Я окончательно запутался
6 марта 2020 г., 02:07
Пробуждение было резким и весьма болезненным.
«Что это была за чертовщина? – руки рефлекторно взметнулись к шее, – Это был всего лишь сон, – сердце стучало как сумасшедшее, норовя вот-вот выпрыгнуть из груди. – Но я словно до сих пор ощущаю с какой силой он сжимал мне горло, – тело начало трясти, словно от лихорадки. – О, Мерлин, мне срочно нужно в душ».
Драко встал и быстро направился в душевую, где под нестерпимо горячими струями воды пытался смыть с себя липкую паутину страха, облепившую всего его с ног до головы.
«Просто какого черта эротический сон превратился в кошмар с моим убийством? – думал юноша, собираясь на завтрак, – И… – он покраснел и нервно поправил выпавшую из прически прядь волос, – Он был так нежен и горяч одновременно, – в голове всплыли два зеленых огня, пылающие презрением и ненавистью, заставив Малфоя взрогнуть. – Если так разобраться, то Гарри прав. Я тот еще лицемер. Но разве я могу по-другому?»
избранный истинный гриффиндурок. До ужаса нелепый и раздражающий. Особенно со своей тошнотворной улыбкой и зелеными глазами. Как же чешутся руки разбить ему лицо. Однако я Малфой, поэтому не паду так низко».
Но, как известно, запретный плод сладок. И некоторыми, особенно одинокими и холодными ночами, когда терпение достигало своего пика, и в душе становилось отвратительно пусто, Драко не мог не мечтать о любви.
«Хотя обманывать себя я тоже не могу. Именно все то, что я в нем так сильно ненавижу, в тоже время до безумия привлекает меня».
Никто, за исключением, может, Блейза Забини, даже не мог догадаться насколько нежную и трепетную душу скрывал под собой непробиваемый шиповой панцирь язвительности и ледяная маска отчужденности Драко Малфоя. И в своем стремлении еще сильнее запереться и отдалиться от других людей, он каждый раз бессознательно становился тем самым маленьким мотыльком, что так завороженно летит на огонь.
«Сила, внутренний стальной стержень, упрямство, храбрость и яростное желание всем помочь, защитить, пусть и ценой собственной жизни. Край идиотизма. Наверное, именно эти качества и формировали в нем настоящего лидера и героя. Героя, которой был мне так нужен. Необходим, словно воздух, как глоток воды».
Искренность и открытость Гарри, на которую у Драко никогда не было достаточно смелости, притягивали похлеще Акцио. Улыбки и смех, легкие прикосновения и расцветающая в зеленых глазах радость и любовь, которые чертов Поттер дарил и посвящал другим, выжигали в нем черную дыру зависти. Все то, что привносило новые краски в его скучную серую жизнь, причиняло такую же ослепительно яркую боль.
«Ненавижу. Все из-за него. Лучше бы он вообще никогда не появлялся в моей жизни. Прошу, просто исчезни уже».
