3.
28 июля 2018 г., 11:59
3.
Как-то я посмотрела сериал «Видоизменённый углерод». Обычная фантастика. Но там был один персонаж — женщина по имени Келлквист Фальконер, возглавлявшая восстание против официальных властей. Она говорила: «Мы берем, что предлагают. Привыкни к своему окружению. Впитай его, как губка. Ничего не ожидай. Лишь тогда ты будешь готов ко всему. Ты не пойман, ты выжидаешь. Твой враг не дознаватель, твой враг — отчаяние. Мы ждем. Мы держимся. Мы ищем слабость и затем нападаем». Мудрые слова. Пожалуй, последую ее совету.***
Сквозь сон я чувствовала, как кто-то легко трясет меня за плечо. Не было никакого желания просыпаться, но, в конце концов, пришлось разлепить глаза. Надо мной нависала довольно высокая женщина. За стеклами очков поблескивали живые карие глаза. Её образ завершали каштановые волосы, убранные в конский хвост. Рядом с ней стояли двое высоких, светловолосых, широкоплечих мужчин: один с густыми бровями, а второй с усами. Все они были одеты в такую же форму, как и вчерашний коротышка. А я так надеялась, что при пробуждении окажусь у себя в постели, или, на худой конец, в какой-нибудь ужасной, но зато знакомой государственной больнице! — Значит, всё это мне не приснилось, — пробормотала я. — Как ты себя чувствуешь? — спросила женщина. — Как будто меня сбил Джип Чероки, — ответила я, садясь в кровати. — Что сбило? — переспросила женщина. — Да неважно, — сказала я устало. — Какой Вам Джип Чероки, если у вас тут даже электричества нет? Кстати, если вы пришли мучить меня вопросами, то я уже все рассказала тому безжалостному человеку. Хоть убейте, добавить мне нечего. Женщина засмеялась: — Слышишь, Леви, как она тебя назвала? Первый день здесь, а уже все про тебя поняла. Оказывается, давешний дознаватель тоже был в палате. Он стоял, прислонившись спиной к косяку и пил что-то из кружки, при этом странно держа ее пальцами за верх. От этого человека веяло явным недовольством. Но мне уже не было дела ни до этой женщины, ни до его кислой физиономии. В моей голове наступил миг идеального озарения. Совпали все детали паззла. Я поняла, почему их форма, и в частности эти странные ремни и эмблема с крыльями, показались мне такими знакомыми. А имя того человека дало оканчательную отгадку: кажется, это манга в жанре сёнэн про каких-то гигантов. Я, вообще-то, люблю и мангу, и аниме, но не такое, где весь сюжет строится на насилии и герои мрут со скоростью света. Когда-то давно я прочитала синопсис этого довольно популярного творения, глянула описание персонажей в Википедии, пару серий аниме, пролистала с десяток глав и решила, что подобное точно смотреть и читать не буду. Запомнила только, что сильнейшим бойцом человечества там был какой-то невысокий мужик с замашками конченного отморозка и в зависимости от перевода перевранным на все лады именем. Вот только звание у него было капрал. — Так он все-таки Леви? Не Ривай? Он же вроде капрал? И разве он существует? — спросила я ошарашенно, а потом меня разобрал гомерический смех. Я никогда так раньше не смеялась. И не понимала, почему мне вдруг стало так весело. Ведь впору было кричать и плакать. Свалиться со скалы и попасть в псевдо-Европу девятнадцатого века, где людей пачками косят какие-то стрёмные титаны! Разве в реальном мире такое бывает? Разве в моей малоинтересной и вялотекущей жизни мог произойти такой поворот событий? Бравая четверка дружно уставилась на меня, как на идиотку. Внезапно смех перешел в судорожные всхлипывания, а затем на меня накатил приступ панической атаки. Я знаю, как это бывает, но до того момента не испытывала лично на себе. Я вообще очень редко испытываю страх. Но даже меня добил тот факт, что я каким-то образом оказалась в 2Д мире! Меня прошиб озноб, руки тряслись, воздуха катастрофически не хватало, и я начала задыхаться. На меня накатило иррациональное предчувствие скорой смерти. Женщина и светловолосые