5. День не может хорошо начаться!
26 сентября 2018 г., 07:29
Наши дни
День Тодороки незадался с самого утра.
Всё началось с того звонка отца, а потом ему уже начали названивать из полиции — вызывали срочно в главный участок. От чего всё чуть ли не из рук падало — вон всё было как плохо.
Поэтому наспех одевшись, приняв кое-как душ, с мокрой головой, Тодороки побежал в участок, где его уже ждали.
Ехать на машине не стал — решил поехать на автобусе. Утром народу внутри было мало, да и к тому же пробок не должно было быть.
И как же Шото ошибался!
К его несчастью в автобусе творился хаос. Туда решили залезть все бабки и деды района, имеющие наглый и скверный характер — они только и делали, что ворчали, сгоняли окружающих с мест. Так ещё, как назло стояла уж слишком жаркая погода для ранней весны. Пот тёк градом по лбу, а дышать было тяжело. К тому же его придавила какая-та бабка своей огромной жопой, держа при этом замученного внука — он то и дело ныл, пока старуха не взглянит на того своим пламенным взглядом, что не хуже испепеляла причуда отца.
Но Тодороки решил с этим смириться — сам выбрал этот вид транспорта. Как говорится — ты кашу заварил, тебе её и расхлёбывать!
Но с каждой остановкой, про-герой жалел о своём решении всё больше. Народу становилось всё больше, вонючих и потных тел тоже. Да и к тому же образовалась пробка, что тянулась вереницей по всему центру города. Глянув на экран телефона — пол десятого. Тяжелый вздох.
Пришлось выйти и продолжить свой путь пешком, что оказалось более разумным решением, чем первое.
К счастью погода была хорошая, немного припекало. Но это было совсем не то, когда ты стоишь в автобусе, где множество потных тел окружают тебя, придавливая к нагретой от палящего солнца стенки автобуса, что ты потихоньку дуреешь от всей этой невыносимой жары.
«Как Фуюми так каждый день едет?» — подумал Тодороки, вспоминая сестру, что так и не позвонила.
Для сестры это было немного странно. Ведь в основном она могла названивать чуть ли не с семи утра.
А сейчас было ясно, что что-то было не так.
Шото решил сам позвонить ей — пока идет. Номер Фуюми высветился первым. Настолько часто они созванивались.
Долгие гудки, а потом противный женский голос сообщает, что аппарат выключен. И под ругань, Тодороки завершает вызов, кладя телефон в карман джинс.
«Нужно наведаться к ней домой», — подумал Шото, но решил это сделать позже, когда решит проблемы в полицейском участке, что наделал ему Изуку.
Казалось, что проблемы навалились на Шото одна за другой, словно снег среди тёплого и знойного лета — так же неожиданно, впрям как и это природное явление.
От чего Тодороки и страдал. Лишиться статуса героя и лицензии не хотелось никак. Поэтому и приходилось надеяться лишь на удачу, что повернулась к нему не задницей, как обычно бывает, а лицом, принимая в теплые и крепкие объятия про-героя, что слегка заебался.
Но принять этот факт Тодороки конечно же не мог. Вечная холодность и отстранённость только ещё больше делала слухов, похожие, как: «Он наверное ещё девственник», «А он точно натурал?», «Может он вообще любит сам с собой трахаться!»
И ещё тысячу слухов, что насоздавали люди. Услышав где-то за углом, прочитали на форумах, где люди такие теории заговора строили, что аж в дрожь бросало!
Да, Шото весь последний год в UA ебался с Яойрозу. Но потом расстались. Момо поняла, что не может жить без загадочной гитаристки, что покорила девушку с первых звуков её сола на гитаре. А Шото понял, что он не той ориентации. Впрочем как и Момо. Поэтому и разошлись, впрям как в море корабли.
И после этого познания в своём теле, Шото началось лучше жить даже. Словно камень свалился с души.
Шото был геем и этого не отрицал. Но и рассказывать всему миру не собирался. Это немного странно по его мнению. Трепаться о чём-то на каждом углу. Для Тодороки было это низко!
Поэтому слухи о его ориентации вообще не смущали героя номер два. Поэтому и продолжал жить спокойно в отличие от своего взрывного «друга».
