Отражение: Двое.

Из Нью-Йорка в Остин, ближайший город к ферме Разрушителя, который, надо сказать, так и не признался, как его зовут, прямым был один-единственный рейс. Четыре с небольшим часа полета. Устроившись в кресле бизнес-класса, Барнс тут же взял Себастьяна за руку, переплетя пальцы. Ему давно было плевать на то, что думают другие, но сейчас, когда он мог называть Себастьяна своим мужем, ему стало еще больше положить на всех вокруг. Тем более, что постоять он мог за них обоих. Почему-то пришла в голову мысль, что несмотря на цивилизованность общества, все равно сила решает. Не закон, не деньги, а именно сила. Но он откинул эту мысль, как несущественную. А потом ему в голову пришла другая. Себастьян так и не ответил ему на вопрос, что за контракт, о чем он и решил спросить. — Принцесса, — тихо позвал он Себастьяна, который отвлекся на что-то, происходящее за иллюминатором, — пару дней назад ты сказал про брачный контракт, но так и не объяснил, что это. Расскажешь? — А, да, — негромко отозвался тот. — Офигеть просто у нас с тобой свадебное путешествие. Так вот, контракт. В нем прописано, как пара распоряжается общими финансами, как и кто ими заведует, что общее, что раздельное, ну и как делить совместно нажитое при разводе, хотя последнее нам неактуально. Скажем, захочешь ты истребитель купить на общие деньги… — А что, обязательно все это прописывать? Мы же раньше спокойно договаривались, — удивился Барнс. — Зачем это как-то прописывать, если можно просто договориться? Или ты мне не доверяешь? — Баки, пусть оно будет и никогда не понадобится, чем оно понадобится, но его не будет, — серьезно сказал Себастьян. — Тут дело не в доверии. Просто так принято. Мы с тобой не реднеки, у которых имущества — дробовик да пикап. Барнс грустно хохотнул. — У меня как раз имущества: машина и пара стволов. А, ноут и кот. И что ты собрался прописать в этом адском контракте? — он не был против контракта, скорее, он пытался понять, в чем его смысл, когда и для чего он может понадобится. — А, ну да. Скоро у нас будет доля в подземном бункере. Только это не то имущество, которым как-то можно распорядиться, кроме как продать его таким же ебанутым, как я. — Таких ебанутых — пять на дюжину, — хмыкнул Себастьян. — Сейчас на бункеры опять мода пошла. Ну вот смотри. Мы можем прописать, что квартира моя, а уборщицу и счета управляющей компании оплачиваем мы пополам. Продукты и все такое тоже. Расходы на семейный отдых, еду, зверье тоже пополам. И все такое. А то ты норовишь целиком вложиться, а я хочу, чтобы у тебя тоже была финансовая подушка на всякий случай. Мало ли что. Ну и еще там будет прописано, что мы друг за друга можем принимать решения в случае недееспособности, а то вдруг меня Альцгеймер прихватит? — На какой всякий случай? — не понял Барнс. — Да на любой! Вот разработают нормальный компьютерный переводчик, и живые переводчики перестанут быть нужны, и останешься ты без работы, что тогда? — Пойду в наемники, — пожал плечами Барнс, не видя в этом совершенно ничего страшного. — В некоторых делах люди нужны будут всегда. — Угу, свалишь в болота Казахстана и оставишь меня одного? — Ну, в конечном итоге, я всегда могу наняться телохранителем к кому-нибудь, у кого большие проблемы. Или предложить решить эти проблемы, — спокойно рассуждал Барнс. — Понимаешь, по сути-то, Зимний был проблеморешателем экстра-класса. Я даже проблемы мафии могу решать. Но даже если я этим займусь, ты об этом не узнаешь. Барнс не особо верил, что компьютер сможет полностью заменить человеческий перевод. Лет десять еще, так точно. Но о том, чем он будет заниматься, когда перестанут быть востребованы его мирные навыки, надо было думать уже сейчас. — Не узнать-то я не узнаю, — согласился Себастьян, — но давай лучше без этого. Ты мой муж, а я потихоньку на новый уровень выхожу. Мне вон Оскар весной дали за лучшую роль второго плана, в августе у меня съемки в “Воспламеняющей взглядом”, а это уже главная роль… Понимаешь? — Что это для тебя очень важно, и негоже, чтобы твой супруг лазал по болотам