Закат или исправление?

Время. Оно так скоротечно. Вроде совсем недавно у Элизабет произошел первый в ее жизни магический выброс, и вот она с особым трепетом держит в руках драгоценный конверт. Лето пролетело за всякими книгами о магии, словно его и не бывало, а непрочитанных фолиантов осталось так много. Лиз глотала их один за другим с особым остервенением, удивляя этим родителей. Она раньше не проявляла особой любви к чтению и воротила нос от потрепанных школьных учебников. «Но ведь это совсем другое!» говорила она, переворачивая очередную страницу. Ей отчаянно хотелось узнать все о мире, в который она вот так неожиданно попала. Незнание раздражало, а задавать постоянные вопросы показалось глупым. Конечно, она после прочтения не стала ученой и не смогла бы ответить на какой-нибудь вопрос о зельях, но теперь она смогла разобраться в тонкостях распределения на факультеты и абсолютно точно мечтала попасть на Гриффиндор. У Лиз, как ей самой показалось, есть все для него качества. Но вряд ли она способна сама выбирать. Джон сказал, что на какой бы факультет Элизабет ни попала, она все равно останется самой замечательной девочкой. Это чуть подбодрило будущую первокурсницу, но не успокоило полностью. Она бы определенно расстроилась, если бы попала на Слизерин. Там таких как она, полукровок, не любят. Конечно, вся эта ненависть, основанная на чистоте крови, была ужасной глупостью, как показалось Лиз, но слишком много людей еще в это верили. По крайней мере, так было написано в книгах. -Солнце, вставай. Сегодня тебя ждет поистине прекрасный день, — утро первого дня осени началось для Лиз с широкой улыбки. Мягкий голос отца щекотал ее ухо и вызвал у девочки звонкий смех. Впервые за всю ее короткую жизнь Элизабет так радовалась первому сентября. Раньше оно означало возвращение в нелюбимую школу и нелюбимые уроки, но явно не сегодня. И пусть пришлось встать слишком рано, чтобы успеть доехать до Лондона и купить все необходимое. И пусть Лиз немного приболела, и сейчас ее голос был хриплым. Ничто не способно омрачить этот день, полный приключений и волшебства. -Лиз, у нас мало времени, ешь свои хлопья побыстрее, — Эллен явно не испытывала тех же чувств, что и ее дочь. Всю жизнь бывшей стопроцентной совой, женщине очень тяжело дался подъем в пять утра, но она уже стояла полностью готовая почти у выхода и ждала летавшую на крыльях счастья дочь. И уже спустя пару секунд в проеме двери показалась девочка с полным ртом еды. С ее уголка рта стекала маленькая капля молока, а щеки были набиты хлопьями как у хомяка. Все это смотрелось довольно иронично, учитывая в остальном ее опрятный вид. Длинные волосы были завязаны в пышный хвост прямо на макушке, любимая бежевая рубашечка с бисерными узорами была аккуратно выглажена и заправлена в темные джинсы. Эллен тяжело вздохнула, словно говоря «Все старания были напрасны», и с недовольным видом начала оттирать молоко с румяных щек. В это время Джон затаскивал тяжелый чемодан, с которым когда-то в школу ходила еще его жена, в старенький Фольксваген и старался понять загадочные чары расширения пространства. Он сам видел, как Эллен отобрала огромную стопку учебников из своей библиотеки и запросто поставила ее в чемодан, уверяя, что там осталось еще очень много места. Туда также влезли наборы новых перьев и котелок для Зельеварения, которые не нужно было покупать. Миссис Дей уже долгие годы смирилась с отсутствием магических способностей у своей дочери, поэтому и не откладывала галлеоны и сикли на ее обучение. Теперь же приходилось выгребать из закромов то, что еще осталось со школьных времен самой Эллен, а мантию вполне можно трансфигурировать из того черного куска ткани, который давно валяется в ящике для магического шитья. -Нам еще нужно купить, — протянула Лиз ученым голосом, заглядывая в присланный с письмом список, — волшебную палочку, телескоп, медные весы и зимний плащ с серебряными застежками. -Сначала зайдем в Гринготтс, в моем кошельке недостаточно денег, — сказала Эллен, чуть от этого поморщившись. Маленький доход от бумажной работы в Министерстве раздражал женщину похуже зубной боли, но на большее она надеяться не могла. -Я читала, что деньги в семьях волшебников передавались и копились из поколения в поколение. Ты никогда не рассказывала о моих бабушке и дедушке. -Это долгая история, — миссис Дей надеялась, что эта тема всплывет чуть позже, но вечно любопытная Лиз всегда не оправдывала ее ожиданий. Девочка нахмурилась от такого пространного ответа