Уроки любви

Елена До утра она не смыкала глаз. Проворочавшись полночи, Елена со вздохом перевернулась на другой бок, посмотрела на время и с ужасом заметила, что уже почти утро понедельника. Она несколько раз пробовала заснуть, но как только мозг и тело погружались в приятную дремоту, возникал образ Деймона. Деймона, с испуганными глазами и растерянным выражением лица. Их поймали. Что же теперь? Елена сбросила навалившееся всей своей тяжестью одеяло и только тут почувствовала, насколько ей жарко. Она не была уверена в том, что Аларик будет молчать, как бы Деймон не убеждал ее в обратном. Ей так хотелось находится с ним прямо сейчас. Она должна быть сильной, такой же, как он, что бы ни происходило. Они оба боялись того, что может произойти в школе, если Аларик кому-нибудь расскажет их секрет. — Знаешь, утро понедельника не такое уж и плохое. Особенно когда у кого-то есть господин Сальваторе для пробуждения, — трещала Кэролайн без умолку. Ее блестящие светлые волосы красиво развевались на легком ветру. — Он делает понедельник более-менее сносным. Это все его глаза, я клянусь — они кажутся небесно-голубыми, когда в них смотришь, — добавила Бонни, в то время как трое лучших подруг перешли дорогу, направляясь по улице в старшую школу Мистик Фоллс. — Они и делают! А его костюмы? Боже, они так красиво облегают его в этой области. А ты что об этом думаешь, Елена? Обычно, когда девчонки трепались о ее тайном любовнике-бойфренде, Елена испытывала радость, ведь она любовалась каждым дюймом его великолепного тела и на собственном опыте узнала, как он занимается любовью. Но не сегодня. Ее мысли были сосредоточены на мистере Зальцмане и на том, что он собирается сделать. Хотелось бы надеяться, что он ничего не задумал. — Елена? — Ммм? — она посмотрела на Кэролайн и вдруг вспомнила, о чем они болтали последние 10 минут, — О, да, я люблю его глаза… — задумчиво сказала девушка, вспоминая каждую минуту, проведенную на озере: полуночное плавание и ледяные, с синим отливом глаза смотрящие на нее с таким вожделением, как никакие до этого. Она улыбнулась и посмотрела на Кэролайн, идущую рядом с ней, — Да, глаза, безусловно, находятся в начале списка вещей, за которые он мне нравится. — Черт побери, я имею в виду… — Кэролайн рассмеялась, — Помнишь, как мы сохли по мистеру Зальцману? Елена почувствовала, как сводит живот. — А что, он все еще горячий, — сказала Бонни, не замечая внезапной смены настроения Елены. — По сравнению с Сальваторе? Так, среднячок. Елена почувствовала, как при мысли о мистере Зальцмане у нее сильно колотится сердце. Что если они сейчас встретятся? Подруги шли по школьному стадиону именно по направлению к крылу историка. Внезапно перед глазами Елены быстро замелькали разные картинки, одна хуже другой: вот Деймона уводят с конвоем, забирая прямо с урока. Теперь это могло стать правдой. Это могло случиться. Не задумываясь, она остановилась и начала пятится назад. — Елена, что ты делаешь? — спросила Бонни, разворачиваясь, чтобы схватить ее за руку. — Ничего, я просто… — она посмотрела поочередно на подруг, прекрасно понимая, что ее действия более чем странные, — Давайте сбежим сегодня со школы. Бонни и Кэролайн обменялись вопросительными взглядами. Они прогуляли школу только один раз, и то, это было лет в 13. Но сейчас это казалось таким абсурдным. — Почему ты хочешь это сделать? — спросила блондинка. — Ну, я имею в виду… — Елена беспомощно развела руки в стороны, — Что в один прекрасный день нам захочется сделать что-то забавное? — Елена, что происходит? — спросила Бонни, удивляясь поведению подруги. Девушка покачала головой и вдруг рассмеялась, словно та