товарищи, увидев это, кинулись ко мне. — Что с тобой? — спросил бровастый. — Не… могу… дышать, — еле как прохрипела я. — Она задыхается! Что делать? — вскричала женщина. А мне тем временем стало совсем плохо: началась гипоксия, я почувствовала резь в правом глазу — лопались капилляры. Мне показалось, что больше никогда в жизни я не смогу сделать ни одного вдоха. Один из мужчин подхватил меня на руки, подскочил к окну и открыл его. Мои легкие наполнились свежим воздухом. Я задержала дыхание, а потом плавно выдохнула. Понадобилась минута, чтобы полностью отдышаться. Щекой я прижималась к теплой груди этого человека и слышала спокойный, размеренный стук его сердца, на котором и сосредоточилась, чтобы успокоиться. За окном расстилался живописный пейзаж: синее небо то тут то там пересекали мазки перистых облаков, недалеко виднелся лес. На меня снизошел покой, и я сказала: — Мне уже лучше, спасибо. Опустите меня, пожалуйста. Он поставил меня на пол, и я добавила: — Это была паническая атака. Кажется, я поняла, куда попала. — А как ты это поняла? — спросила женщина. Я проигнорировала ее вопрос. Я, вообще, перестала обращать на них внимание. Нет на свете такой силы, которая может забросить человека в двухмерный мир! Я поняла бы, если бы это был совсем другой — параллельный мир. Но не манга же! Ведь это плод фантазии какого-то японца. Значит, мой разум играет со мной в какие-то игры, показывая эту иллюзию. Но нет такой иллюзии, которая может полностью заменить реальность. Где-то должны быть нестыковки, и дабы сохранить свой разум, мне нужно было их срочно найти! Я начала рассуждать вслух: — Это всё нереально. Вы — в моей голове. Но как это проверить? Начнем с когнитивных функций. Память. Число пи — 3,1416. У проклятой квартиры в романе «Мастер и Маргарита» был номер пятьдесят. Память в порядке. Внимание, речь, мышление, счет и ориентация тоже. Теперь координация и праксис. Я встала на одну ногу, и закрыв глаза, поднесла кончик указательного пальца к носу. — Тоже в порядке. На первый взгляд нет никаких нарушений. Я снова села на кровать. Четыре человека смотрели на меня с молчаливым удивлением. — Я сейчас закрою глаза, досчитаю до десяти, а когда открою их, вас тут не будет. Я закрыла глаза, выровняла дыхание, досчитала до десяти, а потом со всей силы ущипнула себя за нежную кожу предплечья. — Ну же! — с этим вскриком я открыла глаза. Ничего не изменилось. Те четверо ждали, что будет дальше. Я вздохнула: — Хорошо, зайдем с другой стороны. Если я в коме, откуда я знаю детали? Я встала и подошла к женщине. — Вот, например, это, — я погладила пальцами крылья у нее на рукаве. — Я могу помнить эту эмблему? Откуда я знаю, как она выглядит? Оставалось последнее средство. К тому моменту я уже поняла, что человек, который помог мне справиться с приступом, был среди них главным. Я подошла к мужчине вплотную и уставилась на его лицо. Читающие мангу знают, что люди изображены там физически не совсем достоверно. У мужчин не бывает щетины и волос на теле. А еще в манге у них не нарисованы соски. Конечно, я не могла попросить его расстегнуть рубашку, но кое-что могла проверить и так. Поэтому я протянула руки к лицу мужчины. Если его и застало врасплох мое движение, то он совсем не подал виду. Нужно отдать должное его хладнокровию. Мужчина не отклонился даже на миллиметр. Я слегка провела указательным пальцем по весьма густой брови этого человека. На ощупь она была совсем как настоящая. А затем я и вовсе положила ладонь ему на щеку. Несмотря на кажущуюся гладкость щеки, моя ладонь ощущала, что там, где должна быть щетина, кожа отличается! Скорее всего он брился тем утром. Все, находящиеся в комнате люди, замерли. Казалось, пролети муха, будет слышно. — Эрвин, — подал недовольно голос ненавистный капитан. Краем глаза я видела, что он сделал несколько шагов в нашу сторону. Но стоящий передо мной человек сделал легкую отмашку