Случайно обручились

 — Да ты псих похуже меня! — Какой муж, такая и жена!

      Передняя дверь дорогостоящего спорткара открывается, на сидение буквально падает блондинка, быстро закрывает дверь и пристегивает ремень безопасности. Большие глаза смотря на Драгнила, холодные руки цепляются за его горячую плоть. Нацу оборачивается и рвано выдыхает, когда видит справа от себя Люси, вернувшись в реальность. — УБИРАЙСЯ! — его голос срывался, на его шее набухли вены. — СЕЙЧАС ЖЕ! — После тебя! — кричала блондинка, хватая ртом заветный воздух и еще крепче сжимая его руки, которыми он держал руль. Страх затмил ее глаза. Страх за любимого человека. — Хартфилия, это не шутки, мать твою! — Нацу ударил со всей дури по рулю, испугав девушку. Раздался гудок и взмах флажка. Бывшая Хартфилия сильнее вцепилась руками в его жилистую руку, где еще красовались раны. — Люси… — в его неоновых глазах застыл страх. Страх за ее жизнь. — МАРШ! — нога давит на педаль газа, Нацу сжимает руками руль.       Он не должен был…не должен был ехать вместе с ней! Она не должна была садиться сюда! Люси не думала, что он поедет вместе с ней, думала, он побоится за их жизни, но она не знала с кем связалась. И Нацу действительно боялся, впервые в жизни и совсем не за себя. Если бы он не поехал, его убили бы быстрее, зарезав вместе с ним и эту чертовку. Хах, условие, если он решит соскочить. Люси еще не догадывалась, какую адскую скорость может развить эта машина за считанные секунды. — Какого дьявола ты уселась своей задницей на это гребаное сидение?! — таким она никогда еще не видела.       Дорога была прямой, безлюдные трассы отлично подходили для подобной езды, на подобной машине. Спидометр показывал 80 км/ч. Но еще одним из многочисленных условий, было то, что они поедут в город. Населенный множеством людей, не спящих даже ночью. Естественно, такая езда незаконна и высок риск сбить кого-нибудь. — Какого хрена ты поехал?! — Люси закричала и вцепилась в ручку на стене машины. Машина резко повернула влево. — Какого хрена ты согласился на всю эту авантюру, придурок?! — Моя жизнь — она моя, Люси! — его голос стал раздраженным, он стал приходить в себя и ощущать несомненное блаженство от вождения, но страх за свою жену не покидал, а только сковывал и не давал здраво думать. — Рисковать ею или нет, решаю только я, понимаешь?! А ты, дорогая, решила подвергнуть вместе со мной и себя риску? Да ты псих похуже меня! — Какой муж, такая и жена! — Люси отдышалась, но продолжала держаться за ручку. Сердце бешено колотилось в груди, молчание заполнило собой салон. 160 км/ч. И лишь его голос, его безэмоционально привычный голос сказал то, чего Люси старалась не говорить, но прекрасно осознавала. — Ты же понимаешь, что мы оба можем сдохнуть?

***

— Она серьезно села? Это была Люси?! — Грей схватился за голову, упав на какую-то шину рядом лежащую задницей. Рядом стоял темноволосый, пирсингованный парень. — Редфокс, что ты наговорил Нацу? — Я сказал ему правду, — пожал плечами тот, затянувшись сигаретой. Грей встал и схватил его за грудки. Вокруг воодушевленно вопила толпа. Обсуждала гонку. — Какую?! — Грей прожигал его глазами, разъяренно глядя в глаза. Гажил нехотя одернул его руки. Это была Люси — Это чудовище сделало ужасную вещь. Я хочу чтобы он погиб во время гонки. Нацу пообещал помочь воплотить это в реальность, — он говорил спокойно, но голос подрагивал, он опустился на шину. — Это твои проблемы, нахрен ты впутал Драгнила? Ты же знаешь какой он психопат, когда садится за руль! — В этом и есть все дело, — Гажил усмехнулся, его руки повисли на коленях. — Брэд убил мою дочь, Грей.