и поняла, что этот разговор для мамы не самый желанный, но отступать от своего интереса явно не собиралась. -Нам еще три часа ехать, — протянула юная мисс, намекая на готовность выслушать тяжелую и интересную историю жизни матери. Только Эллен не была настроена на такой разговор. -Хотя бы в общих чертах. Я же должна знать свою родословную. -Ты же читала о священных чистокровных 28 семьях? — сдалась Эллен и, выдохнув, начала говорить. Лиз не посмела вставить и слово и просто кивнула, — Тогда ты наверняка слышала фамилию Эйвери. Мои родители, как и большинство семей из этого списка, были до одури помешаны на чистоте крови не только своей, но и своих потомков на поколения вперед. Мой старший брат оправдал их надежды и сейчас, насколько мне известно, примкнул к Пожирателям смерти. Но родителей не особо волновало его положение, главное, чтобы он дал им чистокровного наследника, что и произошло. Я тоже должна была стать гордостью семьи, выйти замуж за какого-нибудь Лестрейнджа или Блэка, но однажды встретила твоего отца и вышла за него замуж, уже беременная Джулианом. Это, конечно, запятнало не только мою репутацию, но и всех Эйвери на пару поколений вперед. Чтобы не лишиться статуса чистокровной семьи, старший Эйвери приложил все усилия и стер меня из всех возможных документов. Теперь я в Министерстве значусь как Эллен Бренди, в замужестве Дей, и непросвещенные даже и не подозревают, что у моего отца когда-то была еще и дочь. Таким образом я осталась без статуса и наследства, так что в Гринготтсе ты не заметишь золотых гор, — с тяжелым выдохом закончила Эллен и часто заморгала, чтобы стереть непрошеные слезы. Рука Джона погладила женщину по острой коленке, передавая через прикосновения свою поддержку, а Лиз впервые за долгое время не могла найти слов. Она даже порадовалась, что больше не имела таких родственников. Теперь вся эта чушь с чистотой крови казалась ей еще более глупой. Элизабет поклялась себе, что будет гордо носить свои потасканные учебники, чтобы доказать чистокровным снобам, что хоть она и не высокого статуса, но она свободна. Свободна от глупости, что отягощает жизни остальных.

***

Джон остановил машину на одной из улочек Лондона и помог жене дотащить тяжелый чемодан до входа в знаменитый среди волшебников паб. Затем обнял дочь настолько сильно, что, казалось, послышался хруст ее косточек, и дал пару напутствий в дорогу. Он очень любил эту малышку и до сих пор не смог смириться с тем, что и она покидает родной дом аж до Рождества. -Постарайся сразу познакомиться с хорошими людьми, но не доверяй всем подряд. Некоторые ребята могут быть очень злыми, — шептал он Лиз на ухо, долго не разрывая объятий. Страх за его маленькую дочку был сильнее печали расставания. -Пап, я уже училась в школе и знаю, как это работает. -Это не такая школа, там другие законы и порядки. Только, прошу, не поджигая больше учителей, — Джон щелкнул девочку по носу и под задорный, все еще немного хриплый смех передал в руки ее матери. -Передавай привет Джулиану. Он в этот год слишком долго гостит у своих друзей, — мужчина напоследок печально оглядел дочь с головы до ног, отмечая, как она уже подросла, поцеловал жену и сел обратно в машину. Еще долго ему предстоит ждать эту кроху, но он счастлив, что она уезжает именно в Хогвартс. По рассказам жены он убедился, что там не только безопасно, но еще и сказочно и прекрасно. Знал бы он раньше, на что толкает дочь. Ведь не все в этом мире так волшебно. -Ну что, идем? — казалось, Эллен после своего рассказа наконец получила облегчение и заразилась предвкушением дочери. Глаза Лиз счастливо сверкнули и устремились прямо на вход в Дырявый котел. Еще никогда она не была настроена так по-боевому, как сегодня. Девочка крепко вцепилась в руку матери и потащила внутрь, но не потому что боялась, а из-за желания оказаться в мире магии как можно скорее. -Эллен, ведешь юного Джулиана за учебниками? — громкий голос с бара заставил обеих на пару минут задержаться в баре и поздороваться со старым знакомым женщины. Он подавал здесь напитки и знал почти всех людей, выходящих отсюда в Косую аллею. -Нет, сегодня в Хогвартс поступает моя дочь Элизабет, — сказала Эллен с легкой гордостью, сквозившей в высоком голосе, и с наслаждением наблюдала за вытянувшимся лицом мужчины. Он пару минут не мог произнести ничего вразумительнее непонятных звуков, ведь еще два года назад, когда женщина привела сюда своего сына, он узнал о нелегкой судьбе ее дочери. И вот сейчас, спустя много