Сильнее смерти
25 октября 2018 г., 22:34
— Что значит нет?! — Перед яростью короля гоблинов короткий строй целителей попятился. — Его душа здесь — я чувствую! Его можно воскресить! Я заплачу, сколько скажете.
— Увы, милорд, — Эйрмид, глава гильдии целителей, скрестила руки на груди. — Ему фактически отрубили голову. Эта смерть не входит в список обратимых. Мы не можем нарушать закон, даже ради лучшего некроманта Подземелья. Мы скорбим о его смерти, но...
— Довольно! — Джарет так резко взмахнул рукой, что Эйрмид отшатнулась. — По крайней мере, забрать его тело вы мне запретить не можете.
Семеро целителей переглянулись. Теоретически все дети Оберона, и Джарет в том числе, умели воскрешать. Но только при определённых условиях, под которые данный случай не подпадал. И всё же...
Эйрмид неохотно отступила, пропуская Джарета. На попечении целителей находилось девять некромантов с травмами разной степени тяжести. Рисковать их жизнями, ввязываясь в открытый конфликт с королём гоблинов, Эйрмид не решилась.
Алиас лежал на пропитанном кровью плаще. Рядом, словно в почётном карауле, замерли Эрк и Брас. У обоих в руках — обнажённые клинки. Корвин скорчился у ног приёмного отца, содрогаясь в отчаянных, без слёз, рыданиях. Триста сидела рядом, прижимая его голову к своей груди, и тихонько раскачивалась, одними губами что-то нашёптывая. При виде Джарета круглые глаза Эрк вспыхнули надеждой.
— Мы его держим, — процедила она, не разжимая стиснутых зубов.
— Милорд, он был вам самым верным другом, — Брас смахнул со лба пот и грязь. — Вы же не дадите ему уйти... в Ад?
Джарет не ответил. Голыми руками он взялся за концы скрещенных клинков и развёл их в стороны. Тут же склонился, и пока не затянулись порезы на ладонях, провел своей кровью две полосы по щекам Алиаса. Быстро завернул его в плащ и аккуратно, чтобы не отвалилась держащаяся на одном лоскуте кожи голова, поднял на руки.
— Держитесь за меня! Вы все!
Повторять ему не пришлось. Целители с отчаяньем смотрели на вихрь синих искр, унёсший короля гоблинов, трёх живых некромантов, одного мёртвого и кельпи.
— Он ведь не сможет его воскресить? — робко спросила Лиара.
— Нет, — резко ответила Эйрмид. — Он не сможет.
***
Алан волком кружил вокруг разрушенного кургана, втягивая чутким носом запахи. Звериный облик для поисков подходил лучше всего. Где-то здесь остался череп... Точно, вот это место — земля сохранила запах Джарета и самого Алана. Но черепа не было.
Алан коротко взвыл. Опоздать второй раз было невыносимо обидно. Кто мог забрать череп? Лабиринт? Едва ли, ему вроде бы незачем. Ториус? Вот это более вероятно. Камней в округе хватает.
Алан подпрыгнул, щёлкнул зубами и сплюнул перекушенную пополам летучую мышь. Над его головой возмущённо закричала лишившаяся добычи сова. Алан зарычал. На секунду захотелось как в молодости — бежать без оглядки, охотиться, убивать, лакать горячую кровь... Будь проклят Эрн-охотник, захвативший его однажды в свою свиту! Сколько столетий прошло, а до сих пор иногда накатывает это дикое желание — стать зверем. Нет, только не сейчас.
Владыка Лесного края поднялся на ноги. Потянулся, плащом оборачивая вокруг себя лунный свет. Вернулся по своим следам до крошечного озерца, обмакнул в воду пальцы. От перстня с опалом потянуло морозом, и озерцо заблестело тонким льдом. Алан дождался, пока в нём отразится луна и щёлкнул пальцами.
— НЕ СПИТСЯ? — в рокочущем голосе Ториуса не прозвучало ни малейшего удивления.
— Ты выяснил, в чьём теле проник в наш мир демон?
— НЕТ.
— Тогда верни череп. Возможно, у меня получится.