рукой, и коротышка отступил. А значит, я получила разрешение на то, что собиралась сделать. Опустив руку пониже, я приложила два пальца к шее мужчины, и ощутила ровное биение его пульса. Затем двумя руками взяла его правую руку и внимательно ее рассмотрела, уделив внимание каждой мелочи, и попутно отметив про себя, какая же большая у него ладонь. Я начала с ногтей: лунула, кутикула, ногти подстрижены неровно. Вряд ли он знает, что такое пилочка. На среднем пальце имелось чернильное пятно, и я сделала вывод, что этот человек много пишет. На тыльной стороне руки проступали вены, и вкупе с мозолями на ладони они мне подсказали, что физические занятия ему тоже не чужды. Прижав два пальца к запястью, я нащупала пульс. — Всё выглядит таким реальным, — пробормотала я. — Ничего не понимаю. Как такое может быть? Наконец я попыталась оттянуть рукав его форменной куртки, но она мне не поддалась. Тогда он сам закатал рукав, расстегнул манжету рубашки и обнажил руку до локтя. И вид этой руки окончательно убедил меня в реальности происходящего: там были волосы. Светлые, тонкие волосы. И мне не нужно было просить его расстегнуть рубашку. Я знала и так — у него есть соски. И есть волосы на груди, в паху и на ногах. И он бреет лицо. Этот человек полностью прошел reality checking. Передо мной стоял реальный мужчина из плоти и крови. Я даже ощутила легкий запах мужского тела, исходящий от него. Мой мозг не смог бы создать такое правдоподобное видение. Я сказала упавшим голосом: — Вы — настоящий человек. Вы все — настоящие. Это реально. Ни сон, ни кома, ни видение. И я почувствовала такую вселенскую тоску, что внутри меня все застыло. В голове крутилась одна мысль: This is fucking hell! You're in hell! Не осознавая, что делаю, я начала пятиться к открытому окну, которое было в нескольких шагах позади меня. Это было абсолютно бесполезно, ведь, судя по высоте, мы находились на этаже третьем–четвертом. Мне же просто хотелось бежать оттуда куда глаза глядят. Первым опомнился двухметровый детина. Моя пятая точка уже коснулась подоконника, когда он оказался рядом. Несмотря на свои габариты, двигался он на удивление быстро. Мужчина схватил меня за руки и попытался оттащить от окна. Он явно старался не причинять мне боль, но это вторжение в личное пространство резко откинуло мой разум на пару миллионов лет развития назад. Я вдруг почувствовала себя своим диким предком, который попал в ловушку и которого сейчас съедят. Самая древняя часть мозга захватила контроль. Я начала брыкаться как ненормальная, пытаясь вырвать свои руки и пнуть захватчика. Правда, ночнушка, длина которой была практически до пола, не позволяла мне это сделать. Остальные тоже обступили нас, не зная, как остановить мою истерику. Мое поведение явно не соответствовало их ожиданиям. Да и моим ожиданиям оно не соответствовало тоже. Всегда считала себя человеком разумным, а когда пришёл момент, даже не воспользовалась своим знанием боевых искусств и навыками психологической осознанности. Вместо этого мне привиделось, что своими жалкими потугами я вырвусь из рук двухметрового накачанного мужика, а потом отращу крылья и улечу через окно назад в свой мир. Наконец мужчина, державший меня, извернулся, оказался у меня за спиной и обхватил сзади, сковывая мое тело. Да и сама я уже выдохлась. Мои ноги сдались, и я буквально повисла у него на руках, дыша как загнанная лошадь. Напряженное молчание прервала женщина: – Майк, кровать. Тот понял ее с полуслова и аккуратно отнёс меня на кровать. Мне вдруг подумалось, с какой же легкостью эти люди тягают мои пятьдесят пять килограмм. Морок рассеялся и мне стало не по себе. Впервые в жизни со мной случилась истерика. И это было отвратительно. Женщина налила воды в стакан и подала мне с одобряющей улыбкой: – Попей. Станет легче. Я услышала, как коротышка пробормотал: – Ханджи, не носись так с этой ненормальной. Командир тоже