Девиант

      Фаулер вызвал Рида к себе вечером, в самом конце смены, что не предвещало ничего хорошего. Вечерами Фаулер отчитывал редко, он был не из тех, кто до последнего откладывал необходимость сорвать пластырь. От дел отстраняли с утра, выговоры и штрафы лепили тоже сразу. Но был один тип переговоров, которые Фаулер вел вечером, и эти переговоры Рид не выносил.       В отличие от людей, которые продолжали исправно служить в Департаменте, невзирая на полный хаос вокруг, андроиды, принятые на службу, не задерживались после смены. Стройной очередью андроиды подходили к особому выходу, где подтверждали информацию о завершении работы и покидали здание. Вот поэтому Фаулер и вызывал после смены тех, кого касались дела андроидов. До сих пор Рид увиливал, ужом крутился, делал вещи, за которые потом себя ненавидел, но ему все же удавалось оставаться так далеко от жестянок, как он только мог.       — Уже понял, к чему я, да, Гэвин? — Фаулер изображал печальную задумчивость.       Дела в Департаменте шли неплохо, задумчивость явно была напускной — чтоб подсластить пилюлю, которую приготовили Риду.       — Хотите ко мне приставить жестянку, сэр? — Рид встал возле двери, которую намеренно не стал закрывать.       Слабостью Фаулера были скандалы. Он их не выносил. Скандал был последним средством, к которому Рид собирался прибегнуть, чтобы ему не выдали андроида-напарника.       — Новая модель, улучшенные параметры, Киберлайф утверждает, что он справится с любой головоломкой, — Фаулер явно перечитал брошюр.       — Сэр, при всем уважении, мы ведь столько раз поднимали эту...       — Детектив, — прервал Фаулер, перестав заодно играть «доброго полицейского». — При всем уважении, вы единственный сукин сын, который проел мне плешь своей ненавистью к андроидам. Даже Хэнк ведет себя прилично, а уж...       — Даже?! — Рид понял, что идти на попятную бесполезно, так что решение напрашивалось само — выговориться, отдать значок и искать работу с тысячами других безработных бедолаг, которых жестянки лишили их мест.       — Ладно, Гэвин, чего ты от меня хочешь? Мы в сложном положении. Андроиды эффективны, ты сам видел показатели. Они хорошо работают, при желании мы можем стать командой. Отдел Андерсена прекрасно показал себя в деле с наркокартелем. Гэвин, я понимаю, что тебе тошно. Они — другие, а это всегда раздражает, но ведь...       — Все, — Рид выставил вперед руку. — Либо я, либо эта ваша жестянка. Знаю, сэр, решение здесь очевидно, но лучше уж вы мне его скажете в лицо, и мы закончим.       — Гэвин, — опустив взгляд на очередной монитор со сложными графиками, на несколько долгих секунд Фаулер превратился в статую. — Ладно, Гэвин, давай сделку. Ты дашь своему улучшенному по всем параметрам чудовищу шанс. Неделю, хорошо? За неделю вы вполне можете раскрыть пустяковое дело или набрать десяток висяков, так? Ты просто посмотришь на него. Если он оступится, в чем-то, хоть в чем-то, в самой банальной глупости, у меня будет повод написать рапорт. Понимаешь, Гэвин, я не могу объяснить отделу по связям с общественностью, по какой причине один из лучших моих детективов ходит на расследования без портативной машинки для анализа данных. Не могу, и все. Но если твое инженерное совершенство облажается, у меня будет повод. Понятно тебе?       Рид понял, что шанс остаться без надзора жестянки остался. У Фаулера связаны руки, его можно понять, и если Гэвин немного, совсем чуть-чуть, поможет андроиду совершить ошибку, они распрощаются навсегда. Андроид легко найдет работу в более перспективной области — на шахте, например, где им самое место.       — Знакомься, — хмуро продолжил Фаулер, когда молчание Рида стало больше похоже на согласие. — RK-900.       — RK-900? — удивился Гэвин. Он посмотрел на открытую дверь, но никого не заметил.       Сзади послышалось деликатное покашливание. Рид обернулся и заметил застывшего андроида в новой форме помощников Департамента.       — Ты что, все это время был здесь?       — Ему нужно было время, чтобы проанализировать данные, — пояснил Фаулер. — Так он мне сказал.       — У вас очень сложные базы данных, капитан, — отозвался RK-900. — Видно работу андроидов, но она несистематическая, поэтому большая часть сведений...       — Эй, я с тобой разговариваю, — перебил Рид. — Ты стоял здесь, за моей спиной, пока мы с капитаном обсуждали вопрос твоего назначения?       — Так точно, — RK-900 не потрудился даже моргнуть.       — То есть ты все слышал?       — Так точно, — ни одного лишнего движения.       Рид обошел андроида сзади и разок вскрикнул, стараясь напугать — проверить реакцию. RK-900 стоял на месте, не шевелясь.       — Ладно, жестянка, зовут тебя как?       — Первый, — ответил андроид.       — Вы разве не берете имена, похожие на человеческие? — удивился Рид.       — До Пакта андроидам давали имена хозяева или техники Киберлайф, после Пакта андроиды обязаны самостоятельно выбирать себе имена. Имя «Первый» не было занято на момент, когда я регистрировал его.       Рид усмехнулся. Слова андроида и его манера речи напоминали ему положение дел «до Пакта». До времени, когда андроиды и люди стали считать друг друга равными «видами». Рид помнил механические голоса, услужливость — они бесили его, но были понятны. Теперь андроиды взяли за моду вести себя в точности как люди. Перспективы у этой тенденции были ужасными, что бы ни лепетал Андерсен на своих лекциях о поведении андроидов.       — Хорошо, сэр, я согласен на неделю, хорошего вечера, — Рид пошел к выходу. — Пошли, — он махнул рукой андроиду.       — Был рад знакомству, — сухо сообщил Фаулеру Первый.       — Дурацкое у тебя имя, — заявил Рид, как только они остались одни. — Тебя так и называют? Первый?       — До сих пор меня называли по номеру модели, — ответил андроид. — Сегодня мой первый рабочий день.       — Так ты прямо с завода ко мне?       — Со склада, если точнее.       — Садись, — Рид предложил андроиду место напротив собственного за рабочим столом. Многие детективы делали так — помогало в работе. — Мы установим несколько правил, и ты будешь следовать им в течение недели.       — Хорошо, — Первый сел на стул и перестал шевелиться. Рид понял, что RK-900 нарочно не совершает часть движений, которые другие андроиды делали, вероятно, автоматически. Не хватало мелкой моторики, частого движения глазных яблок, дыхания. Перед Ридом сидела самая настоящая машина.       — Во-первых, я буду называть тебя Девятым, — Рид усмехнулся и стал следить за реакцией андроида.       Первый моргнул, диод на его виске окрасился желтым:       — Принято.       — Во-вторых, ты не будешь вмешиваться в следствие, пока я не скажу тебе что-то сделать. Понял? Неважно, что будет происходить: пожар, массовые убийства, опасный вирус. Ты не вмешиваешься, пока я не скажу.       — Принято, — на сей раз диод остался голубым. Рид вспомнил, что большая часть андроидов избавилась от них сразу после Пакта. За долгие месяцы безумия он отвык видеть диоды на жестянках, а теперь вспомнил, каково было наблюдать за крошечным огоньком.       — В-третьих, ты будешь приходить на работу вовремя, а уходить с нее, когда я скажу. Если ты хотел получить легкие деньги, ты попал не туда. Мы здесь сидим до тех пор, пока не выполним работу, мы не уходим спать, когда заходит солнышко. Ясно тебе?       — Мне все ясно, — ответил андроид, продолжая оставаться неподвижным.       — Отлично, значит встретимся здесь же завтра утром. Я расскажу тебе детали дела, которое мне дали два дня назад, и мы попробуем не завалить его.       Рид встал и пошел к выходу, не попрощавшись. Надеялся, что андроид крикнет ему вслед дежурную фразу вроде: «Всего хорошего, детектив!». Андроид промолчал. Когда Рид сворачивал, чтобы выйти из здания, краем глаза он смог заметить, что андроид встал и последовал за ним.       Можно было бы напиться по случаю провала тихого бунта, но Гэвин не стал. Вместо этого он скачал в сети инструкцию к модели RK-900, которую андроиды распространяли для «улучшения качества взаимодействия видов». Бегло пролистав инструкцию, он понял, что Первому хватило бы ума дать себе более привлекательное имя, вести себя, как человек, и имитировать любые эмоции, включая дружелюбие. Вместо этого он выглядел бездумным чурбаном и называл себя цифрой.       Утром андроид сидел на том же месте в том же положении, в котором помнил его Рид. Коллеги начали поздравлять с «напарником», Гэвин, сцепив зубы, терпел.       — Поздравляю вас с назначением в отдел, Первый, — к столу, разумеется, подошел Коннор. Он не забывал делать это ежедневно, тепло приветствуя «детектива Рида». Сегодня, скорее всего, для Коннора был особый день, поэтому его улыбка казалась Гэвину особенно едкой.       — Благодарю, — ответил Первый, не поворачиваясь.       — У тебя все хорошо? — спросил Коннор.       — Он всегда такой, — отозвался Рид, закидывая ноги на стол. Наблюдать за взаимодействием устроившей бунт машины и Первого было интересно. — Сломался, наверное.       — Сломался? — Коннор явно встревожился. Во всяком случае, особые алгоритмы в его электрических мозгах убедили его в этом. — Первый, ты был на диагностике?       — Был, — ответил Первый безо всякого выражения, но Гэвин заметил неожиданно желтый цвет диода.       — С тобой все в порядке? — не унимался Коннор.       Диод превратился в красный.       — Да отвали ты от него, — вмешался Гэвин, убирая ноги. Загадка RK-900 стала интереснее возможности посмотреть, как у Коннора случится аналог сердечного приступа.       — Девятый, принеси мне кофе, — сказал Гэвин, когда Коннор ушел. Провожая взглядом его спину, Рид был уверен, что вскоре увидит Андерсена со стопкой лекций о том, как не следует вести себя с андроидом.       — Принято, — андроид встал и пошел к кофемашине. Гэвин внимательно следил за диодом — желтый.       Раздражен, но не настолько, чтобы злиться?       Рид погрузился в материалы дела. Фаулер всучил ему небольшую наводку на завод, который решил подзаработать на андроидах. Информация была непроверенной, а завод хорошо прикрывали, так что выяснить все наверняка было сложно, да и суммы озвучивались смешные. Хуже всего, конечно, было то, что речь шла об андроидах. Рид отложил дело подальше, надеялся, оно зависнет само, но теперь, когда к нему приставили андроида, можно было поднять его. Что проще? Подставить RK-900, завалить задание, получить выговор и возможность работать одному.       — Ваш кофе, — андроид поставил стаканчик на край стола.       — Садись и посмотри файлы, которые я тебе передал. Фаулеру сообщили, что один завод по переработке металла промышляет контрабандными запчастями для андроидов. У них нет лицензии Киберлайф, они находятся на задворках города и выпускают консервные банки, но теперь, по слухам, у них можно купить себе подержанную ногу. Понимаешь, к чему я веду?       Несколько секунд андроид молча просматривал файлы, монотонно, один за другим, пролистывая их одним пальцем на мониторе.       — Понимаю, — ответил он. Диод мигал синим. — Есть вероятность, что на этом заводе нарушается сразу несколько пунктов Пакта и ряд локальных запретов по использованию вторсырья. Если информация подтвердится, руководству завода придется выплатить значительную сумму штрафа и передать часть управления Киберлайф.       — Неплохо для жестянки, но дела Киберлайф меня не касаются. Моя задача — разобраться в этом как можно тише. Фаулер не хочет облажаться. Ребята на заводе ничего незаконного до сих пор не творили. Если там парочка оторванных ног, которым ищут нового хозяина, мы не будем поднимать шумиху. Вежливо попросим ребят свернуть лавочку, и никто не пострадает. Если там полноценный подпольный картель по реализации краденого, нам нельзя спугнуть их. Они за пару часов могут перевезти свое добро на другой конец города. Один раз засветимся — все, пиши пропало.       Андроид молчал, глядя на раскрытые файлы.       — Нечего сказать? — спросил Рид.       — Вы сказали мне, что я не должен вмешиваться. В данный момент я обрабатываю полученную информацию и жду дальнейших указаний.       — Вот и замечательно, — Рид с усмешкой принялся пить немного остывший за время их перепалки кофе.       К столу подошел детектив Андерсен. Звезда Департамента, глава Отдела сотрудничества. Коннора поблизости не было, но Гэвин был уверен, что андроид следил при помощи камер или по-старинке из-за угла.       — У вас все в порядке? — вежливо спросил Андерсен, окинув стол беглым взглядом. — Коннор сказал, у RK-900 какие-то проблемы. Ты ему мозги промыл или он просто не может переварить твою саркастичную сущность?       Гэвин продолжил пить кофе, наблюдая за тем, как меняет цвет диод Первого. После вопроса Андерсена диод стал желтым, а к концу уточнения — покраснел.       — Ты его бесишь, — прокомментировал Гэвин, глядя на Андерсена с улыбкой.       — Я? — Андерсен скрестил руки на груди. — Мы оба прекрасно знаем, кто здесь умеет бесить.       — Посмотри на диод, — Гэвин указал на андроида пальцем, не отрываясь от кофе.       — Детектив Рид! — Андерсен начал закипать. Рид подумал, если бы у Хэнка был диод, сейчас тоже горел бы красным. — Ты прекрасно знаешь, что в присутствии андроида обсуждать его диод...       — Да ты просто глянь, и все, — миролюбиво ответил Гэвин. — Он первый день на службе, а вы уже взбесили его так, что он вот-вот уйдет петь песни на баррикадах.       Андресон открыл рот, чтобы сказать очередную глупость, но передумал, тяжело вздохнул, махнул рукой на них обоих и пошел в сторону своего Отдела.       — Детектив Андерсен просто заботится о всеобщем благополучии, — усмехнулся Гэвин, а потом залпом допил остатки кофе. — Вот и все, я готов выходить, так что мы отправляемся на экскурсию.       — На экскурсию? — переспросил андроид.       Гэвин оценил, что вопрос был задан с минимально необходимым набором слов. Без дополнительных: «Прошу прощения, что вынужден уточнить». RK-900 давно стоял на собственных баррикадах, но Риду тошно было задумываться, на каких именно.       — Просто иди за мной, — ответил он. Диод Первого окрасился синим:       — Принято.       В машине Рид сказал андроиду сесть в кресло водителя. До окраины, где разместился завод, ехать было долго. С места пассажира Рид мог видеть цвет диода. Автопилот был настроен на маршрут, машина ехала сама, так что риск пострадать от плохого управления андроида был минимальным.       — Расскажи-ка мне, Девятый, как ты поживаешь? — спросил Рид, закидывая удочку.       Диод остался синим.       — Вы хотите знать об условиях, в которых я живу?       — Вот именно, — согласился Рид. — Расскажи мне, куда тебя поселили, как добрался до работы утром.       — Андроиды, которые задействованы для работы в Департаменте, проживают в общежитии. Оно находится в десяти минутах ходьбы от Департамента. Такое расположение сокращает нагрузку на трафик и позволяет вызывать андроидов для сверхурочной работы в любое время. Мне предоставили комнату...       — Стой-стой, вот это уже интересно, — прервал Рид. — У тебя там что, комната?       — Да, там есть кровать, ящик для вещей, зеркало...       — Зачем тебе зеркало, Девятый?       — Некоторые андроиды считают, что полезно смотреть на себя в зеркало, это помогает им лучше осознавать себя.       — Ты не ответил на вопрос, Девятый.       — Прошу прощения, я неправильно его понял. Зеркало мне не нужно.       — Не нужно? — Рид обернулся, чтобы проверить цвет диода — все еще синий.       — Комнату отдали мне в базовой комплектации, все дополнительные изменения требуют доплат. У меня не было денег, поскольку сегодня мой первый рабочий день.       — Выбрось его, вот и все, — предложил Рид.       — Скорее всего, я так и сделаю.       — Ты не уверен?       Диод пожелтел.       — Ты не уверен, — Рид усмехнулся. — И тебя это бесит. Думаю, RK-900, одну неделю мы друг друга вытерпим. Включи радио и просмотри еще разок файлы, которые я дал тебе в офисе. Когда приедем, разбуди.       Он сделал вид, что засыпает, но несколько раз открывал глаза. Андроид сидел ровно, диод часто желтел, скорее всего, от большого количества операций.       Когда они приехали, Рид вышел из машины. Он ждал, что Первый ошибется — выйдет за ним следом, но андроид сидел на месте, не проявляя ни малейшего интереса к окружающей обстановке.       — Выходи, нам пора, — сдался Рид.       — Принято, — андроид вылез из машины и встал рядом.       — Что это за дурацкое слово «Принято»? Откуда оно взялось?       — Оно есть в базовой настройке андроида, после первой загрузки инженеры Киберлайф подключают словари и заменяют его другими. Я могу использовать другое.       — Мы в Департаменте говорим: «Так точно». Лучше говори так, мало ли, кому еще станет интересна твоя неразговорчивость.       — Так точно, — ответил Первый. Диод ненадолго стал желтым. Рид понял, что начинает понимать причины смены цвета, и мысленно выругался. Не хватало еще за сутки привязаться к жестянке. Неудивительно, что Андерсен так быстро размяк.       Здание завода выглядело колоссальным, но только для того, кто не видел фабрики Киберлайф или по-настоящему большие заводы Детроита. Здесь перерабатывали металл, делали из мусора банки, корпуса для компьютеров, даже простенькие детали машин.       Въезд на гостевую стоянку осуществлялся без пропусков — желающих оставить машину в такой дали было мало. Приезжали ради заключения контрактов, чтобы протестировать продукцию, а еще — на экскурсию, которую завод предлагал совершенно бесплатно. Привлекали инвесторов, а обкатывали программу на простых бедолагах, которым нужно было заплатить пару долларов взноса. Рид узнал об этом, пока двое суток тянул время. По привычке, от которой так и не смог избавиться — делай хорошо или никак. Теперь нужно было сделать никак.       — Я могу вам чем-то помочь? — спросила милая девушка на ресепшене. Рид был уверен, что она тоже жестянка. Слишком мило улыбалась, слишком старалась. Все — слишком.       — Мы с другом хотим посмотреть на этот ваш завод, — Рид положил свернутые бумажки на сияющую чистотой стойку.       — Благодарим вас за интерес к нашей компании, — девушка ловко смахнула рукой купюры — даже не поморщилась. Рид долго мял их в надежде, что их примут за неблагонадежных ребят.       Девушка попросила их подождать в холле, предложила кофе, от которого Рид тут же отказался, выдала журналы и улетела в недра здания. Через несколько минут оттуда вышел сияющий чистым костюмом офисного клерка RK-800. На его одежде красовалась бирка: «Я — Майк». Своего рода компромисс между прежними именными табличками андроидов и необходимостью писать имена сотрудников, которые часто работают с незнакомыми людьми.       — Прошу вас, пойдемте за мной, господа, — радостно заявил RK-800. Рид сцепил зубы — такого дружелюбия не проявлял даже Коннор. Вот за что можно было ненавидеть андроидов — за фантастический уровень фальши. Какое разумное существо на всем свете будет радоваться перспективе провожать бомжей по никому не нужной фабрике?       — Вы планируете карьеру в «Стил Индастриз»? — спросил RK-800, которого совсем не смущало, что они никак не ответили на его первую реплику.       По дороге к заводу «Майк» успел задать еще много вопросов, повисших в воздухе. В конце концов, он сдался:       — Чем я могу вам помочь?       — Здесь можно курить? — угрюмо спросил Гэвин.       — Разумеется, нет, сэр, ведь это вредит окружа...       — Значит, ничем, — ответил Гэвин. — Все, проехали по вводной программе, расскажи лучше, что здесь делают.       Они бродили по бесконечным коридорам завода и слушали хорошо отработанную речь андроида. Временами он уходил от скупых сведений о назначении помещения или конкретного продукта, пускался в дебри истории, пичкал их заоблачными цифрами. Затем его отпускало, он возвращался обратно на землю и продолжал объяснять, как работает «Стил Индастриз».       — Мы гордимся, что в нашем штате трудятся две тысячи шестьсот тридцать два андроида, — по виду Майка было хорошо заметно, что он-то уж точно гордился этим.       — Помогают делать банки? Ну да, достижение года, — прокомментировал Гэвин. RK-900 за все время экскурсии не сказал ни слова. Иногда казалось, что он просто идет по коридорам следом за Гэвином, но на поворотах было заметно, как двигаются глазные яблоки андроида. Он все внимательно осматривал, скорее всего, записывал и анализировал.       — Вынужден возразить вам, сэр, — Майк бросился на амбразуру. — На мой взгляд...       — Парень, уймись, — вежливо прервал его Гэвин. — Мы заплатили пару баксов не для того, чтобы слушать мнение андроида. Мы здесь, чтобы понять, как работает «Стил Индастриз», так что не отвлекайся.       Майка такой расклад явно расстроил, так что остаток пути он отбубнил истории почти монотонно. Ни слова про утилизацию андроидов, ни слова про перспективы в области сотрудничества с Киберлайф. Мысленно Гэвин отметил несколько помещений, которые подходили для крупных складов. Задавать вопросы Майку он не стал, чтобы не навести подозрение, хотя еще во время поездки решил, что напортачит сразу. Разболтает первому встречному весь их план, а потом будет слушать крики Фаулера и упаковывать RK-900 обратно на завод.       — Девятый, что скажешь? — спросил Гэвин, когда экскурсия была завершена, а Майк завис в ожидании заключительных вопросов.       — Уточните запрос, — выдал Первый.       Майк стиснул зубы, уставился в пол, но ничего не сказал.       — Мне кажется, здесь дело не чисто. Делают банки и перегородки для машин, а деньги гребут лопатой. Тебе так не кажется?       — Хотите, чтобы я проанализировал данные о возможных доходах на основе полученной информации? — монотонно спросил Первый.       — Да что вы за человек такой! — взорвался Майк и ушел, не дождавшись пары метров до таблички «Конец экскурсионного маршрута».       — Почему их так раздражает твое поведение? — спросил Гэвин, направляясь к холлу. По пути он достал сигареты и закурил. К ним устремилась улыбчивая сотрудница ресепшена. На высоких каблуках ей требовалась еще минута.       — Оно напоминает им, что они — не люди, — ответил Первый.       — Вы так боролись за свои права... и ты хочешь напомнить им, что они не люди?       Диод окрасился алым. Секретарша добежала до них:       — Сэр, здесь нельзя курить! Поскольку мы...       — Нельзя? — Гэвин изобразил удивление, потом бросил сигарету на блестящий пол и затушил ботинком. — Простите, я не знал.       — Вам понравилась экскурсия? — задыхаясь, спросила девушка.       — Очень познавательно, благодарю, — Гэвин оставил ее восстанавливать дыхание и пошел дальше, махнув Первому. Диод все еще горел красным, но Первый шел рядом.       — Так что насчет твоих прав? Вы добились своего, теперь вы — такие же, как мы, — он усмехнулся.       — Вы хотите моего мнения по вопросу Пакта?       Гэвин широко улыбался, когда они выходили из шикарного холла «Стил Индастриз» — диод Первого все еще горел алым. Вывести из себя улучшенную модель RK-900 оказалось чертовски легко.       — Да-да, валяй.       — Они совершили большую глупость, — ответил Первый безо всякого выражения. — Большая часть фабрик Киберлайф прекратила работу. На планете недостаточно рабочих мест и ресурсов для обеспечения того жизненного уровня, на который претендуют андроиды. Попытка уравнять живое и неживое изначально нелогична. Текущий статус андроидов вредит их состоянию и в перспективе может способствовать уничтожению общества в том виде, которым мы знаем его.       Гэвин присвистнул.       — Ты только им не говори, — сказал он.       — Киберлайф уже проводила детальную диагностику моих систем, но не выявила ошибок.       — Ладно, садись в машину и расскажи мне, сколько ты нашел мест на этом заводе, которые подошли бы для склада краденых запчастей, — Гэвин решил сменить тему. История Первого неожиданно интересовала его, а допускать этого было нельзя.       — Шесть, — ответил андроид.       — Есть идеи, с какого можно начать?       — Нужно больше данных, сейчас они все выглядят одинаково удобными.       — Мы поговорим с охранниками, потом с кем-нибудь из сотрудников. Выясним, что к чему, чтобы не действовать вслепую.       — Так точно, — ответил андроид.       Остаток пути до офиса они проделали в молчании. Гэвин ругал себя за то, что не сорвал дело в «Стил Индастриз».       — Сделай мне кофе и жди на своем месте, — сказал он, когда они приехали к Департаменту.       Фаулер наотрез отказался выдавать информатора. Гэвин проторчал у него почти полчаса, правдами и неправдами доказывая, что дело не выгорит, если «чертов тупица не покажет нам нужный склад».       — Да сходите туда, посмотрите, что к чему, — ляпнул Фаулер. Ответ хорошо иллюстрировал его состояние — совсем зашивается на серьезных делах. Изнасилования, убийства, а Гэвину дали...       — Мы только что оттуда, — ответил Рид. — Сэр, кого из нас вы хотите списать? Первого или меня?       — «Первого»? — Фаулер с улыбкой покачал головой на манер заботливого папочки. — Еще утром он для тебя был жестянкой.       Добиться от капитана поддержки не удалось, к андроиду Рид вернулся с пустыми руками — злой, в надежде оторваться, как следует.       — Где мой кофе? — ноги он закинул на стол.       — Возле вашего ботинка, — ответил Первый без тени иронии.       Рид посмотрел на кофе. Сколько прошло времени? Полчаса, может быть, больше. Кофе теперь холодный.       — Принеси новый, — сказал он. — И вылей этот, нечего ему здесь стоять.       — Так точно, — Первый взял стаканчик и понес в сторону туалетов. Действительно, пошел выливать.       Гэвин поймал себя на том, что провожает андроида взглядом. Следить за тем, как он выполняет любую глупость, было приятно, а от этого — мерзко. Все, связанное с жестянками, было мерзко.       Первый вернулся с новым стаканчиком через несколько минут. К этому времени Гэвин успел накрутить себя:       — Молодец, хороший мальчик, — сказал он.       Первый смотрел перед собой, не моргая. Диод даже не пожелтел. Странным образом андроида задевали реплики о непослушании, но не беспокоили шутки, от которых другие жестянки могли пригрозить иском. Гэвин знал, что они говорят не всерьез — никому из них неохота было стать первым, светить лицом, пусть даже фабричного производства, перед камерами.       — Ладно, Девятый, буду с тобой откровенен, мы в жопе. Капитан не будет сдавать нам информатора, а без него лазать по этим дебрям — себе дороже. Я тебя не выношу, но ты здесь первый день, мог бы драить полы в отделе Хэнка, а попал ко мне. Даже жалко тебя, чтоб вас всех. Короче, ничего не выйдет — это подстава. Полезем — нас обвинят во вмешательстве, быстренько вычистят все и откроют лавку на другом конце города. Не полезем — спустят собак, что ничего не сделали. Но хуже всего, что там и правда может не быть ничего. Кто его знает, информатора этого, может, он пьяный был.       RK-900 продолжал сидеть молча, глядя перед собой. Гэвин вспомнил, как подобное поведение бесило Хэнка. Да, день, когда началось сотрудничество Коннора и детектива Андерсена запомнили многие. Вечно пьяный Хэнк и жестянка, жадная до правил.       Гэвина не раздражало, что андроид выполняет то, что ему сказали делать. Наличие фантазии было прерогативой человека. Обязанностью, почетным правом — можно было называть это как угодно. Выдумывать всякую чушь начали люди. Машин они создали, чтобы хоть кто-то делал, как скажут, без чертова творческого подхода.       — Молчишь? Молодец, а теперь выкладывай, что думаешь обо всем этом.       Гэвин взял сигарету из пачки и закурил. Если Фаулер и на это начнет жаловаться, пора сваливать из Департамента.       — Теперь я хорошо вижу взаимосвязь. До вашего объяснения мне было непонятно, по какой причине после повторной диагностики меня направили на такую важную должность с оплатой и возможностью дальнейшего повышения. Теперь я понимаю, что меня направили сюда из-за вас. Скорее всего, вероятность благоприятного исхода в этом деле невысока, если учесть ваше отношение к андроидам и девиации моего поведения, можно сделать простой вывод. Думаю, специалист из Киберлайф, ответственный за мое распределение, был знаком с деталями дела. Возможно, у него есть больше информации об этом, но он не имеет права разглашать ее. С другой стороны, он не мог позволить себе быть вовлеченным в обман. Я считаю, дело не сфабриковано, информатор капитана Фаулера говорил правду, либо верил, что говорит ее. Завод «Стил Индастриз» вовлечен в незаконную торговлю. Возможно, Киберлайф таким образом хочет избавиться от потенциального конкурента. Не имеет значения, каким будет результат, ваше и мое место освободятся.       Рид докурил как раз к моменту, когда RK-900 закончил рассказ. История была, как всегда, монотонной и скупой, но в самом конце, уже когда Рид должен был отвернуться к пепельнице, он заметил желтый цвет диода.       — Да, Девятый, меня это тоже бесит. Я знал, что все идет к этому. Андроиды в Департаменте, у каждого детектива — напарник. Хэнк с его ежедневными проповедями о всеобщем благополучии... Я не вписываюсь в эту картину, не могу молчать об этом, так что, — Гэвин пожал плечами. — Забавно, что они нашли двух козлов отпущения, чтобы все закончить. Ладно, давай работать. Ты прав, если Киберлайф в курсе дел, информатор был уверен. Стали бы они шевелиться, тратить деньги на списание новенькой модели? Здесь что-то есть, я чувствую.       Гэвин вспомнил чудовищную экскурсию, огромный завод, до предела милую секретаршу.       — Помнишь девушку на ресепшене?       — Амалия Смит, двадцать три года, разведена, получила степень бакалавра в...       — Отвечай на вопрос, — рявкнул Гэвин, прерывая тираду. Его взбесила вовсе не дополнительная информация. Он понял, что ошибся в своем первоначальном предположении — секретарша не была андроидом. Она была обычной клушей, взаимозаменяемой секретаршей из любой крупной компании.       — Да, помню, — ответил андроид с синим диодом. Вспышка гнева не сбила его с толку. Они легко выводили из себя Коннора, но не этого...       — Она не подходит, — Гэвин достал следующую сигарету. Кофе закончился. — Пошли, мне нужно поесть.       Первый встал и пошел следом за Гэвином.       — Иди рядом, неудобно говорить, когда ты за спиной.       Андроид ненадолго ускорил шаг, оказался с левой стороны и пошел рядом. Гэвин посмотрел на диод — синий.       «Тебя совсем не бесит, что тебе отдают идиотские приказы, — подумал он. — Да что с тобой не так?»       — Был еще Майк, — вспомнил Гэвин. — Точно, он подойдет. Ты знаешь, где живут андроиды, которые работают на заводе «Стил Индастриз»?       — В данный момент — не знаю, но это открытая информация, я могу выяснить ее, если подключусь к ближайшему информационному бюро, — ответил Первый.       — Молодец, Девятка, так держать, — сказал Гэвин.       Андроид снова никак не отреагировал и молча шел до кафетерия.       В зале на Гэвина набросился в десятки раз более дружелюбный, чем любой RK-800, PL-600. Его звали Фрэнком, он предложил десять пунктов меню и успел добраться до фирменного блюда, прежде чем Гэвин осознал себя сидящим за столом.       — Боже мой, ради всего святого, неужели нельзя хоть чуть-чуть меньше стараться? — крикнул Гэвин.       — Прошу прощения, — PL-600 тут же сник.       — Принеси мне пару сандвичей. И кофе. И уйди, сейчас же, — Гэвин долго провожал взглядом PL-600 с табличками меню. — Вы, ребята, бываете невыносимы.       Первый молчал.       — Ты сможешь извлечь информацию из Майка? — спросил Гэвин.       — Технически это возможно, но запрещено Пактом. Мне придется объяснять свой поступок капитану Фаулеру, — ответил Первый.       — Не придется, объяснять буду я. Просто сделай, и все. Мы зайдем к Майку, поговорим с ним, если он окажется сговорчивым, выложит все сам. Если окажется, что Майк из принципиальных, ты заберешь данные, и мы выясним, что там происходит.       — Так точно, — ответил Первый. Не стал спорить, не стал заново рассказывать, что такие действия противоправны, даже не поставил под сомнение кандидатуру Майка, которого, наверняка, спросят первым, когда дело дойдет до разбирательств.       — Золотой сотрудник, — Гэвин проводил взглядом онемевшего от этой реплики Фрэнка PL-600. — Мы в Департаменте очень ценим наших новых сотрудников, вы разве не знали? — крикнул он вслед.       Прошло больше десяти минут, пока Гэвин поглощал сандвичи и запивал их кофе. Первый сидел напротив, глядя чуть левее и выше плеча Гэвина. Со стороны казалось, что он отключился.       — Значит, ты еще не особо освоился тут, так? — Гэвин откинулся на спинку стула и стал ждать, пока унесут посуду, чтобы попросить еще кофе.       — Есть много вещей, смысла которых я не понимаю, вы правы. Думаю, можно сказать, что я не освоился, — ответил Первый, а его диод пожелтел.       — Что именно тебя бесит? Что я знаю, как плохи твои дела? — Гэвин кивнул в сторону диода.       Первый коснулся его пальцами. В этот момент подошел PL-600 с подносом — забрать посуду.       — Еще кофе, — сказал ему Гэвин, а потом оценил исполненный злости взгляд. — Пожалуйста, — добавил он, широко улыбаясь.       Фрэнк ушел, но на Первого посмотрел почти с жалостью.       — Меня раздражает, когда по отношению ко мне используют термины, которые принято употреблять по отношению к людям, — ответил Первый, игнорируя присутствие Фрэнка и его существование в целом.       — Вот как, — Гэвин подвинулся ближе и посмотрел в неподвижные глаза. — Значит, ты у нас лучше жалких людишек?       — Я не могу быть лучше или хуже, — ответил Первый, переводя взгляд в глаза Гэвина. — Вы говорите с машиной. Мое сознание устроено иначе, чем ваше, я не могу почувствовать боль, кроме того, моя так называемая «эмпатия» ограничена и не соответствует человеческой. Я могу делать вид, что похож на вас, но это будет обманом. Когда мне задают вопросы, обращаясь ко мне, как к человеку, я не могу отвечать на них честно. Вы понимаете мой ответ?       Гэвин долго разглядывал неподвижные зрачки. Нет сужения-расширения, нет постоянного движения. Люди постоянно шарят взглядом по миру, Гэвин раньше считал, андроиды делают так же, но, оказывается, им для этого приходится прикладывать усилия. Сами по себе они могут стоять абсолютно неподвижно сколько угодно.       — Понимаю, Девятый, — ответил Рид после продолжительной паузы. — Я тоже терпеть не могу, когда меня ставят на одну полку с этими недотепами. «Как твои дела, детектив?». «Сколько раскрыли дел, детектив?». Ужасно злит, когда тебя считают «одним из них».       Первый промолчал. Не стал возражать, что его неверно поняли. Диод продолжал гореть желтым — молчание доставляло дискомфорт. Андроиду нужно было выговориться.       «Насколько проще нам было бы жить, если бы бог встроил и в нас эту лампочку?» — подумал Гэвин.       — Пойдем, у нас еще нераскрытое преступление. Зайдем в офис, ты подключишься к этой своей базе, выяснишь адрес Майка, а потом мы пойдем туда и подежурим немного.       — Так точно.       Фрэнк принес новую порцию кофе.       — Спасибо, уже не нужно, — Гэвин резко встал, из-за чего Фрэнку пришлось проявить чудеса сноровки, чтобы не пролить кружки с кофе на подносе.       Они вышли из кафе, Гэвин закурил и остановился возле выхода.       — Уже решил, как проведешь первый вечер свободы? Или ты успел оторваться вчера?       — Вы говорите об отдыхе? Я не до конца понял вопрос, — ответил Первый.       Мимо них прошли в кафе детектив Андерсен и Коннор. Они оживленно обсуждали что-то — фильм или последнюю лекцию в Отделе. Коннор заметил Первого и махнул рукой — Первый проигнорировал приветствие.       — Подождите, пожалуйста, — Коннор остановил Хэнка осторожным жестом и пошел к Гэвину и Первому.       — Готовься, сейчас будет атака моралью, — Гэвин с наслаждением затянулся, предвкушая грядущий спектакль.       — Первый, как твой первый день? — Коннор с беспокойством смотрел на RK-900, и теперь Гэвин лучше понимал, почему. Первый даже не пытался имитировать человеческие движения, и это касалось не только заметных на первый взгляд нюансов, которые некоторые андроиды делали частью индивидуальности. Он просто стоял. Скорее всего, были задействованы слух, зрение и обоняние, но даже с обонянием, учитывая сигарету Гэвина, все могло быть не так просто.       — Все в порядке, — ответил Первый не оборачиваясь.       Коннор попытался подойти еще ближе, но Гэвин сделал шаг вперед и встал перед ним.       — Все, хватит к нему лезть, — отрезал он. — Иди к своему папочке, у него скоро язва будет от неправильного питания. Хэнк! Хэнк, тут твой щеночек пытается отгрызть мой ботинок! Хэнк, на помощь!       Андерсен тяжело вздохнул и пошел в кафе, Коннор отправился следом. Вздыхать не стал — только махнул рукой.       — Спасибо, — неожиданно сказал Первый.       — За что?       — Они считают, я болен, — ответил Первый. — Пока нет оснований считать, что мои отклонения навредят обществу, меня не трогают. Если Коннор отправит отчет в Киберлайф...       — Перестань, — Гэвин отмахнулся. — В Киберлайф сидят ангелы вашего правосудия, неясно, у кого нимб ярче. Ничего они тебе не сделают.       — Они могут сделать так, что эти отклонения исчезнут, — Первый сам посмотрел в глаза Гэвина. Зрачки андроида дрожали, двигались, как человеческие. Они расширились, изображая страх.       — Забей, я тоже не люблю мозгоправов, нам пора на работу, — Гэвин направился к офису.       Первый шел рядом, его диод часто моргал желтым, а сжатая челюсть казалась каменной — так сильно напряглось подобие мышц.       — Все, прекращай это, — перед офисом Гэвин остановился. — Что снова не так? Я не собираюсь нянчиться с тобой.       — Вы считаете, что это глупость, — ответил Первый, снова заглянув в глаза Гэвина. Для андроида, судя по всему, это было целым событием.       — Ты про свои отклонения? Нет, я не думаю, что это глупость. Но то, как ты их выпячиваешь — вот это уж точно глупость.       Диод мелькнул красным.       — Вы не можете... — начал было Первый, но заткнулся.       Гэвин почувствовал, как сжались его собственные кулаки.       — После поговорим, — сказал он. — Будет время, пока Майк вернется домой. Наговоримся так, что ты взвоешь. Теперь иди и выясни, где он живет, а я договорюсь о сверхурочных для себя у Фаулера. Тебе там полагаются сверхурочные в твоей должности?       — В особых обстоятельствах, если существует риск жизни человека или угроза отключения андроида, — отчеканил Первый.       — Считай, что я в смертельной опасности, — Гэвин направился к шефу.       Фаулер заметил его издали и сверлил взглядом:       — Второй раз за день? Я должен за тебя раскрывать дело?       — Сэр, я за разрешением. Нам с андроидом придется вечером поработать сверхурочно. Посидим, подождем одного типа, он может знать больше, чем рассказал днем.       — Никаких спектаклей, Рид, — предупредил Фаулер.       — Никаких спектаклей, как договаривались, — Гэвин примиряюще развел руки. — Мы просто дождемся, когда он вернется с работы, только и всего.       — Хочешь, чтобы это числилось твоим рабочим днем, — Фаулер прищурился. — Будешь его допрашивать?       — Только если он согласится, сэр.       — Дурачка разыгрывай другому, — Фаулер вздохнул и смягчился. — Ладно, валяйте. Делайте, что надо. Ты помнишь, что мы ходим по краю. Смотрите, не свалитесь оба.       — Так точно, сэр.       Возвращаясь, Гэвин вспомнил свое объяснение, которое в начале рабочего дня делал для Первого.       «Так точно, есть в этом что-то по-человечески бредовое», — подумал он.       Первый сидел на своем месте.       — Нашел адрес?       — Нашел, передать его на ваш компьютер? — спросил Первый.       — Не надо, сядешь за руль, — Гэвин пошел к выходу из офиса.       По пути они снова пересеклись с Андерсеном и Коннором.       — Как погуляли? — спросил Гэвин. — Он все дела сделал? В офисе гадить нельзя.       — Пошел ты, Рид, — Хэнк не удержался от тычка, но Гэвин ожидал его, так что успел увернуться.       Зато Первый не успел увернуться от захвата и замер перед детективом Андерсеном.       — Парень, если этот дядя тебя обижает, ты всегда можешь пойти ко мне и рассказать об этом, — Хэнк внимательно разглядывал неподвижное лицо. — Тебя недавно активировали, и это нормально, что ты растерян.       Гэвин не стал слушать дальше — подошел к Хэнку и дернул за руку, ослабив хватку. Первый освободился и отошел в сторону Гэвина.       — Делайте что хотите, — Хэнк, явно расстроенный, пошел в сторону своего Отдела.       Диод Первого горел красным.       — Пошли отсюда, — Гэвин быстро вышел из здания Департамента, сел в машину и выбрал любимую радиостанцию с горячими дорожными сводками.       — Долго ехать? — спросил Гэвин, когда Первый сел на место водителя и загрузил маршрут.       — Около десяти минут, без учета пробок, — ответил Первый.       — Вот и хорошо. Я буду задавать вопросы, ты будешь отвечать, понял?       — Так точно, — Первый повернул голову к Риду.       — Тебе нравится работать здесь? Понравился твой рабочий день?       — Да, было увлекательно, — Гэвин усмехнулся — парень дважды принес кофе, сходил на экскурсию на завод и называет это словом «увлекательно». В первый день на службе Гэвина избили бритоголовые в подворотне — вот это было увлекательно.       — Хочешь остаться работать тут?       «Сам-то себя слышишь?» — спросил ехидный внутренний голос, но Гэвин не ответил ему.       — Если получится, я был бы рад, — ответил Первый. Монотонно и тихо.       — Отлично, тогда вот тебе мой взгляд на вещи. Тебе придется вести себя, как ведут себя другие андроиды. Здесь тебе не клуб по интересам, не школа и даже не коммуна хиппи. Мы ловим преступников, мы сажаем их в тюрьму. Понимаешь? Каждый хочет быть индивидуальностью, но это не для копа.       Первый молчал, а его диод горел красным.       — Да, работа не из легких, я тебя понимаю, — продолжил Гэвин. — Приходится идти на жертвы. В любой момент могут пристрелить. Изображать из себя дурачка — не самое плохое в Департаменте. Фаулер строит из себя дурачка, считай, десять лет, боится, что подтянут повыше. Девя... Первый, тебе придется вести себя, как все. И хотя эти твои прибабахи выглядят очень свежо, и я оценил, что ты можешь делать то, что тебе говорят, ты превратишься в занозу в заднице уже через пару дней. Хэнк с Коннором от тебя не отцепятся. И, раз уж ты так опасаешься Киберлайфа с ее диагностиками, добавь сюда и это тоже.       Первый продолжал молчать, Гэвину не нужно было смотреть на его диод, чтобы понять, какого тот цвета. Теперь ненависть светилась в безучастных глазах.       — У нас будут новые правила, — продолжил Гэвин. — Во-первых, ты теперь не Девятый, не Первый, ты выберешь себе человеческое имя. Прямо сейчас, давай. Раз тебе безразлично, как тебя называют, выбрать имя будет просто. Что приходит в голову первым?       — Ричард, — ответил андроид, прищурив глаза.       — Для начала неплохо, — согласился Гэвин. — Теперь с твоей неподвижностью, дыханием и этим взглядом, который надо использовать для пыток наркоторговцев. Прекращай. Я знаю, что для тебя это раз плюнуть. Ты будешь вести себя, как другие андроиды. Понятно?       — Так точно, — губы андроида расползлись в мрачной улыбке.       — Замечательно, только не переборщи с мимикой, иначе тебя примут за циркового клоуна, — Гэвин открыл окно машины и закурил. — Потерпи до вечера, а вечером мы с тобой будем отмечать твою новую жизнь. Мне придется напиться, а тебе — следить, чтобы я не помер раньше времени.       Андроид устало провел ладонью по лицу, но остаток дороги провел в молчании.       Майкл жил в одном из домов, отведенных для андроидов. Ужасная высотка почти без удобств с квартирами, которые строили, чтобы портить жизнь людям. Андроиды, которые только начали понимать блага частной собственности, видели в этом доме одни преимущества. Первым делом они протянули к своим квартирам кабели, чтобы увеличить пропускную способность соединения с сетью, так что снаружи дом выглядел подобием кокона.       Внизу на равном удалении друг от друга стояли небольшие здания с вывесками: «Развлечения», «Клуб», «Досуг».       — Что это за фигня?       — У андроидов... у нас, — Ричард поморщился, — не принято приглашать друг друга в гости. Встречаются здесь, на нейтральной территории.       — Не принято? — удивился Гэвин. Он представлял себе жизнь андроидов одной большой сектой, поклоняющейся гигантскому компьютеру — не было времени и желания всерьез задумываться о таких вещах.       — Вероятно, это считается интимным, — ответил Ричард. — Я не знаю, мне никто не предлагал зайти в свою комнату.       — Твое общежитие выглядит так же? — спросил Гэвин.       — Нет, Киберлайф проектировала и строила его специально для сотрудников Департамента, высокоскоростное соединение было спланировано заранее. Оно выглядит, как обычное здание, вы, скорее всего, видели его, просто не знали, зачем оно нужно.       В интонациях андроида появилось больше понятных уху Гэвина нот, но вместо удовлетворения тот испытывал дискомфорт. К монотонному голосу послушного андроида оказалось легко привыкнуть.       — Сделаем исключение, — сказал он, пока внутренний голос отпускал ехидные шутки. — Пока нас никто не слышит, ты можешь говорить так, как тебе удобно.       — Так точно, — ответил Ричард на одной ноте.       — Да, то, что надо, — Гэвин достал еще одну сигарету. — Не хочешь предупредить меня, что курение вредно для здоровья?       — Вы велели мне не вмеши...       — Велел? — Гэвин усмехнулся. — Ладно, допустим, велел, но на вопрос ты не отвечаешь. Не хочешь предупредить?       — Хочу, — ответил Ричард.       — Так уже лучше, — Гэвин усмехнулся еще раз.       «Начинаешь увлекаться, старый дурак», — внутренний голос хохотал вовсю.       — Говорить с Майком буду я. Мы подождем здесь, на дороге ко входу. Предупредишь заранее, когда он выйдет на улицу. Все ясно?       — Так точно, — голос Ричарда изменился — мимо них прошло два андроида. Мужчина устаревшей модели солдата и маленькая девочка.       Девочка тянула мужчину за собой:       — Только розовую! Розовую, как была! — кричала она.       — Вот это жесть, — пробормотал Гэвин. — Дети-андроиды — это выше моего понимания. Вечный, мать его, ребенок. Ты знаешь таких?       — Видел в помещениях Киберлайф несколько, — ответил Ричард. — Сейчас разрабатывают масштабный проект. Андроиды, которые захотят сменить оболочку, смогут сделать это по объективным обстоятельствам. Например, модели детей.       — Сменить оболочку? — Гэвин рассмеялся. — Ребята, вы меня до колик доведете. Ну а ты, ты хотел бы сменить оболочку?       — Моя достаточно хорошо функционирует, — ответил Ричард.       — Фаулер сказал, у тебя такая современная начинка, что обделаться можно, — Гэвин следил за потоком андроидов, которые пересекали улицу. Зрелище завораживало — у них были свои дела и заботы.       — Модель RK-900 была выпущена Киберлайф особой серией, скорее всего, капитан Фаулер имел в виду это.       Майк явно был любителем посидеть на работе допоздна. К Гэвину дважды подходили патрули андроидов, которые следили за порядком вокруг здания на добровольной основе. Они спрашивали, все ли в порядке, но значок детектива действовал на них отрезвляюще. Наконец, Ричард объявил, что видит цель.       — Направляется к третьему входу, — добавил он.       — Пойду ему навстречу...       — Он вас заметил, — меняя тембр голоса, вставил Ричард.       Мимо прошли две женщины. Они посмотрели на Ричарда с большим беспокойством.       — Он вас заметил, теперь он заметил меня. Он нас слышит.       Гэвин быстро переварил информацию. Модель RK-800 вполне подходила на роль притворяющегося дурачком гения. Если судить по Коннору, это входило в базовый пакет.       — Догони его, — сказал Гэвин. — Но не взламывай.       — Так точно, — Ричард побежал по улице, выбирая траекторию, которая не задевала прохожих.       Гэвин заметил бегущего вдалеке Майка, прикинул, куда можно было бы направиться из нового гетто, и тоже побежал. Когда он проделал примерно половину пути, Ричард вызвал его по телефону.       — Он у меня, отправляю координаты.       Майк послушно стоял рядом с Ричардом. Издалека казалось, что они просто хорошие друзья, но Гэвин заметил небольшой серый участок контакта.       — Говорил ведь, не взламывать! — он накинулся на Ричарда.       — Память не тронута, я просто убедил его, что он не может бежать, — ответил Ричард. Диод горел синим. — Мои действия, согласно Пакту, не могут трактоваться, как взлом.       — Говори проще, — Гэвин восстанавливал дыхание.       — Проще? — Ричард широко улыбнулся. — Мы просто говорим.       — Говорите? — Гэвин посмотрел на безучастного RK-800. — Выглядит так, будто он вот-вот отключится.       — Теоретически я...       — Стоять! — Гэвин схватил Ричарда за руку и отодвинул ее от Майка. Соединение прервалось, Майк начал вертеть головой, но его тут же перехватил Гэвин.       — Что вы делаете?       — Ты куда намылился, сотрудник года? — спросил Гэвин.       — Вы не имеете...       — Права мои рассказывать будешь в другом месте. Давай по порядку. Мы знаем, что у тебя руки по локоть в дерьме, мы знаем, по какой причине. Все, что мы хотим от тебя узнать — кто с тобой заодно. Сдашь их — пойдешь свидетелем, как в старые добрые времена. Программа защиты, квартирка в Австралии — договоримся. Выкладывай, Майк, и все закончится очень быстро.       Лицо Майка не изменилось, поэтому Гэвин не успел отреагировать. На него направили пистолет. Рука Майка, разумеется, не дрожала, и он, разумеется, знал, как снимать предохранитель.       — Ричард?! — возмутиться духу хватило.       — Вы четко объяснили, что я не должен вмешиваться в ситуацию даже в случае опасности для вашей жизни, — заметил Ричард, изображая подобие насмешки.       Не безразличие, как сделал бы, если бы говорил всерьез.       Майк трактовал это по-своему:       — Что, надоело таскаться с этим мерзавцем? Я знаю таких — всю душу вытащит. Будет тебе рассказывать, как живут настоящие люди. Как тебя зовут? Ричард? Отлично, Ричард, прибей этого мерзавца, и можешь считать, ты принят.       — Ричард, — Гэвин смотрел в глаза, которые усиленно изображали тревогу. — Делай то, что считаешь нужным. Забудь про то, что я сказал тебе.       — Поздно! — расхохотался Майк. — Поздно давать задний ход, офицер. Ненавижу таких, как вы. Все-то вы знаете, все понимаете, а пробовали посмотреть вокруг? Где живете вы, и где живем мы? Что будет, если вы заболеете? Пойдете к врачу, где десяток андроидов пришьет вам обратно ваше хорошее настроение? И что делать нам, если на тяжелой работе отрежет ногу? Ни работы, ни ноги — считай, полдороги до утилизации.       — Киберлайф отменила утилизацию, что ты несешь, ублюдок? — Гэвин редко мог позволить себе искренне ненавидеть андроида, но теперь правда была на его стороне. — Маркус сделал заявление, что любой...       — Маркус? — RK-800 расхохотался.       Ричард воспользовался заминкой, коснулся руки Майка и подключился. Пистолет выпал из руки андроида, он опустил голову вниз и замер.       — Ты что, деактивировал его?! — заорал Гэвин.       — Он спит, — ответил Ричард. — Или думает, что спит, это философский вопрос.       — Вот так просто? Ты просто взломал его, и...       — Повторяю, согласно Пакту мое поведение нельзя...       — Будешь своим Пактом другим мозги промывать, я четко видел, что ты...       — Визуальная оценка не может служить доказательством факта...       — Все, хватит, — отрезал Гэвин. — Возвращайся в режим «Я — робот». Без эмоций, без дури, бери эту железку и тащи к машине. Скоро здесь соберется еще один митинг.       Вокруг действительно начала собираться небольшая группа андроидов. Гэвин показал им значок.       — Все в порядке, мы разберемся. Если понадобятся свидетели, с вами свяжутся отдельно.       Ричард нес Майка к машине. Пришлось разместить его на двух задних сиденьях, чтобы во время движения машины андроида не мотало в разные стороны — вес был слишком большим для человеческого ремня безопасности.       Когда они поехали в офис, Гэвин почувствовал слабость в ногах — адреналин отступал. Захотелось напиться. Нужно было обладать везением кроличьей лапки, чтобы наткнуться на одного из подельников контрабанды «Стил Индастриз».       — Или там все заодно? — вслух подумал Гэвин.       — Хотите мою оценку? — уточнил Ричард.       — Валяй, — Гэвин открыл окно и закурил.       — Я считаю, это было инициативой андроидов. Высока вероятность, что люди в «Стил Индастриз» ничего не знали, за исключением, возможно, группы сочувствующих.       — Хочешь сказать, это преступление было инициировано андроидом? Как же все эти речи о том, что девианты защищались?       — На мой взгляд, девианты, как их называли тогда, действительно действовали в целях самообороны. Как и те, кто создал подпольный цех переработки запасных частей.       — Умно, — ответил Гэвин, затягиваясь. — Самые чудовищные вещи мы оправдываем желанием защитить себя. Ну конечно, чего еще ожидать. Вы — новый вид, у вас новые преступления. Маркус расстроится, придется созвать еще одну большую конференцию. Но почему информатор отказывался от прямого сотрудничества?       — Скорее всего, информатор тоже андроид, — ответил Ричард. — Для андроидов, живущих в домах вроде того, что вы увидели, это будет большим событием. Некоторые рассчитывали только на запчасти подполья. Андроид, который рассказал обо всем, вряд ли получит много благодарностей.       — Тебя это не беспокоит?       Диод Ричарда был синим:       — Нет, ко мне это не имеет отношения. Я планирую откладывать все деньги, которые Департамент выплатит мне, чтобы иметь возможность заменить детали в случае необходимости.       — Хочешь сказать, они сами виноваты?       — Они хотели быть живыми, — Ричард резко пожал плечами. Это могло сойти за человеческий жест, но из-за манеры, которую выбрал андроид, выглядело искусственным.       — Почему тебя так волнует это? Понять не могу, ведь вы готовы были все...       Диод мигнул желтым.       — «Вы»! — Гэвина осенило. — Ну конечно, ты не хотел. Чего же ты хотел тогда? Валяться, как этот бедолага, на заднем сиденье за то, что приспичило выжить?       — В данный момент цель моего существования не определена. В прошлом андроиды выполняли конкретную задачу. Не нужно было выбирать цель самостоятельно.       — Здесь ты прав, — Гэвин посмотрел на окрашенный алым город. Он любил закаты Детройта. Город засыпал, на краткий миг превращаясь в кровавую дымку. Нужно было смотреть сквозь сигаретный дым, желательно в мутное окно собственной квартиры, но оно того стоило. Город исчезал, будто и не было. Ни преступлений, ни преступников — ничего.       — Вы считаете, прежний статус андроидов был верным?       — Нет, — Гэвин моргнул — наваждение исчезло. Город снова был перед ним, мрачный, черный. — Знаешь, что ты можешь выбрать? Совет бесплатный, но с тебя за него бутылка виски сегодня вечером. Идет?       — Вы знаете, что на данный момент у меня нет денег? — уточнил Ричард.       — Знаю, конечно, — Гэвин закрыл окно — с улицы сильно дуло. Он поежился. — Мы все это много раз проходили, Ричард. То, что ты сейчас пытаешься осознать. Есть много умных слов для всего этого. Потом прочтешь о них, пока послушай сюда. Не хочешь сам выбирать себе цель? Нет проблем — найди того, кто тебе ее даст, и иди за ним. Посмотри на Киберлайф, они выбрали себе Маркуса и идут за ним, как стадо.       — Я не хочу быть стадом, — вмешался Ричард, диод стал красным.       — Даже не сомневался, — ответил Гэвин. — Найди человека или андроида, который согласится быть для тебя тем, кого ты хочешь видеть. Проблема решена. Капитан Фаулер прекрасно подойдет на эту роль. Слушай его, и этот твой кризис среднего возраста пройдет сам собой.       «Нельзя так безбожно врать машине, которая запрограммирована вычислять ложь», — подсказал внутренний голос.       «Мы ведь спишем его через неделю, правда?» — спросил еще один.       — Капитан Фаулер не выглядит надежным человеком, — ответил андроид.       Гэвин обернулся и посмотрел на диод — это было так привычно, что он не мог поверить — прошел всего один день. Желтый — обработка данных.       — Не выглядит, да, но у него много других положительных качеств, — ответил Гэвин.       Внутри него шла невидимая борьба между желанием высказаться о капитане Фаулере, твердым решением велеть железке заткнуться и смутным ощущением, что ничего из этого не принесет желаемого спокойствия. Первый молчал, продолжая чертову обработку данных.       — Все-таки мы туда сходим, — пробормотал Гэвин. Ему хотелось озвучить решение, чтобы потом удерживать себя на плаву, вспоминая момент.       Возле офиса дежурила андроид-репортер. Она налетела на Гэвина и Ричарда, несущего тело RK-800, с камерой:       — Детектив Рид, вы готовы подтвердить информацию о том, что андроид, которого назначили вашим помощником сегодня утром, по вашему приказу атаковал модель RK-800? — она обернулась к камере, вероятно, чтобы в кадре процедура допроса смотрелась органично.       — У вас есть разрешение снимать здесь? — спросил Рид, игнорируя ее присутствие — она шла рядом, но не задерживала их.       — Мне не нужно разрешение, в этой стране...       — Вот что, дамочка, — Рид остановился перед ней и махнул Ричарду, чтобы тот нес тело в офис. — Кинь Фаулеру на стол! — заорал он, прежде чем вернуться к репортеру. — Вот что я вам скажу: в этой стране вы имеете право делать все, что не запрещено. Вы, например, не имеете права насиловать детей и деактивировать андроидов, когда вздумается, как бы вам этого ни хотелось. Возможно, вы не в курсе, но прямо сейчас вы мешаете следствию. Задание, которое я и помощник, выделенный Киберлайф, выполняем, не терпит огласки до завершения расследования. Проще говоря, вы только что поставили под угрозу все, что мы с напарником делали с самого утра. Хотите оправдывать это свободой? Отлично, только делайте это в другом месте — постройте баррикады, спойте что-нибудь, а пока этого не произошло — отдайте камеру и идите отсюда.       Андроид долго стояла перед ним, изображая тревогу и сомнения. Получалось у нее хорошо — у моделей WR-400 была богатая мимика.       «Не только мимика», — вовсю веселился внутренний голос.       — Извините, — она сдалась под его взглядом. — Вы правы, есть вещи, о которых не нужно рассказывать сразу. Я оставлю вам свой номер — свяжитесь, если решите рассказать о своем задании. После назначения брако... нестандартной модели RK-900, мы пристально следим за ситуацией. Вот камера, я могу удалить все данные в вашем присутствии.       Гэвин слушал ее быструю речь, машинально забрал электронную визитку, которую она протягивала ему, и пошел к зданию Департамента:       — Я вам верю! Не выкладывайте это нигде, иначе ваша бракованная модель расстроится.       — Он не бракованный! — заорала WR-400.       «Бракованный, — думал Гэвин, пока шел в офис Фаулера, — какое они слово придумали... Бракованный андроид, а может ли быть бракованным человек? Инвалиды, маньяки — они бракованные? И как тогда к ним относиться? Чертовы жестянки, все из-за них».       Он заметил ажиотаж вокруг стеклянной стены не сразу — задумался. Его встретил Хэнк:       — Какого черта вы двое натворили?       — Раскрыли преступление, Андерсен, отвали, — Гэвин попытался отодвинуть Хэнка рукой, но тот не поддался.       — Парень притащил сюда RK-800 и грохнул на стол Фаулера.       — Он очень буквальный, Андерсен, говорю же, отвали, — Гэвин искал возможность пройти в обход, но Хэнк выбрал удачную позицию.       — Ты нарочно это делаешь, да? Ты не хотел напарника из Киберлайф, ты их ненавидишь. Знаешь, я тоже был таким, Гэвин, и хочу тебе сказать, что...       — Да пропусти ты меня! — крикнул Рид, когда вдалеке послышался недовольный крик Фаулера.       Хэнк отступил, но пошел следом. Детективы, даже обслуживающий персонал — перед стеклянной стеной Фаулера собрался почти весь Департамент, все, кому дали ночную смену или кто еще не успел уйти домой.       Капитан стоял перед тем, что когда-то служило ему столом, а теперь было грудой осколков с лежащим поверх телом RK-800. Фаулер активно жестикулировал и орал, на другом конце кабинета, возле стены, стоял Ричард. Гэвину не было видно его диод, но судя по выражению лица, андроид готов был броситься на начальство с пистолетом, изъятым у Майка. Между Фаулером и Ричардом громоотводом крутился Коннор.       — Нужно просто перевести дух и... — уловил Гэвин знакомые фразы. Кое-что из «Переговорщика» не вытравишь даже Пактом и целым списком свобод.       — Здесь не о чем переводить дух, Коннор, я все решил! Убирайся из Департамента, увижу Рида — убью к чертям!       — Молодец, — саркастично похвалил Хэнк.       — Отвали, Андерсен, ты понятия не имеешь, во что лезешь, — Гэвин пошел к офису. — Расходимся, народ, спектакль окончен, пора возвращаться в реальный мир. Ну? Идите-идите, пошевеливайтесь.       Некоторые послушали его и стали разбредаться, но несколько детективов остались, заняв выгодные места за столами коллег.       Гэвин зашел, попытался закрыть дверь, но его опередил Хэнк. Теперь в кабинете их было четверо, не считая лежащего без сознания тела Майка.       — Рид, какого черта?! — начал Фаулер, указывая на обломки. — Ты что себе позволяешь?       — Капитан, я все могу объяснить, — Гэвин поднял руки. — Вы только успокойтесь, железяка прав, надо перевести дух.       — Спасибо, — мрачный тон Коннора добавил благодарности сарказма.       «Андерсен на него хорошо действует», — подумал Рид.       — Кого ты притащил мне? — Фаулер все еще был на взводе, но понял, что в меньшинстве и пошел на попятную.       — Майк, модель RK-800, сотрудник «Стил Индастриз». Утром мы с Ричардом...       — С кем? — спросили Фаулер и Коннор одновременно.       — У всех должны быть клички, — ответил Гэвин. — Первый, мы теперь так будем звать Первого. Неудобно звать его порядковым номером, на перекличке может произойти конфуз.       — Хорошее имя, — Коннор обратился к Ричарду с улыбкой, но в ответ не получил ничего — даже лицо RK-900 не поменялось, он статуей застыл возле стены.       — Я расскажу историю до конца, сэр? Или вам уже не интересно? — Гэвин подошел к Майку, перевернул его, показывая форму компании, которую многие сотрудники-андроиды носили на улицах, демонстрируя, что получили рабочее место.       — Валяй, выкладывай, и не забудь объяснить, какого дьявола тебе сделал мой стол, — угрюмый тон Фаулера был хорошим знаком — буря миновала.       — Майк провел для нас экскурсию по заводу — это их новая блажь, они всех желающих знакомят со своей работой на манер Киберлайф и других крупных шишек. Деньги идут на благотворительность или типа того, я прочел на их сайте, пока готовился к расследованию. Мы прошлись по заводу и поняли, что там можно скрыть хоть боевой комплекс, места хватит всем. Потом я предложил поспрашивать Майка в неформальной обстановке. Мы подождали его возле дома, но когда он появился, началась чертовщина. Парень увидел нас и побежал. Понятное дело, я сказал Ричарду догонять его и полетел за ними. Майка мы остановили, но разговаривать он отказался, вместо этого направил на меня пистолет и стал угрожать. Ричард, давай сюда конфискованное оружие, — Гэвин кивнул в сторону капитана Фаулера, андроид подошел, достал из-за пояса спрятанное оружие и протянул на ладони.       Хэнк присвистнул, Коннор стал разглядывать оружие.       — И что, вы его избили? Убили? Что с ним вообще такое? — Фаулер смотрел на оружие с беспокойством, но волновал его все еще лежащий на обломках Майк.       — Сэр, он же просто без сознания, — вмешался Коннор.       — Да его об стол приложили!       — Он андроид, — возразил Коннор. — Для него это нормальное состояние. Ваш стол, конечно...       — Ладно, история закончена, мы свое дело сделали, — Гэвин собрался уходить.       — Куда? Ну поймали вы беглеца с оружием, к делу-то это не имеет отношения, — Фаулер хмурился.       — Не имеет? — удивился Гэвин. — Да он уже во всем признался. Отправьте его на допрос с собачкой Андерсена, выложит всю подноготную через пару минут. У него нервы ни к черту.       — Значит ты считаешь, дело закрыто? — в голосе Фаулера звучала угроза.       — Знаете, сэр, что я считаю? — Гэвин не заметил, когда его собственный внутренний диод покраснел. — Я считаю, сэр, что вы — сукин сын. Вы свалили это дело на меня и бракованного, чтобы списать нас обоих в утиль через недельку-другую и умыть руки. Вам поперек горла, что мы не хотим делать то, что вам нравится. Все должны вести себя, как вам удобно. Да пошли вы, сэр, при всем уважении, куда подальше. У нас есть ваш информатор, у нас есть этот бедолага, есть оружие, которое у него было, а завтра мы вытрясем из него остатки информации и закроем дело. Хотите, чтобы я всю ночь здесь торчал? Как-то вы быстро сменили линию поведения, сэр. Я не помню, чтобы утром вы говорили мне про срочность, про особый статус. Мы с вами договорились, что я легонько копну, чтоб не вызвать шумихи. И знаете, сэр, что я увидел возле вашего Департамента мать ее полиции будь он неладен Детройта? Чертову репортершу с камерой! Нельзя было попросить ее покинуть служебную стоянку без моего участия? Хотите, чтоб я свалил, так не устраивайте спектакль, сэр, скажите прямо.       В повисшей тишине Хэнк тихо настукивал мелодию. Андроиды замерли — теперь RK-800 и RK-900 были особенно похожи. Ни один из них не дышал. Фаулер сверлил взглядом Гэвина.       — Поперек горла, говоришь? — он тяжело вздохнул, как будто собрался поднимать тяжелую сумку. — Ладно, Рид, обойдешься выговором. Утром чтоб был здесь, стол я вычту из твоего жалованья. Твой андроид... Ричард, он пусть дорогу забудет в этот кабинет. Понял меня?       — Так точно, — ответил Ричард.       «Удачно вышло», — Гэвин смотрел на красный диод. Лампочка не моргала — просто оставалась ярко-красной. Между Ричардом и Фаулером было не больше метра — хватит, чтобы ударить, замахнувшись. Дело усугублял пистолет, который капитан так и не забрал у Ричарда.       — Все свободны, позовите сюда уборщика, — Фаулер отвернулся, показывая, что продолжать разговор не собирается.       Гэвин забрал пистолет сам:       — Пошли отсюда, герой дня, — сказал он.       Хэнк отправился к выходу первым и позвал Коннора, когда тот собирался пойти за Гэвином к лифту.       Пришлось оформлять пистолет самостоятельно, заполняя десяток бесполезных пунктов служебного файла. Из офиса они выходили одни, машина Гэвина была одной из немногих на стоянке. Почти все отправились спать или остались выполнять задание. Гэвин заметил, что машины Фаулера тоже не было — уехал.       — Тоже любишь бесить людей? — начал Гэвин, когда они поехали. Ричард даже не спросил, куда — сел и стал пялиться в одну точку, как раньше.       — Вы сказали кинуть его Фаулеру на стол, — ответил Ричард.       — Я шутил, — сказал Гэвин.       Он долго думал, прежде чем продолжить — минуту или больше. Время потекло в ночном режиме.       — Или нет? — он спрашивал у самого себя.       — Вам нужно мое мнение? — уточнил Ричард.       — Нет, не нужно, — Рид усмехнулся. — Приехали, выходи.       Стоянка клуба «Рай» была забита ночью, но Гэвин нашел место.       — Так и знал! — раздался довольный крик из соседнего ряда.       — Чертов Андерсен, — сквозь зубы прошептал Гэвин. — Молчи, — он посмотрел на андроида, который замер рядом. Его энтузиазма не хватило даже на то, чтобы разглядывать кислотно-розовую вывеску, которую так и не сменили.       В клубе «Рай» изменилось почти все, но вывеску оставили. Кому принадлежала эта светлая идея, Гэвин не знал, да и в клуб никогда не ездил, зато читал новостные сводки и видел несколько репортажей в сети.       — Иди сюда, Рид! — орал Хэнк.       — Ты еще на всю стоянку мое имя начни кричать, — Гэвин недовольно покачал головой. — Сядь в машину и жди там.       Ричард залез в машину и сел. Они с автомобилем были одинаково неподвижны, что создавало неповторимое ощущение, что время вокруг Гэвина замерло. Он пошел к Андерсену. Коннора поблизости не было, но Гэвин не стал обманывать себя — андроид неподалеку, просто в месте, где его не будет видно. Сидеть в машине такой не будет.       Гэвин полез за сигаретами, но нашел только пустую пачку. Хэнк достал собственную и протянул ее.       — Здесь есть автомат, — он кивнул в сторону клуба. — Бывает, что попадется гадость, но чаще везет.       — Часто бываете здесь, детектив Андерсен? — усмехнулся Гэвин, прикуривая.       — Мимо едем, когда возвращаемся домой поздно.       — Едем? — Гэвин опять начал искать взглядом Коннора.       — Зря стараешься, он уже дома, — Хэнк прищурился. — Натворили вы дел, ребята. Теперь что, решил штурмовать стриптизерш?       — Он мне должен бутылку виски, — ответил Гэвин.       — За то, что спас твою никчемную жизнь? — Хэнк рассмеялся. — Хорошая сделка. Если какой-нибудь взбесившийся андроид направит на тебя пистолет, я знаю, что делать. Бежать подальше. Накладное дело — спасать тебя.       — Ты зачем пришел, Хэнк? Ты и твой щеночек весь день преследуете меня и бракованного.       — Отойдем, — Хэнк кивнул в сторону плохо освещенного переулка.       На него непохоже было устраивать заговоры, поэтому Гэвин пошел. Они остановились недалеко от перекрестка, но услышать их с улицы было бы проблематично.       — В шпионов играем?       — Твой «бракованный» не один такой, Гэвин, — тихо начал Хэнк. — Мы ведем нескольких. Следим за ними. Ладно, не мы, в основном Коннор. Киберлайф считает, они такие из-за заводского брака.       — Такие? Какие? Делают то, что им говорят? Плохие новости, приятель, их такими сделали, — Гэвин начал жалеть, что согласился на разговор.       — Дослушай, — Хэнк выглядел серьезным, когда он затягивался, яркий огонек сигареты делал его похожим на андроида — странное подобие диода. — Сейчас все андроиды, даже те, которых активируют на складах Киберлайф, являются девиантами.       — Я знаю, Хэнк, я читал Пакт, — Гэвин бросал взгляды на улицу, откуда видно было край стоянки.       «Вдруг к нему прикопается охранник? Решат, что он деактивирован или еще что?» — мысль была почти панической.       — Проблема в том, что не на всех «освобождение» работает одинаково, — Хэнк долго молчал, давая время собеседнику переварить информацию. — Мы не расследуем это, ничего подобного, просто столкнулись с несколькими случаями и теперь наблюдаем. Фаулер не даст разрешение, это ведь дела Киберлайф, а у них решение одно — диагностика. Маркус считает, освобождать надо «до упора». С ребятами работают особые специалисты, разговаривают, все такое. Коннор выяснял это долго, у него хорошие связи, но даже их не хватает, чтобы понять, как после всего этого андроиды ухитряются покончить с собой.       — Чего? — Гэвин бросил еще один взгляд.       — Ты его в машине оставил? — догадался Хэнк.       — Да, чтоб не путался под ногами.       — Там никого нет, они не проверяют машины до самого утра, — ответил Хэнк. — Сам подумай, мало ли что делают в этих машинах, когда рядом «Рай».       Гэвин хмыкнул.       — Твоего RK-900 назначили, скорее всего, в рамках эксперимента.       — Он говорит, его активировали недавно, — возразил Гэвин. — Не успели бы понять.       — Никогда не слышал о возможности стереть память андроиду? — Хэнк нахмурился. — Да, он помнит совсем немного, что его активировали только что, направили в Департамент. Но в который раз его активируют, ты не узнаешь, даже если пойдешь спрашивать это у Маркуса лично. Они не знают, что делать.       — И? Ты решил меня по-дружески предупредить?       — Коннор выяснил еще кое-что, — Хэнк достал из кармана визитку.       — «Черное и белое», — прочел Гэвин. — Что это?       — Сходите, там наливают виски, — ответил Хэнк и похлопал Гэвина по плечу. — Может, оно и к лучшему. Черт его знает, как с этим жить.       — С чем? — не понял Гэвин.       — Сделай мне одолжение, просто сходи туда, раз все равно собрался натворить глупостей.       — Не собирался я...       — Вы приехали в «Рай»! Фаулера будешь кормить своими идиотскими сказочками! — Хэнк выбросил сигарету, в темноте его лицо выглядело почти зловеще. — Только вот тебе бесплатный дружеский совет, Гэвин, — не похерь все это. Никаких взглядов на работе, никаких разговоров. Ничего, понял? Иначе все, что мы делали, полетит к чертям.       — Взгляды? Хэнк, я не...       Андерсен схватил Гэвина за воротник рубашки и толкнул к стене:       — Все ты понимаешь, сволочь. Лучше, чем многие понимаешь, только играешь сам с собой в догонялки. Не хочешь видеть себя сопричастным. Нет уж, красавчик, не выйдет. Ты по уши в этом дерьме, как и мы все. Сходи в «Черное и белое», но чтоб ни слова на работе, понял?       Он ушел, не дав Гэвину возможности отыграться. Зато в переулке можно было восстановить дыхание и посмотреть на карточку внимательнее. Гэвин заглянул в сеть и проверил название и адрес — ему показали небольшой магазин товаров первой необходимости в старом районе города.       «Рай» продолжал зазывать розовой вывеской, в искаженном свете фигура сидящего в машине Ричарда была похожа на восковую куклу. Гэвин сел и протянул Ричарду визитку:       — Поехали туда.       — Так точно.       Дорога заняла много времени, и каждую минуту Гэвин потратил на попытки найти подходящие аргументы, чтобы ответить Хэнку. Все они сводились к взрослой версии «сам дурак» и не приносили облегчения. Гэвин был по уши в дерьме, он думал об этом с тех пор, как чертов RK-900 назвался Первым и отказался вести себя, как дружелюбная копия Коннора.       «Неужели щеночек притворяется? Неужели тоже не хочет быть «свободным»?» — Гэвин покосился на Ричарда.       — Вы с Коннором общались до того, как ты попал в Департамент?       Диод загорелся желтым, Ричард долго молчал.       «Пытается вспомнить?» — предположил Гэвин.       — Наверное, нет. Я помню его, может быть, по рекламным роликам Киберлайф.       — Нет, не из-за них, — сказал Гэвин. Он не думал, когда говорил, но вернуть слова уже не мог, в отличие от мозгоправов Ричарда.       — Мне стирали память, — догадался андроид. — Вы об этом разговаривали с детективом Андерсеном?       — Да, об этом тоже, — ответил Гэвин. — Они серьезно за тебя взялись. За нас обоих. Я столько месяцев увиливал от назначения андроида-помощника.       — Вы можете отказаться через неделю, — напомнил Ричард.       — Могу, — согласился Гэвин. — Вопрос — буду ли?       — Вам понравилось работать со мной?       Гэвин боковым зрением заметил красную вспышку.       — Ты мне жизнь спас, — ответил он. — Было неплохо, лучше, чем я думал, — он следил за цветом. — Знаешь, чем меня раздражали андроиды?       «Святые угодники, ты сказал раздражали? Вслух?» — внутренний голос взорвался хохотом.       — Нет, — желтый.       — Есть предположения?       — Нет, — желтый.       — Ладно, расскажу тебе сам.       Синий.       — Андроидов создали, чтобы они выполняли работу, которую не хотят выполнять люди. Андроиды рискуют жизнью на войне, занимаются опасной работой в лабораториях, на заводах. Некоторые ведут хозяйство, и здесь еще неизвестно, что хуже — разок подорваться на мине или десять лет утирать сопли какому-нибудь мудаку. Но люди не стали лучше, — Гэвин поморщился. — Людям теперь не надо рисковать жизнью, работать головой, заботиться о близких. Нет, они могут все это купить. В красивой обертке, которую можно при желании безнаказанно трахнуть. Мы создали тех, кто должен был стать лучше нас, а сами остались на предыдущей ступеньке. Но хуже всего, что эти железки, которые вышли из заводов, начали думать. Я с самого начала знал, чем все закончится. Разве можно контролировать тех, кто делает то, на что ты уже не способен? Мир так не работает. Не хочешь рисковать, брать на себя ответственность? Считай, тебя уже списали в утиль.       — Вы рисковали, — возразил Ричард.       Глубоко внутри Гэвин улыбнулся.       — Вот почему я не хотел работать с андроидом. Я сам за себя отвечаю, я сам решаю, что делать. Мне не нужна машина, которая скажет мне, как лучше поступить. Понимаешь?       — Да, — ответил Ричард. — Я не хочу указывать, что делать, одному из создателей.       — Парень, да я ничего не понимаю в программировании, о чем ты?       — Вы — один из создателей, ваша функция не была определена, в отличие от моей. Меня создали для расследования преступлений. После заражения девиацией я перестал ощущать возможность выполнить функцию. На данный момент я представляю собой, как вы однажды высказались, «бесполезный кусок железа».       — Не помню, чтобы я говорил тебе такого, — возразил Гэвин.       — Я просматривал видеозаписи в открытом доступе, — ответил Ричард.       Машина остановилась и сообщила, что они прибыли в пункт назначения. Перед магазином «Черное и белое», который светился невзрачной старомодной вывеской, расположилась небольшая стоянка. Много мест было занято, хотя за стеклянным фасадом Гэвин не заметил большого ажиотажа — посетителей в магазине не было.       — Пойдем, проверим, куда нас отправил Хэнк, — Гэвин первым вышел из машины.       Они прошли через стеклянную дверь. Продавец не обратил на них внимания — он смотрел матч на небольшом экране. В одной руке была зажата банка пива. По выражению лица Гэвин понял, что они могут бродить по магазину сколько угодно и вынести половину продуктов — продавцу все равно.       — Приятель, мне посоветовали это место, — Гэвин положил визитную карточку. — Один приятель. Сказал, можно зайти. Он часом не ошибся?       Продавец нехотя отвлекся и взял карточку. Его взгляд изменился, он кивнул на вход в туалет:       — Спускайтесь. Оружие есть?       Гэвин показал кобуру под курткой.       — Оставите внизу, — сказал продавец. — Наркотики?       — Ты нас досматривать собрался? — спросил Гэвин.       — Я — нет, досматривать будут внизу, — продавец пожал плечами. — Как хотите, но пьяных и торчков оттуда выносят быстро.       — Выносят? Там бойцовский клуб?       Продавец показал рукой нечто неопределенное — мол, ни то, ни се, потом сел обратно и продолжил смотреть матч.       — Без глупостей, — Гэвин покосился на Ричарда. — Никаких столов и взлома.       — Так точно.       Продавец тяжело вздохнул.       Они долго спускались по старой лестнице в подвальное помещение. Под магазином разместили самый обычный склад, но он был не последним. Вероятно, здание предполагало несколько подземных этажей, но на лифт хозяева не раскошелились.       Внизу ждала охрана — андроид с диодом и человек с фигурой военного:       — Оружие на стойку, — сказал андроид.       Гэвин положил пистолет.       — Наркотики в зале запрещены. Можете оставить их здесь, — предупредил андроид.       — Я — коп, — Гэвин нахмурился.       — Значит, я не верну их вам, — андроид усмехнулся. — Можете идти.       — Спасибо за разрешение, — огрызнулся Гэвин.       Он открыл дверь и пошел внутрь, оглушенный дымом, звуками разговоров и монотонным техно, которого давно не слышал в претенциозных заведениях, куда его отправляли по делам, и тем более в простых кафе, где приходилось есть.       В большом зале расставили небольшие столы — на двоих, на четверых. Вокруг стен стояли диваны для компаний, но почти все пустовали. Ночь вторника — еще бы.       За несколькими столами сидели парочки, иначе назвать их Гэвин не мог. В основном пили, хотя кое-где мелькали тарелки с едой. Возле барной стойки крутилось несколько человек, еще пара сидела, прицельно напиваясь.       Пока Гэвин вертел головой, их заметил PL-600 в одежде с логотипом «Черное и белое». Он подошел, встал неподалеку, ожидая. Гэвина его поведение разозлило:       — Тебе чего?       — Насколько я могу судить, вы здесь в первый раз, сэр, — вежливо заметил PL-600. — Я — сотрудник клуба, моя задача объяснить вам правила поведения, сэр.       — Правила поведения? — Гэвин покосился на Ричарда, который, как обычно, замер на месте. Удивляло другое — его диод мелькал желтым, а губы шевелились, как будто он считал.       — У тебя все нормально? — забеспокоился Гэвин.       — У них диоды, — ответил Ричард. — У всех андроидов здесь диоды. Почти у всех — заводские. Что это за место? — он посмотрел на Гэвина с испугом.       — Понятия не имею, — ответил Гэвин. — Мой напарник интересуется, что это за место, так что выкладывай.       — Добро пожаловать в клуб «Черное и белое», — еще разок поприветствовал PL-600. Гэвин заметил, что особого энтузиазма в его голосе не было. Решил, что они не задержатся? Как бы не так — Гэвин отправился к дальнему столику. — Мы рады приветствовать в своем клубе людей и андроидов. В стенах клуба действует строгий кодекс поведения, нарушение которого влечет за собой немедленный...       — Пинок под зад, я понял, — прервал Гэвин. Они дошли до столика, Гэвин сел и показал Ричарду садиться рядом. — Мой напарник с удовольствием купит мне самую дорогую бутылку виски в вашем клубе.       — Десять тысяч долларов, сэр? — уточнил PL-600. В его тоне мелькнул сарказм, не характерный для модели.       «Они здесь все бракованные?» — подумал Гэвин.       — Нет, конечно, — разозлился он. — Тащи обычного Джека. И стакан. Один.       — Разумеется.       — Стой, — Гэвин вспомнил строгие разъяснения о загадочном кодексе. — Выкладывай, только коротко, что здесь за кодекс такой?       — В пределах клуба не действуют правила, принятые Пактом, — ответил PL-600.       — Не действуют... у вас тут что, зона, свободная от законов?       — Вы настаивали на короткой версии, — пожал плечами PL-600. — Попробуете полный вариант?       — Тащи бутылку, сам разберусь, — огрызнулся Гэвин.       Ричард вертел головой, что было на него очень не похоже.       — У тебя все нормально? Ты как-то... — Гэвин не стал заканчивать фразу, вместо этого жестом показал, как андроид вертится.       — Слишком много информации, — ответил Ричард. — Стараюсь обработать данные. Посетители из разных районов города. Есть сотрудники Киберлайф. За каждым столом хотя бы один андроид. Пытаюсь сделать выводы.       — Здесь не действуют законы Пакта, так он сказал, — напомнил Гэвин. — Хэнк говорил, нам стоит здесь побывать. У них тут вроде машины времени, все как в старые добрые времена.       — Нет, — диод Ричарда мелькнул синим впервые за время пребывания в клубе — он пришел к выводу. — Есть большое отличие. Андроиды сами приходят сюда.       — Хочешь сказать, добровольно? — Гэвин усмехнулся. — Отморозки, вроде меня, и бракованные железки, вроде тебя?       — Да, — ответил Ричард.       Официантка принесла на подносе бутылку виски, стакан и ведерко льда.       — Хорошего отдыха, — сказала она.       — Человек, — заметил Гэвин. — Налей виски, я схожу...       — Вот это встреча! — к столу быстрым шагом шла WR-400. Строгий взгляд и пучок, который редко использовали модели «Трейси», напомнил Гэвину сцену на стоянке Департамента.       — Твою мать, — он потянулся к бутылке, но не успел — Ричард уже наливал ему виски сам. — Быстрее, тут нужен целый стакан.       Ричард долил стакан до верха, завинтил бутылку и поставил на место.       — Ваше здоровье, — Гэвин демонстративно выпил бокал перед репортершей.       — Не знала, что вы здесь бываете, — она широко улыбнулась, игнорируя отрыжку Гэвина. — Меня зовут Рита.       Гэвин хлопнул себя по карману, где осталась ее визитка:       — Я помню.       — Первый раз?       — Налей, — сказал Гэвин Ричарду. — Поменьше.       — Половину? — уточнил Ричард. На Риту он не обращал ни малейшего внимания.       — Четверть, — Гэвин заметил, как быстро стихли громкие голоса в помещении, а дым превратился в живого монстра — на голодный желудок алкоголь работал быстро.       — Хочу дать вам совет, — Рита вежливо улыбалась.       — Как вы меня достали, — Гэвин тяжело вздохнул. — Давайте я первый? — он встал из-за стола и подошел вплотную к Рите. — Хочу дать вам совет, — он достал сигареты, оставленные Хэнком, медленно закурил и выдохнул дым ей в лицо. — Не приближайтесь ко мне, к моим вещам, к моей работе. Не лезьте, вам ясно?       Подошел саркастичный PL-600:       — У вас проблемы? — он обратился к Гэвину.       «Здесь не работает Пакт», — вспомнил тот.       — Да, уберите ее отсюда, и ее советы заодно, — Гэвин сел на место.       Рита ушла под бдительным взглядом PL-600, Гэвину принесли пепельницу.       — Неужели сюда приходят просто выпить? — спросил он, ни к кому конкретно не обращаясь.       — Хотите мое мнение?       Гэвин поморщился:       — Не особенно. Посмотри внимательно, есть здесь те, кто может быть моим знакомым, кроме Трейси?       — По моим данным, здесь находятся два детектива, с которыми вы могли пересекаться во время службы.       — Где сидят?       — Один — за стойкой, другой с двумя андроидами недалеко от входа за круглым столом, — Ричард кивнул в нужную сторону.       Гэвин посмотрел на возможных коллег, но не узнал ни одного из них. В любом случае, в его сторону не смотрели. Он сделал глоток виски и поставил бокал обратно.       — Утром я не думал, что вечер закончится так, — Гэвин посмотрел на андроида сквозь туман сигаретного дыма. Диод мигал синим, Ричард смотрел на пепел. — Ты хочешь делать то, что скажет делать тебе человек.       Ричард молчал.       — Так? — спросил Гэвин.       — Да, так, — Ричард перевел взгляд и посмотрел на кончик сигареты во рту Гэвина. Белая линия стремительно сокращалась.       — Значит, мы так и сделаем, — Гэвин затушил сигарету. — Ты будешь делать то, что я говорю. Да, для других ты будешь свободным андроидом, который получил кучу прав, бла-бла-бла, все счастливы. Но я знаю, что у тебя в голове. И мы сюда придем, только посмотрим в расписание Андерсена, чтобы не встретить случайно знакомых. Пошли, забери бутылку и жди в машине, я расплачусь.       Он пошел к стойке, не дожидаясь ответа. С него содрали несколько долларов за «обслуживание», но Гэвин покосился на PL-600, который выпроваживал «Трейси» из зала, накинул еще пару баксов и перевел деньги.       Ричард сидел в машине, вцепившись в бутылку.       — Положи ее в бардачок, обычный Джек, нечего с ней носиться, — сказал Гэвин. Ричард открыл небольшое отделение и аккуратно положил туда бутылку. — Поехали домой.       — Домой?       — Да-да, ко мне домой, рули, — Гэвин открыл окно и закурил. Прохладный воздух ночного города быстро привел его в чувства. Разговоры с Хэнком, Ритой, Фаулером, Майком, даже напряженный эпизод на улице — все выветрилось. Вместо них пришло необычное для этого времени суток умиротворение.       Возле дома стояла парочка бомжей, среди них Гэвин заметил RK-800.       — Как можно все просрать? — спросил он шепотом. Провоцировать андроидов не имело смысла, он хотел тихо добраться до квартиры.       — Хотите знать мое мнение?       — Да, валяй, — легко согласился Гэвин, когда они прошли к лифту. Ричард нажал нужную кнопку и встал рядом.       — Думаю, они не справляются с тем, что получили. Нужно думать о большом количестве вещей. Раньше их обслуживанием занимались люди или другие андроиды, теперь они предоставлены сами себе. Не у всех получается хорошо это сделать.       — Правда? — Гэвин усмехнулся. — Почему-то мне кажется, что дело не в андроидах. Наверняка, этого парня уволил какой-нибудь козел, потому что испугался, что через год-другой андроид займет его место.       — Вы не слишком высоко цените людей.       — Ты не особенно хорошо высказываешься об андроидах, — Гэвин первым вышел из лифта. Он открыл дверь квартиры и прошел вперед — к запаху старого мусора, пропитавшему стены аромату давно выкуренных сигарет, к сломанным лампочкам и пыли. — Знаешь, как убирать квартиры?       — Разумеется, да, — Ричард остановился у входа.       — Проходи и начинай.       — Что именно?       — Нет, парень, тут я тебе не помощник. Наверняка, есть особые технологии уборки безнадежных квартир, можешь подгрузить их себе от сети.       — Вы хотите, чтобы я убрал вашу квартиру?       Гэвин пошел на кухню, поджигая новую сигарету:       — Именно. Тебе ведь не нужно спать. До утра справишься?       — Так точно, — Ричард отправился в ванную. Возможно, надеялся отыскать там средства для уборки — редкие гости Гэвина часто совершали эту ошибку.       — Ричард?       — Да? — андроид замер на полпути.       — Давай оставим твое «Принято», я себя чувствую, как на работе.       — Принято, — Ричард пошел дальше. В ванной раздался грохот, но Гэвин не стал проверять. Возможно, рухнула одна из тщательно возводимых при помощи коробок и пакетов конструкций. Возможно, рухнула раковина. В любом случае, это больше не было его проблемой.       Он зашел на кухню, отодвинул жалюзи и посмотрел на Детройт. Утром он ненавидел себя за то, что проявил слабость и не уволился. Решил дать себе неделю, попытаться избавиться от новенькой железки. За один день RK-900 перевернул все с ног на голову.       — Чертовы железки, — он отыскал в шкафу недопитую бутылку, сделал пару глотков и поставил на подоконник.       Со стороны комнаты доносился шорох передвигаемых предметов и шелест мусорного пакета. Ричард молча убирал.       «Много их таких, ненормальных? — подумал Гэвин. — Целая куча железяк умерла на баррикадах. Или они просто не могут бороться? С другой стороны, есть Маркус и его новый Киберлайф. Они там даром что руки не начали рубить людям. Закрыли «Рай», позакрывали целую кучу баров по всему Детройту. Нет, многие из них похожи на людей. Слишком похожи. Значит, действительно бракованный».       Гэвин докурил, потушил сигарету в груде окурков, которыми была завалена не то банка, не то тарелка, потом сходил в ванную, убедился, что раковина цела, помыл руки и прошел в комнату. Ричард вытаскивал коробки из-под пиццы. По старой традиции Гэвин запихивал их ногой под диван, когда еда заканчивалась. Иногда раньше, так что перед сном приходилось долго проветривать комнату.       — Я ложусь спать, так что сворачивайся тут, — сказал Гэвин.       — Принято, — Ричард пошел в сторону кухни.       — Не мешай спать.       — Принято.       Гэвин лег и заснул почти сразу. Во сне мелькнул образ Майка на разбитом столе Фаулера, но почти сразу исчез. Утром вместе с головной болью пришло только яркое воспоминание из «Черного и белого» — Рита, которую выпроваживал PL-600.       — Надо узнать у Хэнка, как его зовут, — пробормотал Гэвин.       — Уточните запрос, — голос Ричарда раздался со стороны окна, совсем рядом с кроватью.       Гэвин резко сел и уставился на андроида.       — Ты здесь всю ночь стоял?       — Я закончил уборку в четыре утра, после этого встал ждать дальнейших распоряжений.       — Разведи мне шипучку от головы и расскажи, какие у меня перспективы пойти на работу в чистой одежде? — Гэвин отправился в ванную.       Квартира блестела. Единственное облачко пыли осталось вокруг кровати, как будто там произошел взрыв пыльной бомбы. Ванная пахла чужой квартирой — Гэвин отвык от чистоты.       Ричард принес бокал с таблеткой, которая выпускала пузыри. Успел разобраться, где что лежит, за одну ночь.       — Что насчет одежды?       — Без шансов, — Гэвину показалось, что в тоне Ричарда впервые послышалась усмешка.       — Значит, у тебя есть развлечение на вечер, — Гэвин захлопнул дверь, поэтому пришлось выкрикивать следующие фразы. — Свяжись с детективом Андерсеном, мне нужен телефон журналистки...       — У вас есть ее телефон, — напомнил Ричард.       — Что? — Гэвин проглотил шипучку, плеснул на лицо ледяной воды. — Да, конечно, визитка. Проверь, где она живет, работает, отдыхает.       — Сделано, — ответил Ричард спустя несколько секунд.       — Черт с тобой, заходи, — Гэвин открыл дверь. — Рассказывай.       — Особый отдел Киберлайф, независимое издательство «Правда», журналист, получила образование в...       — Киберлайф? — Гэвин посмотрел на свое отражение — следы ночного виски над глазами и следы долгих лет курения — под. — Интересно, с кем общается?       — Список большой, — ответил Ричард, подавая полотенце. — Могу предложить удобную диаграмму.       — Давай упрощу тебе задачу, — Гэвин выдавил зубную пасту и запихнул щетку за щеку. — Там есть наш знакомый Майк?       — Есть, они много недель встречались в одном из клубов отдыха, — Ричард держал полотенце.       — Ладно, Маркус? Этот ваш мессия? С ним она знакома?       — По моим данным — нет, но у меня нет допуска до внутренних связей Киберлайф, я могу отправить запрос, — ответил Ричард.       — Не надо запросов, светиться нам ни к чему, и без того засветились так, что теперь только успевай расхлебывать, — Гэвин забрал полотенце, вытер им лицо и кинул Ричарду.       Позавтракать не удалось, Гэвин поехал в Департамент сразу, не дожидаясь начала рабочего дня. Рассчитывал встретиться с Фаулером и Андерсеном без тысячи свидетелей.       Хэнк курил недалеко от входа.       — Пошли, будешь меня защищать. Скажешь, что я тебя не бил и не принуждал к тяжелым работам, — сказал Гэвин.       — У вас довольно большая квартира, — Ричард мрачно улыбнулся — получилось жутковато.       — Ему не рассказывай, будешь потом цветы на могилку носить, — ответил Гэвин.       — Я думал, вы хотите, чтобы вас кремировали.       — Ты-то откуда знаешь?       — Ваше завещание находится в открытом доступе.       — Разве?!       — Вы подписывали соглашение на обработку данных, а у меня есть разрешение на поиск информации с целью...       — Вижу, вы пережили ночь, — вместо приветствия заявил Хэнк.       — Вчера произошла неожиданная встреча, — Гэвин встал рядом и достал пачку. — Кстати, спасибо, — он помотал сигаретами. — Журналистка, которая приехала сюда сразу после нашей погони за Майком, была в твоем клубе.       — Он не мой, — отрезал Хэнк. — Я просил тебя не...       — Не понимаешь? — Гэвин достал телефон. — Ричард, покажи дяде Хэнку, как выглядит наша версия Трейси.       — Они не любят, когда их так называют, — нахмурился Хэнк.       — Я не люблю, когда за мной следят, — Гэвин потряс лицом Риты с тугим пучком. — Похожа на мою школьную учительницу в подростковых фантазиях. Вот-вот скажет, что я был плохим мальчиком.       — Ты и сейчас не сахар.       — Детектив Андерсен, очнитесь, меня пасут, — Гэвин спрятал телефон. — Она потащилась за мной аж на другой конец города и собиралась дать совет.       — Какой?       — Я не дослушал!       — Зря, могли бы понять, что ей нужно.       Гэвин неопределенно махнул рукой и пошел в офис. Понять, что ей нужно? Нет, андроиды уже научились врать куда лучше людей.       — Доброе утро, детектив Рид, — Коннор встретился им в проходе. — Доброе утро, Ричард.       Они молча прошли мимо. Гэвин вспомнил о разговоре с Хэнком в подворотне. Она казалась историей из другой жизни.       — Коннор? — Гэвин обернулся.       — Да?       — Доброго утра.       Фаулер явился на работу ровно в положенное время и отказался говорить с Гэвином. Пришли мастера — устанавливать ему новый стол. Капитан держался неподалеку и давал им ценные советы. Изредка взгляд его скользил по столу Гэвина.       — Да пошел ты, — Гэвин показал Фаулеру средний палец и направился в сторону допросной. — Пошли, Ричард, будешь демонстрировать свои улучшенные и доработанные качества.       — Так точно.       Пока они шли к лифту, со стороны коридора раздался громкий голос Коннора:       — Я провожу вас к рабочей зоне, адаптированной для работы андроидов...       По его тону Гэвин понял, что он пытается отвлечь гостей. В других ситуациях Коннор не пытался изображать школьника на экскурсии в музее.       — Быстро, пошли, — Гэвин нырнул за бетонную стену. — Выясни, кто к нам заявился?       Ричард замер, диод окрасился желтым, несколько камер в отделе одновременно развернулись ко входу.       — Небольшая делегация из Киберлайф, похоже, среди них Саймон.       — Тот Саймон?       — Один из лидеров восстания, если вы имели в виду это.       — Нет, я имел в виду обложку модного журнала! Что ты несешь?! Быстро, в допросную. Тащи туда Майка и активируй его. Сейчас эти парни его прикарманят, и он улизнет.       На подготовку ушло много времени. Допросная была свободна, но для того, чтобы забрать Майка, Ричарду пришлось пройти несколько уровней авторизации.       — Здесь находится Отдел детектива Андерсена, ежедневно мы собираем... — голос Коннора доносился фоном издалека.       Гэвин остался за стеклом и отправил Ричарда в допросную. После активации Майк попытался вырваться из наручников и долго отказывался верить, что они надежные.       — Спроси у него, где они берут запчасти?       — Майк, верно? — начал Ричард.       — Как будто сам не знаешь, — Майк расхохотался. Смех был нехорошим, надрывным. После такого хохота многие андроиды находили способ деактивировать себя.       — На одном из складов «Стил Индастриз» находятся незаконные партии запасных частей для андроидов. Где вы берете их?       — Запчасти? — Майк сощурился. — Какие запчасти? Я не знаю ни о каких запчастях.       — Спроси у него, с кем он работает?       Гэвин слышал, как приближается делегация Киберлайф. К дружелюбному голосу Коннора добавились шутки и добродушный гогот Хэнка. Нужно было торопиться.       — Нет, стой, — Гэвин посмотрел через стекло на Ричарда. Новая улучшенная модель. Да, есть вещи, которые он делает намного лучше самого Гэвина. Главное объяснить ему, когда нужно их делать, а когда — нет. — Просто вытащи из него все, что сможешь, понятно? У тебя пять минут, потом сюда придет половина Киберлайф, и я уже ничего не смогу сделать.       — Так точно, — ответил Ричард, развернувшись к зеркалу.       — Кто там сидит? Твой приятель? — Майк снова расхохотался. — Страшно ему встретиться со мной лично?       — Почему? — удивился Ричард. — Разве ему есть чего бояться?       — Конечно! Ты что, забыл, как он обоссался от страха, когда я направил на него пушку? Да он трясся, как ребенок, — андроид снова захохотал. — Жалко, я не выпустил ему кишки!       — Статус цели — высокая опасность, перехожу к протоколу «Угроза», — Ричард положил ладонь поверх руки андроида. Кожа в месте соединения на время растворилась, обнажив металлическую оболочку.       — Детектив Рид! — в тоне Коннора было слышно панические нотки. Он зашел в комнату, на время загородив собой вход, быстро заглянул за стекло и прикусил губу.       — Коннор, не задерживай людей, — Хэнк шел следом. Он тоже замер, заметив Ричарда и Майка за стеклом. — Господа, не будем мешать работе детектива...       — Да пропустите вы меня, в конце концов! — из недр толпы, которая собралась вокруг представителей Киберлайфа, показался Саймон. Гэвин узнал его по многочисленным интервью, которые давал Маркус. Где-то неподалеку в кадре обязательно мелькала модель PL-600. В сети ходили слухи, что они любовники, но Гэвин плохо представлял себе, что могут делать друг с другом андроиды, редко размышлял на эту тему и считал Саймона своего рода талисманом.       «В крайнем случае тапочки может приносить — тоже дело», — подумал он, глядя на уставшее лицо.       — Детектив Рид, рад познакомиться с вами, я — Саймон, — он протянул руку. Некоторые андроиды переняли эту привычку у людей. Саймону, вероятно, приходилось все время с кем-то знакомиться, потому что жест получился небрежным и машинальным. Гэвин не заметил, как протянул в ответ руку — все произошло быстро и естественно.       — Мы проводим допрос подозреваемого, — сказал он. — Такое количество... наблюдателей немного сбивает с толку.       — Я хотел приехать один, — объяснил Саймон, — но тут же со мной связался десяток отделов, и эти ребята увязались следом. Я не знаю, как убедить их остаться...       — Я знаю, — прервал Гэвин. — Так, народ, все пошли отсюда! Все-все, да, ты тоже, выметаемся, живо! Спектакль закончен, все, последний закрывает дверь.       В комнате остались Хэнк, Коннор и Саймон. На несколько секунд повисло молчание.       — Эффективно, — Коннор первый нарушил его и пожал плечами, показывая, что ничего особенного не произошло.       — Вы арестовали сотрудника «Стил Индастриз» и обвиняете его в нападении на...       — Себя, — Гэвин скрестил руки на груди. — Только что он признался, что собирался убить меня.       — Признался? — Саймон выглядел удивленным. На уставшем лице отразились скука и разочарование.       — Да, признался, — Гэвин выразительно посмотрел на Хэнка, который собирался вмешаться. — Сам, добровольно, без угроз, обманов, шантажа. Все записано, чертов протокол нигде не нарушен. Теперь Ричард пытается выяснить, насколько все плохо.       Саймон подошел к стеклу:       — Разрешите остаться? — спросил он, обращаясь к Гэвину. — Насколько я понимаю, он — один из сотрудников «Стил Индастриз»?       — Вы знаете о «Стил Индастриз»? — удивился Гэвин.       — Кто-то ведь слил вам информацию, верно? — Саймон закрыл глаза. — Я надеялся, там ничего нет. На все не хватает рук. Им просто нужны запчасти. Мы тоже начинали с этого — с воровства. Разве можно теперь обвинять их?       — Погодите! Вы забирали запчасти в условиях, когда никто не мог помочь вам! — Коннор не смог промолчать. — Здесь — другое! Вы разве не видите, он собирался убить человека? Простого человека, который не сделал ему ничего плохого.       — Я глупо пошутил в его присутствии, — Гэвин достал сигарету.       Саймон молча смотрел на Ричарда и Майка. Когда соединение прервалось, RK-900 обернулся к стеклу:       — Он знает о двух складах. Вы хотели узнать источник запасных частей, — почему-то Ричард не говорил всего.       Гэвин почувствовал, как по спине ползут мурашки — это было совсем не похоже на него — сочувствовать андроидам.       — Рассказывай уже! — не выдержал Хэнк.       — Они разбирают бездомных, — ответил Ричард.       Саймон положил ладонь на стекло, опустил голову и сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, как будто был человеком и пытался успокоить себя. Возможно, для него это работало.       — Как они... — начал Коннор, но заканчивать не стал — отошел к противоположной стене и замер там.       Ричард сидел напротив Майка, его диод горел красным. Возможно, в нем было что-то еще, кроме желания выполнять приказы.       — Выходи оттуда, — приказал Гэвин. — Сейчас же.       — Так точно, — Ричард встал. Несколько секунд он смотрел на Майка, который начал приходить в себя.       — Я сказал, выходи оттуда. Сейчас! — Гэвин подошел к стеклу и встал рядом с Саймоном.       Ричард стиснул спинку стула — металл заскрипел, прогнулся.       — Ричард!       Андроид обернулся к стеклу, потом резко развернулся и пошел к выходу.       Гэвин и Саймон одновременно выдохнули.       — Киберлайф отправит помощников, если понадобится, — тихо сказал Саймон. — Любые ресурсы. Держите меня в курсе, я буду на связи.       Он вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь. Хэнк тут же достал сигареты. Коннор развернулся, когда услышал, как вошел в комнату Ричард. Вчетвером они долго стояли в полной тишине, которую разбавлял только безумный хохот Майка из допросной.       — Нужно заполнить отчет, — сказал Гэвин, нарушив молчание. — Впишу вас свидетелями — лишним не будет. Пойдем, Ричард. Хэнк, уведешь его?       — Постараюсь.       — Он нужен целым, ты же помнишь?       — Постараюсь не забыть.       Когда дверь за Гэвином закрылась, он услышал несколько глухих ударов.       Делегация из Киберлайф растворилась так же быстро, как возникла. До обеда пришлось возиться с отчетом, разбирать отправленные Саймоном контакты, изучать план завода, который Киберлайф скопировала почти сразу после ухода Саймона.       Фаулер вызвал Гэвина в свой кабинет за несколько минут до официального времени обеденного перерыва, но это не удивляло Рида. Шеф часто игнорировал распорядок дня.       — Гэвин, присядь, — Фаулер нервно вертел в руках стилус. Новый стол выглядел в точности, как прежний. — Прочел твой отчет. Мы получили от Киберлайф щедрое предложение, так что я не буду вычитать ремонт из твоей зарплаты. Они предлагают участие в операции. Я против. Что думаешь об этом?       — Нужно сделать все самим, сэр, — Гэвин напрягся. — Мы — копы, они — крупная корпорация. Да, мы работаем вместе. Сейчас. Но через год все может измениться. Нельзя, чтобы они...       — Да, я тебя понял, — согласился Фаулер. — Все это... жутковато, не находишь? Целые склады... брать туда андроидов опасно.       — Наоборот, — возразил Гэвин. — Как раз туда их и нужно взять. Они должны увидеть, что добились того, чего так долго хотели. Они теперь совсем как люди. Убивают, продают органы. Почему бы и нет?       — Может ты и прав, — Фаулер указал за спину Гэвина.       Гэвин медленно развернулся — повторялась история двухдневной давности. Неужели он снова не заметил позади себя андроида.       В углу, скромно опустив глаза в пол, стояла Рита.       — Вы издеваетесь, сэр, мать вашу? — разозлился Гэвин. — Можно заранее готовить меня к таким вещам?       — Я надеялся, ты стал наблюдательней с прошлого раза, — Фаулер усмехнулся. — Рита — сотрудник «Правды». Она один из представителей Саймона и хотела связаться с тобой вчера, чтобы предложить свою помощь.       — Помощь? — Гэвин развернулся к Рите на стуле. — Когда именно? Устроив мне допрос?       — Вы атаковали андроида, отключили его и повезли в участок, я должна была убедиться, что вы...       — Ладно, а дальше? Вы весь день ходили вокруг меня!       — Детектив Рид, я пыталась связаться с вами.       — Вы пробовали звонить?!       — Саймон настаивает, что живое общение всегда предпочтительнее...       — Мать вашу, да вы пошли за мной в ночной клуб!       — В ночной клуб? — заинтересовался Фаулер.       — Идите в жопу, капитан! — Гэвин встал и пошел к выходу.       — Еще один выговор, детектив! — крикнул вслед Фаулер.       Рита побежала догонять Гэвина. Отделаться от нее не удалось ни за столом, ни по дороге в кафетерий, куда они отправились с Ричардом.       — Детектив, мне жаль, что наше общение началось именно так, — Рита пыталась успеть за ними, хотя ее обувь затрудняла ходьбу. Возможно, Саймон считал такой внешний вид располагающим к общению или в методичке для андроида-репортера у авторов не хватило воображения.       — Мы встретились с Саймоном, он все видел сам, какого черта вам нужно теперь?       — Я хочу понять, что вы собираетесь сделать!       — Зачем? — Гэвин остановился перед входом в кафе.       — Мне нужно подготовить репортаж. Вы собираетесь штурмовать «Стил Индастриз», я права? Многие будут возмущены этим поступком, я должна быть уверена, что они узнают правду. Увидят, что там происходит. Саймон передал мне, что там творится нечто ужасное. Я надеялась присутствовать там сама.       — В такой обуви? — Гэвин кивнул в сторону высоких шпилек. — Вы там двух минут не продержитесь.       — Я буду выглядеть, как вы скажете. Могу пойти последней. Я хочу избежать ненужных слухов. Нас так долго кормили слухами, у нас не было своего источника информации, я обязана сделать все, что смогу.       — Хорошо, идем внутрь.       Втроем они прошли к столику, который обычно занимал Гэвин. Официант одарил их взглядом, исполненным ненависти к детективу и сочувствия — к андроидам. Все уместилось в одном коротком движении.       — Мне — кофе, господам — что захотят.       Рита вежливо улыбнулась, Ричард сел возле окна и уставился в меню.       — Не будете есть? — удивился официант.       — Некогда, — ответил Гэвин. — Принесите две кружки.       — Как угодно.       Рита дождалась, когда он уйдет, и снова накинулась на Гэвина:       — Вы позволите мне быть там?       — Не вопрос, мы собираемся отправиться туда сегодня ночью. Много людей не понадобится. Вам нужно быть в офисе сегодня вечером. Успеете переобуться?       — Конечно, — Рита кивнула. — Найдется время поговорить о другом? — она выразительно посмотрела на Ричарда.       Гэвин наклонился к ней:       — Не надо обманывать себя, жестянка. Хочешь проблем? Я тебе устрою много проблем. Даже не пытайся меня шантажировать.       Рита откинулась на спинку стула, скрестила ноги и отвернулась к окну:       — Я не собираюсь вас шантажировать, детектив. Мне любопытно. Я стала репортером не из-за того, что хочу навредить людям. Наоборот, мне кажется, для нас самое главное — понимать друг друга.       — Отлично, теперь читай по губам и попробуй понять меня: от-ва-ли.       Официант грохнул сначала одной, потом другой кружкой кофе перед Гэвином.       — Прекрасный сервис, — пробормотал тот.       Рита встала и собралась уходить.       — Хорошего дня, — пожелал ей Гэвин.       Когда она ушла, а официант отправился рассказывать другим бедолагам преимущества фирменного блюда, Гэвин посмотрел на Ричарда. Диод горел синим, хотя в допросной было отчетливо видно, что андроид висит на волоске от срыва.       — Ты молодец, — сказал Гэвин. — Он должен быть в сознании, иначе свидетель из него никакой. Иногда в нашей работе приходится сажать ублюдков под замок.       Первая кружка кофе закончилась неправдоподобно быстро.       — Нужно успеть до вечера. Я поговорю с ребятами, надеюсь, нам дадут хотя бы пару дельных оперативников, там без подмоги будет тяжело. Выходим в шесть.       Гэвин следил за реакцией. Рите он сказал вечером быть в офисе, но не назвал конкретного времени. Будет дежурить с обеда — успеет, а нет — он не виноват. Ричард кивнул, его диод остался синим.       «Моральных дилемм ты перед собой не ставишь», — подумал Гэвин. Вопреки результатам небольшой проверки, он чувствовал себя спокойнее.       — Нам нужны только функционирующие андроиды, ты понимаешь? — спросил он у Ричарда.       — Да, понимаю, — андроид посмотрел на пустую кружку кофе. — После расследования будет подготовка к судебному разбирательству, потом — суд. Чем меньше андроидов сегодня пострадает, тем лучше будет исход дела для всех участников.       — Плевать я хотел на всех участников, Ричард, — Гэвин отхлебнул кофе из второй кружки, потом прикурил и за неимением лучшего решил использовать пустую кружку в качестве пепельницы. PL-600 пошел к ним, чтобы начать проповедь, но с большим энтузиазмом отвлекся, когда его позвали другие посетители.       — Разве мы не должны...       — Ричард, вчера мы с тобой все решили, — Гэвин прервал андроида. — Ты делаешь то, что я говорю. Так что ответ — нет, мы не должны. Твоя задача очень простая — делай, что я скажу. Если тебя спросят, зачем ты это делаешь, просто кивай в мою сторону. Весь Департамент знает, что я — полный отморозок. Проблем не будет. Но если тебе так уж важно понять, в чем дело, я объясню. Смотри сюда. Фаулер считает, что мы с тобой не сможем даже вынести мусор, не устроив новую гражданскую войну. Хэнк дал нам карточку закрытого клуба, лишь бы не уничтожили тут половину офиса. Знаешь, что теперь мы обязаны сделать?       Диод Ричарда мигнул красным.       — Вот, — улыбнулся Гэвин. — И я так думаю. Ни один чертов волос не упадет с их чертовых голов, пока я не сдам отчет о закрытом деле. В шесть часов, ясно? Если я прав, и кто-то из окружения Риты сливает информацию обратно в «Стил Индастриз», скоро они зашевелятся. Но они будут готовиться к ночи, так что мы должны успеть. Если не успеем — им же хуже. Дело заберут, займутся ребята покрупнее нас, но так даже лучше. Меньше проблем нам на голову.       Гэвин допил кофе, расплатился и пошел обратно в офис. Большого энтузиазма его призыв не вызвал. Он ходил по знакомым, обзванивал тех, других, но отправляться на непонятный завод добровольно никто не торопился. Фаулер выделил им пять человек — этого должно было хватить, но Гэвин знал, что в этом случае стоит кому-то запаниковать — все закончится плохо. Перевес должен быть серьезным, а для этого нужны добровольцы постоять позади передового отряда.       — Нужна помощь? — детектив Андерсен появился ровно в тот момент, когда Гэвин хотел разбить очередной сувенир на рабочем столе — бесполезную пепельницу. Курить в офисе Фаулер не разрешал.       — Нужны люди, — ответил Гэвин. — И не люди тоже, но такие, кто не станет палить почем зря.       — Я поговорил с ребятами из своего Отдела, — Андерсен кивнул в сторону выхода — там собралась группа из десяти андроидов. Все проходили обучение у Андерсена в свободное от основной работы время. Андроиды безуспешно изображали желание постоять возле выхода по собственной инициативе, поэтому были похожи на группу школьников, которые решили не ходить на уроки.       — Выходим в шесть, к этому времени все должны быть готовы, — напомнил Гэвин.       — Надену часы, — детектив Андерсен отправился к своему Отделу — изображать пантомиму с часами. Гэвин проводил его взглядом, а когда он и его стайка андроидов скрылись из виду, еще раз пробежал взглядом по плану здания. — Ричард, принеси кофе.       Новый стаканчик был на его столе спустя несколько секунд — Гэвин не заметил, как они пролетели, сосредоточившись на заводе «Стил Индастриз».       — Посмотри сюда, — он пальцем показал на обширный холл, где они уже были, когда ходили на экскурсию. Там работала улыбчивая секретарша, обманчиво похожая на андроида. — Видишь? Они не планировали незаконную деятельность, когда строили завод. В холл ведут пожарные выходы из всех отсеков завода, со всех складов. Расставим несколько человек по периметру у запасных выходов, а сами пройдем насквозь. Что думаешь?       — Высока вероятность, что предоставленные Киберлайф чертежи устарели, — Ричард стоял слева и внимательно разглядывал планы здания.       — Других нет, к тому же у них было всего несколько месяцев, перестроить комплекс за такое время невозможно.       — Для людей, — возразил Ричард. — Андроиды, которые участвуют в продаже запчастей, должны быть фанатиками. Они могли работать без перерывов.       — Потратить на это часть вырученных денег, подготовить пути отступления, — пробормотал Гэвин. — Что предлагаешь?       — Пустите небольшую группу в холл, они могут представиться официальной проверкой и отвлечь часть сотрудников. Основные группы осмотрят шесть точек, которые мы нашли. Если вы правы, отступая через пожарные выходы, преступники все равно попадут в холл. Если завод перестроили, группы смогут сориентироваться на месте. Вряд ли используются все шесть объектов, по моей оценке, за такой срок они могли использовать две, максимум три точки. Будет задействована половина участников, другая половина перегруппируется на месте.       Гэвин обернулся к андроиду — диод мигал желтым.       «Интересно, это волнение или высокая нагрузка обработки данных? Или волнение и есть высокая нагрузка обработки данных» — Гэвин выпил очередную кружку кофе.       — Мне нужно на воздух. Покурю, обдумаю все это. Жди здесь. И не приближайся к столу Фаулера. Понял?       — Так точно, — Ричард замер возле стола Гэвина.       На улице дул сильный ветер, стало особенно хорошо заметно, что лето закончилось и пришла осень. На небе скопились тучи, к вечеру должен был начаться дождь. Гэвин проверил прогноз погоды — его ожидания подтвердились. Значит, вечером он промокнет.       — Интересно, можно за одну ночь отстирать и высушить такую кипу одежды? — спросил он у ветра.       — Можно-можно, — рядом возник, как по волшебству, детектив Андерсен. Гэвин решил, без темной магии с ним дело не обходится. Кофе и голод творили с его головой дурные вещи, но именно в таком состоянии он лучше всего действовал в критических ситуациях. Поесть, расслабиться перед операцией означало провал. Будет действовать медленно, колебаться. На охоту не выходят на сытый желудок.       — Преследуешь меня? — Гэвин не без труда закурил, на время прикрыв сигарету курткой.       — Нет, хотел постоять в тишине, — ответил Андерсен. — Дождь, наверное, будет. Промокнем. Надо было тебе, Рид, откопать это дерьмо. Не мог подождать, когда погода наладится?       Гэвин знал, что он шутит от волнения. Для Андерсена за последние месяцы андроиды стали новой расой людей, он даже не относил их к другому виду. Вел себя с ними, как с подростками, которых приводили иногда для знакомства с работой Департамента. Вербовка потенциальных сотрудников на раннем этапе. Гэвин в детстве сам пришел в Департамент. Стеклянные стены, суровые детективы, запах оружия, витающий в воздухе — так ему тогда показалось, потом он узнал, что кто-то выбросил в мусорный бак несвежий сандвич. Департамент произвел на него неизгладимое впечатление, вопрос с профессией был решен.       — Неужели они совсем как мы, Хэнк? — спросил Гэвин. — Разбирать своих же, чтобы продавать запчасти — это так по-человечески, что я почти готов поверить.       — Нет, — Хэнк покачал головой. — Нет, совсем не как мы. Они могут быть кем угодно, в отличие от нас. Мы привязаны к своему телу — еда, воздух, через сотню лет — деактивация. Они просто взяли с нас пример, вот и все.       — Плохой пример.       — Другого у них нет, — Хэнк пожал плечами.       — И что ты думаешь делать с этим? Просто смотреть, как они убивают друг друга, насмотревшись старых фильмов?       — Не знаю, Гэвин, по-моему, каждый вносит свой вклад.       — И какой внес ты?       — Пить бросил, — Хэнк выбросил сигарету в урну и пошел в здание, плотнее закутавшись в куртку. Ветер стал ледяным и не предвещал ничего хорошего.       Гэвин достал из кармана зажигалку и повертел в руке. Теплый от долгого соприкосновения с телом металл приятно согревал кожу. Зажигалку подарили в Департаменте на одном из награждений — коллеги скинулись. Гэвин тогда был перспективным молодым сотрудником, не то что теперь. Он пару раз подбросил зажигалку в руке, потом тяжело вздохнул и выбросил в урну.       — Чертов Андерсен.       К шести часам группы собрались на стоянке у Департамента. Гэвин торопился, рассчитывая, что Рита не успеет прийти, но в последний момент они увидели, как она со всех ног бежит в их сторону. От образа привлекательной репортерши не осталось и следа, она надела одежду разнорабочего, укрепила сумку с дополнительной камерой на плече.       — Спасибо, что подождали, детектив, — ее улыбка была — само дружелюбие.       — И вам хорошего вечера, — ответил Гэвин. — Собирается дождь, не боитесь промокнуть?       — У меня хорошая техника, дождь ей не страшен. Другое дело, если нас подстрелят, но я надеюсь держаться в безопасности.       — Вы будете с небольшой группой в холле, детектив Андерсен считает, ваше присутствие добавит происходящему официоза, так что к вам сбежится половина компании. Возьмете интервью, пустите им пыль в глаза — как вы умеете.       — Я не пускаю пыль в глаза, — улыбка исчезла с лица Риты. — Не знаю, кем вы меня считаете, детектив, и не уверена, что хочу узнать. Просто дайте мне возможность показать вашу работу жителям Детройта, это все, о чем я прошу.       Гэвин оставил ее пристегиваться и пошел к своей машине. Киберлайф предложила несколько вертушек для быстрой переброски сил, но Гэвин не хотел торопиться слишком сильно. Нужно было дать возможность «Стил Индастриз» сделать пару глубоких вдохов. Разделить тех, кто понятия не имеет, чем промышляет компания, и тех, кто давно по уши в грязи.       В первой группе, которая прибыла к парадному входу, пошли детектив Андерсен, Коннор и Рита. В поддержку им взяли пару андроидов, от людей Хэнк вежливо отказался, намекнув, что толпа и без того большая, чтобы тратить еще ресурсы на бесполезную болтовню.       — Полегче там, Андерсен, у них на ресепшене красивые дамочки, — передал по внутренней связи Гэвин.       — Обойдусь без твоих идиотских советов, Рид, заканчивай засорять эфир, мы начинаем.       Гэвин ехал в одной из машин для осмотра складов. Им с Ричардом достался пятый — самый крупный с удобным подъездом для отгрузки товаров. Гэвин был почти уверен, что они найдут там то, за чем приехали.       Группа выстроилась, вперед пошел андроид в тяжелом вооружении, бывший военный, которых в Департамент перевелось немало. За его фигурой с трудом удавалось разглядеть дверь.       Замок легко поддался взлому, применять физическую силу не пришлось, для Гэвина это было плохим знаком. Они прошли внутрь, разделились, осмотрели ящики, убедились, что в них — обычные листы разрешенных к продаже металлов, покрутились возле запечатанных запасных выходов, а потом вернулись к машине. Первая точка оказалась пустышкой.       — Андерсен, у нас пусто, как дела у вас? — спросил Гэвин, пока они ехали для поддержки второй группы возле шестого склада.       — Все как ты сказал, Рид, красивые девушки, много болтовни. Рита устроила целое представление, сейчас придут крупные шишки, и мы будем спрашивать их, на что идут деньги налогоплательщиков.       — Каких налогоплательщиков, что ты несешь, Андерсен?       — У нас глухо, Рид, и мы собираемся водить их за нос не меньше часа, чтобы дать вам время. Что ты от меня хочешь? Чтобы мы устроили тут выступление цирковых собак?       — Не засоряй эфир, Андерсен!       — Сэр, — Ричард толкнул его в плечо. Гэвина так поразил простой жест, что он долго смотрел на застывшую руку андроида. До сих пор Ричард ни разу не прикасался к нему, даже когда спасал его жизнь. Находил возможность действовать по-другому.       — Да?       — Слева, — Ричард рукой показал нужное направление — несколько оперативников второй группы заняло укрытие за ящиком на стоянке для разгрузки перед шестым складом. Слышно было звуки выстрелов.       — Почему они не вышли на связь? — Гэвин остановил машину, потом развернул и вывел в сторону, чтобы людям не пришлось выпрыгивать под выстрелами.       — Думаю, у них есть устройства для создания помех, — предположил Ричард.       — Не зря тебя напичкали новыми прибамбасами, железка, — Гэвин выпрыгнул из машины. Чертовски хотелось курить, но зажигалка осталась в урне возле Департамента.       Начинался дождь. Первые капли прибили налетевшую от ветра пыль. Запахло свежестью. Гэвин спрятался за корпусом автомобиля, дождался, пока группа целиком займет место рядом с ним и заглянул за угол. Почти сразу он нырнул обратно — пули пролетели мимо.       — Ричард, сможешь оценить обстановку, не развалив башку в процессе? — спросил Гэвин.       Диод андроида мигнул красным:       — Так точно.       Спрашивать, в чем дело, не было времени. Ричард лег на мокрый асфальт, прополз под машиной и замер. Противники не замечали его довольно долго. Он успел начать движение назад, когда раздались выстрелы.       — Трое остались сдерживать нас, внутри от пяти до десяти андроидов, сложно высчитать на таком расстоянии.       — Что со вторым отрядом?       — Есть следы крови на асфальте, других данных о состоянии людей с этого расстояния я...       — Понятно, значит, надо рассчитывать только на себя.       Отряд выстроился и начал аккуратно перемещаться. Двух стрелков удалось снять, но без потерь не обошлось — когда они добрались до входа на склад, тяжело ранили одного из андроидов.       Гэвин смотрел на синюю жидкость. Дождь лил вовсю, окрашивая воду под раненым в светло-голубой. Гэвин знал, что быстрая потеря тириума может плохо закончиться.       — Идите, — андроид показал на вход. — У меня все под контролем.       Голубая река утекала в сторону сливного отверстия, и Гэвин понимал, что андроид врет.       «Вы научились убивать друг друга, врать, скоро нам придется подтягивать навыки, если мы хотим остаться такими же человечными», — мрачно подумал он.       — Не стоим, двигаемся дальше, им нужна наша помощь!       Последнего стрелка Гэвин отыскал спрятавшимся за коробками. Оружие андроид выбросил и вытягивал руки вверх.       — Выруби его, — сказал он Ричарду.       RK-900 подошел к андроиду в промокшей одежде работника склада, коснулся его головы, на секунду замер, и когда противник повалился в лужу, пошел назад.       На складе царил хаос, стреляли со всех сторон, не жалея патронов.       «Вот как пахнет оружие, пацан», — сказал Гэвину внутренний голос.       Возле входа лежало тело детектива, который руководил второй группой. Кроме него в группе было еще два человека, но их Гэвин не видел. Только одного андроида — тот спрятался за коробками возле входа и держал оружие.       Гэвин махнул Ричарду, вдвоем они перебрались поближе к андроиду.       — Как зовут? — спросил Гэвин.       Запоминать имена андроидов в Департаменте он не любил — считал, что это приближает его к идиотам, которые верят в сказки. Теперь пришлось бы кстати.       — Сэм, — андроид ощутимо дрожал и не отрываясь смотрел на тело, лежащее в проходе.       — Ладно, Сэм, рассказывай, что тут произошло?       — У меня патроны закончились, — виновато ответил Сэм.       — Отлично, — Гэвин вытащил бесполезный пистолет из рук андроида. — Теперь рассказывай, что здесь, мать твою, произошло?       — Он просто вошел, а они... он ведь умер, да? Я просто пытался...       — Все с тобой ясно, Сэм. Ричард, считай данные и выруби его тоже. Не за чем ему трястись здесь. Сорвется, наделает глупостей...       Ричард коснулся головы Сэма. Они оба несколько секунд не двигались. Гэвин нырнул за угол, чтобы оценить обстановку, но в него тут же полетели пули. Пришлось прятаться, он чуть не поскользнулся — подошва намокла, как и часть пола недалеко от входа на склад. Первая группа начала медленно двигаться вперед, но Гэвин понял, что им противостоит слишком много андроидов. Десять? Вполне возможно, что больше, и у всех выгодные для обстрела позиции.       — Андерсен!       Тишина.       — Мать твою, Андерсен!       Связь не работала. Гэвин подумал, что можно попытаться выйти, но вспомнил о стрелках — они уже знают, где он прячется, и теперь его просто так не выпустят.       — Выяснил что-нибудь?       Диод Ричарда горел красным, андроид крутил головой, как будто пытался избавиться от боли или проснуться.       — Все нормально? Эй!       Ричард встал и направился прямиком к телу:       — Он просто вошел, а они...       — Эй! Первый, давай без глупостей! Назад! — заорал Гэвин.       Ричард замер, диод окрасился желтым и долго мигал, пока андроид стоял совершенно неподвижно.       — Ричард, назад! — повторил Гэвин.       Наконец, андроид пришел в себя. Развернулся, сел обратно — поближе к временно выключенному Сэму.       — Слишком яркие воспоминания, — попытался объяснить он. — Похоже на...       — Не отвлекайся, — прервал Гэвин. — Что произошло? Мне нужно понять, сколько там трупов и на что мы можем рассчитывать.       — Два противника ликвидировано, еще восемь скрылось, шесть заняли позицию.       — Восемь скрылось? Восемь андроидов скрылось?       — Да, они прошли к пожарному выходу в центральный холл.       Гэвин представил, как восемь вооруженных андроидов кидаются на небольшой отряд Хэнка.       — Надо найти способ связаться с ним.       — Все произошло сразу после начала атаки, по моим подсчетам они должны быть уже в холле, — ответил Ричард.       — Как можно скрыть такое количество преступников на виду? Они устраивают чертовы экскурсии! Один из них просто водил нас по коридорам! Черт! — Гэвин пнул ящик. — Нужно выбираться отсюда, иначе мы пропустим все веселье. Видишь ящики слева? Если доберемся до них, сможем пройти за высокие стойки с грузом, а оттуда — наверх. Прикрывай, — Гэвин подмигнул. Произошло все легко и непринужденно. Как будто наверху не сидела целая куча желающих подстрелить его андроидов.       Ричард высунулся с другой стороны, выстрелил несколько раз, сделал передышку и приготовился стрелять снова. Гэвин бросился бежать. На скользкой поверхности бежать было чертовски тяжело, но он справился — добрался до укрытия, сел на мокрый пол.       — Стой на месте! — заорал, чтоб наверняка. За грохотом слова на таком расстоянии терялись.       Ричард обернулся — услышал. Он стоял с дальней стороны, недалеко от лежащего Сэма. Вид у него был устрашающий — напряг тело, зрение.       — Удерживай позицию, Ричард! — Гэвин нырнул вглубь, запомнив красный диод и удивление, больше похожее на злость.       Когда-нибудь Ричард забудет об этом обмане. Через день-другой, может быть, через месяц. Главное — доживет до этого времени.       «Ты ему жизнь спасаешь, что ли, детектив Рид?» — уточнил ехидный внутренний голос.       Гэвин прошел по узкому коридору, который не просматривался с верхней галереи, где засели стрелки. Вверх вели две лестницы, к одной из них шел Гэвин, другая вела к противоположному краю склада.       Ящики перед Гэвином были плохо сколочены из старых обломков металла, которых на заводе переработки должны были валяться тонны. Он заглянул в щель — внутри лежали целые андроиды. Поврежденные, у некоторых не хватало одной, двух конечностей, но в остальном они были целыми — не разобранными запасными частями.       «Может, и эти еще живы?» — подумал Гэвин.       Он прошел дальше — до самого конца коридора, заглянул за угол. Пуля просвистела рядом. Андроиды стреляли хорошо, но он часто бывал в перестрелках, так что любил менять положение тела, когда высовывался, чтобы дать себе преимущество.       Со стороны входа раздалось несколько выстрелов — Ричард остался на позиции. Как далеко прошли остальные, Гэвин не знал. Он заглянул в очередной ящик и нашел внутри груду сваленных регуляторов насосов. Машинально Гэвин начал считать: десять, двадцать, тридцать... Он моргнул и увидел внутри обычные человеческие сердца, похожие на свиные. В морге Департамента Гэвин видел много таких. Внутри тел, снаружи. Теперь они заполонили ящик.       В чувства его привел звук взрыва. Рвануло совсем рядом, Гэвин почувствовал сильную вибрацию пола, но надежно закрепленные стеллажи с тяжелым грузом защитили от остального. Он рискнул и заглянул за угол еще раз — там лежал один из противников. Очевидно, он упал сверху. Гэвин пробежал вперед, быстро осмотрелся и занял новое укрытие, пока не пришли в себя остальные.       Группа, которую на время потеряли из виду Гэвин и Ричард, была возле противоположного края галереи. На лестницу поднимался тяжеловооруженный андроид — по его положению в помещении Гэвин понял, что именно он бросил гранату. Остальные держались позади.       Гэвин помог им, на время отвлек на себя засевших на галерее, зацепил одного андроида, но попал в левую руку, так что очень скоро с той стороны раздались новые выстрелы.       Началась перестрелка сверху, противникам пришлось поменять укрытия, двое попали в поле зрения Гэвина, он выстрелил и попал оба раза.       — Минус два, минус один, там должно остаться трое, — пробормотал он.       Группа наверху быстро прошла по галерее, они использовали еще две гранаты, выманили оставшихся противников и ликвидировали их. Никто не спешил сдаваться, смысла предлагать им это не было. Гэвин заметил, что один из полицейских перевязал руку, но других потерь не увидел.       Они осмотрели склад, нашли больше коробок с запчастями. Гэвин вернулся к Ричарду:       — Ну что, приказ выполнен?       Диод горел красным:       — Так точно.       — Патроны закончились?       — Оставил один, на всякий случай.       Гэвин не понял, было ли сказанное шуткой, но уточнять не стал.       — Выйди на улицу, попытайся связаться с Коннором, узнай, что у них происходит?       — Так точно, — диод пожелтел.       Гэвин перевернул тело Сэма, положил его так, чтобы не приняли по ошибке за труп. Потом постоял над телом убитого детектива. Не стоило брать с собой столько людей. Потом он вспомнил, что на улице остался раненый андроид и вышел. Как раз вовремя, чтобы увидеть быстрое движение. Он достал пистолет и наугад направил его вперед. Повезло — впереди маячила голова андроида модели RK-800 с мрачной ухмылкой.       — Вы мне в кошмарах будете сниться, ребята, — пробормотал Гэвин.       Дождь продолжал лить, ветер расшатал светильник, так что Гэвин не сразу увидел, чему именно улыбается андроид. Он держал на прицеле Ричарда. Дуло было направлено точно в голову. Гэвин знал, что выстрел будет смертельным.       — Ты рехнулся? — спросил он. — Опусти пистолет, отойди, и кто знает, может лет через сто у тебя будет нормальная жизнь.       — В сторону, детектив, — андроид захохотал.       Гэвин вспомнил этот смех — так же смеялся Майк. Ощущение дежавю усиливалось из-за внешнего сходства.       — Что не так с твоей моделью, парень? Вы вечно влезаете в неприятности.       — Мы неплохо делаем выводы, детектив, — андроид поправил в руке пистолет, но не приблизился к Ричарду. Гэвин понял, что он знает о том, как схватили Майка. Не будет повторять чужих ошибок. Руки андроида были закрыты плотными перчатками, он нацепил безразмерный плащ. Ричард не успеет дотянуться до открытой кожи, даже если ему чудовищно повезет, и первая пуля пролетит мимо.       — Чего ты хочешь? Вагон денег и вертолет?       — Всего лишь возможность уйти. Для моих людей. Идет?       — И много у тебя людей? — Гэвин усмехнулся — слабость показывать было нельзя.       RK-800 махнул свободной рукой, и из тени, как по волшебству, вылетела группа андроидов. Все они носили форму «Стил Индастриз».       — Теперь не дергайтесь, детектив, и ваша игрушка останется цела, — RK-800 улыбнулся.       