Цена молчания

      — Ло, как хорошо, что ты дома, — мужчина протиснулся в открывшуюся перед ним дверь, стараясь не обращать внимания на испуг в глазах рассматривавшего его парня.       Карел Добиас, который и был тем самым мужчиной, обескуражившим Рэя своим бегом по улице, сбросил с плеча тяжёлую сумку, с грохотом ударившуюся о паркетный пол, и болезненно поморгал правым глазом, в который стекла капелька пота. В другой руке у него была переносная люлька, где под тонким одеялом сонливо барахтался ребенок.       — Послушай меня только сначала, я объясню тебе всё, что успею, — его странное появление на пороге продолжалось не менее подозрительными словами, которые он, казалось, подбирал с трудом. Уставший вид и потускневшие глаза разительно переменили образ Карела, который всего несколько лет назад одаривал энергией всякого приходившего сюда человека.       Лоуэлл, растерявшийся поначалу, теперь же жадно вглядывался в лицо мужчины, которое ожидал увидеть столько времени, при этом совершенно не пугаясь перемены в его поведении. Не волновало ничего, кроме Карела. Того самого Карела, с которым бы остался навсегда.       — Ты извини, что без предупреждения. Я бы позвонил, но знаю же, что не ответишь, — Карел обернулся к Солусу, ещё немного учащенно дыша, но парень не выдержал даже нескольких секунд и застенчиво уткнулся носом в его пропахшую одеколоном и потом куртку, возвращаясь в своих воспоминаниях на годы назад. Он не спешил ничего узнавать, почему Карел явился на пороге в охапку с ребёнком и где пропадал столько времени — просто хотел побыть рядом хотя бы чуть-чуть, задержаться рядом на мгновение, с трудом подавляя кипевшие внутри чувства.       — Чего ты, Ло? Неужто скучал? — бархатистый голос смешком раздался в прихожей, которая радостно приняла своего истинного хозяина: мрачный коридор и лишённые солнечного света комнаты незаметно становились уютнее, стирая со своих стен налёт одиночества и тоски, которые сохранялись на них с внезапного отъезда Добиаса.       Зеленые ласковые глаза пробежались по пространству вокруг и остановились на макушке стоявшего рядом парня, всё так же льнувшего к мужчине. Непослушные аккуратно стриженные локоны в легком беспорядке лежали на голове, и поэтому Карел неуверенно пригладил их, тоскливо пропуская пальцы сквозь русые волосы. Тепло Лоуэлла согревало и так разгорячённое быстрым шагом тело, а пересохшее горло требовало хотя бы капли воды. Карел мягко отстранил парня от себя, осторожно сжимая хрупкие плечи и чуть наклоняясь ближе к его лицу.       — Я вернулся совсем ненадолго, мне придётся уехать ещё примерно на неделю, но потом я обязательно приду обратно, обещаю. Ло, я очень хочу всё тебе рассказать, но время не самое подходящее. Можно о попрошу тебя кое о чём? Ты единственный, кому я могу довериться, — лицо Лоуэлла по-прежнему выглядело беспристрастно, только блестевшие глаза выдавали его волнение. Вопросы, которые так долго не появлялись в его голове, теперь всплыли и мучили его любопытство, однако получить на них хоть один ответ он не мог. — Ну так что? Поможешь мне? — суть просьбы ещё не прозвучала, а Лоуэлл моментально согласился, не в силах сопротивляться мольбе в дрогнувшем голосе Карела.       — Можно я оставлю тебе Нелу на недельку? Мне сейчас правда некого больше об этом попросить, — немой вопрос стоял у Лоуэлла в глазах, пока он медленно воспринимал выдаваемую информацию. «Кого?» — нетрудно было догадаться по растерянному взгляду, устремленному к Карелу.       — Нела. Дочка моя. Я дам все нужные вещи, деньги, оставлю всё, что необходимо, только выручи. Умоляю тебя, Ло, — торопливые слова последовали друг за другом, и горячее дыхание, отдававшее запахом дешёвого кофе, коснулось кожи Лоуэлла, который непонимающе оглянулся на люльку с ребёнком, чувствуя схватившие его кисти мужские ладони. В любой другой момент он затрепетал бы от этого незначительного касания, теперь же оно не доставляло ему никакого счастья.       