Дикие

      Вивьен проснулась от холода, в попытке задержать сладостное забытье еще на чуть-чуть, она усердно натягивала шуршащую ткань спальника себе на голову, но это не помогло. Девушка медленно села, потирая заспанные глаза. На улице развевались предрассветные сумерки, небо заволокло свинцовыми тучами, где-то вдалеке прогремел гром. Значит, обещанный шторм добрался до них. Вивьен нехотя встала, вылезла из пещеры, щуря привыкшие к темноте глаза. Она застала Дилана сидящим на берегу реки, он кидал гладкие камешки в беспокойную воду. Река чувствовала приближение бури, поэтому пенилась и бурлила с еще большей силой. Парень задумчиво вглядывался в противоположный берег, несмотря на утреннюю прохладу, он был в одной темно — синей футболке, удачно подчеркивающей его мускулистые руки и широкую спину, и в легких спортивных черных штанах.       Вивьен тихо подошла к нему, опустилась рядом, внимательно смотрела на точеный профиль. Парень был чем-то подавлен, его глаза выражали обеспокоенность и печаль. Что за ночь с ним могло случиться? Они молчали, лишь воронье карканье да редкие раскаты грома вдали. — Тебе не холодно? — нарушила тишину Вивьен, все также в упор смотря на парня. Тот отрицательно покачал головой, запустил пальцы во взъерошенные волосы, устало уперся лбом в колени. — Что-то случилось? — молчание. — Дилан? — Нет, все нормально, Ви. Нам нужно найти родник до того, как начнется гроза, — отстраненно произнес парень, обращая свое бледное хмурое лицо к Вивьен. Ей стало совсем не по себе от этого потерянного взгляда печальных карих глаз. — Только тебе нужно перевязать руку, а то бинты совсем сбились, — указывая на грязные бинты совсем не прикрывающие глубокие ссадины. Дилан не стал спорить, а лишь поплелся следом за девушкой. Он не стал забираться внутрь, облокотившись о глиняный склон. Вивьен быстрыми четкими движениями сняла старые повязки, обработала раны, которые начали заживать, снова накладывая чистые бинты. — Вот, надень свитер, а то твоя куртка воняет рыбой, а еще ужасно изорвана. Я думаю, он будет тебе как раз, — протягивая темно — серый шерстяной свитер.  — Да, ладно тебе, не стоит, — начал отнекиваться Дилан, но строгий взгляд девушки заставил принять теплую вещь. Свитер действительно оказался ему впору, лишь слегка обтягивая плечи. Вивьен довольно хмыкнула, театрально отряхнула ладони и встала. Дилан слабо усмехнулся, глядя на ее милые кривлянья. Она протянула ему руку, он мягко обхватил прохладную ладонь, вставая следом.       Измученные путники шли вдоль кромки леса, изредка останавливались, чтобы прислушаться. Шли молча, иногда Дилан помогал Вивьен перебраться через поваленные деревья или небольшие овражки. Их поиски ничего не дали, поэтому расстроенные, они повернули обратно. — Что-то происходит? — спросила Вивьен, разрушая молчаливую завесу. Дилан вперился в нее оценивающим взглядом, как будто пытался понять, о чем сейчас думает девушка. — Ты всегда ведешь себя так после того как мы… были… ну, близки что ли? — Веду себя как? — вызывающе произнес Дилан, смотря себе под ноги. Они свернули в лесную чащу, брели между деревьев, не разбирая дороги. Лес совсем затих перед грозой, поэтому их шаги и голоса эхом разносились между замерших величественных сосен. — Да вот так. Избегаешь разговора, совсем не смотришь мне в глаза. Отстранен как-то, — начала раздражаться Вивьен, ее щеки покрылись румянцем, а глаза негодующе засияли. На мгновение в голове пронеслась мысль о том, что она не имеет права ему это высказывать, но это было лишь мгновение. Парень молчал, все больше сгущая, итак напряженную атмосферу. Они остановились, Вивьен метала молнии, а Дилан в замешательстве вскапывал носком кроссовка сухую землю. — Да, потому что боюсь! — вдруг не выдержал парень, непонятным взглядом смотря на Вивьен. Она опешила от столь резкого заявления. Боится чего? — Я боюсь… боюсь, что эмоции, чувства, которые я испытываю с тобой… к тебе лишь побочное действие стресса. Понимаешь? Я не испытывал еще такого ни с одной девушкой. Я боюсь, что