"Посмотрим..."

Дел все время было недостаточно для того, чтобы ни о чем не думать. Мало заданий, забот и физической активности, хоть как-то отвлекающих Мишонн от мыслей и попыток не попадаться на глаза Диксону, перманентно пребывающего в отвратительном настроении, которое она уже отлично угадывала. Наверное, смотревший на всех мрачным взглядом реднек был в таком расположении духа по причине того, что Карен не оценила его, несомненно, выдающиеся умения в постели. Странная женщина, которая вроде бы вышла из камеры Мэрла с улыбкой на губах, последние дни отличалась постоянно заплаканными глазами и отчаянными взглядами в сторону Дэрила. Охотник тоже выглядел не самым лучшим образом, изумляя даже Мишонн своим похоронным видом и внезапно проснувшейся раздражительностью, которой она раньше от него не видела. Срываясь даже на своем обожаемом шерифе, Дэрил ограничил круг общения только до Ноя, и женщина даже не удивилась бы, узнав, что они холодными вечерами обсуждают коварство Карен. - Ты бы хоть поздоровалась, - смерила Андреа недовольным взглядом подругу, зайдя в камеру за остатками своих вещей – она решила окончательно перебраться к Милтону. - Я за эти дни от тебя вообще ни слова не слышала. Поговорить не хочешь? - О чем? - пожала плечами Мишонн, демонстративно доставая из ножен катану и внимательно изучая ее на предмет обнаружения царапин. - О тебе. О том, что случилось на свадьбе. О Мэрле. О Карен. О чем угодно. Ну что ты молчишь и глаза отводишь? Миш, я тебя вообще не понимаю. Знаешь, мы ведь больше, чем просто временные соседки по камере или спутницы в лесу. Я считала, что мы – большее. Считала тебя своей подругой. Всем с тобой делилась. А от тебя никогда ни слова не слышала. Я вообще ничего о тебе не знаю, понимаешь? И это… это неправильно. Мне вон даже Дэрил истории из детства рассказывал как-то, от него и то большего можно добиться. А ты, как стена. Так нельзя жить. Что бы ни случилось, почему бы ты такой не стала, замыкаться и отгораживаться ото всех просто нельзя. И не нужно фыркать так, словно ты совершенно счастлива, тебя ничего не тревожит и тебе никто не нужен. Я не слепая и прекрасно вижу, когда тебе просто неинтересно, и когда ты сбегаешь ото всего и всех. - Ладно, - выдохнула Мишонн. - Что ты хочешь знать? - Все, - замялась Андреа, присаживаясь рядом и обнимая подругу за плечо. - Все, что ты захочешь рассказать. О прошлом, о своей семье, о работе, о друзьях, о тех… ходячих, которые нас так долго защищали, о том, почему ты сейчас ходишь, словно в воду опущенная, и о том, что у вас с Мэрлом все же происходит. - Прямо сейчас? Тебя Милтон тогда не дождется, - хмыкнула женщина, не представляя, с чего можно начать, и понимая, что сейчас рассказывать ей ничего не хочется – просто нет желания. - Ничего, подождет. Я не настаиваю на том, чтобы это было прямо сейчас, и я даже не настаиваю на том, чтобы поговорила ты со мной. Если с кем-то еще тебе будет проще - поговори с этим человеком. С кем угодно. Просто, когда высказываешь вслух свои мысли, подбираешь нужные слова, порой многое для себя понимаешь. Попробуй. Обещаешь? - Я подумаю. - Ну, хотя бы так. Кстати, я не знаю, интересно тебе или нет… Но Карен, с которой ты так упорно все это время не соглашалась поговорить, подходила сегодня ко мне. Клялась и божилась, что ничего у нее с Мэрлом не было той ночью. Что ты так улыбаешься? Нет, ну вообще и мне не верится, что ничего не было. Это, вон, у Рика с Бет не было, да… Из темного, успевшего уже погрузиться в сон блока внезапно раздался девичий смех, прерываемый приглушенным голосом шерифа. Женщины удивленно выглянули из камеры, но ничего больше так и не услышали. - Ну, я, конечно, свой завтрак на это не поставлю, - поспешила усомниться в собственном мнении Андреа, качая головой. - Поздно уже, я пойду, но знай – в любой момент… - Спасибо, - нетерпеливо кивнула Мишонн, провожая прижавшую к себе вещи подругу задумчивым взглядом. Может быть, она, конечно, и права. Может быть, действительно пора было уже выговориться. Но подходящего человека для этого женщина не видела. Не Диксону же рассказывать все, что накипело! Сказать Алисии, так ведь неуемная старуха забросает ее советами и прочими жизненными мудростями, которые совсем не нужны Мишонн. Андреа тоже не удержится и выскажет не терпящим возражений тоном свою