и канавам с автоматом наперевес? — предположил Барнс. — Ну да. Тем более что мы засветились у муниципалитета, как китайские фонарики, и к тебе будет повышенный интерес. — И ты думаешь, ко мне потянется паломничество из тех, кто очень хочет, но не может добраться до тебя? — Барнс погладил ладонь Себастьяна пальцами. — А, принцесса? — И это тоже. И потом, если ты будешь шариться по канавам с автоматом, это будет как-то совсем тоскливо. Ты же мне даже сниться не будешь. — Значит, чем бы я ни занялся, я буду рядом с тобой как можно больше времени, — заверил Себастьяна Барнс. — Хорошо, я подпишу контракт. Но его же можно будет переписать, если меня что-то не устроит? — Да, конечно, — кивнул Себастьян и в который раз полюбовался своими кольцами. — Сколько понадобится, столько и будем переписывать. Ты, кстати, выглядишь моложе, чем тогда, ну, в восемнадцатом. — Представления не имею, как это работает, — ответил Барнс, он мало обращал внимания на то, как выглядит, хотя помнил, что раньше, до войны, до всего этого, уделял своей внешности достаточно внимания. Бриолинил модную стрижку, сам делал стрелки на брюках расческой с мылом… Барнс тряхнул головой, отгоняя воспоминание, отчего его длинные волосы рассыпались, упав на лицо, и он снова убрал их за уши. — Ладно. Предположим, кто-нибудь из особо ретивых поклонников тебя доберется до меня, предположим, я ему даже ничего не сломаю и не прибью совсем, — Барнс улыбнулся, — что мне сказать, я думаю, разберусь. О чем мне не стоит говорить? — Ну, как познакомились, где живем… Все личное, понимаешь? О, я тебе своих интервью подсуну, посмотришь вопросы, заодно — как я отбиваюсь. — Ладно, дашь, я погляжу, что там к чему, — согласился Барнс. — Ты не против, если я поработаю? А то утром упал заказ один, как раз к концу полета, думаю, закончу. — Работай, котик, — улыбнулся Себастьян. Поцеловав Себастьяна в ладонь, Барнс выпустил его руку, достал ноут и углубился в работу. Звук клавиш был больше похож на тихий шелест, под который можно было и вырубиться. Было похоже, что Барнс переводил текст так, как речь — синхронно, просто читая и выдавая уже переведенный вариант, и читал при этом очень быстро. Уже стемнело, когда они приземлились в аэропорту Бергстром. Их встречали. Себастьян мог узнать парня, видео с которым ему показывал Барнс. На вид не больше тридцати пяти, а может и меньше, аккуратно подстриженная бородка на узком лице, короткие светлые волосы. Сам парень был мощный, одет в длинные шорты и футболку, которая обтягивала идеальную фигуру. Перед ними, широко улыбаясь, стоял тот самый Разрушитель. — Черт, дети офигеют, когда поймут, что я не врал, — засмеялся он. — Я сам-то до сих пор не верю, что сам Себастьян Стэн посетит мое скромное ранчо. Меня, кстати, Майкл зовут, — он протянул руку, крепкую, с заметными мозолями на ней. — Джеймс… Барнс, — представился Барнс, улыбнувшись. — Че, мужик, серьезно? — почти округлил от удивления глаза Майкл. — Я фигею. Поэтому Зимний Солдат в сети? — И поэтому тоже, — кивнул Барнс, понимая, что этому мужику он бы, может быть, и рассказал правду, так не поверит же. — Привет! — Себастьян пожал крепкую ладонь. — А много детей? — Трое. Два пацана, двойняшки, Джим и Эндрю. Им по десять лет, и дочка. Лиза, ей семь, — охотно стал рассказывать Майкл. — Мы приедем, они уже спать будут, так что утром познакомитесь. Да не бойтесь, не достанут, у них своих дел полно. Майкл легко забрал у Барнса переноску со Стивом, а у Себастьяна чемодан, и повел их к своей машине. — Себастьян, а тебе Зимний, тьфу ты, Джеймс, рассказывал, что у меня, кроме оружия, еще и лошади есть? Можно будет покататься, — легко говорил он на ходу, постоянно оборачиваясь, но совершенно не сбиваясь с курса. — Я сам ветеринар, специализируюсь на крупном рогатом скоте. Нам, кстати, еще часа два ехать, а вы, небось, голодные. Шелли, это жена моя, может что-нибудь приготовить, или можем поужинать в забегаловке по пути к ранчо, там хорошо готовят и тараканов нет. — Да ее бы закрыли, если бы там тараканы были! — фыркнул Себастьян. Кайл с