прервал молчание: — Всё? Тебя отпустило? Теперь расскажешь нам всё? — Да. Простите. Я сама от себя не ожидала такого. — Ты понимаешь, где находишься? Я вздохнула: — К сожалению, да. Эта женщина назвала его по имени, — я кивнула на коротышку у двери. — И это дало мне подсказку. — Значит, ты все-таки из этого мира, если знаешь, кто я такой, — сказал холодным тоном капитан. — Нет, — ответила я. — Это прозвучит странно и неправдоподобно, но представьте себе, что есть книга. Вы эту книгу не читали, только знаете в общих чертах, о чем она. Например, что там есть «сильнейший боец человечества капрал Ривай — весьма неуступчивая личность», — сказала я с ударением. — И вот Вы решаете, что не хотите читать о таком. А потом в какой-то момент имеете несчастье упасть со скалы в реку и оказываетесь в этой странной книге. Коротышка скривился: — Ты головой стукнулась? Даже имя мое запомнить не в состоянии? И я вообще-то капитан. Не смей перевирать мое звание. Я облила его презрительным взглядом и сказала холодно: — Это из-за неудачного перевода и особенностей произношения. Книга на иностранном языке. Там своеобразная фонетика. — Ты хочешь сказать, что у вас люди говорят на разных языках? И мы все в книге, которая написана не на твоем языке? — спросил усатый, а потом подошел к кровати, наклонился и понюхал меня. А затем почему-то многозначительно ухмыльнулся. Перед глазами всплыл флешбэк, как он держал меня. Я поспешно отодвинулась от него насколько позволяла кровать и сказала нервно: — Пожалуйста, не надо. И меня не смутил тот факт, что сама-то я облапала их командира, дабы установить реальность происходящего. Женщина отодвинула его от кровати. — Отойди, Майк, не пугай ее, — затем обратилась ко мне. — Не бойся, он просто так с людьми знакомится. Так что там насчет книги? — Честно говоря, — ответила я, — есть у меня еще одна теория. Скорей всего, я получила при падении необратимое повреждение мозга, лежу в больнице, подключенная к аппаратам, и все это происходит в моей голове. Вот только кома какая-то странная. Почему именно этот практически незнакомый мне мир? Почему не что-то из тысяч книг, фильмов, аниме и сериалов, которые когда-то поглотил мой мозг? Женщина улыбнулась. — Я и половины не поняла из сказанного тобой, но звучит жутко интересно, — сказала она. — Подожди, Ханджи, — сказал командир, а потом обратился ко мне. — Ты серьезно думаешь, что мы тебе поверим? — Я ничего не думаю. Я и сама в это до конца не верю. Верить вам или нет — решайте сами. Но вы же видите, что я не принадлежу этому миру. Посмотрите на мои вещи, одежду, поведение. Вы ж, наверняка, не знаете значение многих слов, которые я употребляю. Посмотрите на мою руку. Я подняла правую руку тыльной стороной и растопырила пальцы. — У меня черные ногти. Это специальная краска для ногтей. Вряд ли в вашем мире кто-то красит ногти, тем более в черный цвет. Женщина подскочила ко мне, взяла за руку и начала разглядывать ногти. — Ух ты, интересно! А как вы потом эту краску смываете? И зачем красите ногти? — У нас это считается красивым, — я аккуратно высвободила руку и обратилась к командиру. — Насколько я помню, Ваше подразделение тут вроде исследователей, постоянно сталкивающихся с новым. Значит, не такие ограниченные, как обычные военные. Подумайте логически, и всё встанет на свои места. Даже самые невероятные вещи могут оказаться правдой. Они задумались, потом командир сказал: — Хорошо, мы обсудим и решим, что дальше с тобой делать. — А вы можете, пожалуйста, вернуть мои вещи? У меня там есть умывальные принадлежности. И еще мне хотелось бы переодеться. Командир сказал капитану: — Леви, принеси ее вещи. Когда коротышка вышел, я сказала: — Меня зовут Ева Зорге. Хотелось бы знать, как к вам всем обращаться. — Ева, очень приятно, меня зовут Ханджи Зое, я майор Разведкорпуса, — радостно ответила женщина. Разведкорпус? Так называется их подразделение? — Приятно