Bloodsport

Всё происходит за секунду. Дверь в гостиную распахивается так резко, что дерево ударяется о стену. Дерек влетает в комнату, тяжело дыша, глаза звериные, полны паники. – Лиам исчез, – выдыхает он. На мгновение никто не двигается, словно эти два слова парализуют воздух. А потом хаос обрушивается на дом. Талия появляется первой – выбегает из кухни с лицом, которое мгновенно становится стальным, стоит ей увидеть шок на лицах остальных и понять, что сказанное сыном – правда. За ней – Лора, бледная, напряжённая, с уже обнажёнными когтями. Питер прибегает следом, застёгивая на ходу рубашку, и в его глазах что-то дикое, сдерживаемое на тонкой грани. Сэм, привлечённый шумом, выскакивает из библиотеки и несётся по длинному коридору, держа в руках дробовик. – Что происходит?! – он кидает взгляд на всех сразу. – Лиама нет, – повторяет Дерек, голос срывается на рычание. Он почти падает вперёд, хватает Стайлза за руку, будто на ходу ищет якорь. Талия рвётся к лестнице. – Проверьте комнаты! Все! Дин подхватывается с дивана, хватает пистолет. Стайлз вылетает вслед за остальными, сердце колотится так, что, кажется, пробьёт грудь. И в этот момент в доме разносится звон тишины, такой плотной, что слышно каждый скрип пола под ногами. Они несутся наверх – к той комнате, где должен был спать Лиам. На лестнице слышны спотыкающиеся шаги: кто-то кого-то опережает, кто-то налетает на перила. Всё сливается в один пульсирующий шум, как барабан в висках. Стайлз бежит за Дереком, едва успевая, и первой они видят Кору, стоящую в полутёмном коридоре у дверей комнаты Лиама, словно её пригвоздили к месту. Спина прямая, руки бессильно опущены вдоль тела, и что-то в её позе – не гнев, не ужас – заставляет сердце Стайлза сжаться. Кора не поворачивается, когда они подходят. Только шепчет, почти неслышно: – Он был здесь. Несколько минут назад он был здесь. Стайлз заглядывает через её плечо. В комнате полумрак. На кровати, под тяжёлым одеялом, спит Ричард. Ровное дыхание, тихое посапывание. Слишком ровное. И пустое место рядом. Простыня смята. Подушка перекошена, будто кто-то встал в спешке или его вытащили. – Лиама нет, – тихим, мёртвым голосом повторяет Кора. Она шатается на месте, и Талия подхватывает её за плечи. – Кора, – мягко, но настойчиво говорит она. – Что случилось? Кора моргает, наконец приходя в себя. – Я… я была здесь, – сбивчиво начинает она. – Следила. Я заходила минуты четыре или пять назад, он спал рядом с папой. Я ушла проверить другой конец коридора и тогда... почувствовала, – она сжимает голову руками. – Головокружение. На секунду всё размылось, и я подумала, что это усталость, ведь за последние несколько дней я почти не спала. А когда очнулась, Дерек уже стоял здесь, а Лиама... не было. Дерек прорывается мимо неё в комнату, подбегает к кровати и трясёт Ричарда за плечо. – Пап! Проснись! Тот шевелится, стонет, но глаза не открывает. – Он под действием чего-то, – хрипло произносит Питер и принюхивается. – Его усыпили. Стайлз чувствует, как всё внутри скручивается тугим, ледяным узлом. И тогда, в эту треснувшую секунду, его будто осеняет. – Дженнифер! – кричит он и бросается вниз по лестнице, в подвал, куда они заковали её несколько часов назад. Стайлз прыгает через две ступени, едва удерживаясь на ногах. Его сердце колотится где-то в горле, кровь шумит в ушах, заглушая всё вокруг. За спиной он слышит топот – Талия, Дерек, Питер, Лора и братья – все мчатся следом. Подвал встречает их тяжёлой, застоявшейся сыростью. Лампа над дверью тускло мигает, отбрасывая длинные рваные тени на стены. Стайлз срывает засов, распахивает дверь, и на мгновение весь мир