точку зрения. А все остальные – уж совсем чужие люди. Может быть, встать пораньше и сходить к воротам перед ходячими исповедаться? Авось поможет? *** Выйдя из камеры на рассвете и решив сегодня провести разминку на свежем воздухе, Мишонн только удивленно приостановилась при виде Бет, пересекающей блок. Девушка вздрогнула под ее взглядом и замерла, сжимая в кулаках края теплой кофты, наброшенной на ночную сорочку – уже гораздо более приличную чем ту, что она изначально выбрала в фургоне. - Ты только не подумай, я к Джудит вставала, она хныкала, - стала оправдываться Бет. - Я не… - Доброе утро, - хмыкнула безразлично Мишонн и подмигнула в ответ на радостный взгляд и неуверенную улыбку девушки, которая поняла, что тайны ее ночных похождений останутся действительно тайнами. Женщину не особенно интересовала личная жизнь фермерской дочки и шерифа. Вместе они, друзья, или вообще общаются только из-за ребенка – какая разница? Лишь бы без криков, драк и прочих проблем. Выйдя на улицу, Мишонн увидела еще одного человека, вероятно, точно также пытающегося хоть чем-то себя занять вместо сна, который все равно не шел. Судя по виду, Дэрил куда-то собирался. - Ты куда? - поинтересовалась женщина, кивнув вместо приветствия. - На охоту, - коротко ответил он, даже не глядя в сторону самурайки. - Я с тобой, - неожиданно для самой себя вызвалась она. - Не бойся, обузой не буду. - Отлично, и мне так спокойнее будет, - вышел из тюрьмы Рик, улыбаясь так довольно, что даже Диксон удивленно хмыкнул при виде явно хорошо отдохнувшего лидера. - Надолго? - Пару дней, думаю, - вопросительно покосился на женщину охотник и, увидев кивок, уселся на мотоцикл. Оставив свое верное средство передвижения в месте, которое Диксон, скорей всего, присмотрел для таких случаев еще в прошлый раз, Дэрил с Мишонн, окончательно проснувшись по дороге, направились в лес, не перемолвившись ни словом. И если поначалу мужчина бросал на спутницу не очень довольные взгляды, то уже спустя пару часов он понял, как удобно охотиться, не задумываясь о ходячих, внимание которым уделяла женщина, позволяя реднеку не отвлекаться от выслеживания добычи. Даже обедали они прихваченной из тюрьмы едой на ходу, полностью посвятив себя охоте и попытке избежать опасности. Видя пополняющуюся белками и прочими мелкими зверьками связку на плече охотника и снося головы ходячим в полной тишине, прерываемой только напряженным дыханием и редкими отрывистыми словами, Мишонн, наконец, ощутила себя в своей тарелке. Наступление темноты почему-то не остановило Дэрила, целенаправленно шагающего вперед и, казалось, даже не планирующего устраиваться на ночлег. - Ты и ночью охотиться собрался? - не сдержавшись, уточнила Мишонн, которая уже не прочь была отдохнуть. - Там дорога рядом. И заправка. Переночевать можно, куда тебе на земле, - смерил снисходительным взглядом спутницу охотник. - Не впервой было бы, - пожала плечами она и улыбнулась в спину Диксону – как бы там ни было, а ощутить себя женщиной, ради которой ищутся лучшие условия, было приятно. Именно сейчас – приятно. Еще недавно Мишонн бы оскорбилась на предположение о том, что ей нужно что-то большее, чем кому угодно другому. Обиделась бы, если бы кто-то усомнился в ее возможности выжить в любых условиях. Но после свадьбы и воспоминаниях о давно уже позабытой прошлой жизни, в которой она была не машиной для убийств ходячих, а обычной и даже считающейся красивой женщиной, спорить не хотелось. Да и смысла спорить с угрюмым Дэрилом не было – он все равно сделает по-своему. Диксоны – они такие. В маленьком магазинчике на заправке было действительно гораздо уютней, чем в лесу. Ходячие в закрытую на задвижку кем-то дверь пробраться не сумели, потому Мишонн даже не пришлось катану доставать. Осмотревшись, Дэрил разобрался с добычей и вдруг, даже не глядя в сторону спутницы, достал явно припрятанную тут раньше бутылку алкоголя. А женщина только сейчас поняла, что охота для Диксона была лишь предлогом сбежать на время из тюрьмы, чтобы побыть наедине со своими мыслями, разобраться в себе, отдохнуть от всех и, вероятно, банально напиться, пока никто не видит. Совесть Мишонн не мучила. Не хотел бы ее тут видеть, мог бы сразу сообщить, что планирует охотиться в одиночестве. Потому она, невозмутимо постелив на пол висящую тут куртку, оставшуюся от