Кровь, секс, сахар и магия (Boku no Hero Academia)

      Изуку взбежал по горной тропе к Коте. Мальчик выглядел, как лань, вышедшая на шоссе. Слишком напуган, чтобы двигаться или думать. Изуку опустился на колени перед Котой, но мальчик, похоже, даже не заметил, что он был там.       – Кота… Нам… надо вернуться в лагерь.       Если Кота его и услышал, то не подал виду. Он просто смотрел сквозь Изуку, скованный страхом. В такой ситуации никакой ребёнок бы не смог выдержать. Изуку даже боялся думать о том, насколько тяжелее это было для того, кто уже потерял обоих родителей от рук злодеев.       В кино герои оплеухами приводили людей в чувство, когда те впадали в шок. Изуку вместо этого обнял Коту.       – Всё… всё будет хорошо. Я здесь, – сказал Изуку, надеясь, что это прозвучало более уверенно, чем он себя чувствовал. – Готов идти?       Кота вытер слёзы и кивнул. Изуку взял его за руку, и они начали спускаться по тропе. И тут он заметил, как кто-то поднимается к ним наверх. Это был высокий белобрысый качок в красной майке без рукавов. У него на лице был ужасный шрам, который был похлеще того, что у Тодороки. У него отсутствовал левый глаз, а на его месте был искусственный, от которого у Изуку холодок пробежал по телу. И глаз был не просто искусственным. В этом человеке… было что-то пугающе странное. Даже Стейн не вызывал такого чувства. Когда Стейн смотрел на него, по крайней мере, он выглядел человеком, но этот…. И тут Изуку осознал, что это было. У человека был взгляд, как у Ному. Взгляд хищника. Того, кто видел не людей. Лишь еду.       Мужчина остановился и какое-то время смотрел на них. Когда Изуку задвинул Коту себе за спину, мужчина начал хохотать.       – Мне везёт?! Я пришёл искать засранца Морских Коньков, и кого же я нашёл?! Самого Всемогущего-младшего!       Кота упал на колени и начал хватать ртом воздух, задыхаясь от страха. У Изуку к горлу подступила желчь. Он вспомнил описание убийцы Морских Коньков. Высокий блондин, называющий себя Мускулом. Особо опасен. Не приближаться. Если заметите, немедленно зовите на помощь.       Изуку активировал Один за Всех и схватил Коту. Он бросился было бежать тем же путём, которым они пришли, но Мускул был быстрее. Слишком быстрым для кого-то столь крупного. Его удар попал Изуку по спине и отправил его в полёт. Воздух покинул его лёгкие, и боль едва не заставила его отключиться, но он сумел защитить Коту, когда они упали на землю. Мускул бил сильнее, чем все, с кем он до этого встречался.       Изуку попытался встать на ноги, но всё его тело билось в конвульсиях, и малейшее движение отдавалось волнами боли.       – Уже уходишь? Да ладно, Всемогущий-младший! Разве твой папочка убежал бы? – с издёвкой спросил Мускул и ухмыльнулся, посмотрев на Коту. – Твои родители вот не побежали. Точнее, недостаточно быстро.       Злость заставила Коту на мгновение позабыть о своём страхе, и он использовал свою причуду. По Мускулу ударил водяной хлыст, но тот лишь расхохотался.       – Верни их мне! – выкрикнул Кота со слезами на глазах.       – Даже если бы я мог, не думаю, что ты захочешь их обратно после того, что я с ними сделал. Не просто так их похоронили в закрытых гробах.       Изуку снова сделал попытку подняться, но у него не получилось. Чтобы дать всем возможность отдохнуть после целого дня тяжёлых тренировок, Дикие Кошки организовали тест на храбрость в лесу. Тигр и Рэгдолл наблюдали за происходящим, пока ученики заходили в лес парами.       