Фото на память

       Я упёрлась руками в двери клуба и вошла в душное, пахнущее сигарным дымом помещение, наполненное переливами пошлой, но ритмичной музыки. По залу как всегда сновали полуголые официантки, а посетители выли как звери и едва не истекали слюной, глядя на танцовщиц, которые выступали в паре. — Мисс Джонсонс! — тяжёлый голос владельца клуба заставил меня остановиться на полпути в основной зал, и натянуть улыбку в знак приветствия. Я пожала широкую руку полного темнокожего мужчины и попыталась вспомнить его имя. Не получилось. — Рад вас снова видеть у нас. Если желаете, я подготовлю вам место за покерным столом. — Спасибо, не сегодня. Я просто зашла выпить. — Просто?.. Эм, вы уверены? — озадаченно спросил владелец клуба, и я с твёрдо кивнула. — Чему вы так удивлены? У вас прекрасный бармен, так и манит за стойку, — усмехнулась я и направилась к той самой стойке, где только вчера, казалось, впервые увидела Бальтазара, а сейчас не могла разглядеть его за спинами посетителей. — Ох, мисс, он просто бармен… — внезапно владелец клуба побледнел, хоть это и было сложно заметить. — Он не специально нагрубил вам, прошу! — мужчина впился в мою руку, чтобы остановить, и моё сердце замерло. Тело пробило судорогой энергии, я резко обернулась, и владелец клуба тут же отпустил меня. В его взгляде было столько паники, словно посетитель только что обернулся чудовищем на его глазах. — Не смей прикасаться ко мне, — хрипло предупредила я, поправив рукав куртки. — Простите. — Я не собираюсь портить ему жизнь. И не держу на него зла, — сказала я, тут же осознав, из-за чего так разнервничался этот полноватый мужчина. Когда речь зашла о Бальте, он моментально напрягся. Было видно, что если кто и был важен ему в этом баре, так это бармен. — При всём уважении… у вас репутация весьма злопамятного человека, — превозмогая страх, сказал владелец клуба. Я фыркнула, покачала головой и направилась к барной стойке. — К нему это не относится, — коротко успокоила я мужчину, давая понять, что потеряла к разговору всякий интерес. Теперь меня интересовал только Бальт. — Молли! — Бальтазар сразу приободрился. Его улыбка перестала быть «дежурной», превратилась в тёплую и какую-то настолько дружелюбную, что это сбило меня с толку. — А ты что тут делаешь? Я думал, мы встретимся только в четверг, — спросил он, сразу наливая мне мартини. — Стой, нет, — я замахала рукой, глядя на бутылку. — Ты разве не?.. — Виски, — попросила я. Бальт пожал плечами и поменял стакан. — Ну, красотка, пожалуйся дядюшке Бальтазару. — На что? — усмехнулась я и отпила из своего стакана, и нагнулась ближе к бармену. — Пока всё путём. — Оу, ну и отлично, — пожал плечами Бальт, кивнул другому посетителю и принялся выполнять его заказ. Зал наполнила громкая музыка, и на сцене появилась новая танцовщица, что не могло не радовать — чтобы поглазеть на неё, большая часть народа отошла от бара, спеша вернуться на свои места в зале. — Может, тогда выпьем, как и договаривались? — дружелюбно предложил Бальтазар, налил себе того же, что и мне, и осторожно чокнулся о мой стакан. — За твою выставку, — сказал он короткий тост, но я не притронулась к напитку. — Выставку? Хорошо. Значит, выставку, — я усмехнулась и наконец сделала пару глотков. — Не поможешь с подготовкой, раз мы такие хорошие друзья? — А чем я могу помочь? Я же не особо разбираюсь в таком… — Зато разбираешься в выпивке. Там же будет какой-то фуршет. Вино и прочее. Поможешь организовать это? — всего на пару секунд я прикрыла глаза, и легонько закусила нижнюю губу. — На твой вкус. Слышала французы великолепно разбираются в вине. — На мой вкус? Хочешь, чтобы твои гости пили виски? — Бальтазар рассмеялся, но я оставалась серьёзной.        Кажется, он не собирался реагировать ни на какие мои зацепки. Это, бесспорно, расстраивало, но я, как ни в чём не бывало, продолжала: — Если ты скажешь, что оно лучшее, то да. — Ну… ладно, — с долей сомнения согласился бармен. — Ради милой мадемуазель. — Тогда завтра жду тебя. Вот адрес, — я достала ручку из кармана куртки, записала на салфетке адрес и протянула её вместе с оплатой за выпивку. — Буду ждать.        Я обернулась и посмотрела на Бальтазара, прежде чем уйти из клуба. Он в упор не замечал перемен моего настроения, и, казалось, всё время думал о чём-то своём. Бармен был занят работой, но больше никому не улыбался, хмурясь каким-то своим мыслям.

