Я люблю Вас, мистер Старк!

      — Мы провалили миссию, — хмуро сказала агент Романофф, глядя одновременно на Пат и сквозь нее. — Гидра снова от нас ускользнула.       — Мы провалили миссию, но не войну, — хмуро заметил Старк. Он сидел на кресле, почти утонув в мягком сидении. Его ноги лежали на журнальном столике, а пальцы машинально разглаживали тот самый лист бумаги, которым он дразнил тех мужчин в казино.       — О какой войне ты говоришь, Тони? — спросила Романофф. — Это просто твои догадки. Никакого третьего отростка не было и нет. Если бы он существовал, Щ.И.Т.у было бы уже о нем известно.       — Это не просто мои догадки, — в тон ей ответил Старк. — И если ты мне не веришь, будь добра, дверь открыта. Тебя никто здесь не держит.       На какое-то время все замолчали, думая каждый о своем.       После сокрушительного поражения Мстителям не оставалось ничего другого, кроме как залечь на дно. На ночь они остались в одной из маленьких квартир жилого сектора — Романофф добыла ключ от пустой квартиры на верхнем этаже одной из высоток. Откуда у Черной Вдовы был ключ, Пат не знала и даже не хотела в это вдумываться. Наташа Романофф всегда добывала все, что требовалось, и никто никогда не спрашивал у нее, как она это делает. Она просто делала, и все.       Они сидели на диване и креслах в чьей-то гостиной. Старк — в самом темном углу, справа от зашторенного окна, Наташа — на диване, подобрав под себя оборванные юбки красивого черного платья, Стив Роджерс — рядом с ней, Пат — на кресле вдалеке ото всех. Она бы с удовольствием уже давно покинула гостиную, но ее останавливал взгляд Старка.       — Они были почти у нас в руках, — тихо сказал Капитан Америка, и Пат почувствовала, как по ее спине стайкой забегали мурашки. — И вот мы их упустили. Снова.       — Просто кому-то следовало следить за ситуацией, — жестко заявила Наташа, и ее взгляд остановился на Старке.       Пат поняла, что под ситуацией Романофф имела в виду ее.       — Просто кому-то не надо было петь под фонограмму, — парировал Старк.       — Тони, не сейчас, — вмешался Роджерс.       — Да? А что такое? Непривычно без твоих блестяшек? Чувствуешь себя неуверенно без своего щита?       — Зато твоего раздутого эго хватит на всех, — огрызнулась Наташа.       — Ты хочешь это обсудить?       — Меньше всего на свете я хочу обсуждать это с тобой.       — Что такое, агент Романофф, не подхожу под твои стандарты?       — Может, хватит?       Наташа подобрала юбки и, встав с дивана, вышла из комнаты. Со вздохом Роджерс поднялся следом за ней.       — Мы обсудим это завтра, — сказал он и, кивнув Пат, вышел.       Даже в такой ситуации он оставался собой, но в его последних словах, обращенных к Старку, и в прощальном кивке, предназначенном непосредственно для нее, Пат увидела досаду, которую Капитан пытался скрыть из чистой вежливости.       Не появись Пат в этом казино сегодняшней ночью, все было бы в порядке.       Все это понимали.       Оставшись наедине со Старком, Пат почувствовала себя вдвойне неуютно. Она встала и уже хотела последовать примеру Мстителей и уйти, но голос Тони остановил ее у самого входа.       — Чего ты хотела добиться?       Она замерла на месте, гипнотизируя взглядом свои ноги. Ее костюм, в котором она находилась до сих пор, был безнадежно испорчен — еще один повод быть виноватой перед Тони Старком.       — Сказать нечего?       Ей действительно было нечего ему ответить.       Старк встал и подошел к девушке. Его пальцы легли на ее подбородок, и под его напором Пат пришлось поднять голову и встретиться с ним взглядом. Вот сейчас он заговорит, и она услышит, что все кончено. Он никогда ей не простит того, что случилось сегодня ночью, она никогда больше не посмеет не то что заговорить с ним, она не посмеет даже взглянуть ему в лицо.       Слова, которые произнес Старк в следующую минуту, были совсем не теми, которые ожидала услышать девушка:       — В том, что случилось, не одна твоя вина. Ситуация вышла из-под контроля. Так бывает. Но нельзя сперва стрелять, а потом целиться. А ты поступила как раз так.       