Назойливый журналист

      "— Качан, стой! — кричит Мидория и бежит за ним, вновь раздражая лишь своим присутствием, — прошу подожди!       Такой назойливый, словно какой-то репортёр. Бесит, бесит, бесит! У Кацуки аж бровь дергается, а руки покрываются небольшими вспышками взрывов. Медленно развернувшись в пол-оборота, тот яростно взглянул на мальчика, что улыбнулся во весь рот.       — Бесишь! — Бакуго был злой, как никогда, что от его взгляда хотелось свернуться в комочек, — никчемный Деку! Да чтоб ты сдох!       — Качан, — голосок Мидории дрожал, а слезы градом покапали на сухую от жары землю.       Помнит, как в ушах Кацуки что-то взрывается, оглушая каждого из присутствующих. Помнит, как руки скользнули по тоненькой шеи, сжимая теплую плоть.       Бесит, бесит, бесит! Как же он ненавидет его, хочет что бы он сдох. Уже тогда Кацуки ненавидел уже тогда, но они были всего-лишь детьми.       — Никчёмный, Деку! — кричал Кацуки, сдавливая шею всё сильнее, от чего Изуку корчился от нехватки воздуха, пытаясь вздохнуть ртом, хоть каплю, — сдохни, сдохни, сдохни!       И вот казалось, что прошло много лет, но вся та же ненависть осталась в сердце, разгорая адским пламенем. И им сильно можно обжечься и главное больно. Эта ненависть оставляет ожоги в сердце Бакуго. Казалось, что с каждым годом ненависть разгорается всё сильнее. Как взглянет на это невинное личико, от чего хотелось тут же блевануть. Такого из себя невинного строит.       Но вот только Кацуки знает личных чертей Изуку. Помнит, как те вылезли у него в пятнадцать.       Тогда он дал понять, что прежний Деку мертв. Он умер, сгнил внутри, а яркие полевые цветы заявляли.       "— Она мертва из-за меня, ты прав, я — никчемный!" — он помнит, как Изуку схватил его за руку, впиваясь ногтями в кожу, оставляя следы, а потом посмотрел с этим обезумевшим взглядом, полный отчаяния.       Именно в тот день он молил о помощи, о спасении. Но никто не спас его. Психологи, журналисты, политика только усугубила ситуацию. Изуку Мидория, светлый и добрый мальчик умер. Именно в тот момент, когда сказал это, кричал что-то несвязное с обезумевшим взглядом.       "— Качан!" — почему отчетливо слышит его крик, почему же?       — Чертов задрот! — Кацуки негодовал, злость переполняла его, — как ты меня заебал!       И слышится звон разбитой вазы.       Осколки разлетелись по паркету. Они не ранили, нет. Кацуки чувствует, что он становится его причиной злости.       Вены вздулись на теле. Хотелось почему-то разнести всё вокруг. Впрямь, как у Урараки в период пмс, когда к ней вообще лучше не подходить. Сейчас она чувствовала себя так же.       Просто отвратительно и паршиво на душе. Кошки скребли, раздирая души, оставляя огромные порезы на ней. Болит, почти печет.       И теперь сильным быть Кацуки просто не мог. Сейчас сил не было. Они закончились.