сочувственных разговоров о печальном существовании сквибов, он слышит совсем другую информацию. Как тут не растеряться? -Но ты же говорила… -Оказалось, у Лиз просто задержался магический выброс. Он случился в начале этого мая, прямо в ее одиннадцатый день рождения. Мы были так счастливы, — Эллен бы лепетала и лепетала обо всем на свете еще долгое время, но Лиз была недовольна такой внеплановой задержкой. К тому же, девочка не помнила особого счастья после того инцидента в школе от своей матери, но решила не рушить образ несчастной жертвы перед ее знакомым и просто подергала женщину за рукав вельветового пиджака. -Что? — неожиданно грубо кинула Эллен дочери, но тут же исправилась и мягко улыбнулась. Лиз задумалась, всегда ли миссис Дей вела себя так наигранно или только перед своими друзьями-волшебниками? Скорее второе, что обижало девочку еще больше. -Мы опоздаем. -Да, конечно, идем. До свидания, Том. За пару мгновений старый обшарпанный зал Дырявого котла сменился его задним двором. Три кирпичные стены и полная очисток мусорка вряд ли смогли бы кого-нибудь впечатлить, но у Лиз перехватило дыхание от предвкушения. Целых четыре месяца, с того момента, как она узнала о существовании магии, девочка мечтала попасть в Косой переулок. Его маленькие магазинчики со всякой всячиной, которую только можно было представить, множество детей со своими родителями, готовящиеся переступить порог школы волшебства и магии. Это все так завораживало и тянуло юную мисс, что она в нетерпении кусала костяшку своего кулачка. Ее глаза восторженно следили за отрывистыми постукиваниями палочки по раскрошившимся кирпичам, а затем и их перестановкой в аккуратную арку. Пришлось вцепиться в рукав пиджака матери, чтобы не потеряться в этой густой толпе волшебников. Элизабет не смогла удержать свой рот закрытым от удивления. Сколько бы она ни читала об этом и других местах обитания ведьм и магов, все превышало какие-либо ожидания. В глазах пестрило от большого количества людей и слишком ярких мантий у некоторых из них. Неоново-розовые или ослепительно-белые, они резали глаза, но не делали их менее прекрасными. От непривычки к таким одеждам Лиз первое время подолгу разглядывала их хозяев, сильно этим смущая некоторых из них. И только после раздраженного замечания матери девочка опомнилась от первого шока и устремила свой взгляд на самое величественное здесь здание. Банк Гринготтс был построен на пересечении Косого и Лютного переулков в 1474 году. Это единственный магический банк во всей Англии. Своим величеством он уступал только Хогвартсу, но это не делало его менее прекрасным. -Говорить буду только я, гоблины очень вредные и нелюдимые. Просто постой рядом или лучше сходи себе за весами, пока я забираю деньги, — Эллен уже хотела было потянуться за маленьким кошелечком, чтобы отправить ту в магазин, но Лиз схватилась за руку матери настолько крепкой хваткой, что женщина вряд ли смогла бы ее отцепить. Поведение девочки было продиктовано страхом гулять одной по этому переулку и ярым желанием увидеть великолепие банка изнутри. Но миссис Дей была настроена куда решительней и шикнула на дочь своим самым грозным из звуков, на что Лиз сразу же разжала пальцы. Обида на мать с еще большей силой начала разливаться где-то внутри, заставляя девочку пропустить пару вздохов из-за подошедших слез. Она не понимала, почему Эллен к ней так несправедлива, но все же зло выхватила кошелек из руки матери и быстрыми шагами поспешила к магазину с характерной вывеской. Ее кулачки сжались так, что на нежной коже ладоней угрожали появиться ранки-полумесяцы от ногтей. В прошлый раз в порыве такой злости она чуть не подожгла учителя и не знала, что может случиться теперь. Лиз расталкивала окружающих людей своими хрупкими плечиками и не обращала внимания на их недовольные восклики, видя перед собой одну единственную цель. Безделушки вроде необходимых медных весов или телескопа можно было купить у мадам Монтье, магазинчик которой находился рядом с лавкой Флориш и Блоттс. Элизабет судорожно выдохнула перед большой дверью, стараясь успокоиться. Дыхание слегка выровнялось, а желание кромсать все на своем пути почти исчезло, что Лиз уже посчитала большим прогрессом. Осталось только одно препятствие. Маленькой хрупкой девочке было не по силам войти в это царство разных вещичек. Как бы она не упиралась ногами в брусчатку, тяжелая стеклянная дверь с металлическими вставками никак не хотела поддаваться. -Давай помогу, — раздался нежный женский голос откуда-то