Жизнь на крышах Парижа

      Герои вертелись по кругу внутри огромного чёрного облака и никаким образом не могли соориентироваться.       — Меня скоро стошнит от этого!       — крикнул Орёл, закрывая голову руками, чтобы в неё ничего не ударилось.       — Кто-то может что-то сделать?! — воскликнула Рена в отчаянии.       — Вообще-то, если я достаточно удлиню мой шест, то мы сможем за что-то зацепиться! — сквозь шум ветра прокричал Супер-Кот. — Я попробую протянуть его кому-то из вас!       Он стал удлинять свой шест, и вскоре почувствовал, как его оружие дернулось в сторону, а вдали послышался крик «Есть!». Супер-Кот продолжил удлинять шест, и вскоре его потянуло наружу, после чего они вместе с Реной упали на землю. Кот мигом поднялся на ноги и помог Рене.       — Орёл все ещё там! — с чувством страха произнесла героиня, глядя в туман.       — Я попробую его достать… — пробормотал Супер-Кот и устремил шест в Хаотику, но она словно отторгала оружие, и у героя ничего не вышло. Но через несколько секунд Орёл с криком вылетел наружу, раскрыв крылья, и ударился в стену на большой скорости. Он упал плашмя к подножию здания, Рена Руж ахнула и побежала к нему. Она упала рядом с ним на колени и положила его голову к себе на ноги.       — Боже, ты цел? — спросила она дрожащим голосом, трогая голову Орла.       — Да все в порядке… Слушай, брось ты меня, а то меня вырвать прям сейчас может… — уставшим голосом произнёс герой.       — Не смей говорить такое. Я тебя не брошу. Ооой, да у тебя же температура! — удивлённо произнесла она. — А ты в бой полез! Да разве так можно? — с укором сказала Рена.       — У героев нет выходных… И больничного тоже. — тем же голосом ответил Орёл.       — Дурак ты, и очень большой дурак. — одновременно обиженно и заботливо произнесла героиня. Супер-Кот в это время подошёл к ним и встал рядом, озлобленно глядя на Хаотику.       — Леди-Баг злая… Я даже не мог подумать о таком… То-то она в последнее время была такая странная. — задумчиво сказал он.       — И что нам теперь делать? — спросила Рена Руж, все ещё держа Орла практически у себя на руках.       — Надеяться, что придёт Колибретта. Её способность сможет остановить этот проклятый ветер, я думаю. — неуверенно ответил Кот.       Леди-Баг бежала вперёд, не оглядываясь. Здания не были ей помехой, однако у неё была преследовательница, и она настигла Леди достаточно быстро. Когда Колибретта оказалась в паре шагов от своей противницы, она прыгнула вперёд и повалила её на землю. Сев на Леди-Баг сверху, героиня принялась душить её, как это недавно было с ней.       — Какая же ты назойливая! — прошипела Леди.       — Ты не достойна этих сережек. И да, я знаю, что именно сережки являются твоим талисманом. Прощай, Леди-Баг. — победным тоном произнесла Колибретта и сняла украшения с ушей противницы, но они вдруг испарились, а костюм и маску Леди вдруг перекосило, как в испорченной видео-игре.       — Что происходит? — спросила Колибретта, пятясь назад от вроде бы обезвреженной злодейки.       — Все потому что… Я не Леди-Баг. — и она поднялась с земли, а затем приняла свой истинный облик. Перед Колибреттой стояла более высокая девушка в синем платье. Она тут же выхватила вееры и героиня стала получать скоростные удары один за другим. Остался шаг до края здания, и злодейка легко столкнула Колибретту вниз изящным одновременным взмахом двух вееров. После этого она сделала пируэт и исчезла с этого места. Когда героиня забралась обратно на крышу, тут уже не было ни одного признака той загадочной девушки. Лишь один вопрос висел в голове Колибретты — что это было?       