— У МЕНЯ ЕГО НЕТ.
Алан обдумал услышанное.
— Кому ты его отдал?
— ТОМУ... КТО УЗНАЕТ ОТВЕТ... НАВЕРНЯКА.
— Ты мне не доверяешь?
— Я НИКОГДА ТЕБЕ НЕ ДОВЕРЯЛ... СЫН ОБЕРОНА... С ЧЕГО БЫ ВДРУГ НАЧИНАТЬ?
— Его видел дух болот. Он может создать портрет!
— ОН ВИДЕЛ ДЕМОНА... А НЕ ЕГО ЧЕЛОВЕЧЕСКУЮ ОБОЛОЧКУ.
— Дух узнал его? Это кто-то из старых демонов?
— СААКТУР, — после небольшой паузы ответил Ториус.
— Советник Велиала?! — Алан помнил Саактура. Безупречную красоту тонкого лица, змеиную грацию, хищную тень перепончатых крыльев. Искусный маг и политик, он уступал другим демонам в грубой силе, и оттого одним из первых начал изменять себя. Страшно подумать, как он выглядит сейчас.
— СОПЕРНИК ВЕЛИАЛА, — поправил Ториус. — ДУХ УВЕРЕН... ЧТО СААКТУР СТАРАЕТСЯ ДЛЯ СЕБЯ.
— Этим разладом можно воспользоваться, — Алан задумчиво покусал губу. — Надеюсь, дух болот не заключил договор с Саактуром? Не хотелось бы включать в список ежедневных дел упокоение отрядов зомби.
— ОН НАИГРАЛСЯ С ДРАУГАМИ.
Алан усмехнулся. Ториус упорно употреблял древние слова, не желая обновлять свою речь.
— Хоть это радует. И всё же, я бы хотел знать, кто впустил Саактура в своё тело и в наш мир?
— ВОЗМОЖНО... УЗНАЕШЬ.
Лед пошёл трещинами и начал стремительно таять. Алан фыркнул и поднялся. Если Ториус отдал череп Лабиринту (а кому ещё он мог его отдать?), можно оставить надежду узнать имя того несчастного мага.
Алан постоял, составляя мысленный список наиболее срочных дел. Провести проверку всех магов и их учеников — в Подземелье и в Эринии. На всякий случай, проверить алхимиков. Изъять все книги, в которых описывается обряд вызова демона. Даже у некромантов. Заодно проконтролировать, как продвигается излечение Эдвина. И настоятельно напомнить Джарету про библиотеку. Последний пункт немного поднял Алану настроение. Пожалуй, утро он начнёт именно с него.
***
— Я не проверял эликсир на мёртвых, Джарет! — У Герберта заметно дрожали пальцы. — Я не ручаюсь за результат! А если поднимется уже не Алиас?
— Здесь трое некромантов, и я тоже рядом. — Джарет стиснул плечи названного брата и слегка встряхнул. — Ты уже начал, поздно останавливаться.
В доме они были одни. Корвин с Тристой и остальные ждали на крыльце. Улли бесследно исчез, как только увидел труп. И Герберту очень хотелось последовать примеру слуги. Тело Алиаса лежало на лабораторном столе, перерубленная шея обмотана пропитанной эликсиром повязкой, над головой замер хрустальный шар. Герберт боялся смотреть на некроманта, застрявшего между жизнью и смертью. "Как же так, Алиас? Как же так..."
— Пора. — Он сглотнул. — Джарет, пожалуйста, сними бинты.
Пока король гоблинов, ворча что-то невнятное про слабонервных алхимиков, отдирал повязку, Герберт стоял, зажмурившись и закусив костяшки пальцев.
— Получилось! — выдохнул Джарет. — Посмотри, Берти, шея зажила, и позвоночник восстановился. Что дальше?
— Его нужно перенести в ванную. — Герберт взял плотно закупоренную бутылку. — Джарет, это все мои запасы, но Миах погружал погибших воинов в источник с головой. У меня столько нет!
— Разведи обычной водой. — Джарет поднял тело Алиаса на руки. — Уверен, Миах просто добавлял свой эликсир в источник.