***
Как давно это началось? Никто не сможет ответить наверняка, даже сам Драко. Может, это произошло в поезде или уже тогда – в магазине мадам Малкин. «Он особенный» – думал светловолосый мальчик одиннадцати лет, на тот момент еще не знавший, что и в самом деле встретил того самого Гарри Поттера. Мысли о необычном ребенке не покидали. Он постоянно думал о том, каким заинтересованным и любопытным был его взгляд, и до чего же у него был нелепый, но такой забавный и милый вид. Драко сразу понял, что тот впервые на Косой Аллее, а это ясно говорило о том, что он не чистокровный. «Отец будет недоволен, если узнает, что я дружу с полукровкой или, что еще хуже, с маглорожденным». Однако блеск ярких зеленых глаз так крепко засел в голове, что Малфой впервые был решительно готов ослушаться своего отца. Но планы его были нарушены, когда протянутая рука так и осталась не принятой. Это разозлило и обидело его не на шутку. «Почему он отказал мне? Да еще и променял на этих. На предателя крови Уизли и грязнокровку Грейнджер. Неужели я совсем ему не понравился? Каким же надо быть тупицей, чтобы так поступить с Драко Малфоем? Видимо недалеко он ушел от своих дружков». Плескавшаяся внутри обида с каждым разом росла все сильнее, пытаясь найти выход. И Малфой срывался на Поттере, каждый раз стараясь задеть его за живое, надавить посильнее и ударить побольнее. Это словно превратилось в привычку, закрепившись с годами. Только вот вместе с этим появилось и новое, до этого совершенно неизвестное, чувство внутри, которое глодало его все яростнее с каждым новым курсом. Малфой никогда не был глупым, поэтому прекрасно понимал что это за чувство. Оно казалось таким неправильным, неестественным, что Драко всеми силами старался затолкать его как можно дальше, глубже. «Мне нельзя его любить. Совершенно точно нельзя. Как бы сильно мне этого не хотелось, я не могу». Запрет на чувства и мысли. Тщательно скрываемый ото всех секрет, тяжелым позором лежащий на его плечах. Невыносимое бремя, давившее своей огромной, несмываемой ошибкой. «До сих пор не могу понять, как это вообще произошло. Это же чертов Поттер. Идиот с гнездом на голове, поношенными тряпками и кошмарными круглыми очками. И, конечно же, обостренное чувство справедливости и тяга к неприятностям и проблемам. Прям***
– Гарри Поттер мертв. Он был убит при попытке к бегству. Он пытался спасти свою жизнь, пока вы тут погибали за него. Мы принесли вам его тело, чтобы вы убедились, что ваш герой мертв. Битва выиграна. Вы потеряли половину бойцов. Мои Пожиратели смерти превосходят вас числом, а Мальчика, Который Выжил больше нет. Воевать дальше не имеет смысла. Всякий, кто продолжит сопротивление, будь то мужчина, женщина или ребенок, будет убит, и то же случится с членами его семьи. Выходите из замка, преклоните передо мной колени, и я пощажу вас. Ваши родители и дети, ваши братья и сестры будут жить, все будет прощено, и вместе мы приступим к строительству нового мира.
Тело будто парализовало. Сердце камнем упало куда-то вниз и остановилось. Виски ломило от усталости и напряжения, а в голове яркой вспышкой пульсировали мысли: «Что?.. Нет… Этого не может быть. Нет, нет. Это неправда. Все не так. Это не Гарри. Это не он. Он не мог… Нет. Нет, черт возьми!..» Глаза метались, пытаясь сквозь плотную толпу разглядеть хоть что-то, что помогло бы опровергнуть оглушающие слова красноглазого урода, посмевшего говорить такое. Крик Макгонагалл резанул по ушам, прошелся лезвием по сердцу. Хотелось также кричать, глотая отчаянье и безысходность, чтобы заполнить вмиг образовавшуюся в душе пустоту. Но губы были плотно сомкнуты, а зубы зло сжаты. «Это ложь. Ложь!» Драко уже не следил за тем, что происходило вокруг. Его захлестнула обжигающая ярость. Волшебная палочка слегка подрагивала в плотно сжимающей ее руке. С каждой секундой магия все сильнее разрасталась внутри, готовая вот-вот вырваться и утопить под собой всех. Но Малфой желал смерти только этого ублюдка. Впрочем, как и большинство. И тут случилось сразу несколько вещей. С отдаленной границы школы пришли кентавры, наполнив воздух воинственными кликами, а из-за угла