замирает. Пусто. Цепи валяются на полу и висят на стене, обвивая друг друга, как брошенные змеи. Наручники раскрыты. Кандалы расстёгнуты. Дженнифер исчезла. – Чёрт, – выдыхает Сэм, опуская дробовик. Дерек заходит первым. Его глаза светятся голубым, когти наполовину выпущены. Он принюхивается, и лицо его тут же мрачнеет. – Она ушла недавно, – хрипит он. – Снова использовала магию, чтобы стереть след. – Но как? – Сэм присаживается у цепей и внимательно всматривается в стальные звенья. – У неё не было магии, а мы всё время были здесь. Как она смогла прошмыгнуть мимо нас? Стайлз внимательно следит за братом, в его груди всё ещё звенит паника, но поверх неё, будто сквозь воду, пробивается другое чувство – осознание. Они снова что-то упустили. Что-то, что позволило Дженнифер обвести их вокруг пальца. Он с силой вжимает пальцы в переносицу, пытаясь вспомнить. Детали. Как она улыбалась, как скользила взглядом по его лицу, как осторожно подбирала каждое слово, вплетая их в разговор, и как пыталась сбить его с толку, переводя тему на их с Дереком отношения. На их чувства, на их слабости, словно искала трещины, чтобы проникнуть внутрь, заполнить брешь нужными ей мыслями и увести внимание от того, что пыталась провернуть. И теперь Стайлз понимает: она хотела остаться. – Это было спланировано, – хрипло говорит он. Дин и Сэм одновременно поворачиваются к нему. – Что? – хмурится Дин. Стайлз поднимает взгляд. – Она хотела попасть в дом, – выдавливает он. – Специально. – Бред, – отрезает Дин. – Она пыталась сбежать, когда мы схватили её. – Она сделала вид, что пытается сбежать, – сквозь зубы произносит Стайлз. – Чтобы попасть сюда. Чтобы быть рядом. Дерек с размаху бьёт кулаком в стену. Глухой удар разносится эхом по подвалу, и с потрескавшейся штукатурки осыпается побелка, белыми хлопьями оседая на тёмный пол. Стена дрожит, будто сама чувствует ярость, которую в неё вбивают. Стайлз едва моргает, но не отступает. Он чувствует, как между ними всеми до предела натягивается невидимая нить. – Она позволила себя схватить, – продолжает он глухо. – Позволила заточить её здесь. Всё это было нужно ей. – Идиотизм, – огрызается Дин, но в его голосе нет прежней уверенности. – Как она могла обойти наши знаки и амулет, что заблокировал её магию? – Она не обошла, – медленно говорит Стайлз, чувствуя, как мысли собираются в одну горькую линию. – Она изучила их заранее. Она же сказала, что следила за нами. Наверняка узнала всё, что нужно, ещё до того, как попалась. Сэм нервно проводит ладонью по затылку, сминая волосы. – Она не просто ждала, – задумчиво произносит он. – Она выжидала момент, когда мы ослабим бдительность. – Мы думали, что она в ловушке, – Питер усмехается безрадостно. – А на самом деле она сидела в самом сердце дома, в нескольких шагах от цели. В тишине слышно, как Дерек тяжело дышит, кулак всё ещё сжат до хруста. Его глаза светятся тусклым голубым, когти наполовину выпущены, и видно, как тяжело ему даётся контроль. – Она ведёт его к Неметону, – говорит он. – Мы пойдём туда сейчас же. Стайлз кивает. Горло перехватывает от ярости и вины. Он чувствует, как внутри всё собирается в один отчаянный импульс: спасти Лиама. – Сэм, – бросает Дин, уже подхватывая дробовик, – тащи всё, что может нам понадобиться. Ножи, амулеты, патроны, цепи. Сэм отвечает кивком и устремляется к выходу. Талия бросает быстрый взгляд на всех, глаза сверкают в полумраке. Потом она резко разворачивается к Коре, которая стоит на верхней ступени лестницы, всё ещё бледная, с дрожащими пальцами. – Кора, – твёрдо говорит она, – ты остаёшься здесь. Сообщи Дитону и Крису, что мы отправились к Неметону, и следи за