Вода в ванной быстро мутнела. Джарет содрал с некроманта заскорузлую от крови и грязи одежду, но тело не обмывал, время и так было на исходе. Герберт с тревогой поглядывал на напряжённого короля. Каких усилий ему стоит удерживать душу Алиаса? Вампир вспомнил, как его самого затащило в Преисподнюю и передёрнулся.
— Он по-прежнему не дышит! — Герберт перегнулся через бортик ванной и тут же с визгом отскочил.
Вода взметнулась, и Алиас резко сел, кашляя и хватаясь за горло.
— Зови их! — Джарет вытолкнул Герберта из ванной комнаты. Сам встал в проёме двери, пристально всматриваясь в бьющееся в воде тело. — Алиас? Ты меня слышишь?
В ответ раздался невнятный хрип. Внизу захлопала дверь, по лестнице пронёсся топот. Знакомый Джарету женский голос прокричал:
— Не пускайте его!
— Милорд, мои извинения! — Брас потеснил Джарета, бросил взгляд в ванную и тут же отшатнулся. — Корвин, где его амулет?
— Вот! — Кристалл на перерубленной цепочке протянула Эрк.
Корвин с трудом удерживал рвущегося в ванную Ринальдо. Джарет щёлкнул пальцами, и мальчик замер, только слезы по-прежнему текли из широко распахнутых глаз.
— Корвин, посади его в кресло! — В гостиную поднялась Ирис. — Что ты так смотришь на меня, Джарет? Я только что прибыла из Эринии. И как вижу, вовремя.
— Только не вмешивайся! — Джарет предупреждающе вытянул руку.
Ирис похлопала по своей сумке. На кожаном клапане был вырезан знак извивающейся змеи.
— Я не только жена Алиаса, но и целительница. — Она посмотрела на Ринальдо, которого по-прежнему обнимал Корвин. Они оба смотрели на неё с таким выражением, что Ирис опустила глаза. — Ладно, делайте свое дело. Если есть шанс вернуть им отца, не мне вас останавливать.
— Милорд... — Брас зубами зажал звенья цепочки, — Нужно надеть на него амулет. Это главная проверка. И... простите, но если окажется, что это не Алиас, придётся отрубить ему голову. Окончательно. Эрк?
— Слабак! — Она презрительно фыркнула и вытащила тесак из ножен. — Ну что, Джар, пошли?
У Герберта от удивления приоткрылся рот. Чтобы какая-то безродная недоучка так фамильярно обращалась к королю гоблинов?! Но Джарет никак не отреагировал на развязный тон. Он взял амулет, и они с Эрк бесшумно скользнули в ванную. Дверь захлопнулась. Брас нервно облизнул тонкие губы.
— Герберт, у тебя там много бьющихся предметов?
— Да чёрт с ними! — отмахнулся Герберт. Он пытался расслышать, что происходит в ванной. Все остальные тоже превратились в слух.
Через пару минут ручка двери повернулась, и вышел Джарет. Осмотрел живописную группу и улыбнулся.
— Герберт, ты уже прикинул, сколько просить за свой эликсир? Если нет, думай быстрее. Полагаю, у тебя прямо сейчас появятся, как минимум, трое клиентов.
Он эффектно взмахнул рукой и отступил в сторону. Опираясь на косяк двери, через порог шагнул Алиас. С волос его капала вода, лицо страшно осунулось, кожа выглядела по-неживому бледной, но на шее, поверх шрама, сверкал амулет некромантов, подтверждая право на жизнь.
— Между прочим, это мой лучший халат, — пробормотал Герберт. — Там и попроще висел, обязательно было шёлковый брать?
— Отец! — Корвин с Ринальдо рванулись к Алиасу, чуть не сшибив с ног оказавшегося на пути Браса.
— Да жив я, жив, — Алиас слабо усмехнулся, пока сыновья бережно вели его к дивану. — Разве вы дадите мне умереть? И ты здесь? — он поднял глаза на Ирис. — Что говорят ваши законы в подобных случаях?