Кстати и о нём. Изуку вообще не упоминул того — словно это была затея только Шото. Хотя по большей части план разрабатывал Кацуки, но досталось опять почему-то Тодороки.
Видно обиду страшную затаил на Шото, раз всё до полиции дошло и огромного скандала в интернете. Что теперь люди с опаской смотрели на про-героя. Это впринципе нормально — слухи настолько подняли шум. Опять твиттер пестрел новыми записями, теорими, что уже насоздовали поклонники и любители геройского мира. Шото даже хотелось усмехнуться от всего этого, но не до этого было — его могли за это и посадить в тюрьму.
Да, Шото был в полной жопе. Его могли посадить, но, а могло всё обойтись — только забрали бы лицензию и отградили от того к чему стремился Тодороки через боль, удары и кровь перемешанная со слезами.
Он не должен допустить этого, не позволит, ведь он — Шото Тодороки!
***
В приемной Шото встретила просто озлобленная девушка, что видно просидела на приемной очень долгое время, что её раздражало абсолютно всё. Нормально говорить она отказывалась наотрез. Хамство и матерные словечки так и лились из её уст. Но приходилось терпеть, ведь её можно понять — уставшая после смены, девушку раздражало абсолютно всё что двигается и подает признаки жизни. И Шото частенько приходил именно в таком состояние домой — вымученным и выжитым, как лимон какой-то! Поэтому грубить не очень-то и хотелось! Тодороки молча выполнял указания девушки, что сидела, заполняя протоколы. Она поднимает синие глаза на Тодороки, что были просто уставшими и замученными. Как у собаки на жаре. — Имя, — коротко произносит девушка. — Шото Тодороки, — про-герой был тоже краток с ней — они даже не знакомы! Что-то сначала пишет в компьютере, громко бьет по клавиатуре, что кнопки были готовы выпрыгнуть, а потом пишет что-то на листочке. — Микайо! — орет она, — забирай его, а то я сейчас сдохну! Я спать хочу!***
С огромным синяком под глазом, Мидория мчится сквозь толпу к автобусу, что уже отходил от остановки. Но не успел — тот сдвинулся с места, когда Мидория под крики подбегал к остановке. — Черт! — ругнулся он и от отчаяния ударил по бетонной поверхности. Да, лег Изуку поздно, за что и поплатился — будильник бренчал и бренчал, пытаясь разбудить Деку, но тот отказался даже подавать хоть какие-то признаки жизни — заткнул его подушкой и вновь крепко заснул. И теперь мчался на остановку, как угорелый. Взглянул на часы — опаздывал! Мидория теперь пнул бак с мусором — люди косились на того, что явно не знал, что такое адекватность. — Была, не была! — вздохнул Изуку и поплелся пешком, чтобы не опаздать на работу. Да, к счастью его работа находилась не так уж и далеко, где он жил. Быстрым шагом весь путь занимал Мидории около 30 минут. Если же идти не спеша, то можно дойти за час. Но сейчас тот определенно спешил! Телефон уже трещал от бесконечных звонков из офиса — особенно это были звонки Каминари, который позвонил тому уже десять раз. На одиннадцатый всё-таки взял трубку. — Да, слушаю, — Изуку недовольно пробурчал в трубку, поджав нижнюю губу и прищурился. — Мидория, срочно в главный корпус Лемиллиона! — орал как ненормальный Денки, а потом какие-то странные звуки напоминающий треск проводов, — мы сейчас должны снять репортаж там, про героя номер три! От такого Изуку аж выпал из реальности, от неожиданности остановился на месте. Люди толкали его, задевали плечом, заставляя от неожиданности раскрыть рот. Такого Мидория не ожидал — за всю карьеру журналиста с героем номер три, что не раз спасал людей с улыбкой на лице, сметая врагов как мух, он не встречался ни разу. Он был силен, добр и прекрасен! Не зря его отцом являлся сам Всемогущий, что был таким же. Видно только положительные качества достались ему. Прекрасному Мирио Тогато! — Через сколько я должен быть там? — спросил Мидория, просто ждав это события, чуть ли не как свой День рождения или Рождество! — Через двадцать минут! — крикнул в трубку Денки и тут же выключился. И в какой же жопе он оказался, помчался на всех парах к офису Мирио Тогато.***