отцом. Кора собирается возразить – видно по тому, как сжимаются её губы, как полыхает в глазах ярость. Но Талия бросает на неё такой взгляд, что любые слова застревают в горле. Это не просьба. Это приказ альфы. – Мы справимся, – мягче добавляет Талия, подходя к ней ближе и кладя ладонь на её плечо. – Ты нужна ему. Кора резко кивает, проглатывая обиду и страх. Талия смотрит на остальных – на своих детей, на Питера, на Винчестеров – и в следующую секунду начинает меняться. Ткань рубашки трещит на плечах, кости выгибаются под кожей, и через миг на месте женщины стоит волчица, высокая, серебристая, с ясными, пронзительными глазами. Лора стягивает куртку через голову, под ней блестит кожа, обрастающая мехом. Питер делает то же самое: пальцы хищно выгибаются в когти, лицо искажается в знакомом всполохе превращения. Дерек кидает на Стайлза взгляд, долгий, уверенный, а потом тоже начинает меняться – кости выгибаются, одежда рвётся, и вместо четырёх людей на полу стоят четверо крупных волка: тёмная шерсть Лоры, бурый Питер и угольно-чёрный Дерек. Стайлз замирает на долю секунды. У него перехватывает дыхание, когда он это видит: в волках Хейлов есть что-то дикое, необузданное и в то же время поразительно родное. Они выходят на улицу. Ночь тёмная, холодная, шорохи деревьев как шёпот над головой. Волки тут же срываются с места, скользя по двору – быстрая, точная тень за тенью. Дин, забрасывая дробовик на заднее сиденье Импалы, оглядывается и хмыкает: – Отлично. Мы за дикими псами. Победители по жизни. Сэм только закатывает глаза, захлопывая багажник. – Меньше болтай, больше газуй. Двигатель Импалы рычит, и они срываются с места, фары разрезают темноту. Стайлз сидит на переднем сиденье, прижавшись плечом к окну, сердце колотится как сумасшедшее. Впереди только ночь и Неметон, куда уводят Лиама.

***

Импала несётся по ночной дороге, фары выхватывают из темноты мокрый асфальт и обочину, похожую на размытые линии на старой карте. В салоне стоит напряжённая тишина, и только рёв мотора заполняет её, словно отгоняя мысли. Сэм, уставившись в телефон, находит нужную заметку и вдруг нарушает молчание. – Мы всё время думали, что она просто хочет силы, – говорит он. – Но это больше, чем просто разрушение договора. Это ритуал призыва. – Призыва кого? – хмурится Дин, не отрывая взгляда от дороги. Стайлз облокачивается на окно, пальцы сжимаются в кулак. – Крис говорил, что его отец был одержим Неметоном и силой, что скрыта в нём, – выдыхает он. – Может, это некая сущность или дух, которого можно использовать как во благо, так и во вред. – Или только во вред, – говорит Дин. – А теперь, – мрачно добавляет Сэм, – Дженнифер расторгает договор, а Кейт... – он на секунду замолкает, словно собираясь с мыслями. – Кейт тоже слышала его, как и Джерард. Они оба... они были заражены этим. Существо шептало им, дёргало за ниточки. – Отлично, – Дин скалится в сторону дороги. – Значит, у нас не просто психованная ведьма. У нас на руках семейная одержимость и древнее проклятие в одном флаконе. Стайлз молчит. У него перед глазами всплывает лицо Лиама – мальчишки, который смеялся, сидя на коленях Питера, и верил, что они его защитят. Он сжимает кулак сильнее, так что ногти впиваются в ладонь. – Мы не позволим им это сделать, – тихо говорит он. Дорога ныряет в густой лес, и на пару секунд фары выхватывают только сплошную стену деревьев. В машине становится ещё темнее. – А мы уверены, – вдруг говорит Дин, – что будут только Дженнифер и Кейт? Неужели они собираются вдвоём проводить ритуал и сражаться с нами? – Вряд ли, – мрачно качает головой Сэм. – Либо у них будет подмога... либо магический