Хотя Шото не мог дождаться своей очереди в тесте на храбрость, ему пришлось иметь дело и с тестом на терпение. Даже святой начал бы искать место для избавления от тела после всего пятнадцати минут наедине с Шинсо.       – Блин, ну почему я не могу сделать это с Цу? – обиженно протянул Шинсо.       – Представить не могу, почему она выбрала Токоями, – наигранно согласился Шото.       – Эй, эй. Не срывайся на мне из-за того, что не смог пойти с твоим сумасшедшим парнишей. Ты точно вне себя. Наедине в тёмном лесу с сумасшедшим парнишей, и никто не заметит, если ты позволишь себе с ним пару вольностей.       Шото закатил глаза.       – Ты можешь, пожалуйста, перестать намекать на то, что мы с Мидорией, ну… ты знаешь.       – Ебётесь за сараем? Что, нет? Ух. Кажется, у меня ещё есть шанс.       Неожиданно лес начал изгибаться и меняться, пока не стал напоминать плод ночных кошмаров. Деревья почернели и распухли, а их ветки стали похожи на руки, готовые схватить любого, кто рискнёт пройти под ними. Тропы трансформировались в лабиринт. Затем завыли сирены, и через громкоговорители раздался голос учителя Аизавы:       – Лагерь атакован злодеями! Всем внутрь! Блокируйте двери!       Тигр и Рэгдолл уже бежали, пока Шото и Шинсо всё ещё таращились на мутировавший лес. Тигр растряс их и вывел из транса.       – Вы оба. Вернитесь внутрь.       Команда была строгой и мощной, словно гора. Несколько слов порой дают огромный результат.       Всё будет в порядке.       Затем вокруг них начал формироваться чёрно-фиолетовый туман.       – Но пап! Мы ещё не хотим спать, – раздался голос из мглы.       Две фигуры вышли из портала. Одной из них был высокий, мускулистый мужчина с длинными волосами и толстыми губами. В нём чувствовалось что-то женственное. У другого было телосложение борца и маска, напоминающая голову хищной птицы.       Тигр встал между незваными гостями и Шото с Шинсо.       – Рэгдолл? – окликнул он подругу.       – Они тут не одни. Я чувствую минимум ещё дюжину, – ответила Рэгдолл.       Тигр переключил внимание на злодеев.       – Кто вы такие?       – Магне. Повелительница магнетизма и новая старшая сестра Альянса Злодеев.       Мужчина в птичьей маске хрустнул костяшками.       – Кендо Раппа. Один из Восьми Пуль Восьми Заветов. Здесь против своей воли.       – Да ладно, Кендо. Не будь таким, – укорила его Магне.       – Отвянь. Нахуй Оверхола и пошёл он за то, что заставил меня драться с детьми, – буркнул Раппа.       – Ну а я, напротив, более чем счастлива быть тут. Большая фанатка… Тигра, – заявила Магне.       Под своей маской Раппа улыбнулся.       – Не хотелось бы заставлять тебя сражаться с твоим кумиром. Большой кот мой, – объявил он.       Шото и подумать не мог, что кто-то может так быстро перемещаться с увеличивающей скорость причудой. Прежде, чем он успел опомниться, Раппа разорвал дистанцию между ним и Тигром. Он замахнулся… и его удар прошёл прямо сквозь Тигра.       – Какого чёрта? – опешил он.       Тело Тигра схлопнулось вокруг кулака Раппы и обхватило его, словно резина. Когда тот попытался ударить его снова свободной рукой, он только ещё больше запутался. Тигр повернулся к ребятам:       – Бегите!       Ужасный крик наполнил ночь. Гигантская тёмная тень демонической птицы поднялась над лесом и затмила собой звёзды. На мгновение такие вещи, как герои и злодеи, потеряли всякое значение. Все просто уставились на монстра, который вылупился в лесу. Шинсо первым нарушил тишину.       – О, чёрт! Это Токоями! Он потерял контроль! – крикнул он и схватил Шото за руку. – Тодороки. Ты должен доставить меня туда, или нам всем пиздец!       – Предоставьте это нам. Сами вернитесь внутрь, – выдохнул Тигр.       – От Тёмной Тени не сбежать! Я единственный могу его успокоить, – возразил Шинсо.       В голосе Шинсо чувствовался страх, но ещё и мрачная уверенность. Этого было достаточно, чтобы убедить Тигра.       – Рэгдолл. Я возьму на себя этих двоих. Позаботься о них.       – Сделаем, босс, – отозвалась та и повела ребят через лес.       Цую шла по лесу вместе с Токоями и гадала, какие же сюрпризы для них подготовили Дикие Кошки. Токоями изо всех сил старался выглядеть крутым и сдержанным героем, которым отчаянно пытался стать, но слишком отчаянно озирался вокруг и слишком часто подскакивал, когда внезапно раздавались какие-то звуки.       – Не могу понять цель этого мероприятия. В этих лесах нет ничего страшнее нас самих, – сказал он.       – Это должно быть забавным, – заметила Цую.       – Эти игры предназначены для детей.       – Уверена, Дикие Кошки вложили в неё немало усилий.       Кто-то шёл по лесу, и Токоями чуть не лишился перьев. Асуй напряглась и приготовилась увидеть привидение из простыней.       Тога вышла на лесную тропу.       – Ладно, я уже здесь. Кто готов начать эту ужасную вечеринку? – спросила она и уставилась на них. – Какого чёрта, Цу? Ты могла прийти сюда с Изуку-Изуку, а ты согласилась на Токоями?       – Чего… – опешил тот.       – Без обид, Токоями. Ты классный чувак, но мы все знаем рейтинг, – заявила Тога.       – Я… что… ты.. это… это часть теста на храбрость? Это… это чья-то причуда? – попыталась угадать Цую.       – Вы, ребята, устроили тест на храбрость и меня не пригласили? Какого хрена, ребята?! – притворно рассердилась Химико.       – Цую, я вполне уверен, что это настоящая Тога, – сказал Токоями.       Цую сглотнула. Ей нужно было оставаться спокойной. Она не могла дать волю своим чувствам в этой переделке. Она была героем. Им нужно было узнать, почему Тога была здесь, и привела ли она друзей. Она кивнула Токоями, который начал кружить вокруг Тоги, перекрывая возможные пути отхода.       – Что… что стало с твоей рукой? – спросила Асуй.       – Моей рукой? – отозвалась Тога и посмотрела вниз, а затем закричала. – Когда, чёрт подери, это случилось?!       После мгновения шока Тога рассмеялась.       – Я просто стебусь над тобой. Дома оставила, чтобы у нас был честный бой, – заявила она.       – Ты можешь об этом ещё пожалеть, – угрожающе произнёс Токоями.       – Зачем ты пришла сюда? Подраться? – продолжала Цую.       – Я здесь повидать Изуку-Изуку. Моего Изуку-Изуку, – сказала Тога и огляделась. – Где он, чёрт возьми? Мне правда нужно с ним поговорить. Типа супер срочно.       Лицо Токоями посуровело, но не так, как у Цую. К чёрту сбор информации и к чёрту Тогу. Она расскажет им всё, что знает, когда они её задержат. Она была опасной злодейкой, поэтому ожидаемо придётся применить чрезмерную силу.       Асуй бросилась на Химико, а Токоями послал на неё Тёмную Тень. Тога расплылась в такой улыбке, как будто ей разрезали рот. Она вытащила меч быстрее, чем Цую могла себе представить, и рубанула. Удар был быстрым, но неуклюжим. Кто бы ни лишил Тогу руки, он также лишил её большинства навыков. И всё же, она могла бы срубить Цую голову, если бы захотела. Та отступила и надеялась, что причуды Токоями будет достаточно, чтобы разобраться с Тогой.       Мир в глазах Цую начал брызгаться, и она не могла найти, обо что опереться. Казалось, будто она опьянела, и у Токоями возникла та же проблема. Он едва мог стоять, и контролировать Тёмную Тень стало практически невозможно.       – Спасибо, Сакаки, – поблагодарила Тога.       – Рад помочь, – сказал человек в птичьей маске.       