продавца или еще какого работника, уселась рядом с Дэрилом и протянула руку, увидев, что тот уже отпил из бутылки. Напиток оказался достаточно крепким для того, чтобы начать согревать уже с первого глотка. Достав оставшуюся еду, они разделили ужин поровну – завтра можно будет подождать до вечера или выделить часок на то, чтобы перекусить парой белок. Виски шел хорошо, и Мишонн то и дело ловила на себе быстрые едва заметные взгляды Дэрила, который заговаривать с ней не спешил. Наверное, окажись на ее месте кто-то другой – охотник был бы гораздо общительней. Да и она с кем-то другим уже бы обмолвилась несколькими фразами. - Что? - наконец решилась прервать тишину женщина, видя очередной взгляд в свою сторону. - У тебя с ним что-то было? - сразу приступил к главному Дэрил. - Ничего, - честно ответила она, не став даже делать вид, будто не понимает, о чем и о ком ее спрашивают. - Ни у кого ничего с моим братом не было. Охренеть, как не повезло бедняге, - зло усмехнулся мужчина, заставляя Мишонн удивленно нахмуриться. - Ты сам ее не подпускал к себе, - отметила она, наблюдая за тут же помрачневшим лицом охотника. - Почему? - А смысл? - спустя несколько минут молчания спросил Диксон у даже не ожидающей уже ответа Мишонн. - Стоило только подождать, чтобы убедиться… - Как ты мог знать заранее, что она так быстро переметнется к кому-то? Что она окажется с Мэрлом? - с усилием выговорила эти слова женщина, ощущая, что под влиянием алкоголя ее сдерживаемая все эти дни ревность, наконец, дала себе волю. - Так всегда было, - криво улыбнулся охотник. Уже даже не пытаясь забрать у Дэрила бутылку, из которой тот делал глоток после каждой, с невероятным трудом произнесенной, фразы, Мишонн с возрастающим изумлением слушала мужчину, который, наверное, впервые в жизни решил кому-то обо всем рассказать. Хотя вряд ли он рассказывал обо всем. Его отрывистые фразы касались лишь прошлого и девушек, которые всегда выбирали более уверенного в себе и умеющего поухаживать за дамами старшего брата, никогда не обращая внимания на младшего. И даже ту единственную девицу, которую Дэрил когда-то решился привести в свой дом и к которой, видимо, питал какие-то чувства, хоть сейчас и называл ее сукой и шалавой, приехавший внезапно в город Мэрл умудрился увести у брата всего за пару вечеров. Наверное, даже не сообразив, какой удар нанес парню. Тот ведь точно ничего старшему не сказал. Посматривая на сжавшегося в своем углу охотника, скрывающего глаза за слишком длинной уже челкой, Мишонн почему-то видела вместо взрослого, на первый взгляд вполне уверенного в себе и сильного мужчины, маленького обиженного мальчика, который пытается защититься от окружающего мира. И совсем не понимает, что защищаться ему уже давно не нужно. А может быть, и ей – уже не нужно? - Меня изнасиловали. Двое, - сказала она, отворачиваясь от резко поднявшего голову Дэрила, который явно не рассчитывал на ответную откровенность. И уж тем более, судя по его взгляду, он не ожидал именно такого. Короткий кивок охотника был гораздо уместней всех слов, которыми на его месте поспешили бы поделиться другие, скажи она им подобное. *** Утро снова прошло в полной тишине. И не потому, что желания общаться не было. Просто вид слегка перебравшего вчера Диксона не располагал к светским беседам. Но свежий воздух и попытка сосредоточиться на охоте сделали свое дело, а обед из жареного на костре беличьего мяса вернул мужчине почти здоровый цвет лица. Покосившись на угрюмого Дэрила, Мишонн впервые для себя допустила возможность того, что Карен говорила правду. - Вернемся – попробуй. Было там или нет – раскаивается она точно, - пробормотала женщина, понимая, что сама на подобный совет лишь огрызнулась бы. - А сама? - отрицательно мотнул головой охотник . - Твой брат – расист. - Он запал на тебя. - Его проблемы. Но слышать вполне искренние слова Дэрила о том, что Мэрл неровно к ней дышит, было не так уж и неприятно. И пусть это вызывало только злорадство, которым Мишонн, скорей всего, прикрывала остальные чувства, сдержать короткую улыбку оказалось непростым делом. Судя по рассеянному взгляду Диксона, который, крепко сжимая арбалет в руках, машинально покусывал губы, он тоже задумался над словами своей спутницы. Но все их размышления были прерваны двумя выстрелами, прозвучавшими совсем близко.