Победить

      По мнению Джинни, учебный год начинался ужасно. Все учителя словно сговорились, задавая домашних заданий больше, чем их возможно выполнить. Братец ржал и говорил, что шестой курс еще хуже. Джин не верила этому лоботрясу: тот все свободное время проводил с Браун. Но конспекты послушно утащила к себе, захватив параллельно еще и Гермионы — сравнивать. Хорошо быть седьмой дочерью в семье и иметь связи со старшими курсами. Хотя теперь она тоже к ним относится. Это было ужасно.       Отдушиной являлись квиддичные тренировки, но сейчас расписание было неустойчивым, так что они тренировались мало. Капитаном стал Гарри, и это было вполне заслуженно. Он маялся над стратегией, Гермиона согласовывала расписание старост, а Рон гулял с Лулу. Она Джин не нравилась, но это было немножко не ее дело. А вот на Гермиону внимание обратила: та в идиота-братца была влюблена и смотрела волком. Но Джинни была точно не тем человеком, который бы наставлял на путь истинный. К интригам — даже таким элементарным — она не чувствовала себя способной.       В школе она чувствовала себя лучше, чем дома, и в Хог возвращалась радостной. Правда, немного подпортил праздник новый профессор Слагхорн, когда пригласил ее в свой Клуб, но это было терпимо. Защиту вел Снейп, и Джин вознесла хвалу Гарри — тот Армию Дамблдора обучил, как оказалось, заклятьям далеко не пятого курса. Хотя списки изученных заклятий составляла наверняка Гермиона, но практикой-то занимались Рон и Гарри. Она даже не поняла, что это были заклятья усложненного уровня, если не считать Патронуса, конечно.       Джинни почти спала над домашней работой, смотря в одну точку. Вечер в библиотеке — это определенно не то, что она ожидала на пятом курсе. Девчонки уже ушли и сдались, а она была слишком упертой, чтобы не понять элементарных чар. Если что — попросит Гермиону. Связи…       Зевнула и посмотрела на часы. Десять минут до отбоя. Мордред. Если она быстро дойдет до спален и никому не попадется на глаза, это будет удачей. «Внеплановая тренировка», — мелькнула в голове мысль, пока она судорожно сваливала вещи в сумку. Как бы ее еще дотащить…       Джин бегом помчалась прямиком в гриффиндорскую башню. Так бы и не заметила ничего, если бы любила бегать. Перешла на быстрый шаг, чтобы отдышаться — она была в холле Хогвартса, над ней блестели часы с баллами факультета. Прозвучал гонг отбоя. Она не успела. На охоту выходил Филч, миссис Норисс, дежурные учителя и старосты. Она хотела опять перейти на бег, но услышала какое-то копошение.       Проклиная свою гриффиндорскую сущность, Джин плюнула на отбой — и так уже опоздала, не в первый раз. Потом, если что, баллы отработает. А вот любопытно было сейчас. Она по-кошачьи мягко ступала по направлению к источнику звука.       …Это напоминало шелест одежды, но Джинни бы не ручалась. Ее вело в кладовую. Оттуда доносились голоса. «Парней», — поняла Джинни.       — Я… Слушай же… Ме-ерлин, — кто-то… захныкал?       — Потом, — жарко прошептал второй.       До нее дошло не сразу, а когда дошло — хотела уйти. Слишком стыдно было подглядывать за парочкой. И ушла бы, забыла спокойно, если бы не услышала родное имя «Дин».       Тогда она не подумала о том, что Динов в Хогвартсе много и что неловкая бы вышла ситуация, ошибись она в своих предположениях. Но она зашла на автомате, слишком потрясенная, увидела своего парня в обнимку с другим и могла только удивленно ляпнуть: «Дин?»       