Какой ребёнок, если он даже с людьми общаться не умеет? Три года назад Лоуэлл был беспомощнее котёнка, брошенного нерадивыми хозяевами, и только Карел понемногу помог приспособиться к окружению. После его отъезда Солус снова потерял связь с внешним миром, и теперь, когда он своими силами влился в течение жизни, Карел вновь вернулся, чтобы запутать ещё больше.       Радостное чувство комком застряло в горле, и восторг от долгожданной встречи сменился лёгкими разочарованием и отрешённостью. Подавив в себе едва заметную горечь, Лоуэлл тихо кивнул, выпутывая руки из чужой хватки и отворачиваясь от Карела.       — Ты правда согласен? Я знал, что ты спасёшь меня, — сохраняя непроницаемое выражение, Солус кивнул снова, так и не решившись ещё раз взглянуть на Карела. Он только рассматривал маленького человечка в люльке, такого крохотного и незнакомого.       — Посмотришь потом, что я в сумке оставил. Там всего понемногу, на неделю должно хватить. На всякий случай в боковом кармане деньги, бери, сколько понадобится. Ло, ты слушаешь меня? — Карел разговаривал на ходу, пока относил сумку в комнату и возвращался обратно в прихожую. — Ло? — мужчина положил руку на плечо парня, пока тот на корточках сидел возле ребёнка, наблюдая за окончательно проснувшейся малышкой. Нела следила глазами, поразительно похожими на отцовские, за движениями незнакомца, который никак не решался дотронуться до ребёнка.       — Спасибо ещё раз, Ло. Я постараюсь вернуться побыстрее, — Карел провёл рукой по затылку парня и покинул квартиру, тихо щёлкнув дверью. Такое простое и такое неправильное прощание. Особенно для Лоуэлла, искренне беспокоившегося за Карела и невольно ежедневно вспоминавшего его.       Запах дешёвого кофе постепенно выветрился, словно никто и не приходил сюда. Лоуэлл в едкой усмешке приподнял правый уголок рта, неотрывно глядя на Нелу, норовившую выбраться из надоевшей ей тесной переноски. Зацепившись ножкой за край люльки, девочка неловко подалась вперед, плюхнувшись прям на колени Лоуэллу и вцепившись в край рубашки. Парню не оставалось ничего кроме как подхватить её на руки, и унести из коридора, ещё несколько минут назад потревоженного незваными гостями.

***

      — Странный у тебя папашка, — Нела, еле успокоившаяся на руках Рэя, теперь сонно закрывала зарёванные глаза, уже не обратив внимания на очередного незнакомца, третьего по счёту за сегодня. — И что мы теперь должны делать? — парень держал девочку одной рукой, второй же потирал нахмуренные брови, сдвинутые к переносице. Усталость после рабочего дня наказывала болезненными волнами, а неожиданный приход Лоуэлла вгонял точившие виски невидимые гвоздики ещё глубже.       Рэй с Энрике перед этим просмотрели письмо, которое наспех набросал Лоуэлл и с порога сунул им. Скомкано объяснив ситуацию, парень теперь даже не надеялся на чью-то помощь, хотя ради неё сюда и пришёл. Боязнь показать свою слабость окружающим, по сути совершенно чужим людям, оказался слабее страха не выполнить данное Карелу обещание.       — Я конечно многое могу понять, но никак не это. Как можно оставить кому-то своего ребёнка, тем более парню? — Энрике стоял рядом с Рэем, изредка поглядывая на остановившегося чуть поодаль Солуса. — На что он вообще надеялся? Интересно, каким местом этот Карел вообще думал.       — Потом сам спросишь, раз так хочется. Если нечего дельного предложить, тогда я ухожу, — Рэй твердым и уверенным движением поудобнее обхватил девочку. С самого момента, как брюнет забрал её из рук неуверенно державшего ребёнка Лоуэлла, он почувствовал неосознанную ответственность за этого человечка, устало заснувшего в его объятиях.       — Куда? Домой что ли? — Энрике поправил очки, удивлённо поднимая на него глаза.       — А куда ещё? Пойдёмте, чего встали, — неловко перехватив взгляд Лоуэлла, Рэй отвернулся. Этот человек чересчур часто стал появляться в его жизни, теперь уже даже сложно представить, когда в очередной раз судьба столкнёт их и при каких обстоятельствах. Парень был не против выручить попавшего в такую неожиданную ситуацию знакомого, однако он всё же был озадачен тем, что Лоуэлл обратился за помощью именно к ним. — Отличная возможность навестить родителей. Рик, ты же давно у меня не был? Мама завалит тебя вопросами, так что приготовься.       — Постой, с какого перепуга я должен идти с тобой? Я не собирался к тебе в гости в ближайшее время.       — Ну у тебя есть машина, а у меня нет. Или по-дружески не подбросишь? Если довезёшь, то не придётся ближайшую неделю посуду мыть. Ну и мусор ещё выносить.       — Может тогда две?       — Нет, одну. Ни днём больше. Ни часом, — Энрике хотел что-то возразить, но присутствие Лоуэлла смутило его. До сих пор не объяснявший свою немоту парень казался ему мутным типом, хоть и безобидным на вид. Подавив глубокий вздох, он махнул Рэю головой в сторону двери, безмолвно согласившись на незапланированную поездку.       — Чего не сделаешь ради любимого друга, да, Рик? — Рэй свободной рукой толкнул дверь, выползая на улицу и бодрым шагом, совершенно не сопоставимым с его темными кругами под глазами, направился в сторону машины Энрике, которую тот только сегодня успел забрать от отца, едва не завладевшего ей окончательно.       — Лоуэлл, — парень, замешкавшийся в проходе антикварной лавки, вздрогнул от мужского голоса, неожиданно мягко позвавшего его по имени. Солус поглядел на Рэя, который приоткрыл заднюю дверцу синего седана, в вечерней темноте казавшегося совершенно чёрным. — Садись вперёд.       Энрике уже уселся за руль, и Лоуэллу пришлось поторопиться и занять свое место побыстрее. Приглушённый звук заведённом мотора заполнил салон, и машина плавно тронулась по дороге, освещённой ночным светом фонарей.

***

      Путь был далёкий, через весь город, поэтому оказалось, что машина появилась у Энрике как некстати вовремя: добираться на такси дорого, а если пойти пешком, то можно лишиться ног и всех жизненных сил. Недолго покрутившись вокруг двухэтажного дома, Ферсон умудрился найти парковочное место и притулиться под раскинувшимися ветвями старого клёна, росшего неподалёку. Рэй провёл гостей к крыльцу, и, насилу отыскав нужный ключ на массивной связке, оглушающе звеневшей металлом и кучей брелоков, пропустил их в дом, встретивших всех четверых теплым светом.       — Мам, ты дома? — с порога по привычке крикнув, Рэй поправил сползшее с Нелы одеяло. Всю дорогу она спала у него на руках, словно он стал ей ближе родного отца.       — Чего это ты пришёл? Вроде не должен был, — невысокая полноватая женщина лет сорока пяти выглянула из столовой, в которой находилось ещё несколько людей, если судить по раздававшимся оттуда голосам.       — Я тоже рад тебя видеть. Можешь подержать? Нет, стой, пока помолчи, я всё объясню, — сунув ребенка поначалу подозрительно уставившейся на сына матери, парень прошёл вперёд, давая Энрике с Лоуэллом спокойно раздеться без лишней толкотни. Он только поправил волосы, вновь и вновь упрямо вылезавшие из резинки, и украдкой посмотрел на Солуса, который переминался с ноги на ногу, разглядывая незнакомое помещение. Стены обклеены бежево-персиковыми обоями, и коридор чуть дальше заканчивался лестницей, ведущей на второй этаж. Можно было предположить, что проживает здесь довольно большая семья, особенно если приглядеться к полке, уставленной всеми возможными парами обуви, и крючками справа от двери, еле уместившими на себе разноцветные ткани одежды.       — Вы голодные? Мы как раз только поужинали, ещё осталась еда. Можете пока за стол сесть, только руки помойте. Рэй, чего столбом стоишь, отведи мальчиков в ванную, — Шерон заботливо держала малышку привыкшими руками, таскавшими в своих объятьях уже не одного родного ребёнка. Создавалось впечатление, что она ни капли не удивилась Неле, которую её сын без предупреждения принёс домой.— Потом жду твоих объяснений.       — Да это не то, о чём ты подумала, — Рэй повернулся матери, которая вновь скрылась в соседней комнате, из которой вышла встречать гостей. Судя по удивлённым возгласом и смешкам оттуда, парню придётся довольно долго всё растолковывать, особенно учитывая неожиданность его прихода сюда.       