Сакаки сидел под деревом, и Цую его голос показался пьяным.       – Ты напился? – спросила Химико.       – Эй. Моему папаше не нужно было быть трезвым, чтобы бить детей, вот и мне тоже, – буркнул Сакаки.       Тога повернулась обратно к Цую.       – Видишь, с кем приходиться работать?       – Ты… сделала ему больно… – произнесла Цую, пытаясь подняться на ноги.       На мгновение что-то в Тоге переменилось. Изменилось. Она показалась… грустной. И одинокой. Это было несправедливо. Злодеям вообще не полагается… испытывать чувства, как обычным людям.       – Насколько плохо? – произнесла она.       – А тебе какое дело? – вскричала Цую.       – Эй, Тога! Если твой бойфренд не здесь, убей этих двоих и идём дальше! – окрикнул её Сакаки.       – И в чём кайф убивать их? Я хочу опять сразиться с ними. Я хочу увидеть, как они преследуют меня. Скажи Мимику начинать, – распорядилась Тога.       – Если начнём, все узнают, что мы здесь, – предупредил её Сакаки.       – Насколько я знаю Магне, они уже знают. Давай. Скажи ему скорее найти Изуку-Изуку. Раньше, чем Мускул. Чувак просто говнюк, – фыркнула Тога.       – Ладно, – невнятно буркнул он и вытащил рацию. – Мимик. Это Сакаки. Начинай. Найди мальчишку.       Неожиданно лес начал меняться, как будто реальность перемешалась со сном. Лес… больше не был просто лесом. Это было то, чем считали лес все потерявшиеся дети. Деревья выглядели, как готовые схватить кого угодно монстры. Все тропы оканчивались тупиками. Каждая тень скрывала голодного зверя, ищущего новую закуску. Заблудиться было легко. Найти путь из леса была невозможно.       – Теперь это больше похоже на лес с призраками, – улыбнулась Химико.       Цую, собрав всю волю в кулак, бросилась на того, кого звали Сакаки. Каким бы ни была его причуда, она заставила её чувствовать себя опьяневшей и стоило точности, но она всю свою жизнь скакала. Если пьяница может пройти лестничный пролёт, она легко может и ударить одного пьяного злодея. Асуй ударила его. Сакаки оказался достаточно трезвым, чтобы заблокировать её удар своим собственным.       Большая ошибка.       Когда люди смотрели на неё, они видели лишь то, что она может очень высоко прыгать. Было легко забыть о том, какими сильными для этого должны быть её ноги. Столкновение сломало ногу Сакаки, словно прут. Из-за боли он утратил контроль за своей причудой, и Цую тут же протрезвела. Как и Токоями. Они оба повернулись к Тоге.       – Ну, кто-то может сказать, что это нечестно, – сказала Тога поверх воплей Сакаки.       – Жизнь жестока, – с сарказмом заметила Асуй.       – Да уж, – согласилась Тога, и тут же исчезла за деревьями.       – Тебе не убежать, Тога. – крикнул Токоями.       Неожиданно Химико возникла позади них. Как мог кто-то быть таким быстрым и тихим? Она оставила Токоями глубокий порез на ноге. Такой, что болел.       – А кто убегает? – сказала она и снова исчезла.       Цую отчаянно оглядывалась по сторонам. Она чувствовала себя слепой девочкой, оказавшейся в клетке со змеёй. Тога могла в любую секунду выйти из темноты и напасть.       – Веселишься, Цу? – поддразнила она из тени.       – Не называй меня так! – сорвалась Асуй.       – Почему? Разве мы не подружки?       Токоями издал крик.       – Да ладно, Токоями! Она не такая глубокая. Будь мужиком… или вороном, или как там, и вытерпи это, – сказала Химико.       – Не могу… контролировать её. Мою… причуду… – выдавил Токоями.       Тёмная Тень взорвалась.       