — и я прийду в гости снова тогда, когда мне захочется кого-нибудь убить, и будет хорошо если меня встретишь ты, а не твой брат, — хохотал рыжий уродец прямо в лицо шокированному Биллу, а потом исчез. Но хохот его разливался эхом по деревьям еще кажется с полминуты, пока Билл разорено не бросил дубинку на пол. «Хорошо что она уцелела, папа был бы расстроен если я сломал его заготовку», подумал он и снял жгут с руки. Неприятности начались через три дня.