барьер, – добавляет он, и его голос звучит так тихо, что становится понятно: он не просто предполагает. Он боится, что это и есть правда. В салоне снова воцаряется тишина. – Ладно, – Дин задумывается. – Что делать, если будет подмога, мы знаем. На случай, если там действительно барьер, у нас есть амулеты. – Они могут не сработать, если он подпитывается от Неметона, – говорит Сэм. – Неметон намного сильнее заговорённых камушков. – Тогда будем надеяться, что их эмиссар будет там не слишком поздно. Стайлз сжимает ремень безопасности пальцами почти до боли. Слишком много «если». Слишком много «может быть». Каждый план, который они строят, трещит по швам ещё до того, как они доезжают до места. Он поворачивает голову и видит, как за окном мелькают тёмные силуэты деревьев. Ночь, густая и липкая, будто сама тянется к ним ветвями, пытаясь удержать, замедлить, остановить. Импала ревёт, пробивая эту вязкость, но даже глухой рокот двигателя кажется слишком слабым на фоне той силы, что пробуждается где-то впереди. Они вылетают из зарослей, и на несколько секунд мир впереди раскрывается, будто сцена, где началась пьеса без права на отмену. Поляну заливает серебристый свет неполной луны. В его зыбком сиянии – движение, борьба, вспышки магии. Они видят Неметон – древний, искорёженный, с ветвями, как сломанные пальцы, тянущимися к небу. Вокруг дерева клубится воздух, словно сама земля дышит тяжело и рвано. А впереди, между ними и Неметоном, разгорается драка. Кейт привела, по меньшей мере, пятьдесят охотников, вооружённых и в бронежилетах. – Охренеть, – выдыхает Стайлз, указывая в сторону древа. Там, в самом центре поляны стоит Дженнифер. Её руки подняты, магия клубится вокруг, дрожащая, золотисто-чёрная. У подножья Неметона стоит неподвижный Лиам. Его маленькая фигура кажется хрупкой на фоне бушующего ужаса. Импала резко тормозит у края поляны. – Пошли! – рявкает Дин, распахивая дверь, даже не заглушив двигатель. Стайлз вываливается следом за ним, выхватывая из-под куртки пистолет. Сэм хватает дробовик, Дин сжимает в руках охотничий обрез и короткий нож для ближнего боя. Они бегут вперёд, через грязь, через траву, прямо в кипящий ад на поле. Волки – Талия, Питер, Лора и Дерек – мелькают тенями в самой гуще. Быстрые, яростные. Стая. Поле превращается в хаос. Винчестеры бегут вперёд, не теряя времени на оценку – просто стреляют в первое движение, которое кажется враждебным. Выстрелы рвут тишину, короткие вспышки выхватывают лица: в холодных глазах полная решимость истребить всех, кто встанет на их пути очищения мира от её сверхъестественной части. Пули впечатываются в тела, выбивая из противников дух на бегу. Один падает, захлёбываясь воздухом, другой спотыкается и катится по грязи. Дин движется, как танк: меткий, яростный, нож в руке сверкает, когда доходит до ближнего боя. Сэм, высокий и тяжёлый, сбивает охотников с ног, дробовик стреляет короткими, резкими залпами. Стайлз прикрывает их фланг – выстрел за выстрелом, прижимаясь к земле, выискивая цели. Сердце колотится в горле, в висках звенит. И среди этого хаоса – волки. Талия врывается в строй охотников, рывком опрокидывая двоих сразу. Когти вспарывают кожу и броню, раздаётся крик, смешанный с хрипом. Питер действует более изощрённо: обходит, атакует сбоку, сбивает с ног, ломает руки. Лора, быстрая как молния, прыгает на противников, хватает за горло, топит в грязи. Дерек несётся в самом центре поляны. Его чёрная шерсть блестит в лунном свете, клыки сверкают, когти рвут воздух. Он отбрасывает одного за другим, будто соломенные куклы. Стайлз прикрывает их спину, и в какой-то момент замечает: впереди, в самой гуще