это кончится, когда нас спасут, и мы разъедемся по сторонам! — кричал Дилан, напряженно махая руками. Его лицо исказилось, он был взбешен и расстроен, от чего Вивьен окончательно выпала в осадок. Не выдержав, она кинулась ему на шею, крепко прижалась к разгоряченному телу. Дилан замолчал, руки упали вдоль тела, сердце бешено билось. — Я тоже этого боюсь, — прошептала ему на ухо Вивьен. — Я чувствую тоже самое… не хочу, чтобы после… мы с тобой расстались, — задыхаясь горячо шептала девушка, поглаживая взъерошенные волосы. По ее щекам текли слезы, она продолжала цепляться за Дилана, как за спасительную соломинку. Он медленно поднял руки, обнимая девушку. Так они простояли, обнявшись, вдыхая аромат друг друга, пока Дилан не разорвал объятия. — Слышишь? — спросил он, озираясь вокруг. — Где — то шумит вода. — Да, вон она, — указала на реку Вивьен. Парень покачал головой, направляясь глубже в лес. — Стой, куда ты? — бросилась следом девушка. Дилан несся сквозь чащу, ловко перепрыгивая бурелом и кустарники, девушка еле поспевала следом, спотыкаясь и падая, ладони и колени стерлись в кровь. Спустя полчаса их бессмысленных, по мнению Вивьен, мытарств по лесному массиву, ребята вынырнули к небольшой расселине, где из-под земли бил небольшой родник с кристально чистой ледяной водой. Они как сумасшедшие набросились на бьющие струи, кроваво-грязными ладонями загребая живительную влагу. За последние пару дней они не пили толком, голова закружилась от наслаждения и больного покалывания в замёрзших пальцах. Путники набрали в бутылки воды, но не спешили уходить, им хотелось насладиться сладостным мигом.       Над головой прогрохотал оглушающий раскат грома, плотная пелена дождя накрыла долину. Ребята вымокли в считанные минуты. Началась гроза. Повсюду сверкали ярко — лиловые ветки молний, а ветер неистово завывал среди угрожающе покачивающихся сосен. Они протяжно скрипели, грозя свалиться прямо на головы путников. В странном, почти хладнокровном спокойствии они побежали обратно к пещере. Сердце Вивьен каждый раз заходилось от грохота и шелеста разрядов молний. Путь к пещере оказался короче, чем они предполагали, скатившись по склону, превратившемуся в сплошное глиняное месиво, ребята заскочили внутрь, где было холодно и пахло сыростью. Дилан развел костер из оставшихся сухих веток, после недолгих раздумий выбежал из укрытия, несмотря на протесты Вивьен, принес еще хвороста, но уже изрядно промокшего. Влажные ветки были подложены поближе к костру, чтобы они успели хоть немного высохнуть до того, как это пламя полностью истлеет.       Теперь, когда над ними бушевала буря, приклоняя многовековые деревья к земле, вспенивая бурный поток, который заходился пузырями от мощных струй сокрушительного ливня. Они промокли до нитки, сменной одежды, конечно, не было, поэтому они сняли верхнюю одежду, оставаясь в одном нижнем белье, развесили мокрые футболки и штаны повыше над костром, чтобы они поскорее высохнули. Изможденные природой, отчаянные путники прижались друг к другу, заботливо прикрываясь согревающей тканью спальников. — Дилан, мы ведь не умрем здесь? — тихо спросила Вивьен, заглядывая в глубокие карие глаза. Она не смогла прочитать эмоций парня, он лишь хмурился, вытирая оставшиеся капли с грязного лба. — Нет, я не позволю нам умереть, — также тихо произнес Дилан, покрепче прижимая к себе девушку. Она уткнулась в горячую широкую грудь, вдыхая приятный терпкий аромат. Сейчас они как никогда были на грани нервного срыва. Усталость, боль, отчаяние, раздражение поднималось в грудной клетке, наполняя тело липким неприятным холодом. — Прости, что наорал на тебя, Ви. — И ты меня прости, что задолбала тебя вопросами. Я не верю в любовь с первого взгляда, но верю со второго. Второй взгляд был, когда мы с тобой упали, когда ты крепко держал меня, — с жаром произнесла девушка. Такие откровенное признание смутило парня, Дилан густо покраснел, стараясь отвести взгляд. — Я говорю на тот случай, если мы с тобой сгинем здесь. — Не смей так говорить, — прошептал Дилан на ухо Вивьен. Его губы уткнулись в холодный мокрый висок, пальцы нежно поглаживали скатавшиеся волосы, волнение перерастало в напряжение. Как же ему хотелось сказать ей тоже самое, но он не мог, не хотел бы голословным.       