познакомиться с Вами, Ханджи, — сказала я с улыбкой. Мне пришлось по душе ее открытое лицо. Она единственная здесь была ко мне добра. И от этой женщины так и веяло любознательностью. Думаю, к ней можно будет втереться в доверие, заинтересовав рассказами о своем мире. Первый претендент в союзники был определен. Бери, что дают, не так ли? — Я полковник Эрвин Смит, командор Разведкорпуса, — сказал мужчина. — Очень приятно, командор Смит, — сказала я. А вот с ним будет трудно. Такого просто так не облапошишь. В любом случае, первый контакт установлен. Мужчина поневоле начинает испытывать протекционное чувство по отношению к спасенной женщине. Паническая атака приключилась очень к месту. — А я майор Майк Закариас, — сказал любитель обнюхивать людей. — Пожалуйста, больше не нюхайте меня. В моем мире это считается дурным тоном. Он мне ничего не ответил, но по его губам скользнуло что-то вроде усмешки. Видимо, в этом мире его замашки тоже не относятся к числу ординарных. Вернулся капитан с моими вещами и отдал рюкзак Смиту. Тот после секундного раздумья передал рюкзак мне. Я открыла его: естественно вещи лежали не в обычном порядке — его явно обыскивали. – Кстати, мы нашли твое оружие, – сказал капитан недобро. Мое сердце забилось быстрее: неужели они поняли про двойное дно?! Я с удивлением уставилась на капитана: – Оружие? – Та штука на веревке, это было оружие, да? – спросил командор. И до меня с облегчением дошло, что они имеют ввиду кулак обезьяны. – Это для самообороны. Мой мир иногда бывает довольно опасным местом. – Так мы тебе и поверили, – сказал капитан недобро. Я не понимала, что с ним не так. Кроме него никто не был настроен в отношении меня настолько враждебно. Я вздохнула: – Вы же все профессиональные военные. Что такая, как я, может сделать таким, как вы? Можете спросить у майора, какой из меня боец. Женщина прыснула. Могу поклясться, что оба светловолосых товарища тоже слегка улыбнулись. И только коротышка продолжал сверлить меня недобрым взглядом. Я же вытащила свой телефон и на секунду прижала его к груди, как ребенка. Как и многие мои современники, я испытываю необъяснимую любовь к этому гаджету. И он был моей последней надеждой. Я очень надеялась, что свершится чудо: будет сеть, и я смогу кому-нибудь позвонить, и кошмар закончится. С замиранием сердца я нажала на кнопку, но чуда не произошло: сети не было. Не знаю, на что я наделялась, но внутри меня все так и застыло. Ненужный гаджет выпал из моей ослабевшей руки на кровать. — Не работает, — сказала я упавшим голосом. — Это конец. Я тут застряла. Мои глаза наполнились слезами, а губы задрожали. Настал миг принятия. Не делая попыток вытереть слезы, я сказала, обращаясь к их командиру: — Вы можете что-нибудь сделать? Как-нибудь вернуть меня домой? Моя семья не знает, где я и сходит сейчас с ума! Пожалуйста, отправьте меня назад! Он отрицательно покачал головой: — Я даже не знаю, как ты тут оказалась. Боюсь, я ничего не могу сделать сейчас. — Но я хочу домой! Я не хочу тут быть! Я не принадлежу этому месту… Мне пришлось отвернуться, чтобы они не видели, как я реву. Наконец, я почувствовала, как кто-то положил руку мне на плечо. Та женщина. Кажется, она сказала, что ее зовут Ханджи. Она протянула мне чистый носовой платок и сказала сочувственно: — Не плачь. Мы попытаемся что-нибудь придумать. Я вытерла лицо: — Простите за очередную истерику. Женщина протянула мне телефон: — Расскажи, как это работает. — Это называется телефон, — начала объяснять я. — Он служит для связи с другими людьми. Прикладываете его к уху, другой человек прикладывает свой такой же к уху и можно разговаривать независимо от расстояния. — А ты сейчас можешь связаться с кем-нибудь из своего мира? — спросила Ханджи. — Нет. У нас там стоят вышки, передающие невидимые волны, с помощью которых идет связь. Здесь нет вышек и, соответственно, нет связи. Он абсолютно