Жизнь на крышах Парижа

      Колибретта сидела на краю здания, расположенного неподалёку от Эйфелевой башни и ждала, когда внизу появится Супер-Кот. Время встречи было оговорено, но он все никак не появлялся, в то время как героиня была на месте ровно в назначенную минуту.       — Сам же предложил… Ох, какие же тут все дилетанты…       — Ты про кого? — послышался голос Супер-Кота. Колибретта повернулась назад и увидела его, стоящего напротив.       — Ах, все-таки решил прийти. — с улыбкой произнесла она.       — Я не мог нарушить обещания. — с джентльменским пафосом ответил он. Колибретта подыграла ему и протянула руку, которую он мгновенно поцеловал.       — Полно, Кот. — сказала она после всей этой церемонии. — Итак, вот и подошло время для нашего важного разговора.       — Куда пойдём? — наивно спросил Супер-Кот.       — Эмм… Нужно куда-то идти? Поговорить мы можем и здесь.       — Но я же…       — Эй. — она положила руки ему на плечи. — Я понимаю тебя и ценю твоё отношение, но время сейчас не самое спокойное для этого. Я просто должна поговорить с тобой кое о чем.       Супер-Кот печально вздохнул и кивнул, состроив согласную улыбку на лице. Колибретта села на пол, прислонившись к перегородке, Кот сел рядом с ней.       — Я знаю некоторые вещи. Возможно, то, что я знаю, может помочь вам найти какие-то ответы. Я видела книгу, но это была лишь её копия.       — Какую книгу?       — Ох, ты не знаешь? Книга, которая рассказывает о всех талисманах, созданных в Китае!       — Я не знал этого…       — Хорошо, что ж, теперь будешь знать. И, что более важно, мне кажется, я видела один из талисманов. Это был талисман черепахи.       — Чере… А ты уверена?       — По крайней мере, изображению в книге он соответствует точно.       «Но это значит, что Нино пропал не просто так…» — подумал Супер-Кот. «Но где же он? И где его талисман? Как так вышло, что они оказались разделены?»       — О чем задумался? — Колибретта вернула героя обратно в реальный мир.       — Владелец того талисмана был моим другом… Ну, как герой, он был мне друг. А потом пропал вместе с талисманом.       — Ты знал его личность? — удивлённо спросила Колибретта.       — Хранитель сказал мне, чтобы я сделал героем того, кого считаю достойным этой роли. Я выбрал своего друга, но он, видимо, был неаккуратен…       — Это ещё мягко сказано! — воскликнула героиня. — Если талисман, что я видела, настоящий, то он уже сейчас может быть в плохих руках!.. или же он просто находится у Хранителя…       — Хранитель покинул нас, героев. Мы не знаем, где он, и ни одной вести за несколько месяцев… — ответил Супер-Кот. — А где ты видела талисман?       — О… Я не могу сказать этого, потому что… Ты знаешь, почему. Я не могу раскрывать личность, а этот факт плотно привязан к моей личности… Но я рассказала тебе про талисман, потому что я доверяю тебе. — она повернулась к Коту и глаза её блеснули в свете ночной Луны. — Ты чувствителен, ты понимающий… И для героя это — самые важные качества. То, что у тебя в сердце, и вовсе не способность махать оружием или громко выкрикивать пафосные фразочки…       — Нет, что ты, я не думаю, что…       — Именно так, котик. Это очень хорошие качества, и ты должен беречь это в себе, ты должен улучшать их. — произнесла Колибретта, глядя в глаза Коту. — И помни о талисмане. Если ты хоть что-то узнаешь об этом, то скажи мне.       — Непременно, Колибретта. Я не посмею утаить ни слова. — ответил Супер-Кот, прижав руку к груди и закрыв глаза. Они по очереди поднялись на ноги и героиня подошла поближе к герою.       — Я хочу попросить тебя об одной важной вещи… Если ты где-то увидишь меня настоящую и у тебя вдруг возникнут мысли о том, что это я… Отгони эти мысли. Нельзя даже предполагать, что мы знаем, кто мы такие.       — Я все понял. — честно произнёс Супер-Кот. — И наш разговор также останется в тайне.       — Спасибо, котик. — она встала на цыпочки и поцеловала героя в щеку. Улыбнувшись ему, она без слов попрощалась с ним и убежала по крышам вдаль. Супер-Кот смотрел ей вслед, все никак не осознавая, что только что произошло. Он даже на это не рассчитывал, но получил все сполна. Лишь одна вещь беспокоила героя — он ничего не сказал ей. Но он просто не мог спокойно при ней разговаривать. Особенно о таких вещах, которые касались души человека. Супер-Кот решил ещё немного побыть на крыше и поразмыслить о всем, что он узнал сегодня. Нино был похищен… Талисман во владении неизвестного… Он нравится Колибретте…       Лоуренс проснулся по будильнику и почувствовал, что его голова словно раскалывается. Он попытался сесть на кровать, но, когда он сделал это, боль сдавила ему голову вдвое сильнее, заставив Лоуренса издать слабый стон.       — Эээ… Отлично я погулял вчера…       Да, ещё на выходе вчера Лоуренс заметил, что ему не очень-то тепло, но тогда он боялся опоздать к Але, и это небольшое переохлаждение вот так вот сказалось на его сегодняшнем состоянии. С трудом добравшись до кухни, Лоуренс взял градусник из шкафа и, зажав его подмышкой, сел за стол и подпер голову рукой. Он не мог ни о чем думать, просто отсчитывал секунды. Через минуту Лоуренс посмотрел на ртутный столбик, и голова его от результата словно заболела ещё сильнее. Показывало «38,7», и это было совсем не весело. Но больше всего Лоуренса бесило то, что он крайне редко сталкивался с проблемой высокой температуры, но стоило ему начать с кем-то тесно общаться, и вот, болезнь уже тут как тут. А он планировал сегодня позвать Алю ещё куда-нибудь, однако, фортуна с ним была не согласна, так что сегодня предстояло проводить день в компании кровати и бесконечных родительский причитаний и нареканий. Кажется, это называется «забота», но не очень соответствует тому, что должно подразумеваться под этим словом. Лоуренс решил предпринять что-то самостоятельно, пока его родители ещё спали, и хотя он плохо понимал, что нужно делать, он все же попытался. Найдя в шкафу первое попавшееся болеутоляющее средство, он принял сразу две таблетки, рассчитывая, что это поможет лучше, чем одна, и отправился лежать в кровати. Сначала он почувствовал, что боль проходит, а потом в его глазах все куда-то поплыло. Он смотрел ровно в потолок, но ему казалось, что он медленно поворачивается в сторону стены, или же это стена ползет прямо на потолок. Чтобы не видеть этого, Лоуренс закрыл глаза, и это вызвало у него лёгкое чувство тошноты. Открыв глаза, он избавился от чувства, но снова пошли глюки. Лоуренс просто повернулся к стене и уставился в неё. Так было лучше. Голова постепенно перестала кружиться, возобновилась боль, но ему удалось её перетерпеть и ненадолго задремать. Его разбудил звук нового сообщения в социальной сети, оно было от Али. Впрочем, ему больше никто и не писал. «Привет, а ты где?» — гласило послание, оканчивающееся розовым сердечком. Еле попадая в буквы, сонный и ослабший, Лоуренс смог написать: «Меня не будет, я немного заболел, передай, пожалуйста». Через несколько секунд он получил ответ: «После уроков приду к тебе.» — и снова сердечко в конце. Не то чтобы Лоуренс этого не хотел, но ему казалось неправильным, что девушка пойдёт к нему домой в четвёртый день знакомства. Впрочем, родителей во время, когда собиралась прийти Аля, не должно было быть, поэтому все могло обойтись вполне цивильно и без бесконечных навящивых влезаний «предков». Найдя себе занятие, которое не требовало больших усилий, он принялся за дело и стал так коротать время.       Маринетт открыла глаза и её моментально охватил страх. Она посмотрела на часы и поняла, что уже начался первый урок. Но она никак не могла с этим смириться и проверила все в своей комнате — время везде совпадало.       — Нет, но как же… Опять?! — воскликнула она.       