рассказала анекдот. Но она знала, что ведет себя глупо. — Ничего. Я просто подумала, что мы можем сбежать и сделать что-то сумасшедшее, — она быстро догнала друзей, которые развернулись и поспешили к кабинету английского. В голову лезли идеи одна глупее другой. Выкупить школу? Идея гения. Елена смеялась над своим мозгом. Теперь ее друзья думали, что она сумасшедшая. Ну, по крайней мере, Кэролайн точно так думала. Но Бонни знала, что идея «сбежать» — это не спонтанное решение, а имеющее вескую причину. И теперь они направлялись в кабинет английского, где, без сомнения, уже был Деймон. Было ли плохо пытаться скрыть то, что произошло в выходные? Наверное, нет, но Елена не умела лгать. Девушка просто надеялась, что Бонни ни о чем не будет расспрашивать. Под тяжестью груза, что свалился на ее плечи, он не знала, сколько времени продержится. Деймон Сальваторе был напряжен. Когда он бродил по холлу блока, то заметил свое отражение в окне. Он был похож на зомби: темные круги под глазами, растрепанные грязные волосы, щетина, мятая рубашка…и он забыл свой галстук. Но, честно говоря, у парня были проблемы похуже, чем внешний вид. Его не волновала взбучка, которую устроит ему за внешний вид Джон Гилберт, куда больше его беспокоил Аларик, которого он до сих пор не видел после того, как они покинули озеро. Немного успокаивало то, что звонков от полиции все еще не было. Деймон не мог поверить, что дошел до такого. Это был полный кошмар. Запах свежесваренного кофе ударил в ноздри, когда он зашел в учительскую. Острым слухом мужчина услышал, как за дверью люди разговаривают шепотом. Двое людей, если быть точным. Он закрыл глаза, вздохнул и открыл ее. Мужчина точно знал, кто там был. Джонатан Гилберт и Аларик Зальцман резко прекратили разговор, когда он зашел в кабинет. Аларик смотрел на него взглядом, который выражал нечто среднее между сочувствием и разочарованием. Возможно, там было и отвращение. Деймон не мог определить этого в своем измученном состоянии. Джон же всем своим видом выказывал напускное равнодушие, за которым скрывалось самодовольство. Деймон молча смотрел ему в глаза, прежде чем заставил себя улыбнуться. — Я не помешал? — спросил он. — Ты вообще спал прошлой ночью? — брезгливо осведомился Джон, критично осматривая состояние Деймона. Аларик отвернулся и сделал глоток кофе. Деймон был дико напуган, но раз решил лгать, значит нужно идти до конца. — Меня мучил ночной кошмар, — ответил мужчина, стараясь принять как можно более расслабленную позу. Он не знал, догадывается ли Джон о чем-нибудь. Но, конечно, если бы знал, то сразу задушил бы того, кто посмел прикоснуться к его шестнадцатилетней племяннице, или запустил бы несколько остро заточенных карандашей, лежащих на столе. — И все? — кивнул Джон. Учитель сжал челюсть. «Знал ли Гилберт что-то?» Рик медленно помешивал кофе. Деймон молча проклинал его за такое предательство. — Хорошо. Если вы надеетесь, что у меня всю ночь была оргия, то я вас разочарую, — ответил новенький, наблюдая за Алариком, непринужденно идущим к кофеварке, — Так что, твою мать, случилось? — чуть ли не выкрикнул Деймон, — О чем я должен знать? — Мы просто обсуждали приближающийся Рождественский бал. После уроков будет собрание, на котором все должны присутствовать. — Ох… — выдохнул Деймон, задаваясь вопросом, почему Рождественский бал будут обсуждать в начале октября, но потом почувствовал себя виноватым за то, что так думал о Рике. — Мы предпочитаем обсуждать такие вещи заранее, чтобы за неделю до мероприятия не случилось каламбура, — пробормотал Джон. — Ладно, спасибо, что сообщили, я обязательно приду, — ответил Деймон. Джон кивнул и лениво