— Не надейся, — она уверенно взяла его запястье, отсчитывая пульс. — Временная смерть не считается достаточным основанием для прекращения брака. Так что ты по-прежнему мой муж. Кстати, Герберт, если ты посмеешь продавать свой эликсир до разрешения гильдии целителей, можешь собирать вещи и перебираться в Верхний мир. Это я тебе официально заявляю.
— Ах, Герберт! — Эрк улыбнулась так ласково, что он сразу осознал себя одиноким вампиром в комнате, полной некромантов. — Только не забудь, что первому покупателю, по обычаю, скидка.
— Я пока не решил с ценой. — Герберт немедленно приободрился. — Но никак не меньше ста унций золота за стандартный флакон. Первому покупателю, так и быть, восемьдесят унций.
— Грабёж средь белого... — Брас запнулся, посмотрел за окно и поправился, — средь ясной ночи!
— Замётано! — Эрк сняла с пальца тяжелый перстень с заляпанным тиной камнем. — Держи — это аванс. Остаток потом — после официального разрешения.
Герберт брезгливо, двумя пальцами взял перстень, протер его платком, ахнул и быстро сунул в карман.
— Договорились, — он приосанился. — Ещё заказы будут?
Брас с упрёком посмотрел на Эрк, вздохнул и снял с мизинца простое на вид кольцо. Герберт придирчиво его изучил, шевеля губами, прочёл руническую надпись и кивнул.
— У меня с собой ничего нет, но я перешлю плату на твой счёт, Герберт. — Корвин покосился на сидящую рядом Тристу.
— Ладно уж, поверю на слово. — Вампир высокомерно изогнул бровь. — Мы закончили с деловыми вопросами? Тогда я бы хотел, чтобы вы покинули мою гостиную, пока здесь всё не провоняло болотом.
— Негостеприимный ты, — Эрк цепко осмотрелась, — но это поправимо. Дорогу я теперь знаю. Рада была повидаться, Джарет, надеюсь, не скоро снова свидимся.
Как она исчезла, никто не понял, кроме короля гоблинов, который скривился так, словно выпил по ошибке бокал уксуса.
— Вот к чему приводит скрещивание всех подряд и с кем попало.
— И от кого же я это слышу? — фыркнула Ирис.
— О чём речь? — заинтересовался Герберт.
— Забудь! — Джарет погрозил ему пальцем. — Я не желаю разгребать последствия твоих опытов ещё и в этом направлении. Алиас, ты доберёшься до дома?
— Мы поможем! — хором ответили Корвин и Ринальдо.
— Да уж, помогите... — Алиас тяжело поднялся с дивана. — Герберт, я твой должник. И твой, Джарет.
— Само собой, — король гоблинов многообещающе улыбнулся. — Но об этом мы завтра поговорим.
И он тоже исчез. Герберт убедился, что вся семья Драккони покинула дом, и запер дверь. Было немного обидно, что вот они все — там, а он один — здесь. Но Герберт не дал себе загрустить. У него есть семья — сама лучшая в этом мире. И его только что оценили не последние некроманты Подземелья. А скоро и остальные оценят. Он раскинул руки и закружился по прихожей.
— Получилось! У меня всё получилось!
— Ты гений.
Герберт замер и уставился на Браса. Он был уверен, что кицунэ исчез следом за Эрк.
— Как ты вернулся?
— А я и не уходил.
Герберту показалось, что Брас вильнул хвостом, хотя никакого хвоста видно не было. Лукавые глаза кицунэ весело сощурились.
— У меня есть предложение: я помогаю тебе с уборкой, а ты за это позволишь мне воспользоваться твоей замечательной ванной. А то я уже сам себе омерзителен. Что скажешь?
Герберт заколебался. С одной стороны, Улли не появится до тех пор, пока все следы крови не будут надежно стёрты. А убираться одному Герберту не хотелось. С другой стороны, оставлять в доме незнакомого некроманта не хотелось ещё больше.
Брас просиял обаятельнейшей улыбкой.
— Чего бояться тому, кто носит амулет четырёх стихий?
— Ладно, — недовольно пробормотал Герберт, поправляя ворот рубашки. Про амулет он попросту забыл. — Наведи порядок наверху. В лаборатории я сам уберусь.