Причуда Токоями была самой неустойчивой, которую Цую когда-либо видела, и порой она мога поклясться, что видела, что та проявляет собственную волю. Темнота и сильные эмоции делали её сильнее, но сейчас ей удалось разорвать свои оковы и стать самой себе хозяйкой. Тёмная Тень приняла форму гигантской птицы, возвышавшейся над деревьями… и посмотрела на них.       Тёмная Тень обнажила когти и атаковала.       Она не разбирала, кто друг, а кто враг. Всё, что ей было известно, что её хозяин был в опасности, и его нужно было защитить. Пока рядом стояли другие люди, она не намеревалась отдыхать или останавливаться. Пьяный злодей был первым поглощён Тёмной Тенью, а затем та начала присматриваться к Тоге.       – Эй, Цу? Не хочешь вступить в немыслимый союз? – предложила Химико.       – Иди к чёрту! – рявкнула Асуй.       – Когда-нибудь. До тех пор можешь отвлечь Токоями, пока я буду убегать?       Некоторые люди просто не могли заткнуть хлебальники. Постоянный трёп Тоги выдал, где именно она пряталась, и Цую прыгнула на неё. Химико было нелегко застать врасплох, и она изготовилась встречать Цую со своим мечом.       Та плюнула на неё.       Её причуда не просто делала её выглядящей и прыгающей, как лягушка. Собрав токсины в своём животе и выплюнув их наружу, она приобрела отличный туз в рукаве в поединке. Она попала Тоге прямо в лицо. Токсины были недостаточно сильными, чтобы ослепить её, но она проведёт следующие несколько дней, жалея, что перешла дорогу Цую.       Асуй поймала Тогу своим языком, пока Химико пыталась протереть глаза от токсичного плевка оставшейся рукой. Цую кинула её на пути Тёмной Тени.       – Не волнуйся. Жить будешь. Наверное, – бросила Цую перед тем, как Тёмная Тень поглотила Тогу.       Просияв улыбкой победительницы, Цую уклонилась от последовавших атак Тёмной Тени и попыталась подобраться поближе к Токоями.       – Токоями! Ты меня слышишь?!       На мгновение тьма расступилась, и через просвет Асуй увидела Токоями, заточённого внутри Тёмной Тени.       – Цую! Беги!       Это всё, что он успел сказать перед тем, как Тёмная тень снова поглотила его. Неужели Токоями носил такую тяжкую ношу всё это время? Все её друзья терпели столько боли, а она ничего не могла сделать, чтобы им помочь. Она продолжала пытаться достать Токоями, держась подальше от когтей Тёмной Тени, но каждая атака была быстрее предыдущей и проходила всё ближе. Слёзы потекли по её лицу, когда она поняла, что Токоями ей придётся бросить здесь.       – Прости меня, Токоями! Прости меня!       Она повернулась, чтобы бежать. Ей нужно было добраться до учителя Аизавы. Он мог подавить Тёмную Тень своей причудой. Но больше некуда было бежать. Лес исказил сам себя и стал клеткой, заточив её внутри с Тёмной Тенью.       – Цую! – окликнул её Тодороки.       Стена льда прорубила себе путь через деревья, и сковала Тёмную Тень, но даже так смогла лишь замедлить её.       Тодороки и Рэгдолл бежали к ней. Шинсо тащился позади, но ему удавалось их нагонять.       – Ты в порядке? – спросил он.       – Нам нужно помочь Токоями!       Рэгдолл посмотрела на Тёмную Тень, которая боролась со льдом. На льду уже начали появляться трещины, и борьба лишь сделала Тёмную Тень сильнее.       – Не уверен, как нам это сделать. Если бы тут был Сотриголова…       Шинсо, наконец, нагнал их и упал на колени, пытаясь перевести дыхание.       – Господи, я теряю форму, – выдохнул Хитоши, жадно глотая воздух.       – Ты сказал, у тебя есть план, – напомнил Шото.       – Ага. Молодец, что держишь его в одном месте, Цу. Пока я это делаю, не говорите со мной. Нельзя рисковать потерей контроля, любовничек. Выпусти Тёмную Тень, – сказал Шинсо.       