***

— Выруливай, Драгнил, ВЫРУЛИВАЙ! — Люси схватилась за ручку и вжалась в сиденье, их занесло на повороте, они едва не врезались в светофор и какую-то семейную парочку, но Нацу выглядел спокойным, только напрягся немного. Люси удивлялась его хладнокровности, с которой он смотрел на дорогу. 270 км/ч. — Нацу, что с тобой произошло? Зачем ты пошел в тот клуб? Зачем согласился на это?       Люси говорила более или менее спокойно, вернувшись в себя. Они снова ехали по ровной дороге, она дышала часто и громко, тихо и рвано выдыхая. Нацу пытался не отвлекаться от вождения. Они ехали по перекрытым дорогам, но Брэд вывернул в людный перекресток и таким образом сократил путь, Нацу проделал тоже самое. — Столько вопросов и ни одного о моем прошлом, — он усмехнулся, его руки вспотели. Люси посмотрела на него. — Знаешь, а ведь во всем этом виновата ты. — Что ты сказал?! — Люси, если бы они сейчас не ехали на такой экстремальной скорости по людному перекрестку, давно бы влепила пощечину. — Знаешь, Люси, я не железный, — Драгнил не понимала его слов, хлопая своими черными ресничками и испуганно вскрикивала при каждом повороте, когда их уносило. — Не понимаешь, да? — Нет, Нацу, я ничего не понимаю! — вспылила она на него, ехали они по дороге прямо и ровно, снова заехав на перекрытый участок. Нацу смотрел на дорогу своим обычным взглядом, будто он не испытывал интереса не к ее словам, не к этой сумасшедшей поездке. — Ни твоих слов, ни поступков! — Ты трахалась с Греем? — бывшая Хартфилия распахнула свои глаза и посмотрела на мужа, как на сумасшедшего, крепко держась за ручку на двери. — Нацу, у меня муж есть! — закричала девушка зажмурив свои глаза от страха. Скорость еще не достигла своего апогея, а уже была немыслимо опасной и страшной. — Будто тебя это когда-то останавливало, — прорычал Драгнил, ударив по рулю. В салоне было невыносимо душно. — Это тебя никогда не останавливало, — тихо, вспомнив ту горечь и обиду прошептала блондинка. Нацу сосредоточился на дороге и выровнялся. — Ты никогда не задумывался о том, что чувствую я… — Зато задумался над своими чувствами, — он громко закричал, но не посмотрел на нее. 340 км/ч. Выравнивается с машиной Брэда. — Когда целовал свою шатенку? — машина набирает скорость и пропускает поворот, поехав дальше по перекрытой дороге, в то время как Брэд свернул. Видела, значит. Он замолчал, его пыл утих, сосредоточенный взгляд смотрел на дорогу. Люси выдохнула. Никто другу другу, и никогда не были кем-то большим — Почему ты поворот пропустил?       Это было его планом, придуманным за 15 минут до гонки. Он хотел подрезать его, при этом не исключено было, что вместе с ним и он попадет в смертельную аварию, но теперь все изменилось. Игра изменилась.       Теперь здесь была Люси, которая неотрывно смотрела в лобовое стекло своими глубокими, красивыми глазами, не сводя глаз с неба. Наверное, мысленно Богу молилась остаться живой. Ее рука ослабла, и, показалось, она вот-вот отпустит ручку, за которую так рьяно держалась. — На заднем сиденье есть шлем, одень его, я открою дверь и ты выпрыгнешь на траву. — Ты хочешь, чтобы я погибла? — Люси резко перевела свой взгляд на Нацу, но он вполне серьезно продолжал смотреть на дорогу. — В этом вся суть, — он вздохнул и впервые за всю поездку посмотрел на нее. — Я этого не хочу, но если ты поедешь дальше, то мы оба попадем в аварию и вместе сдохнем. — он снова перевел взгляд на дорогу, откинувшись на сидении. Слова, которые он даже не планировал произносить, вырвались без понимания последствий. — Я кажется влюбился в тебя, Люси Драгнил. — Если и умирать, то вместе с тобой. — кричала Люси, но, когда она поняла смысл сказанных им слов обомлела, дыхание перехватило и в груди болезненно защемило. — Я кажется влюбился в тебя, Люси Драгнил — Дура! Просто одень шлем и выпрыгни из авто! — Нацу ударил по рулю, прибавляя и без того сумасшедшую скорость. — Не буду! Слышишь?! — Люси крепче взялась за ремень безопасности, Нацу безысходно вздохнул. — Ты прав, я абсолютно точно дура! Мне уже давно перестало ка-а-азаться, — Нацу свернул, Люси унесло к двери, только ремень продолжал держать и не дал ей больно удариться. — Просто потому что я влюбилась в дурака!       Нацу выехал на дорогу объездным путем, оказавшись на месте запланированного им столкновения быстрее, чем это сделал Брэд. Его машина стремительно ехала на них, с каждой секундой сокращая расстояние. Нацу стал тормозить, выехав навстречу Брэду. Мужчина ожидал многого, но только не этого. Он не успел остановиться.       Нацу отпустил руль и взял за руку девушку, потянув к себе. Люси ошарашенно смотрела в его глаза, наполненные страхом за нее. Нежно, совсем невесомо приблизился и аккуратно накрыл своими губами ее губы. Руки сжали ему плечо, с закрытых глаз катились горькие девичьи слезы. Другой рукой стал искать ремень. Держал ее руку так сильно, что, если бы они выжили, на ее бледной коже остались бы синяки… Но ведь…они же не выживут?       Нацу открыл дверь с ее стороны и расстегнул ремень безопасности жены, отстранившись от теплых губ, с привкусом соленых слез. Последним, что он увидел в ее глазах, перед тем как все померкло, была любовь и страх за его никчемную жизнь. Машины разделяло пара метров… Люси кубарем покатилась вниз по мягкой и пушистой траве, к океану, сдирая кожу на руках и ногах.

