А ты эпоху не попутал?

… Корабль резко тряхнуло. Хоть в первый раз после такого манёвра я попала в руки Дейви Джонза, я опять-таки решила не покидать своего укрытия. Снаружи послышались возгласы и возня, было слышно, как матерились матросы, Барбосса и… И кто-то ещё, до боли знакомый. Корабль бросало в разные стороны, с палубы доносились звуки битвы, а я сидела и выжидала. Внезапно дверь с чудовищным шумом вышибла чья-то нога, а после появилась лохматая голова капитана Воробья. Надо же, он решил меня спасти, как благородно. — Бежим! — крикнул Джек, протягивая руку. Я фыркнула и отвернулась от предателя. — Мелони, быстрее! Не знаю почему, но мне хотелось показать свой характер. Видимо, сказалась неделя жизни на Голландце. Нет, ну с чего он решил, что может позвать меня, и я побегу как собачонка? Нет уж, дудки. У меня тоже есть гордость. Пусть она и проявляется в неподходящее время, как, например, сейчас. — Ты не сильно торопился, так почему я должна спешить? — я повернула на него голову, оставляя корпус на месте. Я старалась заглянуть ему как можно глубже в глаза, пытаясь выудить наружу все его сокровенные мысли и искреннее сожаление о своём дерьмовом поступке. В моем голосе плескался яд, пусть и ненарочно, но это задело Джека, ибо его взгляд стал раздражённым. Он задергался, а глаза забегали. — Да, черт возьми, у нас была заминка, но я же вернулся за тобой! Так что же ты стоишь и ведёшь себя как последняя портовая куртизанка, набивая себе цену?! — он взмахнул руками, держа в одной пистолет, а в другой — саблю. Было видно, что ещё немного и он просто уйдёт отсюда один. Ох, и помотали же мы друг другу нервы. По крайней мере, капитан Жемчужины сейчас представлял собой один сплошной оголенный нерв. И я не остановилась, продолжая играть на нем, как на струне. — Сейчас там, на палубе, мои матросы убиваются, чтобы я вытащил тебя из каюты, а ты, ты…! — он ткнул саблей в мою сторону, а после просто засунул её в ножны и, схватив меня за руку, ринулся бежать. Но, как я и говорила, я — не я, если буду послушной девочкой. — Эй! Отпусти меня, мы не договорили! — я как могла сопротивлялась, пытаясь отцепить его руку, и у меня, наконец, это получилось. -Ты бросил меня на произвол судьбы, позволил уйти к деспоту, а теперь врываешься в мою жизнь и пытаешься вернуть все как было?! Ты чертов эгоист! — я отвесила ему пощёчину. Боже, что я натворила… Я отдернула ладони и спрятала руки за спину. Джек схватился за ударенное место, а в его глазах пронеслись все эмоции, какие только могли быть. Вдруг его радужка почернела, словно обуглилась. Брови свались к переносице, а лицо стало каменным. — Что ж, если ты решила остаться у этого… деспота, — было видно, что ему тяжело об этом говорить. Последнее слово он словно выплюнул с глубочайшим презрением. — как ты его назвала, то можешь жить здесь столько, сколько тебе угодно. — я не поняла смысл его слов. Он ещё с секунду продолжал прожигать меня взглядом, а после развернулся и громко крикнул. — Джентльмены! Мы уходим с этой консервной банки! Тут до меня дошло. Картинка сложилась. Он нашёл меня в каюте капитана, причём я не была напугана или зашугана. Спокойно разглядывала предметы интерьера, а после не хотела уходить. ОН РЕШИЛ, ЧТО Я И ДЭЙВИ ДЖОНЗ… — ДЖЕК, СТОЙ! — я стала его догонять, едва не переебнувшись через мусор пару раз по дороге, ибо он уже схватился за трос и вот-вот хотел перебраться к себе на судно. — Да подожди же ты, истеричка! Джек! — капитан был многим меня выше. Чтобы достать до этого оборванца мне пришлось подпрыгнуть. И вот, наконец, я схватила его за запястье. Он грозно обернулся, пытаясь внушить страх. Лицо его было мрачнее тучи. — Это не то, что ты подумал! Джек, я… Боже, я оправдываюсь, будто мы сорок лет в браке. — я схватилась за голову, отпуская руку пирата. Он приподнял бровь в непонимании, а до меня доперло, что ещё секунда и меня четвертует капитан Голландца. — Короче, что бы ты не думал, прости, и валим от сюда, скорее! Я залезла на балку и взяла Джека под руку. Он странно на меня посмотрел, прижал к