бесполезен. К тому же источник энергии, который его регулярно подпитывает, не существует в вашем мире. Поэтому скоро он отключится. И Вам не удастся ничего с ним сделать. Здесь нет таких материалов, да и технология слишком продвинутая. Даже в моем мире она появилась не так давно. А Ваш мир отстал от моего лет на сто пятьдесят. Она наблюдала, как я нажимаю пальцем на экран. Потом забрала у меня гаджет и стала сама тыкать пальцем. У нее на лице появился восторг, как у ребенка, которому дали новую игрушку. Остальные заглядывали через ее плечо. И только капитан так и стоял, прислонившись к стене, скрестив руки на груди, и смотрел на меня взглядом, полным недоверия. Я не верю в любовь с первого взгляда, но вот ненависть вполне возможна. Я не пробыла здесь еще и полных суток, а уже успела нажить себе врага. Зря я по неосторожности переврала его имя и звание. Быстро сработано. Ты никогда не умела ладить с подобным сортом людей. Из задумчивости меня вывел восклик: — А это что такое? Каким-то образом эта неугомонная женщина добралась до фотогалереи. Я объяснила: — Эта вещь служит не только для связи. С его помощью можно делать фотографии — это такие картинки, нажимаешь на кнопку, и мгновенно появляется изображение. Сейчас я покажу. Я зашла в галерею и начала листать фотографии: родители, сестра, фотки с работы, виды моего города — все это пролетало перед изумленными взорами четверых людей. Даже капитан приблизился и смотрел с интересом. — Ух ты, как интересно, — радостно сказала Ханджи. — Ваш мир совсем другой! Ты мне потом все-все расскажешь и объяснишь каждую картинку. — Хорошо, — сказала я с вымученной улыбкой. Напоследок я решила показать им видео. Я сказала: — Сейчас я покажу вам движущиеся картинки. Мы называем это видео. Не пугайтесь, это не волшебство и не магия. Просто технология такая. Здесь запечатлено то, что уже было. Нашла-видео галерею и открыла первое видео. Я сняла его, когда мы с сестрой в последний раз ходили в поход. Тогда мы вышли на высокий берег: внизу блестела лента реки, солнце стояло в зените, а низко над нами несколько раз туда-сюда пролетел сапсан. Видео пошло: сестра со своим рюкзаком идет впереди меня, говорит: — Там просвет в деревьях, пойдем, посмотрим. — Хорошо, — отвечаю я. Мы выходим на берег реки, пейзаж потрясающий, я продолжаю снимать, она поворачивается ко мне и замечает телефон: — Зачем ты снимаешь? Я вся потная, и лицо у меня красное. Выключи сейчас же! — Неа, — отвечаю я. И тут в паре метров от нас со своим характерным криком пролетает сокол-сапсан. — Ты сняла? — возбужденно спрашивает сестра. — Смотри, он летит назад, снимай! Я снимаю пролетающую птицу, потом отдаю телефон сестре, говорю ей: сними меня. Поднимаю руки вверх в победном жесте и кричу: Я королева этого мира!!! За кадром слышится голос сестры: Это тебе «Титаник» что ли? Дурня — ты, а не королева! Видео остановилось. Бравый квартет стоит в изумлении, вперив взгляд в мой телефон, в этот момент на него что-то капает, и я понимаю, что слёзы снова бегут по моим щекам. Я даже не заметила, как начала плакать. Я поднимаю глаза на Ханджи и говорю сквозь слезы: — Я больше никогда не увижу свою семью, правда? Я здесь застряла? Она обнимает меня за плечи: — Не плачь, все будет хорошо. Командор ретировался из палаты, забрав с собой капитана и майора. Ни один мужчина не сможет выдержать несколько женских истерик подряд. Когда мы остались вдвоем, женщина сказала утешительно: — У тебя шок. Это пройдет. Сейчас тебе нужно привести себя в порядок, а потом я отведу тебя на завтрак. — Хорошо. Так началась моя жизнь в этом странном мире. Мире, который я возненавидела с первой минуты. МЫ возненавидели. И мои новые знакомые даже не подозревали, что я прибыла сюда не одна. Потому что вот уже как девятнадцать лет нас двое. И другая моя личность — это самое противоречивое существо, какое вы могли бы повстречать в любом из миров.