указал на диван. — Вы должны немного привести себя в порядок, чтобы не опозориться перед классом. — Как скажешь, босс, — сказал Деймон с фальшивой улыбкой. Он проигнорировал подкол и молча вышел из кабинета. Деймон взглянул на Аларика, который безучастно смотрел на столик впереди и не спеша пил свой напиток. — Спасибо, — сказал парень как можно искренне, — Ты понятия не имеешь, сколько это… — О, избавь меня от этих соплей, Деймон, — он все еще на него не смотрел, даже когда тот подошел к столу. — Ты предпочел бы, чтобы я вообще не выражал свою благодарность? Наверное, это еще больше разозлит тебя, — возразил Деймон. — Послушай, просто… не беспокойся, разговаривая со мной, ладно? Я забыл про вас. По какой-то причине парень поверил этим словам. Теперь Рик едва мог смотреть другу в глаза. Это вызывало отвращение — то, что он делал. Аларик чувствовал себя не самым умным аутсайдером, который ищет запрещенные связи между Деймоном Сальваторе и Еленой Гилберт, а это почти приравнивалось к больному извращенному учителю, трахающему девочку-подростка. Очевидно, то мнение, которое сложилось у него о Деймоне и Елене, как ученице, больше не играло никакой роли. Для всего остального мира этих отношений не было. Но парень почувствовал, что нужно попробовать добиться понимания. — Рик, ты выслушаешь меня в последний раз? — Нет, Деймон. — Несколько напитков в «Гриле» на этой неделе? — Я же сказал, нет. Он направился к выходу из комнаты, но Деймон успел схватить его за руку. Он был застигнут врасплох, когда Рик схватил его за воротник рубашки и прижал к металлу. Учитель попытался вырваться, но Аларик сильно ударил его головой о шкафчик. Деймон почувствовал, как его тело пронзила острая боль. — Единственная причина, по которой я не распространяюсь о твоей маленькой больной шараде с Еленой Гилберт — это то, что я ценил тебя, как друга, — прошипел Аларик, сжимая воротник так сильно, что почти перекрыл подачу воздуха, — На данный момент ты сам по себе. И поверь мне, Деймон, никто не будет на стороне учителя, который бегает за молоденькой ученицей. С этими словами Аларик разжал пальцы, и Деймон медленно спустился вниз на пол. Он задыхался, сквозь туман глядя на бывшего друга и потирая шею. Их дружбе официально пришел конец. Покачав головой, Аларик ушел, оставив Деймона в учительской одного. Его горло настолько болело, что становилось больно дышать. Он не ожидал, что все закончится. Но, возможно, с его стороны это было наивно и эгоистично. Он встал, прокашлялся и направился к кулеру с водой, чтобы как можно быстрее смягчить раздражение. — Деймон? Он повернулся, закатил глаза и налил себе немного воды. — Что тебе нужно, Изабель? — прохрипел он. Голос понемногу возвращался. — Что случилось? Ты выглядишь ужасно! Он съежился, чувствуя, как ее длинные пальцы неприятно царапают плечо, а вторая рука сжимает талию, заставляя повернуться к ней лицом. — Мне просто нехорошо, — ответил он, несколько раз покашляв, возвращая голос в норму. На данный момент он был практически полностью испорчен Алариком. Изабель переместила руки на лоб и щеки, чтобы измерить температуру. Деймон стоял, как идиот, и желал, чтобы поскорее прозвенел звонок на урок и женщина от него отстала. — Да ты горишь, — заявила она. Мужчина прекрасно знал, что это не так. — Все нормально. — Как насчет того, чтобы сегодня вечером я приехала к тебе? Приготовлю суп, чтобы улучшить твое состояние, — она пальцами вновь исследовала его тело, чувствуя, как напрягаются мышцы, потом обхватила талию и прижалась к мужчине. Деймон устал от нее вырываться. Он был изнеможден, нервозен и зол, поэтому было плевать, будут ли обидными его слова. — Я