Таким образом они пролежали довольно долго. Все это время гроза не стихала ни на минуту, река медленно, но верно выходила из берегов, затопляя каменистый берег. Парочка, крепко обнявшись, лежала на влажной траве, взгляды были направлены на деревянный потолок, который грозился грохнуться на их головы. Молния все также сверкала лиловыми отсветами, метко ударяя в верхушки сосен. Дилан повернулся к Вивьен, рассматривая ее утонченное исхудалое лицо, она тоже повернулась к нему. Их взгляды бродили по лицу, шее, ключицам. Первой не выдержала Вивьен, ее холодный тонкий пальчик медленно прошелся по вздымающийся груди, сухим тонким губам, нахмуренному лбу. Дилан в свою очередь осторожно взял лицо девушки в ладонь, аккуратно касаясь пухлых бледных губ. Она ответила на поцелуй, подаваясь вперед. Парень крепко ухватил ее за талию, перекатился, оказался сверху. Его руки бродили по замерзшему телу, нежно поглаживали раскрытые бедра, нежно перешли к вздымающейся груди. Вивьен в свою очередь гладила напряженные плечи, запускала пальцы в мокрые волосы. Их тела льнули друг к другу в исступленном порыве страсти, взгляды схлестнулись, в них отразилось желание. В секунду на них не осталось ничего, лишь их изнемогающие разгоряченные тела. Вивьен громко застонала, страстный стон глухо отразился в стенах пещеры. Их бедра двигались в такт, наращивая темп, словно они и были инициатором этой бури, раскинувшийся над долиной. Тихое потрескивание костра, глухие стоны, шелест травы под спиной Вивьен, страстный шепот затерялись в грозном вое ветра.       Дилан устало опустился рядом с девушкой, поглаживая большим пальцем ее горячую раскрасневшуюся щеку. Она повернувшись к нему, с довольной улыбкой рассматривала его умиротворенное лицо. — Было классно, — прошептала Вивьен, слегка смутившись. Они снова встретились взглядами, уставшие, но удовлетворенные.  — Согласен, — нежно поцеловал в лоб Дилан. Приятная истома охватила их, они поближе прижались друг к другу, засыпая крепким здоровым сном.

***

      Штаб спасателей. Четыре дня после инцидента.       Высокий широкоплечий седой мужчина напряженно вглядывался в прогноз погоды. Все в этой комнате были напряжены. Вот уже два дня буря не стихает, она не позволяет отправить отряд спасателей на выручку двум пропавшим путникам. Его морщинистый лоб нахмурился, а губы поджались, в комнату влетела невысокого роста лет пятидесяти в элегантном брючном костюме женщина. — Какого черта вы еще не вылетели? Почему вы ничего не делаете? — закричала она с порога. Утонченное лицо исказила гневная гримаса, женщина возмущенно стучала кулаком по столу. — Миссис О’Брайен, успокойтесь, пожалуйста, — утомленно произнес мужчина. Ему было не впервой слышать это от нее. — Мы не можем вылететь сейчас, посмотрите, какой шторм бушует. — Что значит, не можете, мистер Джонс? — ядовито произнесла женщина. — Мой сын там! Он может погибнуть! — И моя сестра! — вмешался в разговор мужчина, влетевший в комнату следом за миссис О’Брайен. На вид ему было около тридцати пяти, невысокий с темно — каштановыми волосами и зелеными глазами.  — Мистер Мийо, вы тоже успокойтесь. Завтра мы вышлем к ним вертолет, сейчас же это опасно, поймите вы наконец! — в нетерпении вскричал мистер Джонс, вскакивая со стула. На мгновение родственники пропавших застыли в изумлении. Мужчина был на пределе, рация ребят перестала отвечать после начала шторма, он не сможет предупредить их о том, что за ними вылетают. Он хотел сказать об этом этим двум, но они и так сходили с ума от беспокойства. Опять родственники ушли ни с чем в свои номера, где будут нервно мерить шагами комнату, отсчитывая минуты до возвращения их дорогих людей.       