Он отпрянул от своего партнера — они были слишком близко для простого дружеского разговора. Мозг соображал быстрее, чем Джинни могла принимать информацию. Факты воспринимались отдаленно, не связывая с собой. Она знала свой характер: отойдет, будет бунт, вспышка, волна, буря, но это будет когда-то «потом». Время словно замерло, а разум фиксировал уже свершившийся факт: с Дином они встречаться больше не будут.       — Джинни, это… — попробовал оправдаться Дин, потом осознал, что хотел ляпнуть, покраснел еще сильнее, поправил рубашку — наполовину расстегнутую — и попытался исправиться. — В смысле, я хотел сказать…       — Козел, — резко оборвала его Джин. Сзади Дина кто-то копошился, застегивая пуговицы на рубашке. Что, интересно, они тут делать собирались?       — Я хотел сказать! — искренне выпал Дин. — Это же понятно было!       — Что еще понятно было? — раздраженно-ядовито поинтересовалась Джинни, угрожающе помахивая палочкой.       — Мы встречались, чтобы ты с Поттером потом встречаться начала. Чтобы он приревновал и понял, что ты тоже девушка, — с непоколебимой уверенностью в голове заявил Дин. Джин слишком опешила сначала, чтобы отрицать. — А я — чтобы… — он мимолетно улыбнулся парню. — Чтобы позлить Сима.       — Чего-о?! — возмутилась Джинни. — Я не хотела встречаться с Гарри! Он мой друг, идиот!       — Да ты за ним с первого курса бегала! — не выдержал «Сим».       — Финниган? — удивилась Джинни. — Да вы издеваетесь!       — Все же понятно было, — недоуменно произнес Дин. — Ты чего, реально что ли?..       Джинни в мгновение ока вспыхнула, радуясь, что в темноте ее свекольный румянец сложно будет различить, и не ответила. Послала в подлецов свой фирменный Летучемышинный сглаз, избавившись от обязанности отвечать на вопрос. Подлецы синхронно завизжали и забыли про свою принадлежность к волшебникам. Девушка мстительно улыбнулась. Ее использовали втемную. Пусть радуются, что Импотенцией не прокляла!       Джинни смилостливилась над идиотами и отменила заклятье. Было до жути обидно. Она не то чтобы любила Дина до потери памяти, но определенную симпатию все равно испытывала — иначе б не согласилась встречаться. А ее… Ее посчитали способной на такую подлость.       Джин бы в жизни не стала встречаться с человеком, чтобы привлечь внимание другого! Она бегала за Гарри на младших курсах, но это было больше поклонение образу, а не личности. Она была мелкой наивной девочкой. Видимо, она и сейчас не изменилась — это предательство прощать не хотелось. Теперь было понятно и нежелание Дина встречаться наедине, и его постоянные отлучки.       — Ты чего? — обиженно буркнул Дин.       — Не догадываешься? — мрачно спросила Джинни.       — Ты серьезно не понимала? — вклинился Финниган, трогая укушенное ухо.       — Такое нужно обсуждать, — раздраженно рыкнула Джин.       — Нельзя быть настолько слепой, — прямо сказал Сим, не чувствуя опасности. Поучения Джинни оч-чень не любила. Такое манипулирование собой — еще больше. — Это в жизни аукнется. Все же понятно было…       — Прокляну, — зловеще пообещала ведьма, но договорить не успела.       — Тихо! — шепнул Дин. — Слышите?       Она услышала сразу. Эти шаркающие шаги были знакомы всех ученикам Хогвартса и сулили огромные неприятности. Поэтому они, забыв про весь конфликт и обиды, дружно понеслись галопом куда подальше. В голове промелькнула мысль перед тем, как дыхания стало не хватать настолько, что в глазах прыгали пятна. «Ну конечно! Шумели же, да еще и в самом холле! Как раньше не засекли!».       — Ото…рва…лись? — спросил, загнанно дыша, Сим.       — Заткнись… и слушай, — шепнула Джин хриплым голосом, потому что не верила сейчас себе. По ощущениям сердце стучало сильнее и громче, чем тихие шаги Филча.       — Вроде… да, — громко выдохнул Дин, который задержал дыхание перед этим. Джин его понимала слишком хорошо. Чувства постепенно возвращались. Помимо нехватки дыхания она начинала ощущать сведенные мышцы ног, лямку сумки, которая неприятно врезалась в плечо, и ее тяжесть. Но это были ощущения физические. Она смотрела на Дина и Симуса, и это было больно и неприятно. Себя она ощущала глупой доверчивой дурочкой.       — Где мы? — спросила она твердо, хотя не чувствовала в себе никакой твердости.       — Первый этаж Астрономической, — ответили ей это голубки одновременно и сразу же улыбнулись друг другу. Джин сжала руки в кулаки и спрятала их за спиной.       — Идите вдвоем, — она ухмыльнулась. — Заканчивайте то, что начали в холле. Какого черта вы вообще там забыли?       Симус покраснел, как девица, а Дин проказливо улыбнулся и подмигнул ей, шаловливым тоном объясняя, что ей это знать еще рано. Джин пришлось вызвать все свои душевные силы, чтобы не выдать себя и поддержать диалог в своей обычной манере. Если бы они присматривались к ней, точно бы увидели фальшь — она сама ее чувствовала. Правда заключалась в том, что парни были поглощены только друг другом.       — Прости, — серьезно сказал Дин. — Некрасиво получилось.       — Не ссорьтесь больше, — выдавила из себя улыбку Джин. Ребята кивнули и влюбленными глазами посмотрели друг на друга, улыбнулись ей и попрощались.       Когда она осталась одна, то глубоко вздохнула и — неожиданно для себя — предательски шмыгнула носом. Себя было очень жаль, хотя это звучало ужасно эгоистично. Несмотря на всю свою боевую браваду, она чертовски эмоционально реагировала на все, хотя и не любила эту черту характера в себе. Хотя, казалось бы, шесть братьев и руководство близнецов…       Она решительно запретила себя пускать сопли. На сердце было горько, но с этим чувством ничего нельзя было сделать. Она бы не стала отбирать у Симуса Дина — тем более, он не любил ее, так что сдалась без боя. В спальню идти не хотелось. Ее соседки еще наверняка не спали и гарантированно обратят внимание на ее понурый вид, заставят все рассказать, а она не хотела распускать слухи про Дина, как бы он ни поступил. Это было слишком по-гриффиндорски и слишком благородно. От несправедливости жизни на душе стало еще гаже.       — Уизли? Ты что здесь делаешь?       — Малфой, — устало произнесла Джин, даже не оборачиваясь. — Только тебя и не хватало.       Единственное, чего не хватало для того, чтобы настроение скатилось под ноль и не могло подняться, это слизеринский староста и язва. Но, видимо, совестью слизеринец все-таки обладал. Или тактом. Или еще чем-нибудь. Ему хватило ума не комментировать ее положение и не задавать глупых вопросов. Видимо, вид у нее был еще тот, если даже Малфой промолчал.       — Уизли, в спальню иди, — после молчания сказал Малфой. Джин подумала немного, исполнять ли приказ, и повиновалась. Молча подобрала сумку с библиотечными книгами. Джентльмен-Малфой не отреагировал и не помог. Засранец.       — Что случилось? — коротко спросил он.       — Тебе как будто интересно, — ровно усмехнулась Джин, но ответила. — Парень бросил. А мне не сказал.       Ушла, не оборачиваясь. Настроение было удивительно ужасным. Она не чувствовала сейчас способной себя на перепалку в стиле «кто круче».       — Уизли, — донесся до нее голос Малфоя, когда она уже почти полностью скрылась за поворотом. Джин усмехнулась этой привычке начинать каждую фразу с презрительного «Уизли». — Пять баллов с Гриффиндора за… прогулки по ночам.       Джинни весело хмыкнула. Так завуалированно ей еще никто не пытался сочувствовать.