Через несколько минут Рэй с компанией зашёл в комнату, где сидели собравшиеся дома родные: родители и младший брат, — все, за исключением десятилетней сестры, скорее всего игравшей у себя в комнате. Стоило парню переступить через порог, как три пары любопытных глаз обратились в его сторону, поочередно разглядывая то его, то маленькую Нелу на руках у миссис Софтвинд.       — Она на тебя не похожа, — юноша лет восемнадцати воскликнул, обескуражив и без того не успевшего придумать стоящее объяснение Рэя.       — Тайрон, вот только тебя здесь не хватало, — Рэй шагнул вперед, присаживаясь на стоявший ближе всего к нему стул. Жестом попросив мявшихся сзади парней сделать то же самое, он повернулся к семье, сдерживая свои порывы отвесить пару шлепков младшему брату, ехидно фыркавшему в кулак.       — Было бы замечательно, если виновник этой неразберихи сам всё рассказал, но он не может, — Лоуэлл словно тенью сидел рядом с Рэем, изредка открывая взгляд от поверхности обеденного стола. — Поэтому придётся это делать мне.       Рассказ Рэя оказался ещё более скомканным, чем те сумбурные предложения, которые успел ему на листе передать Солус. Немного прояснившиеся обстоятельства всё равно казались странными и подозрительными, даже Рэю, который чуть-чуть привык к загадочному парню и успел смириться с его неожиданным визитом.       — И что ты предлагаешь теперь? Это тебе не котёнок, которых ты десятками домой тащил, а живой человек. Мне не сложно конечно помочь вам, но разберись побыстрее со всем этим, — женщина внимательно выслушала сына, искоса разглядывая Солуса, который, как и ожидалось, не издал ни звука во время своего пребывания здесь. — Тем более сейчас ночь почти, ребёнок уже спать должен, а вы только сейчас удосужились приехать. Дорогой, сходи на второй этаж за старой кроваткой, она должна быть в кладовой где-то стоять, — время действительно было позднее, поэтому лучшим вариантом было лечь спать, а наутро уже решать все сложные вопросы. Родерик, отец Рэя, поднялся с кресла, из которого и наблюдал за разворачивавшимися перед ним событиями весь вечер.       — Спасибо, мамуль, — облегченно вздохнув, Рэй с лёгкой улыбкой приобнял маму, стараясь не прижать ребёнка, которого женщина бережно держала на руках, а после отправился вслед за отцом.       — Надеюсь, вы не собираетесь ещё куда-то на ночь глядя?       — Вообще мне домой надо, — Энрике подал голос, хотя на самом деле он вовсе никуда не спешил. Ему было просто неудобно и неловко засиживаться в гостях, он гораздо лучше чувствовал себя в привычной съёмной квартире. — Я всё равно на машине.       — Не переживай, место поспать найдётся, дом большой, — миссис Софтвинд имела в этом доме гораздо больше власти, чем кто-либо другой, поэтому могла спокойно сделать вид, что не слышала Эрика. Опыт ей подсказывал, что нет решения лучшего, чем принятого ей самой. — Тай, иди разложи кровать у себя в комнате, заодно бардак уберёшь. И бельё сменное вытащи, оно на верхней полке шкафа лежит.       — Ты предлагаешь мне с ним сегодня спать?! Я не хочу! Это вообще-то моя кровать, — улыбка Тайрона, который до сих пор смеялся с нелепого рассказа Рэя, сошла на нет, когда ему представилась чудесная ночь в одной комнате с другом старшего брата.       — Тогда можешь спать здесь, если не хочешь делить кровать, — Шерон, не изменяя тона голоса, предложила ещё лучший вариант, даже не собираясь уговаривать сына. Опыт прошедших лет опять же показывал, что спорить с Тайроном, который не уступал ей самой в упёртости, бесполезно — гораздо проще загнать в тупик.       — Ну мам…       — Вот только не начинай. Или расстилаешь постель, или ложишься здесь.       — Почему тогда он не может поспать тут? — Тайрон тщетно пытался защитить свои владения, но это были довольно жалкие старания. Он мог только бессильно приподнимать брови и сверлить мать глазами, впрочем, прекрасно осознавая, что это бессмысленно.       — Я всё же домой, — Энрике поднялся со стула, не желая влезать в конфликт с Тайроном, который с первого дня знакомства считал парня пустым местом.       — Поздно уже, сядь обратно. Он не переломится, если ты одну ночь переночуешь у нас. А ты, молодой человек, поторопись со сборами. Карманные деньги на дороге не валяются, знаешь ли, — Лоуэлл заметил, что Рэю от матери передалась не только индейская кровь, но и привычка разговаривать в ультимативной форме. Вроде бы и мелочь, а всё же это сходство было удивительным.       Тем временем Рэй, который вместе с отцом наспех разгрёб кладовую и протёр кроватку от пыли, появился в проходе:       — Куда её поставить?       — Скажи отцу, пусть в нашу комнату несёт, — как только Рэй опять скрылся из поля зрения, женщина посмотрела на второго сына, который досадно посматривал на притихшего Энрике. За тяжким вздохом последовал резкое вскакивание со стула, и Тайрон быстро вылетел из столовой, нарочито громко поднимаясь по лестнице на второй этаж. Топотание наверху, хлопок дверью, — и в доме снова всё стихло.       — Не обращай на него внимания, его переходный возраст чересчур затянулся. Не знаю, какой выходки от него ждать дальше. Даже Рэй перестал с ним справляться, хотя раньше они были не разлей вода, — Шерон немного грустно глядела в коридор, куда секунду назад умчался сын. Но не долго раздумывая, она переключилась на Лоуэлла, который, как и ожидалось, не издал ни звука за время, проведённое здесь. — Ты знакомый мальчиков? Просто Рэй редко кого приводил домой, только Энрике да Гленна, вот мне и интересно, чего он так всполошился, что аж примчался сюда.       — Да, знакомый, Лоуэлл. Недавно встретились, ничего особенного. Вы же знаете Рэя, чуть что, сразу старается везде влезть, помочь или хотя бы попытаться. В каждой бочке затычка, — Энрике и сам был неразговорчив, поэтому без поддержки своего говорливого друга сразу же терялся. Рядом сидел только Лоуэлл, но от него помощи ждать особо не приходилось.       — Это точно. С самого детства такой, даже не знаю, в кого, — разговор странным образом свёлся к Рэю, словно не было ни ребёнка, ни ночных визитёров, ни спонтанных просьб. Так, пришли чаёк с печеньками попить, совершенно обычный вечер.       Шерон могла бы и дальше возвращаться к воспоминаниям, но тот самый предмет обсуждения явился снова.       — Мы поставили кроватку. И я в гостевой наверху диван разложил, кто из вас на нём спать будет, сами решайте.       — Я у Тайрона посплю, мне тут уж место выделили, — у Энрике в голосе послышалось гораздо больше неуверенности, чем должно было быть.       — Смотри, чтоб он тебя ночью не задушил, а то последнее время дикий совсем стал. Щипай его, если придётся, — Рэй давно не влезал в весьма сомнительные отношения брата с другом, которые когда-то были довольно тёплыми, а теперь превратились в нечто ужасное, словно Энрике внезапно оказался виной всех мировых проблем и этим глубоко обидел Тайрона.       — Да, ты всегда был заботлив, этого не отнять.       — Если надо будет пожалеть, обращайся.       — Воздержусь, пожалуй, — милый разговор друзей свёлся на нет, когда Шерон, незаметно оставившая парней наедине друг с другом, чтобы положить Нелу спать, вернулась обратно, держа на широком подносе пару кастрюль.       — Так, быстро разбежались и сели за стол. Пока посуда не опустеет, никто отсюда не выйдет, — широко улыбнувшись застывшим парням, она вновь оставила их одних. Рэя с Энрике, последний раз пробовавших домашнюю еду на Рождество, долго уговаривать не пришлось. Под грохот отодвигаемых стульев, стук ложек и вилок о тарелки и стычки за лучший и больший кусок незапланированный ужин быстро подошёл к концу.       Лоуэлл, поначалу просто наблюдавший за этой быстрой трапезой оголодавших парней, скромно положил себе небольшую порцию и довольно робко и медленно попытался её съесть. За долгое время, прошедшее с момента, как Карел покинул студию, Солус первый раз ел в чьей-то компании, а не в угрюмом одиночестве.