сверху. Не успела Лиз на него и оглянуться, как перед ней открылся проход в магазин. Там хлопотала его хозяйка, ловко лавируя между людьми и постоянно что-то лепеча, а множество двигающихся магических предметов создавало еще большую атмосферу безумия. У Элизабет начали разбегаться глаза, прежде чем она смогла вернуть себе самообладание и смело шагнуть внутрь. -Спасибо, — девочка была рада получить заботу сегодня хоть от кого-нибудь кроме отца. -Почему ты здесь одна? Где твои родители? -Мама в Гринготтсе получает деньги и отправила меня купить весы и телескоп, чтобы сэкономить время, — пока Лиз говорила, она смогла рассмотреть свою спасительницу. Слегка тучная высокая женщина тепло улыбалась девочке, а за ее руку крепко держалась точно такая же ее дочь. На взгляд Лиз дала бы ей тринадцать, но по неуверенной позе и боязливому взгляду можно было сказать, что она ровесница Элизабет. -Маргарет тоже в этом году идет на первый курс, — подтверждая догадку, сказала женщина, — а как зовут тебя? -Элизабет Дей. Можно просто Лиз. -А это Маргарет Паттчет, — на этом моменте Лиз засомневалась, умеет ли ее новая знакомая говорить, но все же, улыбаясь, протянула руку для рукопожатия. -Можно просто Марго, — едва слышно произнесла девочка и вышла из тени своей более общительной мамы. Ее пухлые щеки тут же приобрели пунцовый оттенок, а плечи еще сильнее ссутулились. Она была гораздо выше и пышнее Лиз, хотя это скорее Элизабет слишком медленно росла. Можно сказать, что Марго была ее полной противоположностью. Короткие пшеничные волосы, маленькие темные глаза и окружающая словно аурой стеснительность. Из-за таких явных различий Лиз не питала никаких надежд к развитию дружбы, но все же бойко зашагала к мадам Монтье, схватив девочку за рукав. -На какой факультет ты хочешь поступить? — Элизабет всегда считала, что такие простые вопросы служат началом хорошей беседы. А она если и не сдружит двух девочек, то хотя бы скрасит их время. -Когтевран, наверное, — Лиз едва удалось сдержать смешок от такого заявления. Мечтать, конечно, не вредно, как думала девочка, но нужно уметь смотреть правде в глаза. -Ты же истинная пуффендуйка! — воскликнула Элизабет и тут же мило защебетала с хозяйкой магазина о необходимых им весах и телескопах. -Тебе идеально подойдет этот факультет. -Ты уверена? -Уверена будет только Распределяющая шляпа, а я просто оцениваю по первому впечатлению, — Лиз ужасно захотелось щелкнуть новую знакомую по кончику носа, как это делал всегда ее отец, но она вовремя остановила руку, решив, что они еще недостаточно близки. Марго снова отчаянно краснела от такого напора, но и ничего не имела против, помня, как ее мама сказала как можно скорее завести друзей. Возможно, из этого дуэта что-то и получиться, ведь одна была лидером, а вторая желала стать ведомой. Они сошлись. Волна и камень, Стихи и проза, лед и пламень. -А ты на какой хочешь? Тебе бы подошел Гриффиндор или Слизерин. -Да, я думаю… -Элизабет, — знакомый грозный голос заставил девочку вздрогнуть. Ее мама сегодня явно не в настроении, что проявляется в нахмуренных темных бровях и строгих нотках тона. -Я купила то, что нужно и познакомилась с Маргарет и миссис Паттчет, — словно и не замечая этих мелких знаков, наивно пролепетала Лиз. Умение притвориться беззаботным ребенком отлично выработалось у девочки за последние годы как своеобразная защита от нападок матери в особо злые дни. Но в кристально-чистых глазах все еще стояла вселенская обида. -Здравствуйте, — у Эллен сегодня не было никакого настроения заводить знакомство с новыми людьми, поэтому она даже и не взглянула на подругу Лиз и ее мать. Элизабет только сейчас смогла для себя отметить, что, возможно, чистокровный снобизм так и не выветрился из женщины за годы изгнания из семьи. Иногда в каких-то чертах или жестах можно было заметить не ее маму, Эллен Дей, а ту самую аристократку Эйвери. И сейчас юную мисс это очень напугало. -Я купила тебе зимний плащ, что там еще осталось? — из мыслительного транса Лиз вывел все тот же недовольный голос матери. Она пару раз тряхнула утепленной черной тканью прямо перед ее носом и выжидающе поджала губы. -Волшебная палочка. -Тогда идем скорее. Нам еще нужно успеть на вокзал. -Увидимся в поезде? — Лиз скорчила извиняющуюся мордашку и вопросительно взглянула на Марго. И только получив утвердительный кивок, девочка позволила утащить себя из этого магазина. Магазин волшебных палочек мистера Олливандера казался Лиз самой главной остановкой в Косом