должен повторять, что в порядке, Изабель? Ты все никак не можешь понять, что мне не интересна ты и тем более все, что ты предлагаешь. Он увидел шок на ее лице и понял, что оскорбил женщину. Но парню было плевать. Она его заебала. Допив воду, он смял пластиковый стаканчик и бросил его в мусорное ведро. Все действия сопровождались холодным взглядом Изабель. — Теперь, если вы позволите… Мужчина ушел, но перед этим мысленно добавил еще одну проблему в свой список. — Может, тебя станут интересовать мои предложения, когда я скажу, что знаю твой секрет, Деймон… Елена Елена чувствовала, как живот сводит, когда она зашла в класс Е6 и села на свое место. Оглядевшись, она поняла, что Деймона еще нет. Ученица была в отчаянии, и ей нужно было увидеть его голубые глаза, которые успокаивали. Если бы мужчина был здесь, она могла бы предположить, что они в безопасности…пока что. Но что, если Аларик передумал и все-таки набрал это трехзначное число? Елена прижала ладонь ко рту, чувствуя подкатывающую тошноту. — Елена, ты в порядке? — спросила Бонни, положив руку ей на плечо. Девушка растерянно кивнула. В ее голове творился бардак. — Думаю, со мной все будет хорошо, — пробормотала Елена. Обычно светящаяся, загорелая кожа теперь была бледной, ладони — мокрыми от пота, а колени — дрожащими. Ей нужен был Деймон, чтобы успокоиться. — Эй, ребята, слышали о вечеринке у Тайлера в пятницу вечером? Елена вздрогнула, увидев, как Мэтт подходит к их столу. Это значит, что Стефан ошивается где-то рядом. Дрожь охватила ее тело, когда Бонни восторженно выдохнула. — Его родители снова в отпуске? — спросила она с жемчужной улыбкой. — Да, они отправились на Карибы или как-то так. В общем, у него дома в 8 вечера в пятницу. — Принято, — заявила Бонни, — ты сказал Кэролайн? Елена слышала, как они болтали, но была слишком занята разглядыванием двери в ожидании прихода Деймона. Вид ей частично перекрывал Стефан, который подумал, что она смотрит на него. Он снова нацепил на себя молчаливо-грустную улыбку и кивнул, в знак понимания чего-то одному ему известного. Елена перевела взгляд на Мэтта, нервно теребя волосы. Не из-за Стефана, а из-за того, что прошло уже 10 минут урока, а учитель так и не появился. — …Мэтт, ты не можешь пригласить нас на вечеринку без Кэролайн. — Но Бонни, она раньше заводила меня своими формами и характером, но теперь это дерьмо меня достало, я так не могу… — Это жестоко, и если не пойдет она, не пойдем и мы, — кивнула Бонни и открыла Гамлета, сделав вид, что собирается погрузиться в книгу. — Прекрасно, — пробормотал Мэтт, — Но я говорю вам об этом только потому, что знаю, как сильно Стефан хочет видеть там Елену. — Чувак! Мэтт обернулся через плечо, не заметив, что все это время Стефан стоял прямо за ним. Оба парня густо покраснели, особенно Стефан, который выглядел полностью разоблаченным. Бонни хихикала за своей книгой, а Елена закрыла лицо руками. Это утро было просто невыносимым. — Извини, я не знал, что ты там стоишь. — Ты долбанутый, — простонал Стефан, возвращаясь к своему столу. — Увидимся позже, девочки, — сказал Мэтт и вернулся за свою парту, где у них с другом завязался оживленный спор. — Бедный парень, он все еще любит тебя, — сказала Бонни. Елена закатила глаза и вновь закрыла лицо. — Не напоминай мне, — буркнула она, проглатывая тяжелый ком в горле. Девушка чувствовала себя ужасно. — Неужели не осталось хоть маленькой части в твоем сердце, которая любит его, которая хотела бы вернуться к нему? Елена? — Бонни, что-то мне нехорошо. — О-о-о, а ну-ка вставай, отведем тебя в дамскую комнату, — встрепенулась подруга. Елена почувствовала, как руки придерживают ее за