***

      Ночь уже давно завладела городом, а в кухне до сих пор мягко горел свет над столом. Все в доме притихли и разошлись по комнатам, только Рэй с матерью сидел и неспешно рассказывал о последних новостях. Шерон его не перебивала, только иногда что-то спрашивала, всё остальное время любуясь сыном и наслаждаясь тёплым семейным уютом. С тех пор, как парень переехал от родителей, его смеха и шумной возни в младшими стало не хватать, ровно как и он сам порой скучал по неспешной жизни родного дома.        — Мам, я пойду уже. Спать дико хочется, — сладкий зевок подтвердил его слова, и Рэй протёр слезившиеся от сонливости глаза, одновременно вставая со стула и направляясь на второй этаж. Мать только кивнула головой и посмотрела ему вслед, довольно улыбаясь хоть какому-то присутствию сына в доме, пусть оно и было довольно непредвиденным.       Недолго провозившись в постели, Рэй нашёл удобную позу для сна и закрыл глаза, саднившие от усталости. Однако сон не пришёл к нему ни через десять минут, ни через двадцать, и только рука, подложенная под щёку, неприятно затекла. Странное тревожное чувство охватило его, хотя поводов для беспокойства вроде бы и не было. Чем дольше Рэй лежал, тем сильнее его сковывало ощущение, что он сейчас находится не там, где надо.       Прошло весьма много времени, Рэй успел два раз перевернуться и ещё плотнее зажмурить глаза, прикрыться одеялом и откинуть его, но всё было тщетно. Бессонница, с которой Рэй сталкивался последний раз несколько месяцев назад, внезапно одолела его, но парень не любил это состояние и к своему сожалению ничего не мог с ним поделать. Не собираясь больше бесполезно ворочаться и бередить нервы как обычно перед сном лезшими в голову мыслями, он вылез из кровати и на ощупь стянул со спинки стула толстовку на молнии. Раз организм устойчиво препятствовал отдыху, то Рэю ничего не мешало спуститься вниз и немного посидеть на крыльце, ведь прохладные июльские ночи ещё позволяли так делать.       Электронный будильник, всё время учёбы в школе будивший Рэя своим мерзким писком, показывал сейчас полвторого ночи, поэтому парню пришлось постараться, чтобы выйти из дома незамеченным, особенно хорошо скрыться от чуткого маминого слуха. Первый барьер в виде комнаты брата был довольно успешно пройден, хотя тут можно было даже не стараться не шуметь — и Тайрон, и Энрике обычно спали как убитые, благо что не храпели.       Совсем рядом с лестницей была гостевая комната, которую обычно практически не использовали, только разве что для семейных посиделок по праздникам. Сейчас же в ней спал Лоуэлл. Но так Рэй только думал, потому что на цыпочках прокравшись по холодному полу, по памяти стараясь не наступать на скрипевшие половицы, он невольно для себя прислушался к сомнительным шорохам, приглушённо доносившимся из комнаты. Плотная дверь ещё и искажала их, поэтому Рэй не стал вдаваться в подробности того, чем бы мог заняться взрослый парень один в комнате, чтоб издавать такие звуки. Возня не прекращалась, и Рэй, после этого случая окончательно упустивший возможность сегодня нормально поспать, двинулся дальше, пока довольно громкий всхлип не остановил его.       Совершенно растерявшись, Рэй ещё минуту постоял в нерешительности, одной рукой касаясь перил лестницы, уже приготовившись спускаться вниз, а другую держа в паре сантиментов от двери, за которой снова всё затихло. Гулко стучавшее в груди сердце, казалось, ударило о грудную клетку ещё сильнее, когда довольно болезненный стон Лоуэлла коснулся его уха. Любопытство и страх одновременно толкали его к действиям, и Рэй, совершенно позабыв сначала хотя бы постучать, потянул ручку двери, которая с тихим щелчком отворилась.       Огромное окно в стене, обычно даже ночью пропускавшее достаточно света фонарей и луны, теперь было плотно зашторено, из-за чего в кромешной тьме едва проглядывались очертания мебели. Диван стоял у правой стены, и открывавшаяся вовнутрь дверь скрывала его, поэтому Рэю было недостаточно немного заглянуть в комнату, чтобы узнать происходившее.       