Домик лесной ведьмы

Как-то раз в мою кофейню зашел молодой человек. Он был одет в деловой, строгий костюм, но выглядел совершенно противоположно: была в нем какая-то растрепанность и непринужденность. Серо-голубые глаза, русые волосы и острые черты лица гармонично смотрелись на общем фоне. «Ничего необычного», - подумала я и продолжила заниматься работой. Парень заказал две чашки кофе, а когда заказ был готов, сказал: «Присядьте со мной, Ева, я столько кофе не осилю». Клиентов было немного, к тому же все уже были обслужены и занимались своими десертами. — Меня зовут Томас, но Вы зовите меня Том. — Ева, но Вам мое имя уже известно, как я заметила, — я села за стол напротив него. — Я многое слышал об этом месте. И самое примечательное – это то, что кофейня носит имя своей рыжеволосой хозяйки. Вы и правда очень красивая, Ева. Словно ведьма. — Томас сидел, упираясь кулаком в свою щеку. — Не думала, что о нас уже ходит слава. — Мои партнеры по бизнесу неоднократно здесь проводили время, — мой собеседник рассмеялся и придвинул чашку к себе, — у Вас необычно золотые волосы и ярко-зеленые глаза. Не часто такое встретишь. Словно сошли со страницы сказки. — Вы интересуетесь сказками? — Да, не хватает волшебства в жизни. А Вы скоро освободитесь? Кажется, уже вечер, пора бы закрываться. — А у Вас на меня какие-то планы? — Да. Томас был самоуверенным человеком и никогда не отступал от желаемого. В тот же вечер мы пошли гулять. Простая прогулка по улицам Норвегии. Вдоль дорог сияли фонари, из окон домов лился желтый уютный свет, доносились запахи готовых ужинов и звуки семейных разговоров. Я ощутила себя пожилой женщиной, которая всего добилась и теперь со своим мужем выбралась на вечернюю прогулку, чтобы размять косточки и вспомнить былое. Ева, успокойся, ты идешь рядом с человеком, которого знаешь двадцать минут, а уже готова уйти на пенсию. — О чем задумалась, красавица? — О своем. — Ты не из местных. У тебя другие черты лица. — Я из России. — Из России? Удивительная, холодная и таинственная страна, прямо как ты. Будешь моей девушкой, русская красавица. – В его словах не прослеживалась вопросительная интонация. Я тогда громко рассмеялась. Посторонний, неизвестный мне человек заявляет о таких вещах с серьезностью в глазах и без единой ухмылки. Я подумала, что он из тех ветреных парней, кто сегодня обещает достать все звезды с неба, а завтра все также обещает эти же звезды, но уже не тебе. Увидел, сказал пару раз «красавица» и все? Отношения? Любовь? Нет, так не пойдет. О чем может идти разговор с человеком, который тут же делает, что в голову придет? Но теперь каждый вечер, когда мой рабочий день подходил к концу, он заходил в «E V A», заказывал две чашки кофе и приглашал меня присесть с ним. Рассказывал мне мифы разных стран и народов, держал меня за руки и смотрел прямо в глаза. Мне начал нравиться этот молодой человек, а потом я влюбилась. Еще ни с кем из мужчин у меня не получалось поддерживать такое теплое и долгое знакомство. Я и не хотела этого, пока не встретила Томаса. Но все хорошее рано или поздно заканчивается, и то, что нам казалось понятным и очевидным, не всегда, оказывается, является таковым на самом деле. — Ева, ты мне нравишься. — Пожалуй, я догадывалась. — Я уезжаю скоро. В Америку. — Больше не будешь поить меня кофе по вечерам? — Эта новость меня огорошила. Словно я нежилась на теплом песке, а на меня вылили ведро ледяной воды. — Надеюсь, что буду, но не здесь. — Не понимаю, о чем ты. — Все ты понимаешь, вон, как хитро улыбаешься. Поедешь со мной. Откроем там десятки «E V A», если захочешь. — Ты спятил. — Подумай, я серьезно, - Томас поцеловал меня в щеку и ушел. Я думала, что детство — плата за мое настоящее. Мне было плохо, а теперь хорошо. Я заслужила. А когда появился Томас, мне стало страшно. Мне были неинтересны стеснительные признания в любви, ревность, интриги, первые робкие поцелуи. И Том был не таким. Всегда ставил перед фактом и ничего не требовал взамен. Я не понимала, о какой хитрой улыбке он говорил, мне казалось, что мое лицо исказилось гримасой ужаса. Мне было больно слышать, что он уезжает. Но я же могла уехать с ним. Разум брал надо мной верх. Оставить все ради некого Томаса, который до сих пор был для меня «инкогнито». Мы о многом разговаривали, но почти не говорили о нем. Я думала всю ночь, не спала. В один момент принялась собирать чемоданы, а потом опрокинула их и стала плакать. Я была не готова к такому повороту событий. И отдавать свою судьбу в руки другого человека не хотела. Человек властен делать все, что заблагорассудится, но иногда нужно сбавить обороты, чтобы не потерять все. — Ева, я понимаю. Ты умеешь полагаться только на себя. Давай я приеду через год, а пока будем переписываться. Я правда не хочу утерять с тобой связь. И, если ты решишься, я буду тебя ждать. До скорого. — Таковы были его последние слова, на столе он оставил бумажку со своим электронным адресом, поцеловал в щеку и скрылся из виду, поймав такси. — До встречи, - прохрипела я, давясь комом в горле. Я ощущала себя пусто, вплоть до момента, пока не зашла в квартиру. Весь день я думала, что ему написать. Я хотела рассказать о своих чувствах и все еще думала о переезде. Поняв то, что он действительно уехал на целый год, мне стало невыносимо. Ева, я прошу тебя, успокойся. Просто открой этот долбанный ноутбук и напиши это долбанное «привет». Собравшись с мыслями и убедив себя в том, что все нормально и причин для паники нет, я отправила сообщение с уверенностью, что сейчас все станет еще лучше. Как я ошибалась. Что смешно, Томас дал мне неверный е-майл. Мои попытки найти его в других социальных сетях не увенчались успехом. Том просто уехал. Исчез. Я тогда пожалела тысячу раз, что не поехала с ним. Искала тысячи оправданий его поступку. Тысячу раз пыталась внушить себе, что верным было решение — не ехать. Нельзя полагаться на таких ветреных людей. Он и сам мог мне написать, но не писал. Я думала, может, он попал в аварию, погиб или ему отбило память. Я долго плакала, но вечерами, когда переводила знакомые русские слова на норвежский, продолжала надеяться, что он приедет через год. Самое страшное, что кофейня перестала мне приносить удовольствие. Было очень больно смотреть на столик, за которым каждый вечер я с Томасом пила кофе. Не было никакой мотивации даже приходить на работу. «Тебе нужно отвлечься», — говорил мне каждый, кто был в курсе дел. Для всех было странно наблюдать за тем, как юная хозяйка кофейни стала редко появляться на любимой работе, предпочитая огородиться в своей небольшой квартире от всего мира.