замка показался великан с воплем: «ХАГГИ!» Неожиданное подкрепление и нападение на Пожирателей сломало лежачее на всех оцепенение, подхлестнув людей и магических существ новыми силами для активного сопротивления. Круговорот событий, сменяющихся также быстро как образы в калейдоскопе, выбил Драко из состояния, где он балансировал на грани жажды убийства и здравого рассудка. «Поттер…» Попытки прорваться не увенчались успехом, а после рева Хагрида*, его плечи и вовсе опустились, а руки обессилено разжались. Он упал на колени, готовый разрыдаться прямо посреди боя, даже не думая от том, что может попасть под любое заклинание. Ком в горле перекрыл доступ кислороду. Малфой задыхался, из глаз лились слезы, оставляя обжигающе горячие дорожки на грязном лице, руки тряслись, а сознание начало уплывать, готовое погрузиться в спасительную темноту обморока. Крепкие руки подняли его на ноги, развернули и попытались привести в чувство, пару раз нервно встряхнув его безвольное тело. Драко расфокусированным взглядом уставился на стоящих рядом мужчину и женщину, плачущих и зовущих его по имени. «Родители», – промелькнуло у него в голове, и он прижался к ним, чувствуя как за спиной смыкается кольцо теплых рук. Надежные – отца – сжали его плечи, а ласковые – матери – нежно перебирали запутавшиеся волосы. И словно сквозь толщу воды Малфой услышал такие необходимые в эту минуту слова: – Гарри Поттер жив.***
Медно-рыжие волосы в первых лучах солнца похожи на маленький пожар, несущий с собой только тепло, растекающееся внутри тела, заполняя душу как сладкий, слегка терпкий, бальзам. Усыпанное веснушками бледное лицо, светлые ресницы и чуть приоткрытые мягкие губы. Образ, что дарил спокойствие и умиротворение. Рассвет заполнял все вокруг легким, почти невесомым, волшебством. Ощущение правильности происходящего казалось неоспоримым. Оно было похоже на любовные объятья, из которых совершенно не хотелось выпутываться. Огромное пуховое одеяло, накрывшее приятной тяжестью. Тело рядом завозилось, отворачиваясь от света и открывая вид на обнаженную спину. Блейз поднял руку и нежно прикоснулся к бледной коже, пальцем прослеживая путь от одной веснушки к другой. «Красивый, – подумал парень, поглаживая ладонью острые лопатки. – И страстный, – губы растянулись в веселой усмешке. – Просто до одури. Интересно, все рыжие такие огненные в постели? – прикосновения перешли на шею. – И кожа у него такая тонкая, – пальцы очертили яркие фиолетовые отметины, оставленные в пылу жаркой ночи. – Но выглядит это просто невероятно правильно. Словно находится на своем месте, словно так и должно быть.» Забини нахмурился и убрал руку, цепляя взглядом отсутствующую ушную раковину. Он поднялся с нагретой постели и направился в душ, размышляя о нарастающей сложности в их отношениях.***
После встречи Поттера с Малфоем и его свитой.
Двое слизеринцев направлялись в гостиную своего факультета. Их голоса и шаги гулко отражались от каменных стен подземелья. – Как он только посмел сказать подобное?! – разорялась Панси Паркинсон, бурно жестикулируя. – Мало того, что он оскорбил меня, так еще и при тупом Поттере! – Заткнись, Панси, – холодно произнес Малфой. – Надоела. – Но, Драко… – жалобно протянула девушка, – Это же… – Я сказал хватит, – отрезал слизеринец, начиная злиться. – Ты можешь просто помолчать? – Извини, – тихо ответила Паркинсон, опустив голову. – Иди в гостиную, а я подожду Блейза, – сказал Драко, останавливаясь. – Мне нужно с ним поговорить. – Хорошо.***
– Какого черта, Забини? – Драко был зол, его серые глаза метали молнии. – О, Мерлин, Драк, успокойся, – итальянец закатил глаза и плюхнулся на кровать друга. – Ты вообще его видел? Он был готов расплакаться в любой момент. Это было жалко. – То есть ты хочешь сказать, что просто пожалел его? – Малфой скрестил руки на груди и внимательно посмотрел другу в глаза. Тот усмехнулся, встал и почти вплотную подошел к нему. – Нет, Драк, это ты его пожалел, – произнес он и медленно отошел, наблюдая, как на лице Драко одна за другой быстро сменяются эмоции. На некоторое время повисло молчание. – Что мне делать, Блейз? – тихо спросил светловолосый