любопытством принюхивался и уже успел задрать лапу у ближайшего столбика. — Лучше в забегаловку, — добавил Себастьян. — Поздно уже. А верхом ездить я умею, хотя и не фанат. — А я вот хочу попробовать, — тут же отозвался Барнс. — Может, я только ради этого и приехал. Ради этого и пострелять из “баррета”, которого у меня еще нет, — выделив голосом “еще”, рассмеялся он. — Дам я тебе пострелять из нового “баррета”, — радостно отозвался Майкл, — представляешь, она весит всего двадцать два фунта… А дальше Майкл выдал понятный только им с Барнсом набор характеристик, от которого последний присвистнул, а Себастьян мог заметить на его лице предвкушение. Себастьян улыбнулся, подходя к машине и устраиваясь на заднем сиденье. Мощный, хотя и не новый внедорожник, запах… а вот запаха этого Себастьян не знал. Деревней пахло, пожалуй. Кайл устроился на сиденье рядом с ним, Стив бушевал в переноске. Решив, что Себастьяну с переноской и Кайлом и так будет тесновато, Барнс забрался вперед, правда, вытащил Стива из переноски, прижав к груди и нежно почесывая за ухом. Котенок сначала попытался вырываться, но поняв, что никуда его не выпустят, покогтил футболку и пристроился на груди у хозяина. Барнс нашептывал Стиву нежности, поглаживая и почесывая, и тот совсем разомлел и прикрыл глаза. — Мое маленькое чудовище, — гордо сказал он Майклу. Тот лишь кивнул, заводя мотор и выруливая со стоянки. — Ну что, рассказывайте, как живется в большом городе? — с улыбкой спросил Майкл, уверенно ведя машину через город. Себастьян подумал, что это странный вопрос. Очень странный. Какой-то нарочито… глупый, что ли. — Шумно, — ответил он. — Но я привык. Люблю Нью-Йорк. — Я в хозяйстве сугубо бесполезное существо, — засмеялся Барнс. — Поэтому только город. По службе налазился в таких забытых всеми богами местах, что иной раз возвращался и обламывался даже в магазин сходить, мог неделю на доставке всякой дряни жить. — Ничего себе, а я даже в армии не служил, — признался Майкл. — У вас, кстати, живность пить, может, хочет? Вода есть, тормознуться не вопрос вообще. — Приедем — тогда уже и покормим, и напоим, — покачал головой Себастьян, поглядев на высунувшего морду в окно Кайла. — Бедолага Кайл никогда не был на ферме. Он породистый, но приютский. Да и Стив тоже. — Ничего, думаю, быстро освоится, — заверил Майкл. — Я так понимаю, спрашивать, откуда такая тяга к оружию, глупо? — улыбнулся Барнс. — Это Техас, детка, — рассмеялся Майкл. — Тут все любят оружие. Себастьян внезапно для себя задремал под их разговор и проснулся, только когда машина остановилась. — Уже приехали? — спросил он. — Ужин, принцесса, — ласково сказал Барнс. — Просыпайся, пойдем поедим. Майкла в машине уже не было. — Если ты будешь называть меня принцессой, станешь kotik! — буркнул Себастьян. — Пойдем. Надеюсь, охотников на знаменитостей в забегаловке не будет, я не в настроении. — Я сумею отстоять твою честь, — пафосно отозвался Барнс. — И, если тебе так хочется, я согласен на kotika, принцесса. — Ну офигеть! — разворчался Себастьян, приказавший Кайлу сидеть в машине. — Мужик на пятом десятке — принцесса! Барнс быстро огляделся, но парковка тонула в тенях, а из освещенного зала забегаловки в темноту было смотреть несподручно. Он встал спиной к стеклянным стенам, поймав Себастьяна и прижав к себе одной рукой, а другой провел по щеке. — Потерпи чуть-чуть, скоро приедем, и ты сможешь вытянуться на кровати и уснуть, — Барнс почти невесомо коснулся губ Себастьяна и отпустил его. — Я люблю тебя. Себастьян ненадолго прильнул к нему. — Ты ужасно влияешь на мой имидж брутального мачо, — устало улыбнулся он. — Пойдем, я есть хочу. — Мне кажется, твой имидж брутального мачо был вдребезги разбит фоткой со свадьбы, — улыбнулся Барнс. Они зашли в забегаловку, где Майкл о чем-то говорил с официанткой, которая окинула вошедших таким взглядом, будто они были не гости из большого города, а подзаборная шантрапа, собирающаяся попросить еду в кредит. Но потом натянула милую улыбку. — Добрый вечер, — и положила на столик меню. — Не обращайте на