Наконец команда героев воссоединилась. Колибретта уже бежала навстречу остальным троим, что просто ждали её появления, так как ничего не могли поделать с Хаотикой. Когда героиня подбежала к остальным, те бросились объяснять ей, что Леди-Баг — предательница. Выслушав все их разочарованные возгласы, она сама решила высказаться.       — Дело в том, что это была не Леди-Баг вовсе. Я поймала её, и когда я сняла с неё сережки, она сначала как будто залагала, а потом вдруг превратилась в девушку в синем платье. И сражалась она превосходно, я не смогла отразить ни одного удара… А потом она исчезла.       — Да уж, вот только этого нам не хватало. — произнесла Рена Руж, качая головой. — Выходит, теперь в городе есть злодей, который может принимать любые формы?       — Я не знаю насчёт любых, но форму Леди-Баг она определённо может принять. — ответила Колибретта. — Сейчас это уже не так важно, но теперь всегда нужно быть начеку. Опыление! — крикнула она, и чёрный туман замедлил свое вращение так сильно, что теперь все предметы в нем можно было различить, хотя они и продолжали очень медленно двигаться.       — Да, я хотела сказать, остановить время полностью нельзя. Здесь скорость ветра такова, что моя способность не может полностью остановить его, это свыше моих возможностей. Идём внутрь, пока есть время! — скомандовала Колибретта.       Герои стали прыгать по висящим в воздухе предметам и так постепенно пробираться в центр Хаотики. Когда они добрались туда, они обнаружили там что-то вроде стеклянной банки, внутри которой виднелась фигура девушки.       — Я знаю, что делать. Котоклизм! — крикнул Супер-Кот, и своей рукой он разрушил преграду. Герои вошли внутрь и увидели, что у чёрной фигуры из кармана джинс торчит телефон. Он был единственным выделяющимся на фоне всего остального предметом, поэтому именно его Колибретта растоптала ногой. В тот же миг оттуда выпорхнула чёрная бабочка и была поймана героиней, а чёрный туман исчез, и все предметы рухнули на асфальт, громко грохоча. Процесс восстановления города вернул все на место, и Колибретта отпустила теперь обычную бабочку. И, конечно, все герои, кроме неё, узнали, кто находился под влиянием акумы все это время. Когда Маринетт пришла в себя и увидела героев, она вскрикнула и вспомнила все, что с ней произошло.       — Да уж, Бражник из тебя тот ещё ужас сотворил. — усмехнувшись, сказал Супер-Кот.       — А что я творила, пока была… Злой? — тихо спросила Маринетт.       — Ну, ты почти разнесла тут целый квартал, но теперь это уже неважно. — весело сказала Рена Руж.       — Господи… Это все из-за моей рассеянности… Простите меня! Простите! — воскликнула она и, вскочив на ноги, убежала. Супер-Кот посмотрел ей вслед печальным взглядом. Колибретта подошла к нему и положила руку ему на плечо.       — Мы справились. Не без греха, но справились. — сказала она.       — Да я вот думаю… Если та Леди-Баг — ненастоящая, то где настоящая? — спросил он, глядя себе под ноги.       — Я даже не знаю. Но точно могу сказать тебе — после всей этой истории я определенно ещё меньше буду доверять Леди, чем раньше, пусть это и не она была.       — Я сам уже плохо понимаю, что правильно, а что нет… — в том же тоне произнёс Супер-Кот.       — Успокойся. Мы герои, а значит, мы должны преодолевать трудности. — ласково сказала Колибретта. Кот обернулся к ней и крепко обнял её.       — Проклятье! — вскричал Бражник. — Сначала Хаотика казалась мне моим лучшим порождением, но теперь я твёрдо уверен — это самое бездарное зло, что я создавал! ернулся к облику Габриэля, и Маюра сделала то же самое.       — Как я… Сработала?.. — вновь скромно спросила Натали.       — Сносно. — хмуро ответил Габриэль и покинул зал.       — Сносно?.. Ладно… Наверное, это неплохо для новичка… — она попыталась утешить себя этими словами, но от них ей стало только ещё хуже.       Натали вышла на крышу особняка через потайную дверь. Она посмотрела на город. Такое прекрасное место, и так хорошо здесь жить… Но не ей. Каждый день для неё, словно каторга. В её жизни нет ничего, кроме её работы, она ведь даже живёт на месте работы, но она эту работу не любит, и не ненавидит, она просто воспринимает её как-то, что должно быть, и что будет всегда. И разве такой Натали хотела бы видеть всю свою жизнь до скончания века? Но даже со своей судьбой она готова смириться, потому что нет ничего хуже того, что мучает её с первых недель жизни у Агреста. Натали достала из внутреннего кармана пиджака маленькую фотографию и прижала её к щеке. Маленькая слеза выкатилась из ее правого глаза, и Натали тотчас отдернула руку, но было уже поздно — фото успело намокнуть. Теперь она смотрела на размякшую, но все ещё прекрасную в её глазах, фотографию.       — О, почему все так сложно?.. Почему, когда я хочу сделать что-то для вас, все получается так, как получается?.. — страдальческим голосом произнесла Натали. — Почему я просто должна находиться рядом и умирать от этого проклятого чувства?! — крикнула она вдаль, к горизонту. Вновь взглянув на фотографию, она убрала её обратно внутрь пиджака, а потом положила руку на то место, где находился карман — на сердце.       — Я стану лучше… Я стану самой лучшей… Ради вас… Я все сделаю ради вас…       Натали осмотрелась, не видит ли кто её, и быстро убежала обратно в потайную дверь.       Ночной Орёл возвращался домой. Он чувствовал, что ему становится хуже, но слабость и головную боль перекрывали анестетические функции костюма. Его радовало хотя бы то, что сегодня не придётся идти в колледж. Но он знал, что, когда он придёт домой и перевоплотится обратно, все, что он перенёс за то время, пока он был героем, свалится на него в одну секунду. К тому моменту, когда Орёл запрыгнул в окно своей квартиры, его родителей уже там не было. Вероятно, они думали, что их сын ушёл в колледж, и решили не беспокоить его по этому поводу.       — Что ж, хорошо, что они так думают. — сказал Орёл сам себе. Повторив утреннюю процедуру с обезболивающим, но теперь так, как положено, он подождал несколько минут и только после этого перевоплотился обратно в Лоуренса. В глазах у него помутнело, и он пошатнулся, но все же устоял на ногах.       — Ух… — произнес он машинально. Присев на край кровати, он уставился в стену и сидел так около десяти минут. Что ж, а может, лучше бы он и вправду оставался дома. Ведь ничего не изменилось бы, если бы он не пошёл сражаться. Но эту мысль Лоуренс отбросил сразу же. Он не мог знать, что так получится, и он все равно всегда нужен своей команде. А вот что нужно ему, так это поесть. Возможно, это даже одна из причин его головной боли. Собрав в себе силы, Лоуренс поднялся с кровати и решительно пошёл на кухню. После еды ему действительно полегчало. Он смог заставить себя сесть за фортепиано и начать играть. Звуки уже гораздо меньше напрягали его, и пальцы двигались легко и свободно. Возможно, вся проблема его головной боли состояла в том, что всю ночь окно было закрыто, а утром он пошёл в бой, даже не поев. Что ж, если дело именно в этом, то он зря заставил Рену Руж волноваться. А, кстати, может быть, Лоуренс просто в подсознании уже готовится к приходу Али и очень радуется этому… Мысль об этом обратила внимание Лоуренса на состояние своего дома. Он сразу же понял, что в таком