плечи, помогая встать. Все ее тело, казалось, налилось свинцом. Деймона все еще не было. Прошло уже 20 минут с начала урока. Он исчез. Взаперти. И они придут за ней для допроса. — О, боже, Бонни, что с ней? — откуда-то эхом раздался голос Кэролайн. Елена ничего не понимала, ей просто нужно было уйти из класса. — Хорошо, извини, я… Бах! Крохотное тельце Елены врезалось в Деймона. Все случилось так быстро, что она не успела ничего понять. Но ее руки бессознательно схватились за рубашку, но не так, как если бы она падала и схватилась, а так, будто девушка не хотела его отпускать. — Бонни, что случилось? — Она сказала, что ей плохо, и я веду ее в комнату для девочек. Елена чувствовала себя слишком слабой и потерянной, чтобы понимать, что происходит вокруг. Все, что ученица знала — это то, что цепляется за его рубашку и чувствует мужской, такой родной запах. Она не была уверена, его руки ее поддерживают или Бонни. Несмотря на это, мужчина находился здесь, и остальное было не важно. Она слышала голос Деймона и чувствовала, как ее ведут по коридору, который она видела, как в тумане. Громкий скрип двери, затем еще раз, и вот она чувствует, как опустошает содержимое желудка в туалет. — Иди позови медсестру, ей нужно домой. Сквозь слезы Елена услышала скрип, топот ног, а затем почувствовала под ладонями холодный фарфор. — Я буду в порядке, Бонни, — поморщилась она, включая кран. — Это не Бонни. Елена ахнула, пытаясь что-то понять и сказать, но горло словно засохло. Девушка почувствовала, как он гладит ее по волосам, и начала немного успокаиваться. Она чувствовала себя ужасно, но зато Деймон был рядом. — Что если нас здесь кто-то найдет? Она услышала легкий смешок, в то время как мужчина продолжал гладить темные волосы, разметавшимся по спине. Напряжение с тела потихоньку спадало. — Ну, учитывая то, что мы тут не сексом занимаемся, я думаю, люди поймут. Елена издала задыхающийся смех. Но вопросов было еще много. — А как насчет Аларика? — Он ни слова не скажет. — Что… — Елена почувствовала, как желудок снова свернулся, — Что заставило тебя так долго не приходить на урок? Я беспокоилась. — Я знаю, дорогая. Елена сжала его руку. Несмотря на то, что она все еще смотрела в унитаз, девушка чувствовала, что он ухмыляется. — Что насчет класса? Они видели, как мы уходим, а если… — Я сказал им, чтобы они доделывали свои эссе. Елена, все в порядке. Я останусь здесь. — Ты обещаешь? Она почувствовала, как Деймон нежно закинул волосы на плечо, чтобы поцеловать ее под челюсть. — Обещаю. Улыбаясь, она оперлась головой о его щеку, наслаждаясь близостью, теплом, ощущением нежной кожи. — Я так сильно люблю тебя, Деймон. Его губы мягко поднялись с шеи на ухо. — Я тоже тебя люблю, — прошептал он успокаивающим голосом. Их момент близости, хоть и в туалете, внезапно прервали вошедшие люди. Елена почувствовала, как Деймон встает, чтобы обратиться к тому, кто вошел. Это была медсестра, и Елена почувствовала, как его теплые прикосновения заменились дружескими объятиями Бонни Беннет. — Мы позвонили Дженне, она приедет, чтобы забрать тебя. Елена кивнула в ответ, умудрившись улыбнуться подруге. — Хорошо, мисс Гилберт, здесь медсестра, она осмотрит вас. Мне нужно вернуться в класс с мисс Беннет. — Конечно, мистер Сальваторе, — ответила Бонни. Несмотря на то, что живот девушки еще ужасно вибрировал, она обернулась через плечо и посмотрела на Деймона, который с беспокойством ее оглядывал. Ученица не хотела, чтобы медсестра осматривала ее, она не хотела, чтобы Дженна забирала ее домой. Елена хотела, чтобы Деймон был тем, кто заботился бы о ней, не оставляя ни на минуту. — Позаботьтесь о себе, мисс