Рассвет так и не наступил. Темно — серые тяжелые тучи закрыли солнце, собираясь пролиться новой порцией ливня. Спасатели решили воспользоваться этим затишьем, чтобы попытаться найти путников. Больше всего они боялись, что река вышла из берегов, затапливая прибрежные районы. Разбив на квадраты район поиска (они знали, что ребята не ушли далеко от горы), вертолет со спасателями вылетел в холодное хмурое небо. Жужжание лопастей разносилось над долиной, два пилота и четверо спасателей внимательно вглядывались в покрытую туманом долину. Река переполнилась, затопила каменный берег, яростно омывала глиняный склон. В сорока пяти километрах ниже по течению вдруг раздался короткий звонкий хлопок, перед глазами спасателей разорвалась сигнальная ракета, опадая на землю красно — алым снопом искр.  — Вижу парня, девушка с ним. Снижайся, — кричали спасатели, перевязывая себя веревкой. Вертолет не смог бы сесть на эту маленькую полянку между рекой и лесом. Они быстро и ловко спустились к изможденным ребятам. Дилан крепко прижимал к себе Вивьен, которая была без сознания. — У нее жар, — пролепетал парень, отдавая девушку в руки одного из спасателей. Тот бережно взял ее, показывая знаком поднимать их. Другой подошел к Дилану, обвязывая его веревкой.  — С ней все будет в порядке. Теперь все будет хорошо, — ободряюще похлопал по плечу, стараясь перекричать шум вертолета. Он вместе с Диланом поднялся в нутро вертолета, показывая знаком улетать отсюда. Парень опустился рядом с Вивьен, прикладывая лоб к ее лбу. Их замотали в теплые пледы, пока вертолет нес их обратно к началу их долго пути.

***

      Дилан очнулся в мягкой теплой кровати, кругом было светло, ослепляя его своей белизной. Поднявшись на кровати, парень увидел, что лежит в больничной палате, в руке была капельница, на окнах открытые жалюзи, аскетичного вида палата и спящая рядом с его кроватью мать. Она очнулась ото сна, лицо ее облегченно сияло. — Слава богу, ты в порядке! Я так беспокоилась, мой мальчик! Папа с сестрой звонят мне пять раз на дню. Ох, наконец, это все кончилось, скоро мы поедем домой! — щебетала миссис О’Брайен, поглаживая сына по руке. Дилан все еще не понимал, что выбрался из того ужасного леса, где провел последние четыре дня. Он сильно похудел и осунулся, поэтому врач назначил ему капельницу для поддержания организма. Парень бросился матери на шею, крепко обнял ее, глубоко вздохнул с облегчением. Пока женщина хлопотала над сыном, в палату вошел врач. Его доброжелательное лицо осветилось улыбкой. — Ну, что мистер О’Брайен могу вас поздравить. С вами все хорошо, можете сегодня же ехать домой, — проговорил доктор, просматривая результаты анализов. Но на всякий случай проверил пульс, реакцию зрачков на свет, вытащил капельницу из вены. Все оказалось в норме. — Приятного дня, — мягко произнес врач, исчезая также быстро как и появился. Мать радостно захлопала в ладоши, доставая из сумки чистые вещи сына.  — А как там Вивьен? Я хочу ее увидеть, — проговорил Дилан, наблюдая за матерью. Та замерла на секунду, а потом продолжила выкладывать вещи из сумки.  — Эм, она уже уехала, — замешкалась миссис О’Брайен с ответом. — Одевайся, я подожду тебя за дверью, — похлопала сына по коленке женщина, после чего исчезла за дверью. Дилан медленно встал, натягивая футболку. Он не понимал, почему Вивьен так быстро уехала, даже не попрощалась. У нее что-то случилось? Он провел с ней достаточно времени, чтобы увидеть ее истинное лицо. За такими мыслями парень вышел из палаты. Мать ждала на стуле рядом.  — Идем быстрее, сынок. Нас ждет такси, — сказала миссис О’Брайен, нежно взяла сына под руку. — А где Брит? — вспомнил про свою девушку Дилан, от чего ему стало не по себе. Только сейчас он вспомнил о Британи. —  Эта вертихвостка? Она приходила к тебе в палату, но я отправила ее домой, сказала, что она не достойна моего сына! — Ну, мааам! — Что мам? Мне виднее, — грозно произнесла миссис О’Брайен, таща за собой ослабленного Дилана. Опять мать решила за него все вопросы, он должен был сам с ней поговорить. Обреченно вздохнул, Дилан все же остался в смешанных чувствах. Какую девушку ему выбрать?