Сквозняк, бродивший по дому, пробежался по ногам, и Рэй зябко поежился, пока прикрывал дверь и норовился подойти ближе к Лоуэллу, всё так же тихо стонавшему с подушку. Сотню раз пожалев и отругав себя за любопытство, Рэй вгляделся в угол, с трудом видя в темноте хоть что-то. Примерно через полминуты глаза чуть-чуть привыкли к темноте, и ориентироваться в помещении стало проще.       Брюнет разглядел в темноте Лоуэлла, отвернувшегося лицом к стене и отчаянно сжимавшего одеяло, сползшее с его хрупкого тела и спасавшее от прохлады лишь ступни ног. В определенный момент Солус вздрогнул и притянул колени к груди, зябко обхватывая их, но при этом не переставая трястись и всхлипывать.       Рэй склонился над ним и как можно осторожнее похлопал по плечу, опасаясь потревожить и без того беспокойный сон Лоуэлла. Тот не отзывался, и парню пришлось несильно потянуть его на себя, чтобы разглядеть лицо и узнать причину, по которой новый знакомый так мучился и метался. Того ничтожного количества света, проникнувшего в комнату через щели между занавесками и неплотно закрывшуюся дверь хватило, чтобы заметить с усилием сведённые к переносице брови и дрожавшие веки, из-под которых по вспотевшему лицу одна за другой жидким хрусталём скатывались слёзы. Парень стиснул одеяло в руках ещё сильнее и сдавленно вскрикнул, отчего ещё больше потерявшийся Рэй присел на край кровати и нетвёрдой рукой провёл по спутавшимся волосам, окончательно не решаясь вырвать Лоуэлла из сковавшего всё его тело и сознание кошмара.       Хватка Лоуэлла потихоньку ослабла, и одеяло выскользнуло у него из рук, лишая своего хозяина последнего укрытия. Оголившиеся ноги покрылись мурашками, да и задравшаяся на животе футболка явно не давала парню достаточно тепла, и тому пришлось бессознательно придвинуться ближе к Рэю, который внимательно следил за пробегавшими по лицу Солуса эмоциями, в любой момент готовясь окончательно растормошить гостя и покинуть комнату. Но его долгожданный побег прервал едва слышный вздох и слабо обхватившая талию рука, притянувшая Рэя ещё ближе к затихавшему после метаний Лоуэллу. Уткнувшись лицом теперь в бок парня, он спокойно и равномерно задышал, оставив своего спасителя в недоумении и выбив из него последнюю каплю сонливости.       Неудобно облокотившись на спинку кровати и подложив правую руку под голову, Рэй разглядывал лицо Лоуэлла, которое во время сна теряло свою маску непроницаемости и обнажало ранимость и одиночество: брови расслабленно приподнялись, а обычно плотно сжатые обветренные губы приоткрылись. Последние дрожавшие на ресницах слёзы медленно скатывались по щекам, и Рэй свободной рукой стряхнул их, без задней мысли дотронувшись до губ, при касании к ним пальцев раскрывшихся ещё сильнее. Зачарованно задержав руку, Рэй всё же отвёл её, и, ощущая тепло прижавшегося к нему тела под мерное дыхание Лоуэлла постепенно провалился в долгожданную дремоту.

***

      Утро вместе с солнцем принесло новые заботы, и снизу с кухни уже доносились громкие голоса собравшихся и стук посуды, пока миссис Софтвинд бегала по кухне в приготовлении завтрака. Лоуэлл, отчего-то почувствовав себя выспавшимся впервые за долгое время, приоткрыл глаза, не сразу осознав, что его удерживали чьи-то объятия, и тело было согрето отнюдь не плотным одеялом. В растерянности приподняв глаза, он вгляделся в лицо напротив и без сомнения узнал в человеке Рэя, мирно спавшего рядом и сжимавшего Лоуэлла обеими руками.       На место испуга пришёл интерес, и Лоуэлл коснулся рукой рассыпавшихся по подушке смоляных волос, опускаясь ниже и дотрагиваясь до чётко очерченной линии скул. Смазанные воспоминания накладывались друг на друга, и терзавшие долгие годы очередные кошмары говорили лишь об одном — он нашёл, наконец, человека из своих снов.