Дороти внимания, она вечно не в духе, — попытался сгладить плохое настроение официантки Майкл, словно ему было стыдно за нее. — Не знаю, что вам из меню посоветовать, если честно. — Ничего, мы сейчас сами разберемся, — сказал Барнс, взял меню и поизучал его пару минут. — Давай закажем все горячее, что у них есть. И пару салатов? — Джеймс та еще прожора, — объяснил Себастьян Майклу. — Заказывай. — Да, — даже смутился Барнс, — поэтому мы не просто оплачиваем все продукты, — даже не спорь со мной, — а я ещё помогаю твоей жене с готовкой, не волнуйся, мы с ней договоримся. — Эмм… — Майкл растерялся такому напору Барнса, хотел что-то сказать, но подошла официантка. — Пожалуйста, вот эти два листа меню, ещё вот это и чизкейк. Целиком. И горячий шоколад, — легко перечислил Барнс свои пожелания. — Пожалуйста. Себастьян заказал салат и ребрышки по-техасски. Майкл тоже сделал заказ, и официантка удалилась. — Видимо, ждать будем долго, — предположил Барнс. — Не очень. Шоколад твой вообще быстро принесут, — успокоил Майкл. Себастьян потер лицо ладонями. — Извини, Майкл, — сказал он. — Что-то я совсем сонный. У тебя в доме как со звукоизоляцией? — Как во всех домах, — пожал плечами Майкл, и его лицо озарила улыбка с хитринкой. — Но вы будете жить в домике для гостей. Вообще мы его для моих родителей строили, но им не пригодился. Так что шумите на здоровье. А если о том, что вас может разбудить… Даже не знаю, дети, если только, с утра могут кричать. А, и петух. Моя жена разводит кур, а я их живых терпеть не могу. Даже ветеринары любят не всех животных. — Я не ветеринар и не люблю домашних птиц, — признался Себастьян. — Ну, тех, что в клетках. — Понимаю, — Майкл махнул рукой, — не бери в голову. Кстати, я вам дам эту машину, она у меня для города больше, если захотите куда-нибудь поехать, или я вам что интересное покажу. — Машина — это отлично, — тут же отозвался Барнс, а официантка как раз принесла первую порцию блюд. — Давайте есть. И поедем, Себастьян действительно устал, а когда он уставший, он просто невыносим. — Не более невыносим, чем ты голодный, — парировал Себастьян, начиная есть. Салат оказался на удивление свежим, а ребрышки в остро-пряном соусе — выше всех похвал. За трапезой особо не болтали, Барнсу было чем заняться, а Майкл решил не утомлять разговором уставших гостей. Расплатившись по счету — Барнс честно сказал, что обидится, если Майкл не даст за себя заплатить — они вернулись в машину, где Кайл лежал и полизывал через прутья переноски Стива, спокойно сидевшего и даже не кричащего, хотя переноски он люто ненавидел. — Майкл, у тебя котенка никто не съест? — спросил Себастьян. — Блох он, наверное, наберется... — Если уверены, что не убежит, то никто не съест, — рассмеялся Майкл, он вообще был очень смешливым. — Собака добрая и старая, усыпить бы пора, болеет, но дети ее любят. Блох… даже не знаю, съездим завтра, ошейник ему хороший купите, у нас недалеко лавка с этим добром. Шлейка-то хоть есть? Кстати, а как зовут? Собаку, я понял, Кайл, а котенка? — Стив. У каждого Зимнего Солдата должен быть друг Стив. У меня вот такой, — рассмеялся Барнс. — Шлейка есть, не волнуйся. Ну и надеюсь, что не сбежит. — Ладно, задам бестактный вопрос, но прям аж зудит. Джеймс, ты ни пластику не делал, ни имя не менял, я ведь правильно понимаю, так просто случилось? Вы просто однажды встретились? — Да. Мы просто однажды встретились, — счастливо вздохнул Барнс. — Если быть точным, чуть больше пяти лет назад. Себастьян сначала был уверен, что я прикалываюсь и кошу под его фаната, вернее, очень убедительно косплею Зимнего. А потом понял, что я не прикалываюсь, а с рождения такой. — Говорят же, что у каждого человека на Земле есть шесть двойников, — добавил Себастьян. — Я встретил своего. До места добрались минут за сорок, в темноте было не очень хорошо видно, но на крыльце дома горел свет, а Барнс заметил качающееся кресло-качалку, а в нем маленькую женщину. — Похоже, твоя жена нас ждет, — заметил Барнс. Майкл сначала улыбнулся, а потом нахмурился. — Я же сказал ей спать