У Тодороки даже шрам побледнел.       – Ты ненормальный.       – Думаю, это примочка сумасшедшего парниши, – отозвался тот.       – Ты спятил, если считаешь, что я позволю тебе… – начала было Рэгдолл.       – Раньше надо было думать, пока не привела меня сюда. Сейчас уже выбор невелик. Постарайтесь найти парня, который изуродовал лес, – сказал он.       – Шинсо… – окликнула его Цую.       – Да?       – Если ты умрёшь, я никогда тебя не прощу.       – Звучит справедливо, – улыбнулся он.       Прежде, чем Тодороки успел выпустить Тёмную Тень из ледяного плена, та высвободилась сама. Шинсо подошёл к ней, и она поймала его своими когтями. Тёмная Тень открыла свою пасть и приготовилась съесть его.       – Сделаешь это, и мой призрак будет преследовать тебя вечно, мелкая курица! Ты меня слышишь?! Вечно! Даже когда ты ходишь посрать. Ты представить не можешь, как я испорчу тебе жизнь! – крикнул Хитоши.       Он постарался придать своему голосу равнодушный и юморной оттенок, но его голос был искажён страхом и болью. Тёмная Тень уже истекала кровью.       – Шинсо… ты дурак, – крякнул Токоями изнутри неё.       Хитоши ухмыльнулся.       – И это всё, что я хотел услышать. Тёмная Тень. Спусти меня вниз.       Немного поколебавшись, Тёмная Тень остановилась. Причуда, казалось, вступила в борьбу с самой собой, но понемногу Тёмная Тень начала слушаться приказов, отданных под влиянием причуды Хитоши. У Шинсо пот струился по лбу, а его руки дрожали.       – Ты… крепкий орешек, – выдавил он.       Тёмная Тень распалась достаточно для того, чтобы показался Токоями. Его эмоции обычно было трудно прочесть, но сейчас его страх было видно невооружённым взглялм.       – Шинсо… ты… в порядке? – спросил он.       – Как никогда, – отозвался Хитоши. У него из носа пошла кровь. – Этим я заслужил… хотя бы пару групповушек.       Кровяной сосуд в глазу Шинсо лопнул и окрасил его в красный цвет. Его кожа приобрела синеватый оттенок.       – Он не продержится долго. Ты нашла его? – спросил Шото.       – Да, – ответила Рэгдолл.       – Ты это слышал, курёночек? Не хочешь поздороваться… с тем эстрадным клоуном? – сказал Шинсо.       Тёмная Тень взлетела и воспарила в небе, пока Рэгдолл указала им нужное направление. Хитоши был слишком слаб, чтобы передвигаться, и Асуй пришлось затащить его на спину Тёмной Тени. Причём Шинсо продолжал слабеть. Оба его глаза уже покраснели к этому моменту, а из носа брызгала кровь.       – Там! – крикнула Рэгдолл и показала куда-то в центр леса.       У них не было времени для, и Тёмная Тень грохнулась на землю когтями вперёд, пожирая злодея, контролировавшего лес. Шото спрыгнул в ту же секунду, когда они ударились оземь, и осмотрел окрестности, чтобы убедиться, что у злодея не было подмоги. Насколько это было необходимо, Цую было трудно сказать. Один вид Тёмной Тени отпугнул бы любого злодея.       – Молодца… Возвращайся… назад… – выговорил Шинсо, и Тёмная Тень вернулась внутрь Токоями. Проглоченные злодеи вывалились наружу, и Тодороки заточил их в лёд. Сакаки и злодей… вроде его звали Мимик? Двое злодеев были на месте, но ведь Тёмная Тень поглотила троих. Где, чёрт возьми, была Тога?       Тёмная Тень сожрала немало энергии Токоями, и он потерял сознание в то же мгновение, когда . Шинсо повезло меньше. Как только он отпустил его, Хитоши начал биться в конвульсиях, его глаза закатились. У него на губах возникла красная пена. Цую, Шото и Рэгдолл среагировали быстро и пригвоздили его к земле, прежде чем он успел что-нибудь разрушить в своём яростном безумии.       – Нам.. Нам надо найти Изуку. Они здесь за ним, – сказала Цую, держа на руках Хитоши.       – Где же он? – спросил Тодороки.       Боль. Невыносимая боль. Изуку не мог и пошевелиться , чтобы не почувствовать, что ему как будто оторвали все конечности. Как кто-то мог быть таким сильным? Мускул даже не пытался его избить. Он попросту развлекался. Хуже всего было то, что Изуку знал, что тот даже не начал драться всерьёз. Настоящей жертвой избиения был Кота, который по новой переживал смерть своих родителей каждый раз, как Изуку издавал крик. Одного за Всех было недостаточно. Мускулу было нужно лишь наращивать собственную мышечную массу, чтобы сровняться с Изуку, а затем и превзойти. Каждый удар напоминал ему о том, насколько он был сам.       – Что не так, Всемогущий-младший? Герои что, так легко сдаются? Разве ты не хочешь, чтобы папочка гордился? – дразнил его Мускул.       Он расхохотался. Изуку снова был маленьким, а Каччан загнал его в угол после школы. Готовясь выбить из него всё дерьмо. Мускул был даже похож на Каччана с его белобрысыми волосами, искусственным глазом и жуткой улыбкой. Деку! Деку! Деку! Ему не победить. Он ничего не сможет сделать. Он…       Кота заплакал.       Ребёнок плакал… а кроме него, больше никого не было.       Нет! Не Деку! Не Изуку Мидория! Агро!       Монстр пытал ребёнка. Он хотел стать героем, чтобы оказаться рядом, когда какой-нибудь ребёнок позовёт на помощь. Помочь кому-то так, как никто в своё время не помог ему. Всемогущий продолжил сражаться, даже когда демон пробил дыру в его животе. Это было ничто. Ничто!       Если бы Мускул сошёлся с Деку, он бы уже победил. Изуку Мидория справился бы немного получше. Там, где Деку бы упал и заплакал, Изуку Мидория бы поднялся на ноги и продолжил сражаться до тех пор, пока не смог бы больше двигаться. Он бы сражался до самого конца, и ещё чуть-чуть. Вот только Мускул имел дело не с Деку и не с Изуку Мидорией.       – Может, следующий на очереди твой папаша, – хохотнул Мускул.       Агро заставил себя встать на ноги. А Мускул-то даже смеётся, как Каччан. Теперь он был вне себя.       – Нет. Этого не будет, – отрезал Агро.       – О? И почему это?       – Потому что ты хулиган и трус. Ты ввязываешься только в драки, в которых можешь победить.       Мускул рассмеялся ещё сильнее.       – Ты меня просто убиваешь, малыш. Ладно. Ну давай. Покажи мне, на что ты способен, – сказал он.       – Какая щедрость, – отозвался Агро и подобрал камень. – И даже если бы ты не был трусом, ты не смог бы встретиться с Всемогущим.       – Не поздновато ли строить из себя крутого?       – Ты удивишься. Последний шанс сдаться. После этого я стану реально суровым, – угрожающе произнёс Агро.       – Звучит неплохо, но… что, если я просто убью вас обоих, Всемогущий-младший? Похуй на приказы, – ответил Мускул.       – Агро, – поправил его Изуку.       – Чего? – переспросил тот.       – Моё имя Агро.       Агро сдавил камень в руке, пока тот не разломался. Он наградил Коту улыбкой.       – Ещё чуть-чуть. Всё скоро закончится.       Агро швырнул обломки.       Он где-то вычитал, что сдирание кожи было самым болезненным, что можно было сделать с человеком. Боль была настолько ужасной, что один болевой шок мог убить. Судя по тому, как завопил Мускул, когда камешки разодрали его кожу и мышцы, в этом была крупица правды. Боль вывела из строя всю нервную систему Мускула, и всё, что он мог делать, это орать и сыпать проклятьями.       – Ты уёбок! Ты ёбаный ублюдок! Я убью тебя! Я убью всю твою грёбаную семью!       Агро врезал ему.       