В этот день никто не мог разбудить её, кроме её самой. Родители уехали рано утром, задолго до того, как должна была проснуться Маринетт, а вернуться они должны только вечером, и, естественно, они тоже не могли её разбудить. Столько времени было потеряно, и, что главное, на этот раз не было совершенно никакой уважительной причины. Что ещё больше усугубляло ситуацию — это было уже не в первый и даже не во второй раз в этом году. А дней было всего четыре, так что стоило ждать неприятностей. Быстро покидав в сумку все, что попалось под руку, Маринетт спустилась на первый этаж дома и помчалась в колледж. Она еле успела примчаться ко второй половине урока, и, когда оказалась у двери, вспомнила, что сегодня первое занятие у мадам Менделеевой. По её телу мгновенно пробежали мурашки, а ладони стали холодными и мокрыми, но она выдохнула и сказала сама себе:       — Фух… Ладно, Маринетт, спокойно. Не на казнь идёшь. Хотя, лучше казнь, чем это…       Она открыла дверь и вошла внутрь. Все сидящие в классе сразу обернулись на неё, кто-то похихикал, кому-то хватило удивлённого взгляда. Ну, а причёска учительницы почти что приняла вертикальное положение от её негодования.       — Дюпен-Чен! — воскликнула мадам Менделеева. — Это просто переходит все границы!       — Мадам, я…       — Не надо оправданий! Оправдываться будешь месье Дамоклу! Вот прямо сейчас к нему и ступай! — повелительно произнесла она.       Маринетт повернулась назад и закрыла дверь. Она услышала, как в классе поднялся шум, и после громкого крика он тут же прекратился. Вздохнув, она побрела в сторону кабинета директора. Хоть Маринетт могла и сбежать, но это обернулось бы для неё куда более печальными последствиями. Во время того, как она шла, она почувствовала, будто что-то не так, что-то не на месте. Одна вещь пришла ей в голову сразу же, но Маринетт надеялась, что это не на самом деле. Однако, прикоснувшись к своим ушам, она чуть ли не закричала.       — Нет! — резко сжав зубы, тихо сказала она. — Нет-нет-нет-нет-нет-нет… — затараторила она, начав рыться в своей сумке. Это ни к чему не привело — сережки Леди-Баг действительно остались у неё дома, и она даже помнила, на каком месте они лежали. — Что за день такой?! — произнесла она громко, и её слова эхом раздались в пустом коридоре. Она продолжила свой путь к кабинету директора, и вскоре оказалась у двери. Вздохнув уже в который раз, она постучалась и услышала:       — Войдите.       Маринетт медленно вошла внутрь и встала около двери. Месье Дамокл прищурился и посмотрел на неё.       — Маринетт… Ну что, как всегда?       Та смиренно кивнула в ответ.       — Ты знаешь, я бы отнесся к этому с пониманием, если бы это было впервые в этом году. Но…       — Я знаю!.. — перебила она его. — Я просто не понимаю, что сегодня происходит со мной, я рассеянная как никогда, я…       — Не нужно оправдываться. Все это никак не волнует ни мадам Менделееву, ни меня. Уважительной причиной назвать это нельзя при всем желании. Сожалею, но до конца недели ты отстранена от занятий. Надеюсь, это пойдёт тебе на пользу.       — Но… — она хотела ответить, но строгий взгляд директора убедил её, что это окончательный вердикт. Снова кивнув, Маринетт вышла из кабинета и, сев на скамью, стоящую поодаль, уткнулась лицом в свои ладони. Некому было сейчас её поддержать, никто не мог сказать ей хоть что-то, чтобы поднять ей настроение.       Окно открылось.       — Любопытно… Жертва собственной рассеянности, следствие своего ветреного характера… Потенциал этой девушки можно раскрыть в особо изощренном воплощении.       Маленькая бабочка села на руку Бражника. Он закрыл её второй рукой и через секунду она вылетела, переливаясь темными цветами.       — Лети, мой маленький акума, и вселись в неё!       Бабочка вылетела из окна и неспешно устремилась в сторону колледжа Франсуа Дюпон. Натали вышла из темноты и встала рядом с Бражником.       — И так это происходит каждый раз? — спросила она.       — Да. А вот теперь мы должны дождаться, когда акума достигнет своей цели, и я смогу контактировать с ней.       — Когда я смогу приступить к делу? — произнесла Натали, повернувшись к Бражнику. Он улыбнулся и ответил:       — Сразу, как только станет ясно, кем тебе необходимо стать. Конечно, ты можешь сражаться рядом с контргероем, которого я создам, но это слишком рискованно, особенно для тебя.       — Да… То есть, что вы сказали? — смущенно и удивлённо переспросила Натали.       — Я лишь хотел сказать, что новичку вроде тебя появляться снаружи опасно. Даже я не выходил на улицу до сих пор.       — Понятно… — со вздохом ответила она.       — Что ж, а вот и наш контакт. — злорадно произнёс Бражник, потирая ладони. Перёд его глазами возник красный символ бабочки. — Здравствуй. Я — Бражник. Твоё имя отныне — Хаотика. Ты сможешь превратить весь этот мир в рассеянную тьму беспорядочно движущихся предметов. Но в благодарность за силу, что я дам тебе ты должна принести мне талисманы героев.       Маринетт была в ужасе. Она ещё понимала, что происходит, но чувствовала, что её собственный разум постепенно покидает её, и что-то мрачное начинает заполнять место в её голове.       — Нет! Я не буду этого делать! — воскликнула она из последних сил.       — Что?! — гневно произнёс Бражник. — Не хочешь повиноваться? Никто и никогда не посмеет ослушаться меня! Хаотика, это приказ! Ты принесёшь мне талисманы, хочешь ты этого или нет!       Маринетт полностью поглотил чёрный туман, и когда она потеряла свой прежний облик, её глаза загорелись белым цветом и приняли заостренную злобную форму. Рот её также окрасился в белый цвет и уголки его поднялись вверх.       — Я думаю, что твоё предложение будет принято, Бражник. — произнесла она.       Теперь вся её внешняя оболочка, включая хвостики на голове, являла собой чёрный туман, что двигался вокруг её силуэта, словно торнадо. Маринетт обратилась в Хаотику.       — Великолепно. — торжествующе произнёс Бражник. — Используй свою силу и найди героев и их талисманы!       Первым делом Хаотика прикоснулась к двери в кабинет директора, и её сорвало вместе с петлями, а злодейка увеличилась на полметра. Месье Дамокл вскочил со стула и вскрикнул, увидев в своём кабинете тёмную фигуру со зловещей улыбкой.       — М-м-м-ма-ма-мадемуазель, в-в-верните, пожалуйста, д-д-дверь!.. — в страхе произнёс он.       — Ха-ха-ха! Ничтожество! — воскликнула Хаотика и все шкафы в комнате раскрылись. Книги вместе с дверцами полетели в её сторону и были поглощены, а затем та же участь постигла всю остальную мебель в помещении. Дамокл ползал по полу и пытался собрать уцелевшие книги, но все, что он держал в руках, вырвалось из них и так же было «съедено» Хаотикой.       — Мои книги!.. — крикнул директор, но было поздно что-либо говорить. Хаотика выросла ещё больше, а кабинет был опустошен, не считая сидящего в углу испуганного Дамокла. Злодейка вышла в коридор, и здесь для неё было где разгуляться. Скамейки, стенды и столики слетали со своих мест, пока Хаотика просто шла мимо них, направляясь к аудитории, из которой её недавно спровадили. Теперь же она планировала устроить там настоящий погром. В течение неспешной прогулки Хаотика успела вырасти ещё на несколько метров, и потолок уже мешал ей нормально передвигаться. Но вскоре она выломала стену и попала в помещение, где сидели её одноклассники.       — Урок окончен! — злорадно крикнула она она и затянула внутрь себя передний ряд столов. В классе началась полная вакханалия, все кричали и бегали по аудитории, кто как мог. Но только мадам Менделеева стояла на месте крепко, или же скорее от оцепенения, ведь все внимание Хаотики было сосредоточено на ней.       — А вы пойдете со мной, мадам! — произнесла чёрная туча и своей туманной рукой схватила учительницу химии, от чего та пронзительно завизжала. Хаотика расхохоталась и, поглотив остальные парты, что стояли в аудитории, вышла обратно в коридор и направилась неизвестно куда. Эдриан в это время был уже далеко от класса и сейчас находился в пустой и маленькой кладовой.       — Это что, тоже Бражник сотворил?! — спросил он у Плагга.       — Я не знаю, что там творит Бражник, но это определённо может съесть весь сыр в городе, а значит, это очень плохо. — лениво ответил чёрный котёнок.       — Ну тогда, Плагг, когти! — крикнул Эдриан и перевоплотился в Супер-Кота. Выбежав из кладовой, он побежал за удаляющейся Хаотикой. Через пару секунд к нему присоединилась Рена Руж.       — О, привет! Не очень спокойный день, да? — произнес Супер-Кот на бегу.       — Определённо. — ответила Рена.       — Надо спасти ту женщину, кем бы она не была. Ты знаешь что-нибудь об этой чёрной туче?       — Скорее всего, очередной плод больной фантазии Бражника. Но кто она есть, я сказать не смогу.       — Не очень это хорошо. Было бы хоть ясно, где может быть акума, а тут…       — Да даже если бы мы знали, попробуй найди в этом тумане хоть что-нибудь! — крикнул Супер-Кот. К этому времени они выбежали на улицу и увидели такую картину: огромное скопление чёрного тумана с очертаниями человека хватало проезжающие машины и пожирало их; оно выкорчевывало фонарные столбы, светофоры, знаки и отправляло их вертеться внутри себя. Людей туман не трогал, но хорошего в этом было мало — некоторые падали с большой высоты и получали серьёзные травмы, некоторым прилетало по голове разными предметами, кто-то нечаянно попадал в туман и начинал сам вертеться в этом смерче.       — Ужас какой… — произнесла Рена Руж.       — Где же остальные? — спросил Супер-Кот, хотя знал, что ему никто не ответит на этот вопрос.       Лоуренс услышал грохот за окном и подошёл к нему, чтобы посмотреть. В районе, где находился колледж, стояла огромная чёрная фигура и периодически поднимала в воздух какие-то предметы.       — Пирру, взгляни на это. — произнес он. Орленок подлетел к Лоуренсу и посмотрел в окно.       — Это не похоже на обычное торнадо. — произнес квами.       — Да уж. Эх, надеюсь, моя температура меня не подведет. — ответил Лоуренс. — Пирру, к взлету готов!       Он перевоплотился в Ночного Орла, и, открыв окно, вылетел наружу. Через некоторое время герой добрался до чёрного тумана и привлёк внимание злодейки.       — Эй! Хватит расти и верни все на место, чокнутый! — крикнул Орёл.       — Что? Ха-ха-ха-ха! Во-первых, меня зовут Хаотика, а во-вторых, я тебя уничтожу, герой! — крикнула она и попыталась схватить Орла свободной рукой, но тот легко увернулся от её грузного замаха.       — Кажется, тебе надо есть поменьше! — произнёс Орёл с излишней уверенностью в себе.       — Молчать, Орёл! — словно гром, прозвучали слова Хаотики. Поднялся сильный ветер, и Орла понесло по кругу. С трудом ему удалось вырваться из вихря, и он, потеряв контроль над собой в воздухе, полетел ко входу в колледж. У самой земли он смог исправить свое положение и приземлился на ноги. Рядом уже были Супер-Кот и Рена Руж.       — Всем привет, кого не видел. — произнес Орёл. — Ну, и кто эта особа?       — Мы не знаем. — ответил Супер-Кот.       — Да, и ещё мы не знаем, как её победить. — добавила Рена. — Нужно подождать Леди-Баг и Колибретту, без них мы практически ничего не сможем сделать.       — Что ж, Натали, настал момент для твоего выхода. — произнес Бражник.       — Я готова. — решительно сказала она. — Дуусу, распусти хвост!       Одежда на ней стала приобретать синий цвет, пиджак стал удлиняться и полы его коснулись её ног. Новоприобретенное платье окрасилось в голубые круги снизу, а на голове появилась фата аналогичного цвета и раскраски, чуть прикрывающая правый глаз Натали. Вокруг глаз появились заостренные фигуры чёрного цвета, и в каждой руке её возникло по вееру в форме павлиньего пера. Перевоплощение завершилось, но Бражник все ещё смотрел на нового партнёра, словно зачарованный, и, по правде говоря, он себя чувствовал именно так.       — Надо же… Никогда ещё не видел талисман павлина в действии. Натали, в этом облике ты поистине чарующе смотришься.       — Зови меня Маюра, Бражник. — произнесла она, любуясь своим одеянием.       — Вообще-то я прихожусь тебе начальником, Па…он. — неуверенно сказал он.       — Неужели на этом уровне я все ещё буду говорить с тобой на «вы»? — удивлённо спросила Маюра, и Бражник отвел взгляд в сторону.       — Думаю, в чем-то ты права. Хорошо, не время мешкать! — возгласил он. — Я уже знаю, как можно подпортить планы героев… — с улыбкой произнёс Бражник, задумчиво прикоснувшись к своему подбородку.       Герои стояли по разным сторонам от бушующей Хаотики, пытаясь своим оружием хоть как-нибудь ударить злодейку, но у них ничего не выходило. Словно существовала какая-то неуязвимость вокруг центра Хаотики, где находился её исходный вариант. Эксперименты с попытками прорваться внутрь неё заканчивались тем, что героев просто вышвыривало обратно.       — Я не могу просто так ждать тут и смотреть, как мой город уничтожают! — крикнул Супер-Кот.       — Знаешь, нам это тоже не особо нравится, если что. — ответил Ночной Орёл. — Мы должны дождаться остальных, если хотим победить её!       Как раз в этот момент на крыше колледжа появилась женская фигура. Из-за Хаотики было сложно увидеть, кто это, но она сама спустилась вниз к остальным героям.       — Леди-Баг! Наконец-то! — крикнула Рена Руж, с трудом помахав рукой своей подруге.       — Похоже, у вас тут сложности. — произнесла она, рассматривая Хаотику, что пожирала объекты все больших размеров.       — Я использовал способность, — начал Орёл, — но даже она не помогла найти слабое место у этой Хаотики. Все, что я увидел — чуть более красное свечение, которое исходило откуда-то изнутри, но я не уверен.       — Мне кажется, я знаю! Супер-шанс! — произнесла Леди-Баг, и в её руках появился альпинистский крюк. — Эээ… — героиня ненадолго задумалась, но верная мысль быстро пришла в её голову. Леди кинула крюк прямо в Хаотику, и он полетел вглубь чёрного тумана. Через какое-то время героиня дернула трос на себя, и он не подался. — Давайте туда! — крикнула Леди-Баг остальным героям. — Там что-то твёрдое, и оно не двигается, так что держитесь за трос, я буду держать его здесь!       — Что-то мне не очень нравится эта идея. — сказал Орёл, пытаясь что-то увидеть в глубине тумана.       — У нас нет времени обсуждать это! Она может вырасти ещё больше! — с долей раздражения крикнула Леди-Баг, упираясь полусогнутыми ногами в землю. Герои переглянулись и кивнули друг другу, после чего, взявшись за трос, полезли по нему к центру Хаотики.       Колибретта понимала, что уже сильно опаздывает. Когда она была на здании, с которого открывался хороший вид на все происходящее, она увидела, что Леди-Баг держит трос, по которому герои один за другим отправляются внутрь злодейки. С первого взгляда ей эта картина показалась странной, и Колибретта поспешила туда. Леди-Баг внимательно следила за тем, как герои отправляются в чёрный туман. Внутри ветер бушевал в несколько раз сильнее, чем рядом с Хаотикой, но силы героев позволяли им крепко держаться за трос.       — Давайте же, ползите туда. — со злобной улыбкой тихо произнесла Леди-Баг. Когда фигуры её «друзей» потеряли свои очертания, она просто разжала руки, и трос улетел в чёрный туман. — Ха-ха-ха-ха! Как глупо и в то же время блестяще! Минус три, Бражник. — произнесла она с наслаждением.       — Минус три?! — яростно воскликнула Колибретта, обратив внимание Леди на себя. — Я знала это! Ты с ним заодно, подлая тварь!       — Ах, ну конечно, как я могла забыть! — торжествующе сказала Леди-Баг, встав в боевую стойку. — Ты отправишься за ними, Колибретта!       — Спешу и падаю! — в ответ крикнула героиня. — Опы…       Она не успела произнести слово целиком, так как Леди-Баг рванула к ней навстречу и налетела на неё. При следующей попытке Колибретты активировать способность Леди просто закрыла ей рот рукой, а другой схватила за шею и стала душить.       — Молчать, девчонка. — злобно проговорила Леди-Баг в лицо своей противнице. — Сначала твои друзья будут измучены бесконечным вращением, а затем я прикажу Хаотике остановиться и заберу их талисманы! О, а что это тут у нас?       Леди рассматривала заколку в форме зелёного листа на голове Колибретты. Она уже потянулась рукой к ней, и через секунду все бы кончилось, но настоящая героиня смогла вывернуться из хватки Леди-Баг, и после этого она бросила пружину в псевдогероиню, из-за чего та опрокинулась на землю и отлетела назад на несколько метров. Колибретта выпрямилась и была готова сражаться, но её противница сделала иной шаг.       — Хороший день, чтобы что-нибудь разрушить, верно, подруга? — с издевкой спросила Леди-Баг.       — Я не позволю тебе трогать город! — крикнула Колибретта.       — Хах, посмотрим, как ты не позволишь мне трогать город. — с улыбкой ответила Леди и помчалась совершенно в другую сторону относительно Хаотики. Колибретта хотела побежать за ней вдогонку, но вспомнила о том, что три героя крутятся где-то внутри чёрного тумана.       — Они справятся. — сказала она сама себе и понеслась вслед за Леди-Баг.