юноша, – Я совсем не представляю, что мне делать. – Хмм, – задумчиво протянул слизеринец, уже полностью улегшись на кровать. – Ну так действуй. – Что? – непонимающе выдохнул Малфой, вопросительно глядя на Забини. Слизеринец, поняв, что сболтнул лишнего, неловко рассмеялся, нервно пригладив волосы на затылке. – Я говорю, что его нужно проверить. Вдруг это какая-то неудачная шутка или глупый розыгрыш, – «О, черт, что я несу?» – Да, и вообще, Драко, это же такая отличная возможность для того, чтобы слегка поиздеваться, – «Отлично, Блейз, и таким способом ты решил помочь бедняге Поттеру?» – Не упускай такую возможность хорошенько повеселиться, – «Ну, и кто меня вообще за язык тянул?»***
Блейз был достаточно внимательным и весьма проницательным человеком. И он всегда отмечал то, каким становилось выражение лица Драко при упоминании Поттера в разговоре, видел как расслаблялось или же, наоборот, напрягалось тело его друга. Первое время Забини не обращал на это особого внимания, списывая на неприязнь и злость, на напряжение. Однако, чуть позже, помимо всего этого он стал подмечать тот самый блеск в его глазах. Но Блейз также умел и молчать. Он не подавал виду, что догадался о маленьком секрете, который так тщательно скрывает Малфой, а просто ждал, когда тот сам ему все расскажет. Но Забини слишком хорошо знал Драко и прекрасно понимал, что такого никогда не произойдет.***
Драко сидел в своей спальне и размышлял о своей последней встрече с Гарри Поттером. «Я был вчера так зол, что мог убить любого, кто бы подвернулся. Ну так почему это оказался именно Поттер? – в голове промелькнули вспышки воспоминаний. – Никогда еще не вел себя настолько мерзко, – Малфой упал на кровать, спрятав лицо в подушку. – Чувствую себя просто ужасно из-за этого, – он перевернулся на спину и уперся взглядом в изумрудный балдахин, возвышающийся над головой. – Ещё и этот утренний сон. Не стоило мне этого делать. Но что, если Блейз прав, и это был просто тупой розыгрыш или что-то вроде того? В любом случае, это меня злит, – Драко прикрыл глаза, устало потерев лицо рукой. – Потому что я никогда не поверю в это, – он вспомнил окаменевшее лицо Гарри и проскользнувшую боль в зеленых глазах при его хлестких и отвратительных словах. – Но вдруг я ошибаюсь, и Поттер…» Слизеринец резко встал и нервно заходил по комнате. Он чувствовал, как с каждым его шагом в груди разрастается тревога. Но вместе с ней появлялся и маленький росток надежды. «Я даже представить не могу, чтобы он мог полюбить меня. Я же мерзкий Малфой, – слизеринец нахмурился и зло сжал зубы. – Я же белобрысый хорек, я же, черт возьми, парень! – он резким движением руки скинул все, что лежало на столе, и швырнул на пол. – Так почему он выбрал меня? Кто-нибудь вообще может мне ответить? – Драко глубоко вздохнул, попытавшись успокоиться. – Так, нужно посмотреть на все это объективно. Поттер очень уж плохо выглядит для того, кто просто решил развлечься. И его слова... Слишком уж искренними они были. Хорошо, настал момент для того, чтобы все выяснить, и неважно какой окажется правда. Нужно пойти с ним поговорить и извиниться», – юноша бросил взгляд на разбросанные по комнате вещи. Среди бумаг лежало несколько нераспечатанных конвертов. «Что за черт? – он наклонился и поднял один из них. – Перед завтраком я проверил всю почту и прочел все письма, – слизеринец собрал все и сел в кресло. – Похоже, что их кто-то принес, пока меня не было в комнате. Кто бы это мог быть? Совы в подземелья не летают, а в мою спальню никто не заходит без разрешения. Блейз? Нет, маловероятно, я его весь день не видел. И куда он только мог деться, интересно? – Драко покрутил конверты в руках, но кроме номеров ничего не увидел. – Хмм, странно. Ни имени, ни адреса. Видимо что-то важное, раз их так много. Что ж, ладно, думаю все же стоит глянуть и ненадолго оттянуть неизбежное». Малфой поднял с пола нож для бумаги и вскрыл первое письмо. Вынул лист пергамента, развернул его и принялся вчитываться в неровные буквы. ___________________ *— ГАРРИ! — кричал он. — ГАРРИ! ГДЕ ГАРРИ? Кричал Хагрид, когда Поттер скрылся под мантией-невидимкой.