***

— Он убил мою дочь, Эвелину Редфокс, — Гажил сделал затяг и посмотрел на хмурое небо. — Это было в такой же темной и холодный день, я перешел ему дорогу и он решил отомстить. Мстил без чувств, не задумываясь о, не в чем не виноватых, детях. Я хотел спасти только свою дочь, но вышло все наоборот. — У тебя была дочь? — Грей опустился на землю, сидя возле курящего. — Она была прекрасной, цветущей с каждым днем… — он улыбнулся горькой улыбкой и стряхнул пепел. — Она жила жизнью, которой не было у меня. И я хотел, я правда желал, чтобы она прожила ее всю. Делал все возможное, любил ее больше себя. Она напоминала мне собой свою мать, которая уехала жить в Англию. — Сколько ей было? — Шесть лет, когда она очнулась от действия слабых наркотиков. — Гажил отпустил сигарету и опустил голову к земле. — Лучезарная, голубоволосая Эвелина Редфокс умерла ровно год назад, 22 июля. — с глаз статного, казалось непоколебимого человека, пугающего всем своим видом, потекли слезы утраты. Грей безмолвно сжал его руку, он держался крепко. Воспоминания — Ты че делаешь? — темноволосой, еще тогда хиленький паренек, смотрел из-под копны темных волос на машину. Нацу дрожал, опустив окно. — Машину угоняю, — пожал плечами и улыбнулся тот. — Не хочу жить с ним. Хочу уехать подальше от Лос-Анджелеса и Брэда. — А как же я? — поинтересовался Грей, облокотившись о дорогую машину. — Не хотел попрощаться, например? — Хотел, — Нацу не знал что ответить, он действительно забыл о своем единственным другом, который прекрасно понял это. — Слушай, может со мной поедешь? — У меня семья, — произнес Грей, уголок его губ дрогнул в грустной улыбке. — Хочешь сказать, что тебя это остановит? — Нацу рассмеялся и кивнул на сидение. — Залезай.       Грею не понадобилось раздумывать, он ухмыльнулся и сказал, что через пять минут вернется, удалившись обратно в большой серый дом. Нацу выдохнул и сжал руль, неспокойно глядя на собственный дом. Главное, чтобы снотворное, которое Брэд принимает по ночам, подействовало на славу. Передозировки быть не должно, но вот поспать он должен славно, по-крайней мере он на это надеялся. Но этому не дано было сбыться. Внезапно вспыхнула лампочка, которую видно было в окне его «папани». Это могло значить только одно, он проснулся. Нацу сглотнул, со лба потек холодный пот.       На заднем сиденье лежал небольшой чемоданчик, на который Нацу перевел встревоженный взгляд, напряжение нарастало. Пять минут уже прошло. Свет загорелся в кабинете, где обычно в сейфе лежал этот чемоданчик. Брэд часто просыпался по ночам, шел к сейфу и проверял его, а потом долго сидел за рабочим столом. Нацу ждал, еще секунду… Две… Открывается задняя дверь и Грей бросает туда чемодан с вещами. Драгнил заводит машину и видит, как свет резко выключился и через пару секунд включился на первом этаже. Он уже понял. Понял, в чем было дело. Все понял. Машина тронулась с места, Грей пристегнул ремень безопасности.       Темнота… И ничего кроме темноты, нависшей над городом. Люси болезненно открыла свои глаза, ее тело прошибло ознобом и страхом. Не было ни боли, ни мыслей. Только одна укрепившаяся цель в ее голове. Срочно узнать, жив ли он.       