себе, а после мои ноги оторвались от земли. В нос ударил запах пота и алкоголя. Безумное ощущение свободного полёта, скажу я вам. Будто есть только я и Джек. Ветер бьет в лицо, Свобода хлещет через край. Аж дыхание захватывает. Но это прошло очень быстро, и мы приземлились на родные доски. Матросы последовали примеру их капитана и перебрались на Жемчужину. Джек пошёл раздавать команды подчинённым, дабы скорее оторваться от назойливого осьминогоголового, оставив меня один на один со своими мыслями. Он решил, что я переспала с Джонзом. В голове не укладывается. Но в то же время, он никак не показывал, что я ему небезразлична. Он даже оставил меня одну в такой сложной ситуации. Странные существа — мужики. Наше судно стало быстро отдаляться от Ада под названием «Летучий Голландец». Джонз и его рыбья команда пытались нас остановить, продырявив Жемчужину в нескольких местах, но мы удрали в силу быстроты нашего корабля. В спину сыпались проклятья и обещания скорой смерти… Я сама не заметила, как пришла к карме. Усевшись на борт, и перебросив ноги, я задумалась ещё больше. Неужели он так сильно расстроился? Вроде и не такое переживал, выбирался из смертельных передряг, а тут такое. Хотя, кто сказал, что он расстроился? Только психанул немножко и ушёл, топнув ножкой. Даже не накричал. Как же сложно! Хотелось расслабиться, и я, ища поддержку, взглянула в сторону. В паре метров от себя, я на своё удивление обнаружила непочатую бутылку рома. Оглядевшись, и поняв, что за мной никто не наблюдает, я пододвинула её ближе к себе. Содержимое бутыля загадочно переливалось на солнце, поблёскивая и приманивая. Интерес прожигал меня насквозь. Я взяла емкость в руки, размышляя, стоит ли поддаться искушению, или же все-таки нет? Желание взяло своё и я, с характерным звуком, откупорила бутылку. Хлебнув самую малость, я зашлась кашлем. Казалось, что мне в рот попала раскалённая лава. Жидкость обжигающе прошлась по пищеводу, но мне понравилось и я хлебнула ещё. В голове постепенно стала появляться лёгкость. Проблемы отошли на второй план. Мне уже было смешно от того, что я расстраивалась из-за таких глупых мелочей. Улыбка тронула мои уста. Я, наконец, на Жемчужине, а мой капитан — Джек, а не противный Джонз со своими приспешниками. Господи, я и не думала, что буду радоваться тому, что окажусь на пиратском корабле во главе с самым хитрожопым капитаном — Джеком Воробьем. Отхлебнув ещё рома, я встала, расставив руки и подставив лицо ветру. Было легко и хорошо. Хотелось петь и летать, петь и летать… — Я СВОБОДЕ-Е-Е-ЕН! — ром дал в голову, поэтому начался этап «караоке». Обычно на этом этапе я начинаю запевать всякую ерунду, пришедшую мне в голову. — ДЖЕК! ДЖЕ-Е-ЕК! ДОРОГОЙ, ГДЕ ЖЕ ТЫ? ИДИ СЮДА! — я повернулась, пытаясь дозваться капитана, но вместо него подошёл Грег. Я едва не навернулась, но он удержал меня и плавно спустил на пол. Я не унималась, и все ещё пыталась дозваться своего капитана. Грег усмирил меня, и следующие пару минут мы сидели в тишине, нарушаемой всплесками небольших волн. И все бы хорошо, если бы не… — Ты думаешь, что действительно нужна ему? — ни с того, ни с сего вдруг начал странный разговор матрос. Я удивленно взглянула на него. В моих глазах прям можно было прочитать: «а разве не поэтому он ринулся меня спасать из лап Грозного Джонза?», но он продолжил. — Ты ведь всего-навсего увлечение. Такое же, как и Джозель. — я аж кашлянула. Что это ещё за шалава? Почему меня с ней сравнивают? — Да-да, Джозель. Он жила здесь, также, как и ты. Её не заставляли заниматься работой и спать в общей каюте. Она жила у Джека. А он всегда ходил довольный, как удод. — Грег смотрел на заход солнца, устремив свой неморгающий взгляд на горизонт. — Ну и где же она… сейчас? — мой голос позорно дрогнул. Боже, я что ревную её к Джеку? О, нет! Нет-нет-нет! Только не это! Только не к нему! — Никто не знает. — он пожал плечами. — В один день она просто не вышла из капитанское каюты. Её больше не видели. А теперь на её месте ты. — он многозначительно на меня взглянул. — Кстати, ты безумно на неё похожа. Как две капли воды. — после этого матрос поднялся и ушёл, скрипя старыми досками палубы, оставляя меня в глубочайшем потрясении. Я схватилась руками за голову, отбрасывая алкоголь подальше. Джозель, безумно похожая на меня, и живущая в моих условиях? Похоже на бред умалишённого. Но плотно засевший в моем мозгу…

