Брат

Книга вторая Милый Принц, я не могу остаться, но я никогда не забуду тебя, и, когда наступит весна, я принесу тебе из Египта два драгоценных камня вместо тех, которые ты отдал. Краснее, чем красная роза, будет рубин у тебя, и сапфир голубее морской волны.

Оскар Уайльд «Счастливый Принц»

1989 «Добрый вечер. Это - Прямая Трансляция Новостей на пятницу, 19 мая 1989, пятнадцатый день четвертого лунного месяца. В сегодняшнем выпуске вы увидите выступление Премьера Чжао Цзыяна на площади Тяньаньмэнь в Пекине, обращенное к протестующим студентам с просьбой прекратить голодовку. Генеральный секретарь ЦК КПСС Михаил Горбачёв вернулся домой после завершения официального визита в Китай, покинув Пекин на частном самолете прошлой ночью…бззз….бзззз… Подробнее об этом…бзззз…» Сюй Пин ударил по девятнадцатидюймовому цветному телевизору своими влажными руками, так как сигнал продолжал пропадать. Он схватил две антенны за телевизором и покрутил их немного, но единственным, что было на экране, оставались помехи. «Что случилось с телевизором?» - бормотал он себе под нос. Стреляющие звуки из скороварки заставили Сюй Пина прекратить осмотр и рвануть обратно на кухню. В скороварке тушились свиные ребрышки и картошка, и как только повернулась маленькая ручка вентиляции, повсюду распространился вызывающий аппетит аромат. Глубоко вдохнув, Сюй Пин убрал скороварку с плиты. Рис был уже готов. Сюй Пин достал немного бок-чой из зеленой пластиковой корзины для овощей и слегка промыл, чтобы затем обжарить вместе с чесноком. Капли воды с овощей, попадая в раскаленное масло, взрывались, как фейерверки. «Сяо-Чжэн, ужин!» - крикнул он, выкладывая бок-чой на тарелку. Когда он открыл скороварку, его окатила вырвавшаяся оттуда волна пара, отчего у него запотели очки. Он сделал шаг назад и врезался в мягкое тело. Сюй Пин чуть не упал, но человек сзади удержал его. Даже не оглядываясь, Сюй Пин знал, что человек за спиной - его брат, который, хоть и был на три года младше, уже перерос его. Тело мальчика уже не было прелестным, как когда-то. Он был, словно саженец, выросший в маленькое деревце: все еще не зрелое, но уже было ясно видно, каким оно станет в будущем. Сюй Чжэн определенно был сыном их отца. Сюй Пин вытер очки краем рубашки: «Никогда не стой позади меня вот так, ничего не сказав, хорошо? Я мог наступить на тебя». «Я звал тебя, - медленно проговорил Сюй Чжэн, - ты не слышал». Сюй Пин вернул очки на их место и вытер рукой пот со лба: «Давай есть. Сегодня у нас ребрышки и картошка». Братья сели за круглый обеденный стол, и Сюй Пин положил немного еды в тарелку брата. «…вы все еще молоды, дорогие студенты! Дорога впереди - длинная, и вы должны быть здоровыми, чтобы увидеть, как наша страна достигнет модернизации. Вы не такие, как мы старики. Государство и ваши родители усердно трудились, чтобы вы поступили в университет. Сейчас вам - девятнадцать, или двадцать лет, и жертвовать жизнью вот так… Сегодня я пришел не для дискуссии. Я пришел просить, чтобы вы подумали об этом рационально…» С явным хэнаньским акцентом говорил пожилой мужчина в костюме Мао в красный громкоговоритель. Сюй Пин внимательно прослушал всю речь лидера с палочками, застывшими в воздухе. Он повернулся к брату: «Ты починил телевизор?» Сюй Чжэн направлял в рот кусок картофеля, когда брат прервал его. Картошка упала обратно в тарелку. Сюй Пин усмехнулся и нежно похлопал своего неуклюжего брата по голове. Зцыыыынь! Сюй Пин положил палочки и поднял трубку: «Алло?» «Здравствуй, Сюй Пин. Это - папа», - сказал знакомый низкий голос на проводе. Сюй Пин прикрыл трубку рукой и попросил брата убавить звук на телевизоре. «Папа, как проходят съемки?» «Хорошо. Хорошо. У нас все еще натурная съемка в Янь’ане. У меня не было сцен сегодня, поэтому я взял выходной и отправился на почту, чтобы позвонить вам. Как дела дома?» «У нас все хорошо. Сейчас ужинаем. Тушеные ребрышки и картошка. Так, когда ты возвращаешься домой?» «Через несколько дней. Режиссер хочет переснять пару сцен после этого. Знаешь, мы ведь с Ваном старые приятели, и я сказал ему, что мой сын сдает вступительные экзамены в университет. Он сразу же согласился позволить мне снять мои сцены первыми, так что я отправлюсь домой сразу, как только закончу». «Не спеши, папа, - заметил Сюй Пин с ухмылкой. - Может, это и очередная роль второго плана, но ведь это наш великий Премьер Чжоу Эньлай. Тебе бы лучше постараться на все сто и десять процентов, чтобы не расстроить его». «Расстроить?! - фыркнул Сюй Чуань. - Благодарю тебя, да я - лауреат Золотого Петуха! Просто я был слишком тощ, чтобы играть тогда Президента Мао, иначе у меня бы точно была главная роль!» Сюй Пин залился смехом. На второй год после возвращения его брата режиссер из «Августа Первого» связался с отцом и предложил ему роль Хэ Луна, мятежника, присоединившегося к революции с двумя ножами. Сюй Чуань отпустил усы и научился говорить на туцзя*. Он носил с собой два маузера К96, которые вырезал из дерева, и практиковался с ними дома. Он развлекал сына, создавая звуки выстрелов, когда делал это, и рассказывая шутки на Хунаньском диалекте. Фильм заработал хорошие отзывы после выхода, а Сюй Чуань получил в том году Золотого Петуха за лучшую роль второго плана. Он, наконец, совершил свой прорыв как актер в возрасте тридцати восьми, и попал на большой экран. «У тебя достаточно денег?» «Да. Сюй Чжэну и мне не нужно покупать что-то дорогое, а продукты не стоят так уж много». «Как подготовка?» «Мы выполняем упражнения каждый день, и проходим тестирование каждые три дня. Поступить в университет не проблема, если я хорошо сдам». Сюй Чуань помешкал, а потом неуверенно спросил: «Куда ты планируешь поступать?» Сюй Пин не ответил. «Не так давно я говорил по телефону с твоей классной. Она сказала, что пришли твои оценки по результатам регионального пробного тестирования, и что тебе нужно подать бумаги до конца месяца. Она сказала, оценки - действительно хорошие, и школа хочет, чтобы ты подал бумаги в университет Пекина, они попросили меня как родителя оказать тебе поддержку, - Сюй Чуань сделал паузу. - Ты там, сын?» «Ага». Спустя момент Сюй Чуань продолжил: «Все эти годы, с тех пор как твоя мама оставила нас, и с таким братом, наша семья не продержалась бы так долго, если бы ты не был таким хорошим ребенком. Ты - сильнее меня, ты ответственный и независимый. Ты никогда не заставлял меня переживать, когда дело касалось твоего брата или твоей учебы. Отец никогда не благодарил тебя за это». «Папа! - прервал его Сюй Пин. - О чем ты говоришь? Мы - семья!» Сюй Чуань не останавливался: «Сынок, ты достаточно взрослый для того, что я собираюсь сказать. Твой папа не очень способный человек. Все, что я могу - это играть. Я не могу вести бизнес и стать миллионером, но я работал в стольких проектах в эти годы и скопил немного денег. Может быть, не так уж много, но могу потратить пару тысяч. Я просто хочу, чтобы ты знал, ты все еще молод, и у тебя впереди вся жизнь. Я тоже не так стар, и пока не время для тебя все взваливать на себя. Наша семья может отличаться от остальных, но, как и любой другой родитель, я хочу для тебя хорошей жизни. Хочу, чтобы ты знал, что ты не должен волноваться, заполняя заявление, потому что папа поддержит тебя, что бы ты ни выбрал. Мир - большой, и ты должен исследовать его, пока молод, расширять свои горизонты. У Сяо-Чжэна своя жизнь, так же, как у тебя - своя, и вы оба мои сыновья». «Боже, отец, - сказал Сюй Пин с красными от слез глазами. - Что это за сценарий тебе дали?! У меня от этого мурашки по коже. Телефонный разговор - вещь не дешевая, папа. Лучше купи больше сувениров». «Мой бог, ты - маленький негодник. Я тут, видите ли, пытаюсь говорить с ним о серьезных вещах. Это был не сценарий!» Сюй Пин кивнул с трубкой, зажатой между плечом и ухом: «Да, да, да, мистер Премьер Чжоу». У Сюй Чуаня пропало всякое желание продолжать, и он лишь тихо ответил: «Ой, ну тебя, маленький мятежник. Но должен тебя предупредить, снаружи не так мирно в последние дни. Даже здесь в глуши говорят об этом. Просто кучка сумасшедших детишек, я скажу. Не смей присоединяться к ним, что бы они там ни делали!» «Еще чего, - ответил Сюй Пин. - Вступительный экзамен в следующем месяце!» Сюй Чуань почувствовал облегчение: «Вы, молодежь, ничего не знаете. Вы не знаете последствий политических движений». «Отец, - спросил Сюй Пин. - Хочешь поговорить с Сяо-Чжэном?» Сюй Чуань замолк, прежде чем ответил: «Да». Сюй Пин опустил трубку и подозвал брата. Сюй Чжэн ел быстро. Его чашка уже давно была пуста, и он смотрел телевизор, сидя прямо, как ученик начальной школы, положив руки на колени. Его взгляд не изменился и был сфокусирован. Если не считать отсутствие хвоста, он выглядел прямо как золотистый ретривер. «Сяо-Чжэн, это - папа». Сюй Чжэн медленно вытянул шею, чтобы посмотреть, не двигая остальными частями тела. «Иди, поговори с отцом, - Сюй Пин мягко потрепал голову брата. - Спроси, как у него дела». Сюй Чжэн смотрел на брата, подходя к телефону. «АЛЛО!» Туцзя* - язык народа туцзя, проживающего в центральном Китае.