Туманный предел (По ту сторону Тьмы - 3)

      Едкий дым вызывает мучительный кашель, выжимает слёзы из глаз. Стена огня растекается, окружая маленький отряд. Сквозь рёв пламени слышны воинственные вопли гоблинов. И всё труднее держать защитный барьер.       — Ваше высочество! — Вынырнувший откуда-то сбоку Кайден стряхнул искры с тлеющего рукава. — Надо уходить!       Арден даже не повернулся к телохранителю.       — Нет, мы прорвёмся! На той стороне холма Нимуэ и Моинс!       — На той стороне всё горит, даже земля, живых там нет! Если мы...       Огромный шар синего пламени упал сверху, пробив защитный купол, и взорвался с оглушающим грохотом. Ударной волной Ардена сбило с ног, Кайден кинулся к нему, закрывая от летящих отовсюду осколков. Рядом взорвался гранитный валун…       Арден резко открыл глаза. Тишина, мирный полумрак спальни. О боги, уже четыреста лет, как ему перестала сниться война...       Он сел в постели, отбросив одеяло, с силой растёр ноющие виски. В том бою погибла его королева, а дочь попала в плен. Почему эти воспоминания вернулись именно сегодня?       Защитный экран за раскрытым окном мягко замерцал, пропуская в комнату пёструю птицу. Сделав круг под потолком, она уронила на ладонь Ардена крошечный свиток. Король пробежал глазами бисерные строчки и застонал. Проклятье! Скверный сон оказался вещим.       Арден с неохотой выбрался из постели. Внезапно возникшее срочное дело не радовало. Если на то пошло, радовать оно перестало уже двести лет назад. Тягостная необходимость — не более того. Он прижал ладонь к зеркалу.       — Киат!       Через несколько минут в дверь проскользнул доверенный секретарь.       — Леди Изольда при смерти. — Арден застегнул изумрудную застёжку плаща. — Ты знаешь, что нужно делать. Через три дня всё должно быть готово к свадьбе.       — Да, ваше величество.       — Скажи Кайдену, пусть соберёт отряд. Я отправляюсь в Верхний мир. Прямо сейчас.       ***       Университет гулял второй день. Такого выпускного пира не помнили даже самые старые профессора. Организатором праздника на сей раз выступал Герберт фон Кролок. А это означало широкий размах и немыслимые траты, которые профессор фон Кролок, по большей части, взял на себя. Его студенты запомнят этот выпуск на всю жизнь! Особенно некоторые.       — Господин профессор! — К Герберту склонился худощавый юноша в парадной мантии, подпорченной в паре мест пятнами от соуса.       — Просто Герберт, Эдди. — Вампир снисходительно похлопал его по щеке. — Ты ведь уже получил диплом.       — Только благодаря вам! — Непривычный к эльфийским винам Эдвард едва стоял на ногах, намертво вцепившись в спинку стула. — Я… я хочу, чтоб вы знали, как я вам благодарен… за всё!       Герберт страдальчески закатил глаза. Этот мальчишка порядочно надоел ему со своей восторженной влюблённостью.       — И я... — Эдвард попытался отвесить изящный поклон, но свалился на колени к Герберту. — П-простите!       — О боги! Тебе уже хватит. Иди спать! Хотя, один ты не дойдёшь.       Герберт с сомнением обвёл глазами зал. Выслушивать пьяные дифирамбы ему уже наскучило, а трезвых собеседников за столами не осталось. Стало быть, настал черёд иных развлечений. Герберт за шиворот поднял Эдварда, подхватил под руку и вывел в коридор.       — Я хотел сказать... Давно хотел... Я люблю тебя! — сбивчиво шептал Эдвард, шмыгая носом. — Я жить без тебя не смогу!       — Сможешь, — рассеянно ответил Герберт, прикидывая, не нарушить ли ему напоследок одно правило, специально ради него введённое в кодекс гильдии алхимиков. — Ты теперь специалист с правом заниматься практикой. Дела, знаешь ли, сильно отвлекают от переживаний.       — Я не хочу практику… Я хочу остаться с тобой!       — Где остаться? — Герберт открыл дверь своих апартаментов. — Я завтра возвращаюсь домой. Мой контракт с университетом закончен, хвала всем богам! В гробу я видел эту работу!       — Я на всё согласен! — Эдди повис на нём, изо всех сил вцепившись в мантию. — Я буду тебе помогать… даже полы мыть — что скажешь!       — Мыл уже один такой, — пробормотал Герберт, расстёгивая мантию. — Теперь вовек не избавлюсь.       — Что?       — Ничего, это не твоё дело. — Герберт толкнул Эдварда на кровать. — И хватит уже разговоров.       Пожалуй, кодекс он нарушать не станет. Репутация — превыше всего. Может, ещё придётся вернуться на профессорскую должность. И ежегодные конференции, опять же, пропускать не хочется.       