Домик лесной ведьмы

Проснувшись утром, я увидела за окном дождь: небо было пасмурным, дороги серыми, выходить никуда не хотелось, лишь пить какао и смотреть сериалы, и тогда я приняла решение – устроить себе выходной. Мне очень редко удавалось отдыхать, потому что кофейня пользовалась спросом в любой день недели. Мэри с радостью согласилась подменить меня, вначале немного растерявшись. Но я ее успокоила, ведь у нее опыт приготовления кофе был больше, чем мой. А коллектив у нас был прекрасный, причины для паники отсутствовали. Я вышла из душа, сварила себе ароматный горячий кофе, кинув в него пару маршмеллоу, и села в кресло. Хотела полностью расслабиться и посмотреть детективный сериал, пока меня не отвлекло сообщение, пришедшее на почту. Мне поступило предложение перевести некоторые русские сочинения на немецкий язык в редакцию «Falke». Заказчиком была Мария Рудина, и она предлагала за непыльную работу большие деньги. На вопрос, почему она не хотела воспользоваться непосредственно услугами редакции, та ответила, что любит работать с большим количеством разносторонних людей, мол, забавно будет рассказать друзьям, что ее сочинения перевела норвежская девочка Ева из России, а напечатали в Германии, разослав по небольшим книжным магазинам. Это мне показалось интересным и вполне имеющим смысл. Поэтому я взялась за это дело, и вечерами после работы в кофейне садилась за сочинения Марии, и погружалась в ее мысли. Женщина писала о родительском доме, деревенской природе и воспитании, которое дали ей родители. Это были длинные размышления о роли каждого человека, что появлялся в ее жизни. О каждом принятом ею решении, что могло кардинально изменить ход событий. Я предположила, что Мария была какой-то знаменитой, но не известной мне писательницей, которой было необходимо написать автобиографию. Мне кажется разумным самому рассказать о своей жизни, чтобы после смерти литературные критики не ломали свои головы, «кому было посвящено стихотворение «Береза» или написан рассказ «Любовь». Кто где родился и чем именно занимался. Но лично я занималась автобиографией Марии четыре вечера, пока не приступила к небольшим сочинениям «Соль» и «Сахар». Эти две работы были полными противоположностями друг друга. В «Соли» преобладали темные краски, сухое описание 5-летней девочки, которой не хватало родительской любви и заботы. Те занимались своими делами, а на девочку не обращали никакого внимания, словно ее вовсе не существовало. На стол накрывалось два прибора, гулять они тоже ходили вдвоем, а если ребенок что-то спрашивал, ответа не следовало. Не трудно догадаться, что в сочинении «Сахар» главным героем уже выступал 5-летний мальчик, который купался в лучах родительской любви. Идея была интересная, ярко и сочно написанная. Пара предложений уже переносили в ту обстановку, что описывалась, и ставили на место той девочки или мальчика. Мне безумно понравилось заниматься переводами, и, когда работа была завершена, я подумала устроиться в какую-нибудь редакцию. Конечно, на неполный рабочий день, но вечерами и даже ночами я могла бы заниматься переводами. Я оставила свое резюме в дом печати и один книжный магазин, который сам занимался печатанием книг, разместила объявление на сайте. Спросом особым не пользовалась, пока мне не написала та самая редакция «Falke», куда Мария отправила свои работы. «Добрый день, Ева. Мы представители немецкой редакции «Falke» в городе Мюнхен. Нас очень заинтересовали ваши переводы, будем ждать вас на улице *** д. 7.» Видимо, это было приглашение на работу. Уезжать из Норвегии я не собиралась и даже не хотела отвечать, а потом мне написала сама Мария и предложила договориться с ними о подработке на расстоянии. Она думала, что мне не хватает денег, а я просто влюбилась в переводы и была увлечена этим занятием. «Попытка не пытка», - подумала я и ответила «Falke». Мы остановились на том, что мне будут присылать на почту произведения, требующие редактирования и перевода. Я буду приводить их в презентабельный, готовый для печати вид и отправлять обратно. До объемных произведений меня не допускали, а вот рассказы, стихотворения и сочинения в основном уходили ко мне. Я была благодарна Марии за то, что она подтолкнула меня к этому. И мы поддерживали дружеские взаимоотношения. Часто переписывались и даже общались по видеосвязи. Как-то раз она меня спросила, почему я не хочу уехать из Норвегии и попробовать себя в Мюнхене, как переводчика. Но меня пока что устраивало то, что я могу совмещать и бизнес, и переводы вместе, практически не прикладывая больших усилий. «Я решила окончательно переехать в Россию, думаю, именно там смогу найти вдохновение для новых работ. Слишком многое в Америке угнетает. Творческий кризис, понимаешь ли… Так вот, приезжай ко мне. Хоть посмотришь на родные места», - гласило последнее пришедшее на мою почту сообщение от Марии. Рудина хотела вернуться на родину, а меня туда не тянуло вообще. Я сразу вспоминала себя, как маленького и одинокого ребенка, словно вышедшего со страниц сочинения «Соль». Серый дом, противные родственники, что налетели после смерти родителей. А сами родители всплывали в моей голове, как два шута в розоватом дыму. Зачем мне возвращаться туда, откуда я решила уехать? К тому же в моей жизни появился он...