переулке. Вряд ли она когда-нибудь еще придет сюда за своей первой палочкой. Эти невероятные ощущения, как думала девочка, можно получить только раз в жизни, а потом только с трепетом их вспоминать. Поэтому, когда миссис Дей втолкнула девочку в эту лавку, Элизабет постаралась запомнить даже характерный запах древесины. Но от наслаждения моментом ее оторвал шепот матери: -Смотри, это же Гарри Поттер. Ты о нем должна была читать, — Эллен не могла оторвать взгляд от лица повернувшегося мальчика в смешных очках, а Лиз ему лишь неловко улыбнулась, — ты обязательно должна с ним познакомиться и постараться попасть на один факультет. -Это абсурд. Как я это сделаю? — недовольно прошептала девочка, почти оскорбленная такими словами. В ее планы явно не входило знакомиться с людьми из-за какой-то славы. По ее мнению, это будет слишком низко. -Попробуй уговорить шляпу. -А если меня распределят раньше него? Я не буду это делать! — эти слова были произнесены слишком громко, ведь мальчик странно оглядел Лиз и вышел из магазина. Женщина хотела разразиться в гневной тираде о глупости и непоследовательности ее дочери, но ее вовремя перебили: -Эллен, не ожидал увидеть Вас снова, — мистер Олливандер оказался мужчиной в почтенном возрасте. И если его мягкие черты лица и торчащие во все стороны седые волосы заставили Лиз улыбнуться, то ее мама в который раз за день недовольно поджала губы. -Как и я Вас, мистер Олливандер. -Неужели юная Элизабет все же оказалась волшебницей. Примите мои поздравления, мисс Дей, — Лиз счастливо улыбнулась старику и подошла чуть ближе, рассматривая полки с множеством маленьких коробочек. Мужчина резко сменил взгляд на задумчивый и немного хмурый, прошелся с длинной линейкой вокруг девушки и наконец вынес весьма приятный вердикт: -Одним из моих первых посетителей был ваш прадедушка, — голос мистера Олливандера был едва слышен из того лабиринта стеллажей, в который он ушел, — но ему она не подошла, слишком короткая. Думаю, она так долго ждала именно Вас, — мужчина показался с потасканной серой коробкой в руках и бережно поставил ее перед девочкой. -Сердечная жила дракона, акация, восемь дюймов. Миниатюрная и сильная палочка для такой же волшебницы, — Лиз трепетно, едва касаясь взяла в руки абсолютно гладкую светлую палочку и почувствовала, как по всему телу разливается тепло. Необычное единение с небольшим кусочком дерева поразило девочку, и она больше не захотела отпускать этот чудесный предмет из рук. -Потрясающе, — прошептал мистер Олливандер,- эта палочка призвана концентрировать нестабильную энергию и направлять ее в нужное русло. Она очень верна своему хозяину, постарайтесь не потерять столь ценную вещь,- мужчина с огнем в глазах хотел побольше рассказать об одном из первых своих творений, но был отвлечен вопросом Эллен о стоимости. Элизабет уже ничего не слышала и стояла с блаженной улыбкой. Кто бы мог подумать, что ее первым другом станет обычная палочка?

***

Вокзал Кингс-Кросс встретил маму с дочерью обычной наполненностью и спешкой. Люди бегали и кричали, желая поскорее попасть на свой поезд. Они расталкивали прохожих, стукались тележками и вели себя достаточно шумно, словно звери. Лиз съежилась от такой неприятной атмосферы и еще сильнее вцепилась в ручку своего чемодана. Эллен вела себя точно также, как и остальные здесь, пробиваясь через густую толпу, будто ледокол в весеннем море. Первые мечтательные ощущения после покупки палочки прошли, окуная девочку в не слишком приятную реальность. Она морщилась от всех неприятных слов в ее адрес и старалась не попасться кому-нибудь под ноги. Ее замшевые ботиночки и так были бессовестно истоптаны уже в первые минуты нахождения на вокзале, а в адрес полетела пара не лестных фраз. -Поторопись, — Эллен перекрикивала чужие голоса и, схватив дочь за руку, пошла еще быстрее. Лиз не понимала, к чему такая спешка, ведь до отправки еще целых пятнадцать минут, но покорно бежала вслед за матерью. Спустя еще пять минут попыток пробраться через толпу людей девочка наконец заметила нужное им место. В одной из книг описывалась платформа девять и три четверти с подробной инструкцией попадания на нее. Проходить через стену в первый раз всегда страшно, хоть Лиз и старалась не выдать своего страха. Ее поздний магический выброс волновал девочку, заставлял задуматься о собственных силах. А вдруг она окажется недостаточно сильна даже для прохода сквозь стену, не то что для учебы в Хогвартсе. Но маленькой голове тут же всплывали слова отца «Верь в