В списке самых ужасных вещей, которые люди могли сделать с другими людьми, вторым по счёту за сдиранием кожи шло хлестание кнутом. Один за Всех превратил руки Агро в стальные хлысты, и простейший удар наносил кровавые раны. Мускул закричал снова. И громче.       Мысль испытать ещё больше боли, наконец, заставила Мускула начать действовать, и он нанёс удар. Он нарастил больше мышц и отчаянно пытался поймать Агро, но страх больше не был на его стороне. Он был слишком медлительным по сравнению с Коичи или Гран Торино. Лишние мышцы лишь сделали его более крупной мишенью. У Агро было всё время мира, чтобы уворачиваться и контратаковать. Пощёчина по лицу разодрала щёку Мускула, и он полностью потерял концентрацию. Расформировавшиеся мышцы растаяли.       – Пощады? Остановиться? А ты бы остановился? Ты бы кого-нибудь пощадил? Насколько жалостлив ты был к Морским Конькам?       Мускул не был человеком. Просто бешеным зверем, а бешеных зверей уничтожают, пока они не укусили ещё кого-то. Если его руки могут быть хлыстами, их можно использовать и как косы. Один хороший удар по шее, и голова Мускула слетит…       Нет!       Он был Изуку Мидорией! Не Одним за Всех. Он не станет таким, как он. Он был героем. И останется героем.       – Не вставай, – сказал Изуку.       Мускул заплакал.       Изуку повернулся к Коте. Он выглядел… таким напуганным. И боялся он его. Изуку был покрыт кровью, которая принадлежала не ему. Ему ещё многому следовало научиться.       – Прости, что тебе пришлось это увидеть. Всё… кончено.       Медленные аплодисменты раздались в ночи. Человек, одетый, как фокусник, стоял на обрыве над ними. Его белая маска сияла при свете луны.       – Браво, Агро. Браво. Теперь я понимаю, как тебе удалось охомутать девушку вроде Тоги. Приятно, наконец, встретиться с тобой, Агро. Я Компресс. Мистер Компресс.       Изуку оттолкнул Коту к себе за спину. Мускул посмотрел на Компресса, в его взгляде читалась смесь облегчения… и ярость. Зверям не нравится, когда другие видят их посрамлёнными.       – Ты пришёл сюда помочь своему другу? – спросил Изуку.       – Поверь мне, Агро. Мы с Мускулом не друзья. Я не поклонник серийных убийц, – отозвался Мистер Компресс.       – Это не мешает тебе работать на Все за Одного, – заметил Мидория.       – Ты уверен, что я работаю на него? – сказал Компресс, а затем указал своей тростью на Коту. – Беги прочь, малыш. Тебе не нужно видеть плохие вещи, до которых доходим мы, взрослые.       – Кота, иди.       – Я…       Изуку улыбнулся.       – Всё будет в порядке. Иди.       Кота побежал.       Неожиданно сильные руки схватили Изуку и начали сдавливать его.       – Ты труп, – прорычал Мускул.       И вдруг голова Мускула исчезла. Его захват Изуку ослаб, и он повалился на землю, а затем скатился и упал с края горной тропы вниз. Изуку уставился в темноту, поглотившую Мускула.       – Ты… ты убил его? – выдавил он.       – Ты, похоже, ошибаешься. Когда я встречусь со Все за Одного, то скажу ему, что это ты его убил.       Изуку принял боксёрскую стойку. Что за причуда была у этого монстра? Какой бы она ни была, он мог убить ей Изуку в любую секунду, если захотел бы. Он так устал, а адреналин не сможет долго сдерживать боль.       – Ты смельчак, Агро. Я это уважаю, но… ты уверен, что хочешь быть героем? Всю твою жизнь тебя пичкали идеалами, а ты ещё и сын Всемогущего. То ещё давление, чтобы стать героем, – сказал Мистер Компресс.       – Я здесь… потому что хочу им быть.       – Вот так решимость. Постарайся расслабиться. Всё скоро закончится.       Изуку уменьшился… до размером шарика. Боли совсем не было. Только темнота, а затем ничего.