Через час, когда он заканчивал заполнять рабочий журнал, в дверь лаборатории тихонько поскреблись.
— Я закончил. И очень тебе благодарен. — Брас картинно замер в дверной раме.
У Герберта восхищённо округлились глаза. Кицунэ отмылся и отчистил одежду. Распущенные по плечам густые волосы серебрились на сером шёлке рубашки — рваной и оттого больше открывающей, чем скрывающей. Кожаные чёрные штаны, заправленные в высокие ботфорты, обрисовывали стройную фигуру и почему-то намекали на хвост. Даже не на один.
— Не устал? — Брас с намёком поднял бровь. — Может, хватит работать? Ты и так сегодня на сто лет вперед потрудился. Да и я тоже. Пора отдохнуть.
Герберт затрепетал ресницами. Он знал, что кицунэ не заводят длительных отношений. Но и сам не хотел ни с кем надолго связываться. Любовник на одну ночь — именно то, что нужно.
— Пожалуй, ты прав, — он сладко потянулся. — Ты голоден? У меня молоко есть. Ты какао любишь?
— Очень! — Брас облизнулся.
***
— Что с Алиасом? — Игрейна встретила мужа у ворот Лабиринта. Откуда она узнала новости, Джарет спрашивать не стал.
— Жив. Как я понял, дух болот хотел оставить его у себя. И даже отправил за ним драуга. Эту тварь Эрк с Брасом изничтожили на месте, а жаль. Я мог бы узнать больше.
— Боюсь, что дело не в Алиасе. Окажись он в плену болот, выкуп бы потребовали с тебя.
— Согласен. Но, к сожалению, предъявлять претензии у меня нет оснований. А вот мне их завтра предъявят в изрядном количестве. В этом можно не сомневаться.
Они дошли до замка, и Игрейна с ужасом вспомнила, что так и не удосужилась навести порядок в библиотеке.
— Когда ты вернёшь Йоргену книги?
— Подождёт, это не срочно, — отмахнулся Джарет. —— Жаль, конечно, что плату теперь с него не возьмёшь. А я даже не видел, как он среагировал на свои драгоценные книги!
— Он их расцеловать был готов. Парочку даже отнёс в свои покои. Кстати, когда ты успел там всё обустроить? Мне понравилось. Давай насовсем оставим?
— Что я ему обустроил? — Джарет остановился. — А ну-ка...
Он вихрем взлетел по лестницам, вышибая по пути все двери и сметая особо нерасторопных гоблинов. Игрейна едва его догнала.
— Кто это сделал?! — Джарет медленно обходил комнату, то и дело касаясь паутины, оплывших свечей и прочих зловещих атрибутов, проверяя их материальность. — Это не иллюзия. Комнату просто состарили!
— В нашем королевстве всего двое способны работать со временем. — Игрейна устало вздохнула.
— Паскудный каменный мешок с амбициями! — Джарет пнул стену. — Это уж слишком! Ты понимаешь, ради чего он так расстилался перед Йоргеном?
— Догадываюсь. — Игрейна встала у окна, осматривая мягко светящийся под луной Лабиринт. — Тело демона... ну, пусть даже полудемона, гораздо прочнее человеческого и любого из фэйри. У Лабиринта могло получиться вселиться в него. Надолго. Теперь я понимаю, о чём он жалел, прежде чем отправить Йоргена к Туманному Пределу.
— Так дальше продолжаться не может! — Он обнял её, прижав к себе. — Я найду способ вытащить тебя отсюда.
— Нет такого способа. Но ты не переживай, я заставила его поклясться. Тебе ничего не угрожает.
— До тех пор, пока он не придумает, как обойти эту клятву!
— Мы что-нибудь придумаем. В конце концов, если станет совсем плохо, ты можешь перебраться в Эринию.
— Без тебя? Ну уж нет.
Они замолчали, и так, в тишине, прижавшись друг к другу, долго стояли у окна, разглядывая Лабиринт. В молочном свете луны он сиял — изумрудными искрами светлячков, белизной мрамора, восьмым, октариновым, цветом магии. А где-то далеко, по другую сторону реальности, протяжно и грустно играла тростниковая флейта.