ложиться. Значит, придется знакомиться сегодня, — развел он руками, паркуясь у дома. Женщина поднялась и спустилась с крыльца. — Добрый вечер, — она оказалась маленькой, хрупкой, даже завернувшаяся в серо-голубую шаль, и очень красивой. Ее выгоревшие русые волосы струились по плечам. — Добрый вечер, мэм, — старомодно поздоровался Барнс. — Я Джеймс. — Шелли, — представилась она. — Себастьян, — он протянул руку. — А это Кайл, — он придержал потянувшегося обнюхать Шелли пса. — Ой, какой милаха, — Шелли светло улыбнулась, став похожей на ангела, и присела, протягивая Кайлу руку, чтобы тот смог ее обнюхать. — Хороший… Ладно, — она поднялась, посерьезнев, — знакомиться и обниматься будем завтра, а сейчас пойдёмте, я вам постелила уже. Майк, прихвати вещи. Майкл достал чемодан и рюкзак из багажника, даже прихватил переноску, но ее Барнс отобрал. Они шли по тропинке вглубь участка, и перед ними зажигались воткнутые в землю фонарики на фотоэлементах. — Мы обычно в шесть завтракаем, но вам ни к чему вставать в такую рань, — говорила Шелли, идя впереди. — Так что раньше девяти я вас есть не жду. Барнс хотел было сейчас обсудить свою помощь в готовке, но понял, что лучше отложить на завтра. Они подошли к небольшому одноэтажному дому, кажется, светло-салатовому, в темноте было не разобрать. Шелли толкнула белую дверь с веселой занавеской на окне, и пригласила их пройти. — Гостиная, — указала на вглубь помещения, а потом включила свет. — Спальня туда по коридору, — указала она в другую сторону. — Душ там же. Есть кухня, если хотите. Располагайтесь, а мы пойдем. — Спасибо, — искренне улыбнулся Себастьян. — Спокойной ночи. Когда хозяева ушли, а Баки принялся кормить живность, Себастьян сообщил: — Я спать. Просто отрубаюсь. Даже до душа не дойду. Живность спокойно ела сама, и Барнс переключил все свое внимание на Себастьяна, тут же подхватив его на руки, и понес в спальню. — Если хочешь, я тебя искупаю, принцесса, — предложил он, поцеловав Себастьяна в висок. — Будешь ворочать мою спящую тушку? — Себастьян обмяк в руках Баки и закрыл глаза. — Станешь ебать — не буди. — Я предпочитаю отзывчивого партнера, — ответил Барнс, укладывая Себастьяна на заботливо разобранную большую кровать и принимаясь раздевать. — Во сколько тебя разбудить? Майк сказал, что он под нас освободил себе пару дней, чтобы развлечь, а потом сами будем развлекаться, если хочешь. — Вообще не буди, — пробурчал Себастьян. — Я вымотался. Давай спать. — Спи, принцесса, — шепнул Барнс, стянул с Себастьяна носки и, раздевшись сам, нырнул рядом. Потом вспомнил, что надо забрать Стива и оставить за порогом спальни Кайла, но ему резко стало так обломно вставать, что он решил, что эта парочка сама разберется. Барнс подгреб Себастьяна под себя и закрыл глаза. Но сон пришел не сразу, в голове крутились и крутились воспоминания, разные, странные. Барнс понимал, что никогда не был в подобном месте. Участок непаханой целины Гарри был больше военной зоной, чем загородным домом, фермой, ранчо, или вообще чем-то в этом роде. Почему-то пришла в голову странная мысль: встречали бы его так радушно, если бы знали, кто он? С другой стороны, Майкл знал, что Барнс наемник, и это его совершенно не смущало. В памяти возник странный образ: покосившиеся деревянные дома с резными наличниками на окнах, почерневшее от времени дерево, когда-то, наверное, даже крашеное в какой-нибудь непритязательный цвет. Женщина, стоящая раком и дергающая одну траву, оставляя расти другую. Сейчас Барнс знал, что это называлось прополка, но тогда он был Солдатом, а тому было невдомек, что это за занятие. Ему тогда нужна была помощь, кровь уже остановилась, но пуля засела глубоко, и он не мог ее вытащить, да и швейный набор потерял. Та женщина — она жила одна и на самой окраине — помогла ему, называла “kasatik” и очень жалела. Солдат ушел через два дня, оставив ценности, которые снял с трупа. Ему показалось тогда, что так будет правильно. Воспоминание померкло, отгоняемое забытьем сна, и Барнс уже не додумал мысль о том, что стало с той женщиной потом.