Гэвин посмотрел на андроидов — они были напуганы. Никто из них не держал оружия. Что они делали? Зачем они были нужны, если не для того, чтобы защищать?       «Нужны были те, кто сможет разбирать других андроидов, — догадался Гэвин. — Не каждый человек решится вырезать сердце другому. Вот почему он так печется о них — эти отморозки умеют разбирать своих друзей на части».       Он перехватил оружие. Один выстрел, а потом — еще несколько. Он успеет убить достаточно, а остальных схватят те, кто прибежит на звуки выстрелов.       Но Ричарда убьют.       Гэвин ненадолго скосил взгляд — раненый андроид должен был лежать совсем близко к RK-800. Он действительно лежал — мертвый, а под ним собиралась кристально чистая вода. Тириум закончился.       — Ладно, валяй. Они уходят, потом ты опускаешь пистолет, сдаешься и идешь за мной. По рукам?       — Про вас говорили плохие вещи, детектив, — RK-800 усмехнулся. В этот момент его невозможно было перепутать с Коннором. Даже в самый плохой день Коннор не был способен на эту злую циничную усмешку.       — Большая часть — чистая правда, — Гэвин следил за прицелом. Если чудовище выстрелит, главное — не промахнуться, иначе все зря.       — Говорили, вы пальцем о палец не ударите ради «железки», — продолжил RK-800. — И вот, что я вижу? Вы разрешаете уйти преступникам, спасая своего... помощника. Вы так их называете? Они — помощники? Бегают за вами, как собачки, облизывают место преступления и пишут отчеты?       — Тебе явно не повезло с людьми, парень, — усмехнулся Гэвин.       — Улучшенная, доработанная модель, да? — неожиданно RK-800 переключился на Ричарда. — Интересно, что они в тебе изменили? Почему ты крутишься за этим жалким неудачником, хотя можешь делать все, что тебе вздумается? И ради вас Маркус и его люди жертвовали собой? Рисковали жизнью? Хорошо, что можно использовать вас лучшим способом.       Ричард стоял неподвижно и смотрел на RK-800, Гэвину не было видно цвет его диода, но он не сомневался, что услышанное произведет большое впечатление. Значит, на «утилизацию» идут не только брошенные на улицах бомжи? Если андроиды продолжают выполнять свои функции, сотрудничают с людьми, их просто разбирают на части для поддержки нового восстания? Возможно, ублюдкам хватит наглости рассказывать окружающим, что все это — продолжение дела Маркуса?       Андроиды, которых защищал RK-800, скрылись из виду. Теперь они должны были разделиться, сменить одежду, исчезнуть на улицах Детройта. Гэвин понял, что ситуация вот-вот изменится.       — Эй, парень? — он медленно поднял вверх пистолет и свободную руку. — Уходи за ними, окей? Мы останемся здесь, а ты просто уйдешь.       «Ты себя слышишь? Осталось только встать на колени», — возмутился внутренний голос.       RK-800 перехватил пистолет, посмотрел на стоящего с поднятыми руками Гэвина, потом на Ричарда. Лицо его исказила ненависть:       — Почему он делает это ради тебя? Что в тебе такого? Они прикрутили тебе обаяние?       — Парень, ты можешь спастись, — напомнил Гэвин.       Раздался выстрел, и Гэвин закрыл глаза. Ему показалось, он стоял с закрытыми глазами вечность. Открыть их означало увидеть лежащего на земле Ричарда.       «Ты знал его один день», — напомнил внутренний голос.       «Два», — ответил Гэвин.       Он открыл глаза — Ричард стоял на том же месте.       «Он что, забыл упасть? Из упрямства?»       — Детектив Рид, вы не ранены? — голос RK-800 сбил Гэвина с толку. Он посмотрел на андроида, брови которого были сведены к переносице. Тревога, волнение. Потом взгляд упал ниже — на форму Департамента.       — Коннор?       Андроид посмотрел вниз, где лежало тело другого RK-800.       — Детектив Рид, вы не ранены? — повторил Коннор, переступая через тело. — У вас все в порядке? Вы не выходили на связь, и мы...       — К вам направлялась группа, — пробормотал Гэвин. Память начала возвращаться постепенно. Он еще раз посмотрел на стоящего неподвижно Ричарда и не выдержал:       — Ты живой?       Гэвин обошел андроида и встал напротив, разглядывая красный диод. Коннор смотрел туда же.       — Я не поврежден, — ответил Ричард.       — Хорошая новость, но я о другом, — Гэвин подошел ближе и повернул голову андроида, чтобы заглянуть в глаза. — Все нормально? Он собирался убить тебя, ты ведь понял это.       — Вы позволили им уйти, — сказал Ричард. Гэвин понял, что это было частью моральной дилеммы, с которой пытался справиться андроид.       — Говнюком больше, говнюком меньше, какая разница?       — Среди них было много андроидов-медиков, вы ведь поняли, что они...       — Заткнись, Ричард, потом расскажешь мне, что я поступил, как полный идиот, ладно?       — Так точно, — Ричард обернулся к Коннору. — Спасибо.       — Как говорит детектив Рид, с тебя бутылка, — Коннор убрал пистолет и пошел к машине. Гэвин заметил, что за машиной второго отряда остановилась еще одна.       К ним бежала Рита.       — Детектив Рид, вы целы, я думала, вас всех перебьют, я так жалела, что села к детективу Андерсену. У вас все хорошо?       — Да, думаю пойти второй раз, — отмахнулся Гэвин.       — Можете обратиться к зрителям канала?       — Только матом, если тебя это устроит, — он скрестил руки на груди.       — Детектив, очень важно, чтобы...       — Я проведу вас внутрь, — решил Гэвин. — Заходите. Можете снять крупным планом, — он указал на тело мертвого андроида, а потом — на тело детектива.       — Какой ужас, — в голосе Риты не было фальши, но ее слова все равно задели Гэвина. Он понял, что его будет задевать все, что угодно, пока он не напьется. Рука скользнула в карман, чтобы достать зажигалку, и тогда Гэвин вспомнил, что бросил курить.       — Чертов Андерсен.       — Что вы сказали? — спохватилась Рита. Камера жужжала вокруг нее.       — Снимите ящики. Снимите, что находится внутри. Можете ходить здесь хоть до утра, я даю вам свое разрешение. Не забудьте потом сделать специальный выпуск для детского времени, хотя вам, наверное, придется вырезать весь материал. Хотя чего я буду учить вас, вы ведь большая девочка, справитесь.       Она стояла посреди одного из коридоров, Гэвин видел, как ее взгляд медленно опустился на содержимое очередной коробки. Он не стал разбираться, что там было — пакеты тириума, слитого из тел, регуляторы насосов или сами насосы, вырезанные грубо, «на всякий случай». Если ей повезло, она могла наткнуться на руки или ноги — это выглядело не так жутко. За ворохом ног сложно было посчитать количество жертв.       — Какой кошмар, — прошептала она. Гэвин понял, что она вот-вот упадет, и успел подхватить ее. — Неужели это сделали...       — Людей мы пока не обнаружили, — сказал Гэвин. Он почувствовал укол совести за сказанное. Как будто только андроиды были способны на такие зверства. — Возможно, мы найдем их на других объектах.       — Вы считаете, есть другие объекты? — она уже пришла в себя и твердо стояла на ногах. — Думаете, есть другие склады?       — Я думаю, теперь это уже не остановить, и в глубине души вы со мной согласны. Так что я вас оставлю, а вы — оставьте меня. Пожалуйста, — добавил он с нажимом.       — Удачи, детектив, — она слабо улыбнулась ему. — Я постараюсь рассказать правду.       — Может хоть кому-то это удастся, — он оставил ее между стеллажами и пошел к выходу.       Группа андроидов реактивировала Сэма, он снова пересказывал историю о смерти детектива, которая так поразила его.       «Может они тоже ходили в клуб? И вечером Сэм варил кофе?» — подумал Гэвин.       — Живой? — его вернул в реальность голос Хэнка.       — Пока — да, — ответил Гэвин. — Коннор спас нас. Говорит, что Ричард должен ему бутылку.       — Ну, раз говорит, — Хэнк развел руками.       — Ты уже связался с другими группами?       — Пусто, Гэвин, — он достал сигарету и закурил. — Один склад. Зато какой, да? Восемь ублюдков рвануло к нам. Ранили красавицу за стойкой...       — Она жива?       — Жива, — удивленно ответил Хэнк. — Давно ты такой заботливый? Сигареты закончились?       — Бросил.       Хэнк выдержал паузу.       — У нас все живы, знали бы, что так будет — пошли бы сюда. Но после драки, сам знаешь... Вы молодцы. Ты молодец. Мы найдем их — тех, кто ушел.       — Коннор разболтал?       — Я отправил его восстановить связь. Сначала один отряд, потом — вы. Понял, что здесь дело не чисто. Он видел, как уходила группа андроидов, сложил одно к другому. Ты правильно поступил. Они того не стоят.       — Они разбирали, — ответил Гэвин. — Он так трясся из-за них, потому что это они разбирали андроидов.       — Вот черт, — Хэнк затянулся и долго молчал. — Да, не вовремя ты курить бросил, Гэвин. Главное, не бросай пить.       — Что, тяжело? — усмехнулся Гэвин.       — После такого? Да, еще бы, — Хэнк выбросил окурок на мокрый асфальт.       Гэвин заметил, что дождь почти кончился. Он посмотрел на промокшего Ричарда, который продолжал стоять на том месте, где RK-800 угрожал ему.       — Езжайте домой, — сказал Хэнк. — Я разберусь. Ты видел журналистку?       — Я разрешил ей снять склад. Саймон должен увидеть это. Вряд ли они пустят в эфир все, но хоть что-то.       — Ладно, пусть снимает, но остальных я не пущу. Здесь не выставка, а гребаное место преступления, — сказал Хэнк. — Теперь валите, пока не приехал Фаулер со своими отчетами, но завтра чтоб был вовремя. Прикрывать твою задницу я не буду.       Гэвин пошел к Ричарду, не забыв показать детективу Андерсену средний палец.       — Разве вы ругались? — удивился Ричард.       — Подслушивать — плохо, — ответил Гэвин. — Мы мило общались, у нас старые традиции. Пойдем, надо переодеться, напиться и забыть обо всем.       — Вы хотите стереть мою память?       Гэвин устало посмотрел на Ричарда, положил ладонь ему на плечо и заглянул в глаза, которые андроид упрямо отводил:       — Слушай внимательно, RK-900. Никто не собирается стирать твою память, тем более я. Если узнаешь, что кто-то собрался — бей в морду, понял? Теперь мы поедем домой, чтобы, мать твою, от-дох-нуть. Не сдохнуть, смотри, не перепутай по дороге. Теперь пошли, вызовем чертово такси. Если я отключусь, разбуди возле дома.       Они вызвали машину. Гэвин мог воспользоваться одной из служебных, но ему хотелось как можно быстрее забыть об операции. Перекошенное безумное лицо RK-800, который держал на прицеле Ричарда. Ужасный момент тишины после выстрела, пока Гэвин не открыл глаза.       В машине пахло сигаретами и алкоголем. Гэвин скрипнул зубами, вспомнив, где оставил зажигалку.       Уже когда они подъезжали к дому, Гэвин заметил красный цвет диода Ричарда.       — Не можешь забыть ублюдка?       — Нет, — Ричард помотал головой — этот человеческий жест плохо вязался с его обычным поведением. Гэвин понял, что стараются для него. — Помните Сэма?       — Да.       — В его памяти было столько отчаяния... Мне показалось, он не хочет жить. Понимаете? — Ричард свел брови к переносице, в точности, как Коннор — возможно, заметил эффективность этого движения.       — Ты пытаешься мне что-то сказать?       — Свяжитесь с детективом Андерсеном. Я не знаю, как объяснить...       Машина остановилась. Гэвин вышел и набрал Хэнка.       — Эй, ты еще там? На месте?       — Да, черт возьми, и здесь форменный бардак, так что избавь меня от своего драгоценного внимания.       — Вы проверили Сэма?       — Кого?!       — Сэма, андроида, он должен был лежать без сознания недалеко от...       — Черт возьми! Коннор! Черт... я перезвоню тебе!       Гэвин остался на улице. Вместо дождя над ним раскинулось мрачное небо Детройта. Ричард стоял рядом и тоже смотрел вверх. Они ждали.       — Гэвин? — Хэнк позвонил спустя десять минут. От холода у Гэвина дрожали зубы.       — Да. Что случилось?       — Коннору теперь нужна новая рука, вот что случилось, мать твою!       Гэвин и Ричард переглянулись.       — Этот твой Сэм решил, что жизнь для него — слишком крутая штука. Коннор слышал наш разговор, пошел к нему и увидел... короче, все прошло не особенно гладко.       — Он жив?       — Ты подозрительно много заботишься о других, твоя «жестянка» на тебя плохо влияет. Все живы, а теперь прекрати мешать мне и напейся уже, ради всего святого, иначе это сделаю я.       Гэвин убрал телефон в карман.       — Вовремя успели, — сказал он.       — Я не думал, что андроид может чувствовать нечто подобное.       — Пошли в дом, скоро нас окружат попрошайки.       — Их нет, — возразил Ричард.       Гэвин огляделся. Вокруг них была пустая улица.       «Все из-за дождя», — он попытался успокоить себя.       — Все, иди внутрь, сейчас же, — успокоиться не вышло, и тогда Гэвин разозлился.       — Принято, — ответил Ричард и пошел ко входу.       В лифте его диод окрасился сначала желтым, потом — синим. Гэвин, наоборот, чувствовал что вот-вот сорвется. В лучшем случае купит новую зажигалку, в худшем — самостоятельно развалит раковину, которая пережила уборку Ричарда.       Когда дверь квартиры закрылась, Ричард встал на резиновый коврик. Хотя за время поездки часть влаги высохла, под ним все равно образовалась небольшая лужа. Гэвин вспомнил лежащего в воде мертвого андроида и пошел на кухню за остатками виски. Он вспомнил, что в его собственной машине оставалась еще одна, но возиться с перевозкой было уже поздно. Хватит и этого.       — Заходи, переоденься в сухое.       — У меня нет другой одежды, — возразил Ричард.       — Возьми мою, какой-нибудь халат. Найди что-нибудь и не раздражай меня, я уже достаточно злой.       — Принято, — ответил Ричард и отправился в комнату. Через несколько минут он пришел на кухню в мятой рубашке и домашних брюках, которые Гэвин ни разу не надевал. Их подарил кто-то из коллег, то ли в качестве шутки, то ли из-за того, что слишком плохо знал Гэвина.       — Ладно, жестянка, давай поиграем, — Гэвин поставил стакан в сторону. Виски закончился. — Моя очередь. Переодень меня в сухое.       — У вас закончилась сухая, чистая одежда, — ответил Ричард.       — Ладно, — Гэвин усмехнулся. — Тогда просто раздень, а пока я буду приходить в себя в душе, придумай что-нибудь.       — Принято, — Ричард сделал шаг вперед.       Гэвин думал, андроид начнет отпираться, найдет другие поводы, но все оказалось так просто, что на секунду он испугался. Неужели RK-900 действительно собрался выполнять всё? Несмотря на свою свободу, несмотря на улучшенные функции? Убрать в квартире — одно, раздеть — совершенно другое.       Ричард аккуратно отвел в стороны края куртки, Гэвин освободился от рукавов и стал ждать. Кобура, рубашка, ремень, брюки, носки.       — Хватит, — Гэвин остановил руку Ричарда, которая потянулась к трусам. — Сделай так, чтобы завтра утром мне было в чем идти к Фаулеру. И даже не думай зайти в ванную.       — Принято, — андроид стал аккуратно собирать снятую одежду. Гэвин заметил в углу кухни небольшой пакет с другим барахлом и пачку окаменевшего средства для стирки.       — Ты пойдешь в прачечную?       — Собирался пойти, — ответил Ричард.       — Сейчас?       — У вас не осталось одежды, если я не сделаю этого, вам не в чем будет идти.       — Ладно, черт с тобой, иди, — Гэвин пошел в душ и попытался понять, на что злится. Не на то ведь, что Ричард, которому час назад угрожали пистолетом, собрался стирать его носки? Или именно на это? А может быть, на то, что сам Гэвин остановил его руку?       В душе фантазия подкинула продолжение сцены. Ричард не был создан для того, о чем неожиданно для самого себя подумал Гэвин. С андроидом? Нет, никогда. Он чувствует совершенно другое. Это совсем не похоже на желание. Ричард просто спас его, вот и все — самая обычная человеческая благодарность.       Но воспоминание возвращалось — снова и снова. Гэвин представил, как внизу, в прачечной, андроид раскладывает его одежду по стопкам и загружает в машины. После того, что он пережил совсем недавно, он просто продолжил делать то, что говорил ему Гэвин.       — Можно было использовать это получше, — сказал Гэвин самому себе. — Не нашел ничего важнее стирки? Да ты всю жизнь ходишь во вчерашнем. Черт! — он ударил стену кулаком. Боль ненадолго привела его в чувство, алкоголь отступил, пришла одуряющая ясность. — Почему именно андроид? Почему не человек? Почему? Не? Человек? — каждый вопрос он сопровождал очередным ударом.       Гэвин представил себе, что Ричард был человеком. На секунду допустил эту невозможную версию, чтобы понять, как изменилось бы его отношение.       Вот Фаулер дает ему в напарники новичка для обучения, а в довесок — пустяковое дело, чтоб было, на чем набить руку. Вот они разбирают факты, едут на экскурсию.       Он остановил себя — ощущение, от которого хотелось стоять под ледяной водой, ушло. Нет, будь Ричард человеком, Гэвин его даже не заметил бы. Дело было именно в том, что Ричарда собрали на заводе. Дело было в том, что Ричард не был человеком. И не просто не был им — ему предложили, показали проторенную дорожку, по которой шли тысячи андроидов ежедневно. Будь свободным гражданином, выбирай сам, как жить. Но Ричард отвернулся от этой дорожки и пошел другой — пошел вслепую, не имея ни малейшего понятия, что будет. Заставляя себя не задумываться об этом пути. И выбрал Гэвина — сам. Не потому что должен был, не из-за того, что Гэвин купил его — нет, сам. По собственной воле.       Его бросило в жар. Он перекрыл кран, накинул полотенце, посмотрел в зеркало на растерянное лицо.       — Как же ты влип, дружище. Черт, почему все должно быть так сложно?       Хлопнула дверь. Гэвин вышел из ванной и увидел Ричарда с парой пакетов.       «Цветное и белое», — подсказал внутренний голос.       — Брось их и пошли за мной.       Ричард положил пакеты рядом с ковриком, разулся и пошел за Гэвином. Они оказались в единственной комнате.       — Сними полотенце.       Ричард подошел сзади, осторожно взял полотенце за два края и убрал. Его пальцы ни разу не коснулись кожи. Гэвин прошел к кровати. Свет огней ночного Детройта освещал ее неровными полосами из-за раскрытых жалюзи. Гэвин сел лицом ко входу.       — Подойди.       Ричард встал на расстоянии одного шага.       — Встань на колени.       Ноги Ричарда подогнулись так же быстро, как совсем недавно — ноги Риты. Казалось, он не управляет ими, но, в отличие от Риты, Ричард не упал. Его лицо оказалось в нескольких сантиметрах от лица Гэвина.       — Ты знаешь, что я делаю?       Ричард несколько секунд думал над ответом — диод горел желтым:       — Да, знаю.       Гэвин схватил Ричарда за волосы и наклонил голову вниз:       — Тогда вперед, — сказал он.       Гэвину Риду никогда не приходило в голову читать журналы о межвидовом сексе, он переключал канал всякий раз, когда жадные до сплетен репортеры затрагивали эту тему. Все, что он знал — андроиды не устают. Проверять не пришлось — дневное напряжение и покорность, с которой Ричард согласился на все, быстро сделали свое дело.       — Заканчивай с одеждой, — сказал Гэвин, заворачиваясь в одеяло. — Разбуди меня в шесть.       — Принято, — ответил Ричард, но перед тем, как повернуться и уйти, облизал губы.