***

      Урарака медленно шла по улицам. Волосы растрепались, шарфик развивался на ветру. Она начала переживать сильнее. Кацуки стал каким-то нервным и неадекватным в последнее время.       Поэтому сейчас она жила временно у родителей. Работа, дом, работа — постоянная рутина, что уматывала Очако. И сейчас в её жизни начался переломный момент.       Ссора с Бакуго плохо сказалась на ней. Недосып и плохие мысли лезли в голову. Урараке никогда так ещё плохо не было, как сейчас. Но фальшивая улыбка спасала положение.       Что случилось с Кацуки, Уравити была без понятия. Главная загадка, что тревожила девушку в последнее время, заставляя не спать ночами. Было как-то неуютно дома. Холодно почему-то. Без Кацуки. Некая зависимость появилась у неё от него за последнее время, прожитое вместе.       И сейчас ей было нужно прогуляться. Выветрится, понять что делать дальше. Как говорится на свежую голову мыслить-то лучше.       Люди куда-то спешили. Они мчались и бежали, не замечая ничего вокруг себя. Они толкали Урараку, о чем-то разговаривали, а потом смеялись. Грустно как-то. Девушка схватила себя за плечи, осматривая по сторонам. Так людно, а такое чувство, что она одна, застряла где-то в пустоте.       Не смотря под ноги, Очако шла по забитым улочкам Токио. Резкий удар, скрежущий звук и шипение Очако. Проклиная всё на свете, девушка взвыла от боли в лодышке, хватая ногу руками, растирая место, где недавно был удар. Точно будет синяк — в этом девушка не сомневалась.       Почесав голову и обернувшись, девушка недовольно фыркнула. На табличке была небольшая рекламка вся такая яркая и пестрая, при этом имея ядерно-розовый оттенок.       — Салон "Амелия", скидки на все стрижки двадцать процентов, — прочла Урарака, похлопав глазами, а потом взглянула на волосы.       Те были собраны в хвостик и уже давно отрасли. Урарака не стригла их со времён, когда начала встречаться с Кацуки. Тот любил её волосы, просил не стричь хотя бы ради него. Сначало Урарака порывалась сделать это, а потом тупо забила — не до этого было совсем.       И сейчас, спустя стольких лет отношений, Очако хочет избавиться от них. Так остричь русые пушистые локоны. Поэтому недолго думая девушка решила зайти в этот салон.       Над дверью прозвенел колокольчик, когда Урарака толкнула дверь. На удивление в салоне было совсем немного народу — работники стояли без дела, о чем-то болтая, а за маникюрным столиком сидела лишь женщина, а за одним из кресел сидела девушка-подросток, которой постригали такие длинные волосы, цвета соломы, чуть ли не под мальчика.       — Здравствуйте, — неловко начала Уравити, — можно ли мне записаться на стрижку?       Все мигом перестали что-то делать. Работники, что совсем не заметили Очако в начале, тут же округлили глаза от удивления. Девчонка, что сидела в кресле резко обернулась с удивлённым взглядом смотрит на про-героя. Парикмахер, что стригла её тут же начал возмущаться:       — Рейко! Что ты делаешь! Не видишь — я вообще-то стригу тебя!       — Простите, Ами-сан! — тут же начала извиняться та, резко поклонившись, — но не поймите меня правильно — просто я не верю своим глазам! Тут стоит сама Уравити! Боже, Ами-сан, тут сама Уравити!       Рейко тут же резко выпрыгнула из сидушки, чуть ли не головой задевая люстру, украшенная множеством цветов, а плащ тут же слетел с неё открывая вид на форму академии UA. Её глаза горели ярче любого огня. Голова была на половину подстрижена, а волосинки сыпались вниз.       Такой реакции Урарка конечно же не ожидала. Её конечно узнавали на улицах, просили автографы. Но прям такого восторга никогда не было — особенно у таких девчонок, как эта Рейко. В мире есть столько классных женщин-героев, что Урарака не считала себя прям какой-то конфеткой. Взять ту же Нейджи из Большой тройкой UA — та намного была круче её!       Под эти все размышления Урарака не заметила, как перед ней встала та девчонка, держа какой-то блокнот в руках.       Та вся покраснела, поджав нижнюю губу. Коленки дрожали, а руки вспотели.       — Можно ли вас попросить дать мне автограф? Я знаю это очень нагло с моей стороны, но я бы хотела, — бормотала она, при этом покусывая нижнюю губу, — но вы мой любимый герой. Если бы не вы, я бы никогда не решилась поступить в UA! Вы очень вдохновляете!       Урарака не знала, что и сказать. Уравити была потрясена, что сказала ей Рейко — никто ни разу не говорил ей такого. На душе стало тепло, а слезы наворачивались на глазах. Широкая улыбка, когда та брала блокнот дрожащими руками.       "Круглолицая, хоть ты и раздражаешь до жути, но очень вдохновляешь! До чертиков! Так и хочется отжаться больше!" — слова Кацуки мигом появились в голове Урараки, от чего плакать ещё хотелось сильнее, но не хотелось расстраивать еще больше девчонку, что была в замешательстве, не зная куда деваться от стыда!       — Спасибо, Рейко, ты мой первый фанат, что сказал мне это, — прошептала Урарака, открывая блокнот, что был полон зарисовок героев и на каждом была подпись "спасибо, тебе, солнышко.".

***

      — Простите, Рейко за это, — извинялась судорожно Ами, когда стояла на ресепшене, — но просто моя племянница очень любит героев! Особенно вас! Просто безумная фанатка!       — Вы её тетя? — спрашивает Урарака, кладя деньги на стол.       — Да, — прошептала парикмахер, — я ведь её вырастила, она мне, как дочь! Ей такая причуда досталась!       Я и моя сестра родились безпричудными, но позже она вышла замуж за про-героя Попрыгунчика. Знаете такого?       — Да, он погиб на задание одном, защитив целый квартал от террористов еще с группой героев, — говорит Урарака, а потом почему-то осознает и смотрит ошарашенно на женщину, — тоесть, Рейко — его дочь?       Та кивнула, грустно взглянув на Уравити, поджав губу.       — И это ужасно сказалось на Рейко, ведь та видела своими глазами смерть сначала матери, что жестоко убили, а потом и отца, что подорвался вместе с небольшой шайкой террористов, пытаясь спасти дочь и весь район, — грустно произнесла Ами, не поднимая взгляда, — поэтому она долго не могла решиться идти на героя. Но вы вдохновили её — поэтому она и пошла, хоть и боялась, что может умереть, как и её отец.       От такого рассказа девушка взглотнула, а потом взглянула на Рейко, что собирала порфель, паралельно болтая с какой-то работницей.       "Она смогла перебороть свои страхи, кошмары, а так же травму детства", — подумала Урарака, — "таким героем нужно восхищаться. Она станет прекрасным героем, что спасет немало жизней!"       Урарака снова улыбнулась, подойдя к той, долго смотря на нее. Очако улыбнулась теплой улыбкой.       — Рейко, — произнесла та, — когда придет время — я возьму тебя на стажировку к себе и смогу обучить многому! Обещаю, Рейко! Я помогу тебе стать сильнее!