~✡~

— Гейб, — бывший ангел сразу же достал телефон стоило девушке скрыться за дверями. — Что за грёбаный пиздец ты вытворяешь с её девчачьими мозгами?! — Бальт тут же смягчился, услышав непонятный звук бьющегося стекла. — Гейб, мы так не договаривали! Что-то случилось? Что?! Какая кукла? Сожги её нахрен! Думаешь стекло выдержит? Тогда что ты там разбил? А, фамильный сервиз… Лады, буду на связи.        Бальтазар убрал телефон в карман брюк и уже вернулся к своей работе, когда к нему подлетел Джеймс и схватив за локоть куда-то потащил. — Воу, дружище, у меня ещё смена не закончилась!        Он был взволнован, не мог отдышаться и успокоился, только когда затащил бывшего ангела в свой кабинет, приказал встать подальше от окна и запер дверь. — В чём дело? У меня ещё смена не кончилась, да и посетители есть, — Бальт уставился на своего босса, не понимая его странной паники. — Она угрожала тебе? — Кто? — Не прикидывайся! — рявкнул на него Миллер, ладонью вытирая выступившие капельки пота со лба. — Я и не прикидываюсь. Если ты о Джонсонс, она не угрожала мне. И тебе следует успокоиться — ведёшь себя так, словно я тут с маньяком-убийцей пью. — Хуже. Ты сейчас дразнишь девицу, которая по одной своей прихоти может сжечь к херам всё это место. И никто её не остановит, — Джеймс присел на край своего рабочего стола и нервно забарабанил пухлыми пальцами по лакированной столешнице. — Слушай… да, ты говорил, что у неё дурная слава, но она вроде просто… несколько заинтересована во мне. Ну… — Бальт неопределённо махнул рукой. — В смысле? — Джеймс насторожился и весь напрягся. Бальт недовольно прищурился. Он не хотел говорить на эту тему, но понимал, что без этого не сможет успокоить друга. — Ну, так же, как вначале ты, — бармен как можно милее улыбнулся, чтобы скрыть возможную грубость в своих словах. — Пригласила немного поработать у неё на выставке. — Чёрт, — Миллер вцепился в стол и напряжённо нахмурился. — Эй, это не проблема, я просто… — Отошьёшь её? — хозяин бара нервно хихикнул. — Джонсонс… лучше дать ей то, чего она хочет. — Я не нянька капризному ребёнку и не собираюсь этого делать, — строго сказал Бальтазар. Он говорил правду и хотел просто поскорее закончить разговор с боссом, потому что это было не его чёртово дело! Бальт не был готов обсуждать такое, только не с ним.        Да, он многим был обязан Джеймсу: тот вытащил его из сложной ситуации, дал работу, помог с жильём и ещё много с чем, пока он не встретился с Гавриилом. Но это не давало тому полномочий, превращать бармена в бесплатную шлюшку, чтобы только позабавить разбалованную пигалицу. — Не дразни её. Я серьёзно. Она поиграет, а потом, когда поймёт, что не получит желаемое, — бог знает, что с тобой сделает. — Мне не показалось, что она такая психованная, — Бальт скрестил руки на груди и вопросительно посмотрел на своего начальника. Он всё ещё ожидал конца этого нелепого разговора. — Да? Ты так хорошо разбираешься в людях? — с сочувствием спросил Миллер и покачал головой. — Ты ведь как приехал сюда наивным добряком, так каким-то чудом им и остался. — Я не хочу об этом. И Молли… она не такая. Она ещё совсем ребёнок. — Ха! Ну да. В свои двадцать три, она уже заработала себе славу! Я уже устал тебя предупреждать! Услышь меня! Она опасна, — Джеймс сорвался с места и подошёл ближе к нему. — Ты не хочешь мне верить, я понял. Но подумай об этом. И иди… возьми отгул. Сгоняй в отпуск. Правда. Уезжай. — Я не побегу просто из-за того, что со мной флиртует Молли Джонсонс. Да что с тобой? Если бы я делал так каждый раз, то ты бы и не видел меня в баре, — он поморщился, но почувствовал, как от слов Джеймса в груди поселилась чёрная тень неуверенности.        