бардаке принимать гостью категорически нельзя, и тут же у него возникло ещё несколько дел. Да, ещё никогда у него не было такой мотивации убираться дома. Обычно он на просьбу родителей об уборке отвечал тем, что это бесполезно, и что они слишком часто убираются. Конечно, взрослого парня уже не заставишь так, как это можно было легко сделать пару лет назад. Зато теперь и родители будут довольны, и сам Лоуренс нашёл хороший повод для того, чтобы привести тут все в порядок. Он очень тщательно проверял все углы, надеясь создать абсолютно идеальную чистоту. Время за этим занятием проходило довольно быстро, и к моменту, когда примерно должна была появиться Аля, Лоуренс уже закончил свою масштабную уборку и успел найти одежду получше той, в которой он обычно ходил дома. И вот, наконец она постучала в дверь. Настроившись сиять так, как только возможно, Лоуренс подошёл к двери и открыл Але. Она сразу же обняла его, как только вошла внутрь, и от этого ему стало теплее и ещё лучше, чем до этого. Когда они перестали обниматься, Аля подняла глаза на Лоуренса и спросила:       — Ну, как ты?       — Всяко лучше, чем до твоего прихода. — с улыбкой ответил Лоуренс, заставив Алю также смущенно улыбаться.       — Ладно тебе. — ответила она, отведя взгляд.       — Пойдём. Хочешь, чай налью? — и Лоуренс, не дожидаясь согласия Али, потащил её на кухню. Он сразу посадил её на лучшее место и включил чайник, после чего сел напротив своей гостьи.       — Классно тут у тебя. Так почему ты сегодня не пошёл в колледж? — спросила Аля.       — С утра температура была. А сейчас что-то уже и нет ничего.       — Прогульщик ты. — сказала она и посмеялась.       — Да я серьёзно. — более настойчиво произнёс Лоуренс, нахмурившись.       — Я знаю. Просто шучу. — произнесла Аля, прикоснувшись к его руке.       — А как у тебя день прошёл? — спросил Лоуренс.       — Хах, ну… На нас напала огромная чёрная туча, захватывающая все подряд… Но герои потом всех спасли, как всегда. — рассказала Аля, немного путаясь из-за того, что нужно было говорить об этом от третьего лица.       — Надо же. — Лоуренс изобразил, что он не знал об этом. — Ты не пострадала, я надеюсь?       — Нет, что ты. Я вовремя оттуда убралась.       — Ну и хорошо.       Повисла тишина. Было странное ощущение, будто все это произошло случайно, и сейчас никто из них вообще не должен тут быть. Лоуренс озирался по сторонам, пытаясь найти повод для разговора у себя в голове, но с каждой новой мыслью он начинал думать, что он просто идиот, и зачем-то вовлек в свою жизнь бедную Алю, у которой и без него наверняка хватает забот, а тут ещё и он со своей болью, пропуском колледжа… Плюс ещё тот случай с хулиганами, перепалка с Хлоей… Это все должно быть только его проблемами, а он во все это впутал её…       — Чёрт! — воскликнул Лоуренс, что несколько испугало Алю. — Почему вообще мы здесь… Сидим и говорим… Я тупой как пробка, а ты ещё и пришла ко мне…       — Я могу уйти, если ты хочешь… — в недоумении произнесла Аля, встав со стула.       — Я не знаю, чего я хочу… Перед тем, как ты пришла, я действительно хотел этого, теперь же я сижу тут, как идиот, и пытаюсь просто поговорить с тобой…       — Ты хочешь, чтобы я ушла? Ты просто мог сразу сказать об этом. — с печалью и одновременно холодом сказала она.       — Нет, я просто не хочу, чтобы ты тратила на меня время. Я знаю, что ты уже считаешь меня чокнутым придурком после всех этих выходок, так что лучше освободись от меня. Я не хочу быть твоей проблемой. — в отчаянии произнёс Лоуренс, подставив руку под голову.       — Подожди, ты хочешь сказать, я думаю, что ты такой? — удивлённо спросила Аля. Постепенно она стала понимать, почему Лоуренс так ведёт себя сейчас. — Да я же… Я то же самое чувствую, когда с тобой нахожусь! Просто у меня никогда бы не нашлось духу, чтобы все это так прямо сказать… — выпалила она на одном дыхании. — Я бы просто убежала куда-нибудь и больше не показывалась, лишь бы ты забыл, что я вообще существую…       — Аля, прости, если я что-то не так сказал… — Лоуренс поднял глаза на Алю. — Я лишь пытался не показаться тебе неудачником, которым я всегда был и остаюсь до сих пор.       — Ты не неудачник. Совсем нет… — тепло произнесла Аля, улыбнувшись ему. — И ты прости меня, я теперь все понимаю.       Они встали из-за стола и подошли друг к другу.       — Пойдём отсюда. Это место, мне кажется, разрушает душу. — с усмешкой сказал Лоуренс.       — Это всего лишь кухня… — ответила Аля, но Лоуренс поспешил вывести её оттуда. Они вошли в гостиную, и здесь Аля сразу обратила внимание на открытое пианино с нотами на подставке. — О, а ты играть умеешь?       — Эээ… — он почесал затылок. — Ну, умею, только…       — Сыграй что-нибудь! — попросила Аля, заранее состроив милые глазки. Лоуренс, естественно, не мог отказать ей, да и это был шанс ещё как-то заинтересовать её, так что он практически сразу сел за инструмент. Нарочно прокашлявшись, он начал играть то, что ему нравилось больше всего, и это было не из его нынешней программы. Как-то так вышло, что впервые ему по-настоящему хотелось играть. Конечно, главную роль в этом играла та, что сидела сбоку от него и с полузакрытыми глазами в забвении слушала музыку в отвратительном исполнении, и ей это нравилось. А затем Лоуренс внезапно встал из-за пианино и начал нажимать кнопки на стоящей рядом стереосистеме.       — Аля, ты умеешь танцевать?       — Нет, а что?.. — в недоумении спросила она.       — Это отлично, потому что я — тоже. — сказал Лоуренс и бросился к ней.       — Аля Сезар, вы потанцуете со мной? — он протянул ей руку, от чего та сначала очень удивилась, а потом засмеялась и приняла его предложение.       — Конечно! — радостно ответила она.       Но, когда заиграл медляк, она сразу засмущалась. Они с Лоуренсом начали танцевать, и поначалу даже не могли посмотреть друг другу в глаза, но постепенно это чувство ушло. Не смысля ничего в танцах, они все равно танцевали, и им не мешало то, что они не знали, как это делать. И с каждой минутой Лоуренс и Аля все крепче держали друг друга, постепенно сближаясь в танце. Это могло бы длиться вечно, если бы не длительность трека. Когда музыка закончилась, включился какой-то трек в стиле техно, и Лоуренс раздраженно вздохнул.       — Опять. — пробормотал он, нажав кнопку «стоп».       — Лоуренс, мне кажется, ты меня обманул. — произнесла Аля.       — Подожди, в чем? Когда? — нервно спросил Лоуренс, подумав, что он действительно где-то обманул Алю.       — Ты прекрасно танцуешь. — сказала она и улыбнулась, прикрыв рот рукой.       — А, это… — он подумал над сказанным и рассмеялся. — Значит, ты меня тоже обманывала.       И Аля посмеялась ему в ответ. Когда она подняла глаза, она увидела, что Лоуренс смотрит прямо в них, словно внутрь Али. У неё появилось чувство чего-то, что неизбежно произойдёт, и вот уже совсем скоро. То же самое чувство было и у Лоуренса, и они оба понимали, что в такой момент уже нельзя все остановить. Аля сняла очки и закрыла глаза, а руки крепко прижала к себе, дабы ничего не испортить. Лоуренс медленно приблизился к ней и неуверенно, коротко, неуклюже, но намеренно поцеловал её в губы. После она немного отклонилась назад, стеклянными глазами продолжая смотреть на него. Прошло несколько секунд, и Лоуренс резко обвил Алю руками, она же в ответ обхватила его плечи, и на этот раз поцелуй был долгим и нежным, он весь был пропитан прекрасным чувством, о котором они ещё боялись говорить. После они безмолвно сели на рядом стоящий диван, и Аля положила Лоуренса на свои колени. Он улыбнулся ей, и только смущение сдерживало их от того, чтобы они оба не засмеялись от цвета своих лиц. Она молча поглаживала его по голове, но потом тихо заговорила.       — Нет, ты не больной… Мы с тобой оба больные. — произнесла она нежным голосом.       — И не говори… — ответил Лоуренс в том же тоне. — Больные, почти что при смерти… Жаль, что не заразные.       — Или, наоборот, хорошо. Ни с кем не будем делиться нашей болезнью. Лоуренс поднялся с её колен и крепко обнял Алю. Она переползла к нему на ноги и прижалась к его груди, закрыв глаза.       — Не отпускай меня… — тихо произнесла Аля.       — Не буду. Только если ты попросишь.       — Даже если попрошу… Не отпускай.       — Хорошо. — ответил Лоуренс и ещё крепче прижал девушку к себе. Прошло несколько десятков минут, и все это время Аля с Лоуренсом лишь спокойно сидели в обнимку, изредка говоря что-то милое друг другу на ушко. Идиллию нарушил стук в дверь сразу двух человек.       — Родители вернулись. Пойдём, я провожу тебя домой. — сказал Лоуренс, после чего они поднялись с дивана и пошли в прихожую. Он открыл дверь, и отец Лоуренса состроил официальную улыбку.       — О, здрасте. — сказал он, поставив руки на пояс. Мама Лоуренса, сдерживая смех, прошла в дверь и затащила мужа за собой.       — Привет, пап, мам. Это моя одноклассница, Аля. — произнес Лоуренс, и та со стеснением кивнула родителям Лоуренса. — Мы уже уходим, если что.       — Да разве так можно? — в шутку спросил отец. — А как же, так скажем, отметить знакомство?       — Пап, не всем ещё можно отмечать знакомство так, как ты. — резко ответил Лоуренс и под обоюдный смех своей мамы и Али вывел последнюю из квартиры и закрыл дверь.       — Весёлые у тебя родители. — заметила она. Они взялись за руки и пошли вниз по лестнице, а затем вышли из дома и направились к жилищу Али.       — Надо бы и мне как-нибудь с твоими познакомиться. Думаешь, они будут рады?       — Лоуренс, я понимаю тебя, твои побуждения, несомненно, правильны, и в них нет ничего плохого, но я должна сказать, что мой отец — очень тяжёлый человек. Он добрый, но, пойми меня правильно, мы с Нино перестали быть парой всего четыре дня назад, и если ты действительно хочешь познакомиться с моими родителями, тебе стоит подождать около месяца.       — Все нормально, я буду ждать, сколько потребуется. К тому же, я просто пошутил. Познакомлюсь с ними тогда, когда будет нужно. — ответил Лоуренс.       — Ладно. — с улыбкой произнесла Аля. — А вот это знакомство уже не отменить.       — Не беспокойся, папа просто прикалывается. Он наверняка думает, что мы просто дружим.       — Что ж, прикалываться твой папа умеет. Чуть не напились с тобой. — весело сказала она.       — Хах, у нас даже ничего такого дома нет. — усмехнулся Лоуренс. — Хотя, может, папа что и приберег, но я понятия не имею, где он мог спрятать что-то такое.       — Тем лучше. А то будет у меня алкоголик, что я с тобой делать буду? — она легонько ткнула его в нос, и он, схватив Алю за руку, поцеловал её снова.       — Не будет у тебя алкоголика. — сказал он.       Вскоре они подошли к дому Али и быстро попрощались. Снова целоваться они уже не стали, ибо им на сегодня хватало сполна. Настроение обоих было на максимальном уровне, и по приходу домой и Лоуренс, и Аля ждали следующего дня с нетерпением.