Гилберт, — сказал он, но голос парня прозвучал сухо и коротко…что же произошло утром? Грустная улыбка тронула его губы, пока никто не видел. Елена улыбнулась в ответ, чувствуя, что глаза слезятся. — Благодарю вас, мистер Сальваторе, — ответила она, ненавидя тот факт, что не могла назвать его по имени. Бонни крепко обняла ее, прежде чем встать и проследовать за учителем. — Позвони мне позже, хорошо? — Я позвоню, — сказала Елена, наблюдая, как подруга скрылась в дверях, а медсестра встала. Вскоре Елена была в машине и ехала домой вместе с тетей Дженной. Когда она начала проваливаться в сон, телефон в кармане завибрировал. 1 новое сообщение. Деймон: НАДЕЮСЬ, ТЫ ЧУВСТВУЕШЬ СЕБЯ ЛУЧШЕ, КРАСАВИЦА. ВСЕ БУДЕТ ХОРОШО. ОБЕЩАЮ. Когда она несколько раз прочитала текст, то улыбнулась и наконец-то уснула. Деймон Деймон несколько раз перечитал сообщение, которое отправил Елене. ВСЕ БУДЕТ ХОРОШО. ОБЕЩАЮ. Он сжал зубы, еще раз перечитал его и бросил телефон на стол, заваленный эссе. Мужчина потер переносицу, чувствуя головную боль, которую приносили мрачные мысли: сначала Аларик — суровое напоминание конца их дружбы все еще горело в нем, — затем Изабель, которая сдержала свое слово о том, что она все сделает как надо, проговорив эти слова у двери, в то время как Елена скрывалась в глубине квартиры. Их побег из учительской только подтвердил это. — Я знаю твой секрет, Деймон. Я знаю кое-что. Просто вспомнив, как она произнесла эти слова, его тело задрожало. — О чем ты говоришь, Изабель? -Я говорю о твоем тайном романе с одной из учениц. -…прости? — Не играй со мной в идиота, Деймон, я видела сумку Елены Гилберт. В тот день она была в твоей квартире, не так ли? Это причина, по которой ты пропустил наше свидание. Причина, по которой ты не позволил зайти мне к тебе в квартиру. Пока она говорила, Деймон вспомнил, как женщина смеялась над его отмазками. Но теперь он боялся, что все может стать еще хуже. Конечно, если бы это было неправдой, он бы остановил ее. Парень обнаружил, что снова смотрит в телефон, перечитывая текст, который послал Елене. — Единственное оправдание, которое прозвучало правдоподобно, так это: «Я видела сумку Елены Гилберт у тебя в прихожей». Она забыла ее в классе, и я взял сумку домой для безопасного хранения. — Такой большой проблемой было оставить ее в классе? Вы почувствовали острую необходимость взять с собой проклятую сумку? Я нахожу это… — О, так вы не отрицаете, что «я и ученица» звучит очень неправдоподобно? Вам серьезно нужно перестать анализировать мою жизнь. Вы не имеете на это никакого права, Изабель. Деймон почувствовал, как настроение улучшается после того, как он вспомнил, что ответил ей. Это уравновешивало его попытку стать невиновным, когда женщина впервые упомянула о своих подозрениях. Но, тем не менее, разговор был отвратительным и переходил от плохого к ужасному. — Ну вы же не можете винить кого-то, Деймон. Это является довольно подозрительным. И если я права, возможно, стоит сообщить об этом Джону Гилберту? Вы знаете его? Руководитель нашего отдела. Я уверена, он хотел бы выслушать, как люди обвиняют вас в отношениях с его племянницей… Интересно, на чьей он будет стороне? — Я уверена, что он был бы потрясен. Как я понимаю, вы на это намекаете. Но, так как у вас нет доказательств, все подумают, что вы клевещете. — О, правда? … — Абсолютно. Деймон повертел в руках телефон, не в силах отойти от оцепенения после последних сказанных ею слов. — Хорошо…мы еще посмотрим. Что-то не так? И затем, взмахнув ресницами, она вышла из комнаты. Деймон снова посмотрел на текст, который послал Елене. ВСЕ БУДЕТ ХОРОШО. ОБЕЩАЮ. … Осталось убедить в этом самого себя.