Бальт вышел в коридор. За эти два с половиной года он слишком очеловечился. Он безумно скучал по своим крыльям, по Эдемскому саду, где часто мог встретить чудесных ангелесс, по изнуряющим тренировкам с Михаилом… По всей ангельской жизни. — Что-то ты сегодня не в духе. — Анна! — Бальт не смог удержаться и обнял сестру. — У тебя что-то стряслось. Я права? — ангел заняла свободное место за стойкой, готовая слушать.        Бальт посмотрел на неё недоверчиво и вздохнул. Уж ей-то, ей он мог рассказать.  — Ты считаешь, что я плохо разбираюсь в людях? — прямо спросил он, ожидая такого же прямого и честного ответа.        Ангел немного поморщилась, видимо подбирая нужные слова. — Ну… ты-ы-ы… — Анна вздохнула, — видишь в людях лучшее. Это неплохо, даже хорошо. Но не очень проницательно. Потому что люди часто бывают эгоистичными, хитрыми, агрессивными, кровожадными, безумными, алчными… какими угодно. Вот только доброты в них порой нет совсем. — Вот как, — Бальт нахмурился. — А в чём дело? Ты снова решился помочь какой-нибудь официантке, а наутро она пропала из твоей постели, прихватив кошелёк и куртку? — засмеялась девушка, а Бальтазар недовольно на неё цыкнул. — Это было только раз! — Приводи своих девушек сначала ко мне. Уж я смогу различить в ней психа-убийцу. — Ах, — он немного печально улыбнулся, стараясь ответить благодарностью на попытку его приободрить. — И с каких пор, ты заделалась моим психологом? — Не знаю даже, — она послала ответную улыбку: мягкую и тёплую. — Кто терзает тебя на сей раз? — Никто, — пожал плечами мужчина. — Просто хорошая собутыльница, которую представляют в плохом свете. — М-м-м, интересно. Я тоже могу пить всю ночь и потом с тобой не переспать. — Тут другое. Сначала Гейб просто попросил её задержать, пока он ищет в её доме кусочек алатыря, но… мне кажется, она не такая опасная и всесильная, какой её описывает Джеймс. Или телевидение. Вчера я видел просто… одинокую девушку. И я сам не знаю как, но я согласился прийти на её выставку. — Ты? На выставку? — Анна сокрушённо покачала головой. — Представляю, как ты будешь там смотреться. Давай я, что ли, помогу тебе лицо по проще подобрать? — Я всегда очарователен! — лукаво жмуря глаза ответил Бальт. — Неужели всё так плохо? — Ты просто ещё не привык к человеческой жизни, вот, в чём проблема. А ещё ты немножко больной на голову. И ты не можешь быть один. Не замечал? — Не правда. — Правда. Ты всегда с кем-то. Ты всегда цеплялся за Кастиила, а потом за Гавриила. Просто согласись, что тебе осточертело одиночество за долгую жизнь. Потому и бросаешься помогать каждому встречному. И тебе насрать, чем это для тебя выйдет. Ты при деле, помогаешь, и это делает тебя счастливым. — О да, Кас и его обезьянки прям сделали меня счастливым! Нож в спину воткнули! Ты хоть понимаешь, что несёшь? — от шутливого настроя не осталось и следа. — Просто наблюдение. Я уверена, что доченьке мэра не нужна твоя помощь. Там и Гавриила хватает. — Тоже мне, мастер психоанализа, — фыркнул Бальтазар, наблюдая, как Анна возится с упаковкой жвачки. — О них что-нибудь известно? — Ты про Каса и Винчестеров? — Анна тихо усмехнулась. — Да-а-а, они продолжают охотиться на нечисть и всё такое в их духе. Неужели ты волнуешься за Кастиила? — Нет, — хмуро ответил Бальтазар и принял заказ у нового клиента.