драки, мелькает светлая голова. Блондинка. Кейт. Она стреляет. Пули обычные на вид, но Стайлз чувствует, как воздух будто дрожит, когда одна из них просвистывает мимо. Аконит. Его запах, резкий, металлический, вонзается в ноздри прежде, чем мозг успевает осознать угрозу. Кейт целится прямо в Дерека. – Дерек! – орёт Стайлз. Выстрел. Один. Второй. Дерек срывается в прыжке, пытаясь уклониться, но одна из пуль цепляет его бок. Волк рвано взвывает – не от боли, а от того, что яд мгновенно впивается в тело, ломая магию. На его месте, пошатнувшись, появляется человек. Дерек падает на одно колено, хватая воздух рваным, судорожным вдохом, плечо залито кровью, но глаза всё ещё горят звериной яростью. Кейт самоуверенно ухмыляется и уверенно идёт к Дереку, поднимая оружие снова и нацеливаясь уже в его лицо. Стайлз не думает. Он бросается вперёд, врезаясь в неё всем телом. И падая вместе с ней на землю, он слышит глухой стук металла – её пистолет выскальзывает из рук. – Малыш Винчестер, – улыбается она почти ласково и следом вцепляется ему в плечи ногтями, словно дикая кошка. Она сильная, чертовски сильная. Стайлз успевает парировать удар, пинает её в живот, отшатывается, но она сразу бросается снова, как хищник. Её кулак рассекaет воздух у его лица. Стайлз уворачивается от ещё одного удара, на автомате блокирует руку, пытается перехватить её запястье, но в этом бою они почти равны – она опытнее, но он быстрее. Выстрел. Кейт резко дёргается, хватаясь за бедро, и падает назад. Стайлз отстраняется, переводя дыхание. Дин стоит в паре метров, пистолет всё ещё направлен на неё. Его глаза холодны, как сталь. – В следующий раз думай, с кем связываться, – бросает он. Кейт слабо шевелится в грязи, пытаясь нащупать оружие. Но прежде чем её пальцы дотягиваются до пистолета, Дин оказывается рядом. Он отпинывает пистолет в сторону и, не тратя лишних слов, выхватывает из кармана металлические наручники. Щелчок. Второй. Кисти Кейт оказываются скованными за спиной. – Прогулка окончена, принцесса, – роняет Дин с тяжёлой усмешкой. Он дёргает её за наручники, заставляя подняться на колени. Кейт злобно смотрит на него снизу вверх, но сил бороться у неё уже нет. Только в глазах плещется нечто дикое – ярость, отчаяние и странная пустота, словно внутри неё что-то уже выгорело дотла. Стайлз лишь на мгновение задерживает на ней взгляд, а потом уже несётся к Дереку. Тот пытается подняться сам, опираясь на одну руку, другая прижимает раненый бок. Лицо искажено болью, но в глазах всё ещё горит воля, упрямая и несломленная. Стайлз падает на колени рядом. – Дерек, – выдыхает он и тут же машинально проверяет рану. Кровь течёт, но дыхание у Дерека ровное, хоть и тяжёлое. – Ты со мной? Дерек вскидывает на него взгляд, хрипло усмехается. – Разве могло быть иначе? Его голос сиплый, но в нём больше жизни, чем Стайлз ожидал. Он осторожно закидывает руку Дерека себе на плечо, помогая ему подняться. Дерек тяжело опирается на него, но держится. – Держись, ладно? – шепчет Стайлз, прижимаясь щекой к его виску на миг, коротко, почти незаметно для остальных. – Держусь, – выдыхает Дерек. Позади слышны крики, лай, выстрелы. Сэм и Дин оттесняют оставшихся охотников к краю поляны, а волки продолжают рвать строй, не давая им перегруппироваться. Стайлз цепляется за Дерека, стиснув зубы. – Нам надо к Неметону, – говорит он. – Лиам... Дерек кивает, сжимая зубы от боли. Они прорываются через последние ряды охотников – выдохшихся, истекающих кровью, сжавшихся в беспорядочные группы. Стайлз чувствует, как сердце в груди грохочет, будто пытается выскочить наружу. Позади он слышит негромкое дыхание Сэма, а впереди, на небольшом