Девушка поднялась на содранных локтях, с которых текла алая кровь. Такая же алая как и атласная лента, которая была завязана бантиком на букете гербер.       Фонари у трассы освещали две машины, стоящие в паре метрах друг от друга. От одной из них шел дым, вспыхнул огонь. Люси попыталась встать на ноги, но они подкосились и она свалилась на шершавый песок. Возможно, перелом ноги. Или вывих. Да черт его знает! Все может быть, это вообще чудо что она осталась живой. Холод обвил ее голые плечи. Дверь одной из машин открылась, карие глаза проследили за, буквально вывалившимся оттуда, бездыханным телом. Глаза Люси распахнулись, сердце болезненно оборвалось внутри. Она поползла через боль, взбираясь по холму. По траве был вымазан длинный кровавый след. Мысли испарились, Люси не могла поверить, что он умер. Он не может умереть, не сейчас, слишком рано. Она ощутила под коленями, на которых ползла, холодный асфальт, вылезая на ровную дорогу. Из машины вывалился Брэд. Она застыла и облегченно выдохнула. Но если она еще не видела Нацу, значило ли это, что он выжил? Нет. Дверь машины поддалась толчку, внутри сдувалась подушка безопасности, закрывающая тело Драгнила. Люси села возле его машины, схватилась за его руку, внутри все замерло. — Нацу, Нацу?! — рука бесчувственно лежала на колене. — Драгнил, ты жив?!       Не было никакого ответа, он продолжал бездыханно лежать. Начали подъезжать машины. Внизу живота все свелось комочком, Люси продолжала лихорадочно кричать и дергать Нацу за руку. Его лицо не поранилось, он остался таким же, каким и был, только глаза его были закрыты. Молчание длиною в вечность. Каждую секунду Люси надеялась, что он откроет глаза, пока ее рука не отпустила его. Пока сжимала крепко, его горячую руку. Слезы потекли с глаз, она убрала его розовые волосы с лица. — Все будет хорошо, — больше убеждая себя, шептала светловолосая. — Открой уже глаза… Не пугай меня так… Нацу… Сзади прихрамывая кто-то шел, Люси судорожно развернулась и посмотрела сквозь пелену слез, только поздно было. На ее шею легли холодные, огрубевшие мужские руки, удушающе сжимая лебединую шейку.

***

— До-о-о-олго же ты убегал от меня, малец, — розоволосый сгибается, парализующий удар кнутом по животу оглушает его. Нацу стонет, свалившись на колени перед ним. — Почему молчишь? Больно? — снова удар. Грубый удар кнутом, на этот раз по оголенной груди. — А представь каково было мне, скотина, — еще удар, его рвет кровью, — Когда мой единственный наследник угнал мою тачку, прихватив целое состояние! — Я не твой наследник! — хрипит, едва слышно розоволосый. Брэд поднял ногу и прижал к его лицу, надавив пыльной и грязной подошвой. — Зря я тогда подобрал тебя на улице, — опускает ногу на пол, достает из кармана раскладной нож. — Надо было оставить тебя подыхать. Ничего, оставлю сейчас. Но сначала мы сделаем вечную память. Нож въелся в его горячую плоть, кровь потекла по его телу густой жидкостью. Но он не кричал, тихо терпел глубокий порез, медленно расстилающийся по его телу.

Вечная память