~✡~

POV Молли        Я щурилась от тёплой воды, стекавшей по лицу, и пыталась успокоиться после того, как сорвалась на несчастном Френсисе. А ведь он был просто гонцом. Вечным гонцом. Было видно, что он ненавидел эту часть работы, но получал за неё слишком хорошие деньги, чтобы отказаться. Будучи помощником отца, мальчиком на побегушках у самого мэра, он и не думал, что в какой-то момент превратится в няньку на коротком поводке. Вся его работа теперь состояла в том, чтобы следить за непокорной наследницей, то есть — мной. Я уже привыкла, что у Френсиса просто такая работа и даже научилась не злиться, но сегодня…        Сегодня он перешёл все границы моего и без того хлипкого терпения. Я проглотила тот факт, что секретарь обманом затащил меня на выставку, которую организовал отец, но приём у психолога… Серьёзно, мать вашу?! Это переходило все границы. Конечно, это не было инициативой Френсиса, но он тоже был хорош. Думал, что я не обращу на это внимание за подписью бумаг? Пойду на терапию, подписав согласие не глядя?! Нет уж!        Мне хватило подобного дерьма в детстве, и я уж точно не собиралась снова проходить через это. Я скорее собиралась послать к чёрту все намерения отца и его непоколебимое убеждение в том, что без посторонней помощи я не в состоянии вести нормальный образ жизни. Я прекрасно проживала каждый свой день, а проблемы… у кого их не было? Но отдаваться из-за этого в лапы очередного безумца с его новыми методиками, я не была намерена. И я дала понять это Френсису так ясно, как только было возможно.        Я вышла из-под струи и потёрла ушибленную руку. Удар пришёлся не по лицу помощника, а по зеркалу в его кабинете. Оно оказалось крепче, чем хотелось бы, но и небольшой трещины хватило, чтобы Френсис сжался в своём кресле.        Боль всё ещё пульсировала в кисти и в костяшках пальцев, но не была невыносимой. Смогу пережить.        Шум. Я не сразу его услышала, а затем выключила воду и поняла, что это был стук в дверь. — Ох, уже? — я вышла из душа и сразу ощутила, как улучшилось настроение. — Входи! Дверь открыта! — крикнул я, а сама, потянулась к полотенцу, наспех вытерла тело и лицо, и растрепала волосы. — Я в душе, сейчас выйду. — Я принёс ваше платье, — сообщил голос дворецкого. — Спасибо, — надев лёгкий халат я вышла из ванной комнаты. — Я пригласила бармена из клуба. Он звонил? — Да. Где-то полчаса назад. — Отлично. Он сказал, что предпочитает виски и я приготовила несколько вариантов для дегустации, — я плюхнулась на диван и взяла кружку горячего шоколада с подноса. Мне сначала не нравился этот напиток, но стоило только его распробовать и он стал одним из моих любимых. — Что-то не так? — М? О, нет-нет. — Ты сегодня задумчивый. Это на тебя не похоже. — Разве? — Да. — Вы слишком часто ловите меня с поличным, — усмехнулся дворецкий.        Я немного подвинулась на диване, приглашая его присесть рядом. Он не заставил себя долго ждать: — Могу я полюбопытствовать? — Попробуй. — Что за марионетка в мастерской? Она довольно… — Жуткая? — Необычная.        Я поставила кружку обратно на поднос и нахмурилась. Стоит ли отвечать? — Это просто старая и стрёмная кукла, — я пожала плечами. Не стоит раскрывать работнику слишком личные детали происхождения марионетки. Это может послужить рождению ненужных слухов в доме. «— Врёш, как дышишь!» — Твою ж мать, — простонала я, схватившись за голову. — Вам нехорошо? Может врача? — вновь лукавая улыбка. — Просто, сгинь.        Гавриил тихо хмыкнул и скрылся за дверью, одарив меня своим фирменным ехидным взглядом. «— Как невежливо с твоей стороны! Зачем ты обижаешь милого дворецкого?» — Буду я у тебя ещё спрашивать, как мне с подчинёнными разговаривать!        Моё отражение вновь начало двигаться само по себе, но на сей раз оно готовилось совершить суицид прямо посреди комнаты. Не могу сказать, что я стала привыкать, но на этот раз девушка из зеркала, выглядела как-то… иначе? Вот только голову вновь пронзали странные вспышки и я с силой зажмурила глаза.        Сердце взволнованно колотилось, а перед вновь широко распахнутыми глазами всё начало немного расплываться, терять очертания и медленно сворачиваться спиралью. Это зрелище было не из самых приятных. Не каждый день увидишь «себя» болтающегося в петле, даже сквозь занавес туманной, беспрерывно вращающейся пелены. «— Тебе нравится? Ты вроде о таком мечтаешь». — Вон из моей головы!        Схватив оставленный Гавриилом поднос я швырнула его в зеркало, ломая и так страдающие ногти. Звук бьющегося стекла на мгновение заполнил комнату, отражаясь эхом от стенок в моей голове. Я тяжело дышала и волком уставилась на осколки, в которых видела себя. И меня были тысячи: каждая крошечная копия хитро ухмылялась, постепенно растворяясь в молочной дымке.        Я неловко обхватила себя руками, сползая на пол и утыкаясь носом в колени. Глаза нетерпимо жгло, но я так же упрямо сдерживала слёзы. Ещё чего. В последний раз, уже слабым отголоском прозвучала тихая фраза, как бы вбивая гвоздь до самого основания. «— Мой урок ещё не подошёл к концу, сладкая моя. Настоящее веселье впереди!»