***

Тело нещадно ломило, а во рту образовалась пустыня Сахара. Я повернула голову, и та нещадно разразилась болью. В глаза ударил яркий свет. — Воды-ы-ы… — я потянулась руками в неизвестное, как вдруг мне подали ковшик, наполненный до краев чудесной жидкостью. Я схватилась за спасательный сосуд и жадно поглотила содержимое до дна. — Ты, что, в первый раз пьёшь? Такой сушняк только у начинающего матроса бывает, и то — не всегда. — Грег смотрел на меня сверху и насмехался над моим похмельем. — Не в первый, — я поднялась на ноги, пошатываясь. — но жесткому похмелью это не мешает. — я щурилась, пытаясь сфокусировать взгляд. Спина затекла, разгибаться было трудно. Я обернулась. — Боже, я, что, спала прямо на палубе? — матрос рассмеялся. Теперь ясно, отчего все так болит. Бросив свой взгляд на капитанский мостик, я с удивлением отметила, что за штурвалом стоял Гиббс. Ну, в этом ничего удивительного нет, Джек скорее всего, как обычно, отсыпается в каюте. Надеюсь. — Ну так во-о-от… — матрос задумчиво и смущенно почесал затылок. — Ты, это, не обижайся за вчерашнее, лады? — он протянул ладонь, а когда я странно на него посмотрела, отдёрнул её назад. — Ну, вставай, тогда, пошли. Он уже развернулся и пружинистой походкой куда-то собрался идти, но я его притормозила. — Эй, куда идти-то? Ты о чем? — свой крик отдавался в голове, как пара отбойных молоточков. Грег остановился. — А, я не сказал? Теперь ты на правах обычного матроса, тебя закрепили за мной. — я выпучила глаза, похмелье прошло моментально. Даже голова болеть перестала. — Первое поручение — иди чисти картоху. Я встала и тут же села обратно. Я — матрос? Опять? Джек издевается? Это месть такая? Боооги, я же только вернулась с этого Ада, надеясь хоть капелюшечку отдохнуть, а тут на тебе. — Подожди-подожди-подожди. — я спешно подняла свою тушку и, догнав Грега, схватила его за руку, остановив. — В каком смысле «на правах обычного матроса»? Чьё это распоряжение? Когда успело вступить в силу, если я на Жемчужине нахожусь меньше суток? — я осыпала мужчину вопросами, пока тот стоял с глупым лицом, на котором читался экран смерти винодвс. — Ну, так это… — матрос замялся, переминаясь с ноги на ногу, как вдруг… — Эй, псы помойные! Будете так работать — останетесь без ужина! — дверь капитанской каюты открылась, а оттуда вышел Гектор Барбосса, собственной персоной. Он размахивал руками и командовал матросами Джека, как своими. — Ну в общем, как-то так. — Грег пожал плечами. И, дабы не нарваться на гнев Гектора, отправился с глаз его долой. Я стояла в немом шоке. Я, что, сплю? Ущипните меня. Я точно на Жемчужине? Откуда тут Барбосса? Мерзкий паразит. И где мой Джек? Куда дели капитана этого корабля?! — Грег? Да постой же ты! — я опять его остановила. — Где Джек? Куда делся Джек?! — я трясла его за предплечье, на что тот раздраженно выдернул руку и отошёл. Я совершенно не понимала, что тут происходит. — Джек? Я точно не знаю подробностей, но… — он наклонился ко мне, подойдя ближе. — … матросы поговаривают, что он заключил сделку с Гектором Барбоссой, в результате которой он получал данные о местонахождении Летучего Голландца, ну, а противник — Чёрную Жемчужину. — я удивленно ахнула, закрыв рот ладонью. — Как видишь, цена твоего спасения была довольно-таки велика. Матрос ушёл, в этот раз на совсем, а я осталась стоять, пребывая в полнейшем ахтунге. ДЖЕК? ПОЖЕРТВОВАЛ? ЖЕМЧУЖИНОЙ???? РАДИ? МЕНЯ???????? Слов не было, были одни эмоции. Это же его детище. О мой Бог… — Эй, нов… А, опять ты. — Гектор обратился ко мне по-свойски. — Почему стоишь без дела? Быстро на кухню! Этого ещё не хватало. Я побрела в указанное капитаном место под его вопли, погружаясь в раздумья. Но если Гектор здесь, то где Джек?..