пригорке, освещённом лунным светом, возвышается Неметон. И Лиам. Мальчишка связан, стоит у основания дерева, его руки и ноги скованы светящимися путами магии. Дженнифер возвышается рядом, словно жрица на древнем алтаре, её волосы треплет ветер, а глаза сияют бледным светом. Воздух между ними мерцает, дрожит, как раскалённый металл. Словно сама реальность исказилась, плотная, почти ощутимая стеной. – Барьер, – хрипит Стайлз, едва останавливаясь. Сэм уже подбегает, на бегу вытаскивая из-за пазухи амулеты. Он бросает их в землю у края барьера, и амулеты вспыхивают голубыми всполохами, бьются, трещат... и тухнут. Как свечи на ветру. Дженнифер смеётся. Тихо. Легко. Будто всё происходящее – просто спектакль, который она давно отрепетировала. – Жалкие побрякушки, – произносит она. – Вы действительно думали, что сможете заблокировать меня? Забрать мою магию одной бездушной вещицей? Стайлз сжимает зубы так сильно, что ноют челюсти. Дерек делает шаг вперёд, спотыкаясь, но удерживается. Дженнифер поднимает руку, и ветер вокруг Неметона начинает завывать громче. – Смотри, Дерек, – говорит она с тёплой, почти материнской нежностью. – Смотри, как ломается порядок. Как разрушается ваша иллюзия спасения. И она начинает шептать. Низким, зловещим голосом, из которого словно капает яд. Стайлз чувствует, как волосы на затылке встают дыбом. Лиам вздрагивает. Его тело дёргается, как у марионетки на порванных нитях, и в следующую секунду раздаётся резкий хруст. Стайлз едва успевает осознать, что именно происходит, прежде чем ему становится плохо. Ноги Лиама... ломаются. Так же, как у всех предыдущих жертв. Сначала одна, потом вторая, поворачиваются под неестественным углом. Рёв боли разрывает поле, такой пронзительный, что хочется закрыть уши. – Нет! – срывается Дерек, бросаясь вперёд, врезаясь в невидимую стену барьера так сильно, что его отшвыривает назад. Он рычит, поднимаясь с трудомна ноги – ярость вырывается наружу волчьим оскалом на человеческом лице, – и рвётся к Дженнифер, но не может пройти сквозь барьер, как бы ни пытался. Дженнифер продолжает шептать, медленно поднимая обе ладони, и магия вокруг Неметона вспыхивает ещё ярче. Стайлз видит, как Лиам извивается у основания Неметона, его лицо перекошено от боли. И в этот момент воздух над полем словно взрывается. Порыв ветра срывает листья с деревьев, разносит их по земле, и сквозь этот ревущий хаос появляется Дитон. Он идёт спокойно, уверенно, держа в руках странный артефакт, что-то, похожее на древний нож, обвитый верёвками и украшенный потускневшими символами. Магия в воздухе дрожит от его приближения. – Назад! – крик Дитона короткий и резкий. Стайлз, Дерек и Сэм инстинктивно пятятся, чувствуя, как вибрация под ногами меняется. Дитон подходит к самому краю барьера, быстро чертит что-то на земле, произносит несколько слов на незнакомом языке, не громко, но так, что звук пробирает до костей. Барьер гудит. Вздымается стеной света, будто сопротивляется... И с треском рушится, разрывая пространство коротким, ослепительным всполохом. Дженнифер резко оборачивается, её глаза горят безумием. – НЕТ! – кричит она, но поздно. Стая рвётся вперёд: Талия, Питер и Лора отбивают охотников у края поляны, где бой всё ещё кипит. Охотники упираются, не давая им прорваться к Неметону. Сэм срывается первым. Он бросается прямо на Дженнифер, несясь на неё, как лавина, и тогда она делает один резкий жест. Вспышка магии – короткая, грязно-золотая – бьёт Сэма в грудь. Его отбрасывает назад, он с глухим стоном валится в грязь, без сознания. Стайлз едва успевает поймать его за куртку, чтобы смягчить падение. – Сэм! – орёт Дин, но дорога