себя, и у тебя все получится». Элизабет прокрутила их, словно мантру, и тяжело выдохнула через нос. Такая техника помогала успокаиваться перед чем-то важным, как говорилось в книге по психологии. Лиз надеялась на эффективность этой тактики. -Давай, ты первая, — даже Эллен в этот момент стала необычайно ласковая. Она погладила дочь по спине и чуть подтолкнула вперед, будто подбадривая. Лиз пришлось закрыть глаза перед самой стеной, чтобы не вскрикнуть от страха. Но, не почувствовав столкновения с твердой преградой, девочка сначала боязливо приоткрыла один глаз, а потом заметила сверкающий Хогвартс-экспресс и окончательно с облегчением вздохнула. Вместо кирпичной стены она ощутила лишь небольшую тягучесть, словно проходила через карамель. Странное ощущение сразу же забылось, сменяемое детским восторгом от вида блестящего красного поезда. Из его трубы тонкой струйкой выходил пар, а дети толпились у всех его выходов. Некоторые слезно прощались с родителями, другие радостно встречали друзей. Лиз поначалу не знала, куда себя и деть, пока не почувствовала мамину ладонь на плече. -На каком факультете ты училась? — девочка вдруг вспомнила вопрос, который крутился в ее голове уже долгие месяцы. Она действительно переживала перед распределением, вспоминая о ценных качествах каждого факультета. Ей всегда было сложно разобраться в себе, а уж присвоить себе что-то одно и подавно. То она открытая и добрая, то хитрая, то гордая и идущая напролом. Лиз надеялась, что хотя бы Распределяющая шляпа поможет ей понять себя, но в то же время абсолютно точно знала, куда попасть не хочет. -Слизерин, — от этого слова девочку передернуло. Может ли она попасть туда только потому, что там училась ее родословная? Она этого боялась. Маленькую девочку-полукровку не только не примут однокурсники, но и, вероятнее всего, начнут травить. Лиз, конечно, могла за себя постоять первое время, но после долгих нападок сложно не сломаться. -Послушай, ты не такая как я. Но даже если ты попадешь туда, то не показывай своей слабости, отвечай обидчикам так, как ты это умеешь. В крайнем случае можешь использовать один из тех приемов, которые показывал тебе папа. Та девочка, Маргарет, показалась мне неплохой, держись подле нее. Обязательно пиши каждую неделю и, если что, иди к Джулиану. Я буду скучать, честно, — Лиз не могла поверить, что это говорит обычно холодная и раздражительная мама. Они обе сморгнули непрошеные слезы, на пару секунд задержались в объятиях и снова приняли свои образы. Элизабет бодро схватилась за чемодан и, помахав матери на прощанье, направилась ко входу в вагон, обозначенный, как для первокурсников. Расставаться с папой было сложнее, но с мамой необычнее. Странное ощущение теплой грусти, ранее невиданное, задержалось где-то в груди до того момента, пока первая нога не вступила на металлическую ступеньку. Дальше заиграл в крови сильный интерес, подгоняющий поскорее занять какое-нибудь купе, познакомиться с новыми людьми, впервые надеть черную школьную мантию. Трепет, зародившийся внутри, хотелось сохранить на все последующие годы обучения и наслаждаться каждым мгновением, наполняя жизнь магией. Руки уже чесались схватиться за новую палочку и произнести свое первое заклинание, но вряд ли Лиз сможет сделать это до завтрашнего дня. Но это ничуть не омрачало моментов до самих уроков. Конечно, большее волнение приносило распределение, но и знакомство с однокурсниками также заставляло пальцы трястись. Осталось только не свалиться в обморок прямо перед Распределяющей шляпой и успешно доехать до самой школы, ну, а дальше как пойдет. К сожалению, Лиз не обладала талантом прорицания, что сейчас бы могло ее немного успокоить, но так даже азартнее. Адреналин выбрасывался в кровь, заставляя быстрее перебирать ногами в людном коридоре в поисках свободного купе. Поезд дал уже второй предупреждающий гудок и спустя пару минут должен тронуться, а слишком много потерянных детей еще не смогли найти себе место. Они толпились в одном месте, никуда не продвигаясь, на что Лиз закатила глаза и решила применить тактику своей матери. Она маленькая и ловкая, что позволило легко пробраться сквозь толпу даже с огромным чемоданом. Еще несколько таких кучек, и вот девочка уже заметила почти полностью пустое купе. Там сидела лишь одна девочка с копной русых волос и что-то про себя бормотала. -Здесь свободно? — Лиз приоткрыла легкую дверь и заглянула внутрь. Получив легкий кивок, она плюхнулась на свободное место и закатила чемодан под