Эдвард покорно молчал, уткнувшись в подушку, и только вздрагивал от нетерпеливых движений Герберта. К его бесцеремонным манерам юноша так и не привык, но прощал обожаемому профессору всё. А за его последний, на пике удовольствия, полустон-полурычание готов был заложить душу.       — Мой милый терпеливый Эдди! — Герберт взъерошил его каштановые кудри и улёгся рядом. — Ты собрал вещи? В полдень за мной прилетит дракон. Нам ведь по пути, верно? Я тебя подвезу.       — Спасибо, — безрадостно ответил Эдвард.       Он был слишком беден, чтобы оплачивать перелёт, даже в складчину с другими студентами. А добираться до дому далеко. В другое время он бы пришёл в восторг, но не сейчас.       Эдвард благоговейно погладил белоснежные шелковистые волосы.       — Почему ты не веришь... Я люблю тебя, а ты не веришь...       — Отчего же, верю. — Герберт зевнул. — Но увы, я не свободен. Помнишь того некроманта, который прилетал сюда в середине года? Однажды я проиграл ему желание и теперь связан с ним до смерти. Сам понимаешь, он не обрадуется, увидев тебя в моем доме.       Эдвард испуганно ахнул.       — Но ведь ты бессмертен! Получается, что ты никогда не освободишься? И ничего нельзя сделать?       Герберт усмехнулся.       — Зато он смертен. Так что когда-нибудь…       Он не стал добавлять, что у Эдварда нет шансов дождаться естественной кончины Корвина. Да и неестественной тоже. Уж если Кори оказался не по зубам чудовищам Эринии, едва ли с ним кто-то справится в ближайшее время. А самому Герберту смерть некроманта пока что не требовалась.       Кстати о времени. Пора бы Корвину появиться. Запасы ингредиентов из его последней посылки почти истощились, скоро работа встанет, а этого допустить никак нельзя. Неужели придется самому отправляться в Эринию? Ох, как не хочется…       — Но мы можем встречаться тайно, Эдди! — Герберт радостно улыбнулся, найдя решение проблемы. — Говоришь, ради меня ты готов на всё? Тогда окажи одну услугу. Мне нужно доставить кое-что из Эринии. Сможешь? Переход я тебе оплачу, разумеется.       — Конечно! — Эдвард просиял.       — Вот и замечательно. Я тебе завтра подробно объясню, что мне нужно и как это пронести через таможню.       Эдвард прижался щекой к плечу Герберта. В голове бродили тёмные мысли, от которых юный алхимик стремительно трезвел. Полгода тайком, изнывая от ревности, он собирал сведения о рыжем некроманте. И знал, что Корвин служит при дворе короля Селара. В той самой Эринии. Как всё удачно складывается!       Справиться с некромантом сложно. Сильнее их магии — только эльфийская, да и то не вся. К тому же, некроманты находятся на особом положении, они практически неприкосновенны. Ни в Подземелье, ни в Эринии не найдётся наёмного убийцы, который бы принял такой заказ. Самому отравить Корвина нечего и надеяться — он почует любой яд. Остаётся только обратиться за помощью к извечным врагам некромантов, хотя об этом страшно даже подумать.       Как вызывать демонов, в университете, разумеется, не учили. Но у Эдварда был доступ к секретному отделу библиотеки — Герберт выписал ему пропуск на время работы над дипломным проектом. Книги по демонологии там наверняка имеются. Герберт уже спал. Очень хотелось остаться рядом с ним, но Эдди тихо выбрался из постели. Последние часы в университете следовало потратить с пользой.       Пропуск сработал. Эдвард пробежал мимо запылённых полок, забитых манускриптами по алхимии, среди которых раньше бродил часами. Сейчас его интересовал исключительно отдел по магии. Здесь книг было не больше десятка, а по демонологии — всего одна. Эдди робко открыл обугленный фолиант. Половина страниц спеклась в уродливый комок, но формула вызова сохранилась. Эдвард старательно срисовал непонятные знаки. Хорошо, что для обряда не требуется ничего сложного — достаточно куска мела и двух свечей.       Эдвард застегнул обложку и поставил книгу на место. Его колотила дрожь, но отступать он не собирался. Герберта нужно освободить. А значит, проклятый некромант умрёт.       ***       Раннее утро — не самое любимое время у эльфов. Обычно первые солнечные лучи застают их в постелях. Но в этот раз все придворные Ардена с рассветом уже были на ногах. Подготовить королевскую свадьбу за три дня непросто, каждая пара рук на счету. Киат бегал по всему дворцу, раздавая указания. И только убедившись, что все его правильно поняли и взялись за работу, заперся в своём кабинете. Осталось решить самый важный вопрос. Он сосредоточился, посылая вызов через зеркало. Ответ пришёл немедленно.       — Доброго утра, господин секретарь. — Старшая фрейлина из свиты второй жены короля присела в реверансе.       — Доброго дня, Кари. Как себя чувствует леди Изольда?       — Срок её жизни истекает. Вчера она впала в забытье и с тех пор не приходит в себя. Целители говорят, что она может прожить ещё несколько дней, возможно, неделю...       — Два дня, — холодно произнёс Киат. — А лучше, если сегодня к вечеру леди Изольда перестанет дышать. Приглашения на свадьбу его величества будут разосланы завтра. Ты меня понимаешь?       Фрейлина изящно склонила голову. Тёмные волосы, собранные на макушке берилловой заколкой, водопадом заструились по обнажённым плечам.       — Не извольте сомневаться, господин секретарь. Мне не впервой.       ***       — Уходишь?       Корвин застыл у двери. Он был уверен, что двигается совершенно бесшумно, но Триста всё равно проснулась.       — На западной окраине что-то неладно. Три смерти за два дня, и все в одном месте. Надо проверить.       — У Поющего озера?       — Нет.       Она шумно вздохнула.       — Хорошо.       Корвин кивнул. Да, хорошо. По крайней мере, к этим смертям родичи Тристы непричастны.       — Спи, я вернусь... Скоро.       Она ничего не сказала. Среди кельпи прощание и пожелание удачи считаются дурной приметой, потому что члены одного табуна не расстаются надолго. А тем, кто уходит навсегда, удачи и подавно не желают.       Корвин усмехнулся с привычной уже тоской. Его нельзя считать даже полукровкой. В Подземелье нравы диких кельпи вызывали у него, в лучшем случае, отвращение. Но здесь, в Эринии, что-то изменилось. Не сразу, исподволь, день за днем. Алиас Драккони называет это «зовом предков». Корвин часто думал, куда может завести его этот зов. Уже завёл.       Он запрокинул голову. Близился рассвет. Небо приобретало зеленоватый оттенок, но звезды ещё были видны. И они отчётливо складывались в слово «предатель». Корвин скрипнул зубами.       «Клянусь, больше никаких отсрочек! Разберусь с этими убийствами и сразу же — в Подземелье».       Он мысленно начал разговор с Гербертом, но кроме «прости» ничего на ум не шло. Корвин не умел оправдываться, да и не хотел. Он кругом виноват. И в том, что связал Герберта клятвой, и в том, что сам изменил ему.       В Эринии времена года сменялись, как в Верхнем мире. И переселенцы-фэйри радостно вернулись к своим исконным праздникам. Снова мчалась Дикая охота на Самайн, без меры текло вино Йоля, горели костры с опавшей листвой на Мабон и кружились хороводы Бельтайна.       Весенняя шальная ночь, когда неважно, кто ты. Без имён, без обязательств, почти без слов. А через неделю Триста пришла к нему и осталась насовсем. Уйти из табуна ради человека — такое у кельпи редко, но случается, за это не наказывают. Но уйти ради некроманта... Тристу не примут обратно. Её просто убьют. И ребёнка тоже.       Будь воля Корвина, он бы запретил ей выходить из дома до родов. Или пока всех нелегально просочившихся в Эринию кельпи не выселят на дальние острова. Но запретить что-либо Тристе невозможно, не тот характер. Жить в замке короля эльфов, где у некроманта были собственные покои, она не пожелала. Корвин едва уговорил её поселиться на окраине столицы, откуда было рукой подать до реки. Он окружил дом такой защитой, что даже королю гоблинов пришлось бы изрядно потрудиться, чтобы проникнуть внутрь.       Корвин передёрнул плечами. Не к добру ему вспомнился Джарет. Герберт — существо мстительное. Если у них не получится разойтись по-хорошему, он может пожаловаться Игрейне. Даже наверняка пожалуется. А королева гоблинов способна сильно осложнить жизнь кому угодно. И Джарет, само собой, в стороне не останется. Корвин вздохнул. Он должен решить это дело миром. Любой ценой. Ради Тристы и их сына. Она обещала, что будет сын.       Двадцать лет назад в похожей ситуации оказался его учитель. Но Герберт от него ушёл сам, и никакой клятвой Алиас его не связывал. Корвин вспомнил последнюю встречу с Гербертом. «Не думал, что привязанность — это так приятно...» И с силой шарахнул кулаком по ближайшему дереву.       «О боги, хоть бы у него за это время появился любовник! Кто угодно, лишь бы он не ждал меня!»