Мирио всегда начинал утро с воспоминанях о прекрасной девушке, что повстречал на одном из заданий. Белые длинные волосы, грустные глаза, небольшой рог. Черное платьице, руки полностью украшали белоснежные бинты. Она кричала, вырывалась и просила о помощи. Ох, как Мирио хотел спасти это невинное создание, что плакало и просило спасти. Но он не спас её. Не смог. Сил не хватило. Казалось что Мирио в один миг ослабел, стал беспомощным детем, что только и мог что ползать, да сосать пальцы, соску и всякие предметы. И о боже, как жалел об этом Мирио. Теперь прекрасное создание, чьё имя было Эри, не покидало голову про-героя. Её заплаканные глаза, что хотелось вытирать их, обнять и не отпускать. Он хочет её спасти и сделать своей! Только его и не чей больше. Спасти юную особу от них, от её отца и всего этого злодейского мира, в которой ввязали девушку не по её воле. И Тогато обреченно вздыхает, поправляя блондинистую шевелюру, а следом и плащ, что развивался за спиной того. Герой, тяжелое бремя, что упало на плечи Мирио, как только у сына Всемогущего объявилась причуда. Тогда всем сразу стало понятно, кем станет Тогато — героем. «Он же сын Всемогущего?» — не раз раздавался шепот за спиной Леммилиона, когда он был мальчишкой, что вообще не втуплял в какую жопу попал. Но Тогато не жалел даже. Он занимался тем, что любил. Спасать жизни с улыбкой на лице, говорить: "Всё хорошо, я спасу тебя!», внедрять лишь надежду людям — что может быть лучше? Поэтому и Мирио здесь, продолжает каждый раз идти на риск. Ради всего этого азарта и адреналина, что испытывает он каждый раз. Прилипшая кровь на щеке, улыбка, а по жилам течет адреналин — это блаженное чувство. — Мирио Тогато, вас ждут, — раздался мелодичный голос секретарши. И он разворачивается, взмахивая подолом плаща, что волнами опускается вниз, окутывая тело юноши. Он готов к новому дню, готов вновь быть героем!***
«Абонент Фуюми не доступен, перезвоните позже!» — Черт! — ругается Шото вслух не замечая прохожих, что легонька били его по плечу, задевая фигуру героя. Уже минут двадцать Тодороки пытался дозвониться до сестры — всё безуспешно! То ли она выключила телефон, то ли просто не хотела отвечать. Шото был без понятия. Но такое с сестрой было впервые — не отвечать на звонки долгое время. Хах, Фуюми если нужно будет названивать, пока Шото не ответит — настолько та пеклась о младшем брате! Но сейчас явно что-то случилось плохое. Пойти просто домой он не мог — тот ждал своей очереди. В полицию поступило слишком много народу и теперь Тодороки пока мог побыть на улице, немного подышать свежим воздухом. «Спасибо, что не поставили охрану», — подумал Тодороки, вновь уткнувшись в телефон. Жизнь в городе кипела и шла полным ходом. Дети бегали вдоль улиц, как угорелые. Смеялись и бесились. Люди же были как муравьи — шныряли туда-сюда и не останавливались ни на минуту. И Тодороки улыбнулся. На асфальте опять показались голуби — они клевали что-то, ища последнии кусочки пищи. Солнце слегка припекало голову Тодороки. На удивление было жарко. Даже жарче чем раньше. Использовать причуды не имел права — специальные браслеты, что нацепили на него, запикают в тот же миг. Поэтому, Тодороки вытирает пот со лба, продолжает сидеть на скамье, которая так и плавилась под лучами пылающего солнца. И словно в замедленной съемке, когда улыбка пропала с лица Тодороки, а следом голуби взлетают вверх он заметит его. Он бежит куда-то пробирается сквозь толпу. Зеленые волосы разлетелись в разные стороны, а под глазом был синяк. Его «любимый» журналист куда-то явно спешил, раз аж пот выступил на лбу, а дышать стало тяжелее. — Так вот ты где, говнюк, — раздается шипения Тодороки и бежит в его сторону, лишь бы успеть схватить.