кресло. Девочка напротив еще пару минут внимательно изучала Лиз скептическим взглядом, а затем произнесла своим звонким голосом: -Я Гермиона Грейнджер, а ты? -Элизабет Дей. Почему все так толпятся, если так много свободных мест? -Стадное чувство, — манера речи этой девочки немного напрягала Лиз. Она словно делала вид, что знает абсолютно все, а еще постоянно делала акценты на словах. Хотелось сказать, что если она начнет говорить спокойно, то Лиз тоже ее поймет, но пока не нужно портить отношения. Первое впечатление не всегда правильное, так что Элизабет старалась не следовать поспешным выводам. Ведь она может стать ее однокурсницей, а значит и подругой. -Лиз? — девочка вздрогнула и отвлеклась от неловкого изучения пола поезда. Когда поезд тронулся, ее слегка замутило, поэтому ни разговаривать, ни смотреть в окно желания пока не возникало. Но тихий оклик все же заставил поднять голову. -Марго, — Лиз расплылась в довольной улыбке, словно встретив давнего друга, и похлопала по месту рядом, — заходи. -Я уже думала, что мне не достанется места. Там так много людей в коридоре, — неловко проговорила девочка. Элизабет заметила, как ее новая всезнающая знакомая набирает в легкие воздух, чтобы произнести что-то заумное, поэтому резко ее перебила, решив не смущать Маргарет еще больше: -Это Гермиона. -Приятно познакомиться, — пробормотала та, снова приняв важный вид, и сверкнула глазами на Лиз. -Вы не видели здесь жабу? -напряжение в купе смог разрядить мальчик, заглянувший в приоткрытую дверь. Его пухлые щечки пылали, будто после длительных физических нагрузок, а на лице было выражение глубокого отчаяния. Лиз даже на секунду стало его жаль. -Тебе помочь? — Лиз удивилась, как быстро нашлась вечно смущающаяся Марго. Она точно истинная пуффендуйка. Когда мальчик неловко кивнул и чуть отступил назад, девочка дернула Лиз за рукав рубашки и вопросительно взглянула на Гермиону, так что все трое встали и вышли в коридор на поиски сбежавшей жабы. -Я Невилл, — кинул вдогонку он, но уже все девочки разошлись в разные стороны. Элизабет следовала за идущей вперед Марго и старалась не упасть от укачивания. Ее сильно мутило от покачивания поезда, а краем глаза она видела быстро сменяющиеся картинки в окне. -Маргарет, — протянула Лиз, почувствовав подступающий к горлу комок и сильное головокружение. Но не успела обернувшаяся девочка произнести и слова, как ее тело врезалось во что-то. Точнее сказать, в кого-то. Тут же послышался резкий недовольный выдох и беглые извинения Марго. Она продолжала шептать слова прощения, пока ее не перебили весьма наглым образом: -Смотри по сторонам, когда ходишь. Ты и так занимаешь всю ширину коридора, — Марго тут же замолчала от такого прозрачного намека на ее комплекцию. Ее щеки вспыхнули, но не от ярости, как подумала Лиз, а от стыда. Девочка лишь опустила голову и чуть отошла в сторону, даже не предпринимая попытки защититься. Видимо, придется защищать ее от нападок всех недоброжелателей. -А ты будь немного вежливее. Перед тобой извинились, — у Лиз вызывала злость его самодовольная ухмылка и дурацкая прилизанная шевелюра. Он смотрел на нее сверху вниз и в прямом, и в переносном смысле, что бесило ее еще сильнее. Хотелось последовать совету матери и испытать на нем удар, которым учил папа. -Не могу понять, кто в вашей парочке чей питомец, — протянул надменно блондин и толкнул плечом Лиз, проходя мимо, — в любом случае, будьте впредь осторожнее и сделайте поводок покороче. Элизабет не оставалось ничего, кроме как хватать ртом воздух от злости и крепко сжимать кулачки. Она понадеялась, что будет встречать его в школе как можно реже, чтобы избежать необдуманных действий. Девочка терпеть не могла, когда последнее слово остается не за ней, так что в следующий раз, если такой случиться, она не будет безмолвно провожать его взглядом. Сейчас она почувствовала себя очень глупо, с горящими от гнева щеками и поджатыми губами. -Не нужно было говорить ему и слова. Это Малфой, редкий, но богатый и чистокровный засранец, он не стоит таких эмоций, — Марго наконец смогла обрести дар речи, но после слова «засранец» снова заволновалась и замолчала. -Он оскорбил тебя, нельзя оставлять это просто так. Даже если бы он был самим Мерлином, я бы не проглотила обиду. Таких можно и нужно ставить на место, — Лиз не понимала позиции девочки и снова вспыхнула. И остановить поток ее возмущений смогла только очередная тряска поезда, заставив заново побледнеть и закрыть рот рукой. Поездка обещает быть веселой.