к брату уже перекрыта. В этот момент Дитон резко хватает Дженнифер за руку. Его пальцы сжимают её запястье с нечеловеческой силой. Стайлз, даже не думая, бросается помочь – вцепляется в неё с другой стороны, и вместе они валят её на землю. Дженнифер борется, из её пальцев вырывается искры магии, но силы уходят. Она кричит, плюётся заклинаниями, но цепи Сэма уже звенят у неё на запястьях. Дитон сжимает их крепче, закрывая собой Стайлза. Дженнифер начинает смеяться. Громко. Истерично. До хрипоты. Смех рвёт воздух, словно ножом. – Вы всё равно проиграли, – шипит она сквозь хохот, запрокинув голову назад. – Клятва произнесена. Первая кровь пролита. Неметон проснулся. Теперь ему нужна последняя капля. Стайлз, тяжело дыша, сжимает её за ворот куртки и притягивает к себе. – Лиам жив! – кричит он в лицо Дженнифер. – Клятва не завершена! Дженнифер смотрит на него, и в её глазах нет страха. Только обречённая радость. – Это обратный отсчёт, – произносит она почти шёпотом. – Если не будет жертвы, он возьмёт всех. Стайлз и Дитон переглядываются, и между ними воцаряется страшная тишина. И в этой тишине Неметон начинает светиться. Сначала тускло, затем всё ярче. Деревья вокруг содрогаются, и от корней древа исходит зловещий гул, будто сама земля стонет. Дитон резко поднимает голову. – Нам нужен новый договор, – выдыхает он. – Какой ещё договор?! – бросает Дерек, бегая глазами между Лиамом и сияющим Неметоном. – Клятва крови, – тяжело произносит Дитон. – Кто-то должен связать себя с Неметоном. Стать новой печатью. Иначе он сожрёт всё вокруг. Стайлз переводит взгляд на поле битвы. Там всё ещё идёт драка: Талия, Питер, Лора сдерживают охотников. Дин пытается пробиться к ним. Дерек ранен, едва держится на ногах. А он сам стоит у корней Неметона. Единственный, кто ближе всех. Выбора больше нет. Стайлз чувствует, как внутри всё сжимается в тонкую, хрупкую нитку. Он делает шаг вперёд. Потом ещё один. Сердце грохочет в ушах. – Я, – говорит хрипло. – Я сделаю это. Дерек резко вскидывает голову, словно его ударили током. – Нет! – вырывается у него звериным рыком. – Стайлз, не вздумай! Он рвётся к нему, прихрамывая на раненую ногу, но боль заставляет его споткнуться. Он тяжело опирается на колено, лицо перекошено от ярости и отчаяния. Стайлз смотрит на него. Глаза дёргаются, будто он хочет сказать что-то, оправдаться, пообещать, что всё будет в порядке, но молчит. Потому что врать смысла нет. Потому что иначе они все погибнут. – Быстро! – шепчет Дитон, торопливо доставая нож. Дерек делает ещё один рывок вперёд, но спотыкается, едва не падает. Рана кровоточит. Он рвётся к ним, но физически не успевает. Дитон быстро надсекает ладонь Стайлза. Кровь капает на землю. – Прикоснись к дереву, – коротко говорит он. Стайлз дрожащими пальцами кладёт руку на Неметон. Кора шершавая, словно кожа древнего зверя, но под пальцами чувствуется жар. Пульсация. Словно Неметон живёт и дышит. Дитон начинает говорить, шёпотом, но каждая его фраза будто раскалывает землю под ногами. Слова на языке, которого Стайлз не знает, но чувствует: кожей, сердцем, костями. Сила взрывается из точки их соприкосновения. Мир качается, словно всё вокруг сорвалось в водоворот. Он успевает увидеть, как Дерек кричит, беззвучно, сквозь оглушительный гул крови в ушах. Успевает увидеть Лиама, который, дрожа, пытается поднять голову. Успевает увидеть, как Дженнифер смеётся, даже скованная цепями. А потом всё рушится. Стайлз падает на землю и в последний миг перед тем, как погрузиться в темноту, он чувствует: сильные руки подхватывают его. Дерек. – Держись за меня. Я тебя не отпущу, – звучит срывающийся шёпот у самого уха.