***

За окном медленно темнело, конечная станция приближалась, а Лиз, кажется, протоптала дорожку до туалета и обратно. Ее утренние хлопья уже давно вышли, но отвратительное укачивание все равно заставляло желудок девочки сокращаться в спазмах. Гермиона пыталась наложить на нее какое-то заклятье, которое сделало только хуже, а Маргарет старалась отвлечь, но все это привело лишь к тому, что Лиз в новой чистенькой мантии склонилась над унитазом и выплевывала остатки желудочного сока. Долгожданная остановка позволила девочке облегченно выдохнуть и подняться с пола на ватных ногах. В коридоре Элизабет слегка покачивало, и она сильно удивилась, увидев Марго с двумя чемоданами у самого выхода. -Ты в порядке? — едва слышно пролепетала девочка. -Я в норме, спасибо, — Лиз вцепилась в ручку своего багажа, будто это могло придать ей сил, и постаралась не выкатиться из вагона кувырком. Ступив на твердый не качающийся асфальт, девочка вернула себе чувство равновесия и собиралась было сделать первые бодрые шаги, но один едкий смешок откуда-то слева остановил ее. Лиз повернула голову и чуть вздернула подбородок, чтобы встретиться с самодовольным взглядом того блондина, которого Маргарет назвала Малфоем. -Решила заняться пробежкой в поезде? -Знала бы, где твое купе, обязательно бы заглянула, — что может сделать этот намек еще отвратительнее? Открытый рот и направленные туда два пальца, от которых парень скорчился, как от зубной боли. Видно, у аристократов шутки не шутят и в туалет не ходят. Лиз довольно проводила мальчика взглядом и подмигнула своей подруге. И Марго не знала, чего ей теперь хочется больше: смеяться или бежать от этой странной девочки, сломя голову. -Первокурсники, сюда. Ну же, смелее, — громкий с рычащими нотками голос заставил их одновременно вздрогнуть и поторопиться к самому огромному человеку, что они когда-либо видели. Он терпеливо держал фонарь и ждал, пока все соберутся в одну кучку. Насчитав нужное количество детей, он наконец заявил: -Все за мной к лодкам, не отставайте. -Если что, ты можешь прямо в озеро, — Марго сделала неопределенный жест рукой, заставив Лиз скорчиться. Она даже не подозревала, что может случиться с ней во время плавания, ведь еще с утра не знала о том, что страдает морской болезнью. -Прошу, не напоминай, — Элизабет решила, что будет игнорировать проблему, пока она не исчезнет, залезая в покачивающуюся совсем неустойчивую лодку. Конечно, пейзаж был поистине завораживающим, но возможно ли им насладиться, если все внутренности желают оказаться снаружи? Лиз бы обязательно и в красках ответила на эту способность, если бы могла открыть рот. Марго в какой-то момент заскулила от того, с какой силой девочка сжала ее руку. Но, к облегчению Элизабет и остальных первокурсников, надобности перевешиваться через бортик у нее не возникло. И девочка благодарила всех богов, какие только существуют, когда они наконец переступили порог Хогвартса. Теперь и Лиз смогла восторженно вздыхать и улыбаться до самых ушей, наслаждаясь внутренним великолепием замка. Длинные коридоры, высокие потолки, бесконечные лестницы. Все выглядело куда лучше, чем в богатом воображении Лиз, когда она об этом читала. Элизабет не сдержала смешок, когда жаба того неловкого парня нашлась. Она фыркнула от самонадеянного заявления Малфоя и скорчила ему рожицу, когда он на нее злобно взглянул. Но весь ее запас вздохов и других шокированных звуков исчез сразу после того, как двери Большого зала отворились перед толпой первокурсников. Все более старшие курсы замерли и уставились на шагающих детей, словно те были инопланетянами или экспонатами в музее. Лиз поначалу съежилась от множества изучающих взглядов, но потом вспомнила слова матери и гордо вздернула подбородок. Нельзя показывать слабину, чтобы потом не задавили. Приветственная речь директора и слова профессора Макгонагалл пролетели совсем незамеченные Лиз, ведь все ее внимание было приковано к одному лишь предмету. Распределяющая шляпа лежала на высоком табурете и словно жаждала покопаться в юных головах. -Гермиона Грейнджер, — Лиз узнала имя своей знакомой и заинтересованно взглянула на бурчащую себе что-то под нос девочку. Шляпа долго корчилась и мычала, пытаясь определиться с решением, и громогласно выкрикнула: -Гриффиндор! Затем был Малфой, которого без сомнений отправили на Слизерин, Маргарет с довольной улыбкой побежала к столу Пуффендуя под взгляд Лиз «Я же говорила». Гарри Поттера отправили на Гриффиндор под самые громкие из аплодисментов. А потом... -Элизабет Дей, — вот и настал знаменательный момент в жизни этой юной леди. Она с дрожащими коленями, но гордо поднятой головой вышла к табурету и еле на него забралась. Слишком уж он был высок для нее. На ее растрепавшийся хвостик величественно водрузили шляпу, которая тут же скорчилась. -Хм, — еще один ребенок, над которым шляпе пришлось подумать, — ты слишком нестабильна, чтобы быть на каком-нибудь одном из факультетов, — знала бы тогда Лиз, что значат эти слова. Но сейчас они звучали, лишь как очередная бессмыслица от слишком старой шляпы. -И чего же во мне больше? -Хм. Скорее умения подстраиваться под ситуацию. Ты очень амбициозна, да и родословная говорит сама за себя,- Лиз явно не нравилось, к чему ведут эти слова, произнесенные совсем тихо и непонятно. -Слизерин! — на этом моменте Элизабет словно оглохла. Под громкие аплодисменты с других факультетов и едва слышные со Слизерина ее ноги сами каким-то образом подошли к нужному столу, а голова совсем перестала соображать. В ее мыслях уже наступил конец света, а на лице отразилась глубокая задумчивость.. -Теперь ты не такая смелая, да? — Малфой выступил, как олицетворение всего, что девочке еще предстоит пережить. И это только начало…