Пат хотела рассказать ему все: и про то, как в гостиницу пробрались эти люди, и про то, что они говорили о Гидре и искали Мстителей, но, как только она открыла рот, у нее вырвалось совсем другое:       — Вы меня бросили. Одну. В гостинице. Бросили и уехали, хотя Вы обещали, что будете со мной. И вообще-то Вы могли бы сказать мне спасибо за то, что потолок не упал на Вашу голову, но Вы этого никогда не сделаете, потому что Вам наплевать на всех, кроме себя! Вы так расстроились из-за того, что поползли сплетни о том, что у Вас есть взрослая дочь, но обо мне в этот момент Вы не подумали! Хотя я тоже от этого пострадала, и не меньше Вашего! Вам нужно сказать спасибо за то, что Мэй не читает новости, иначе она бы уже давно примчалась сюда, и уж тогда это было бы пострашнее, чем атомная война! И обиднее всего то, что я была на все готова ради Вас, но Вы в меня не верили. Вы никогда в меня не верили!..       Старк довольно грубо закрыл девушке рот рукой, и Пат губами почувствовала его кожу — на удивление мягкую и теплую кожу ладони. Слезы, не останавливаясь, катились по щекам, но Пат уже не обращала на них внимания. Ей было больно. Она чувствовала боль каждой клеточкой своего уставшего тела, но не могла оторвать взгляд от лица Старка — такого злого, такого взволнованного, но такого родного. Она плакала, и ей уже не было стыдно. Тони Старк знает про нее уже слишком много. Ей даже начало казаться, родной отец не знал бы про нее столько всего, сколько знает Старк.       — Прекрати истерику и успокойся. Если уж ты играешь во взрослые игры, будь добра, не веди себя, как ребенок!       Пат всхлипнула и сморгнула слезы. Судорожно вздохнув, она вытерла соленую влагу тыльной стороной ладони. Отчаяние поднимались в ней волной, сметая и притупляя чувство вины и боль поражения. Увидев, что девушка более-менее успокоилась, Старк убрал руку.       Пат посмотрела ему в глаза, пытаясь отыскать в них участие. Слова сами сорвались с губ:       — Я всего лишь человек! И я не могу сделать то, что можете Вы! Но я стараюсь. Я стараюсь изо всех сил!       — Можешь, — решительно возразил Старк. — Ты можешь ровно столько, сколько захочешь. И не говори мне, что это не так.       Он ушел, и Пат почувствовала, как у нее подкосились ноги. Она упала на колени и уткнулась лицом в ладони.       — Не расстраивайтесь по пустякам, — тут же услышала девушка голос запрограммированной Карен, который в наступившей тишине прозвучал, как злая насмешка. Держась изо всех сил, чтобы не сорваться на истерику, Пат дрожащими пальцами попыталась сорвать с себя ставший вмиг ненавистным костюм.       Она не машина.       И она не из железа.       Она всего лишь девчонка, как верно заметил Старк. Она девчонка, которая устала. Ужасно устала, и у нее больше нет сил идти дальше.       Тони Старк вернулся спустя несколько минут. Пат услышала его шаги, которые она не могла бы перепутать ни с чьими другими, но лишь ниже пригнула голову к груди. Она почувствовала на своем плече его руку. Старк потянул ее вверх, вынуждая встать, и Пат безвольно поднялась на ноги.       — Когда мне было семнадцать лет, ровесники называли меня человеком из железа, — негромко заговорил он, и Пат шмыгнула носом, вслушиваясь в его слова и пытаясь разобраться с бешеной скачкой мыслей внутри своей головы. — И вот теперь мне сорок семь, и я Железный человек. Понимаешь, к чему я веду?       Пат кивнула, хотя на самом деле ничегошеньки не понимала. Чувствуя на своих плечах теплые руки Тони Старка, она понемногу начинала успокаиваться.       — Тебя могут называть как угодно, но сути твоей это не изменит. Можно спрятаться от насмешек, а можно повернуть их против насмешников.       Он наклонился к ней, и его губы невесомо коснулись ее лба. И Пат сразу почувствовала себя в безопасности.       Так целовал ее отец, укладывая вечером спать.

***

      Документ, который Старк сжимал в руках, был обычным списком имен и адресов. Тот жалкий кусочек базы, который когда-то составлял Обадайя.       Тони никогда не вникал в дела, которыми занимался его наставник. И теперь очень об этом жалел. В свое время он не сразу заметил, как Обадайя провел его вокруг пальца, как манипулировал им и как всеми силами пытался достичь полного влияния и всех прав на «Старк Индастриз». Десять лет назад Тони не заметил, как его бывший наставник сотрудничал с террористической организацией «Десять колец», поставляя им оружие. Теперь же он почти проморгал зацепку, которая все десять лет была рядом с ним и которую он успешно игнорировал все эти десять лет.       Список имен и адресов, обычный, но лишь на первый взгляд. Потому что в этом списке были имена не последних людей, которые стояли в основе «Гидры». Потому что список был неполный. Потому что Обадайя не любил технологии и все делал по старинке: лепил макеты из пластика и хранил документы в бумажном виде.       Непрактично.       Неудобно.       Назло ему — Тони Старку.       Обадайя умер, но до сих пор продолжал портить ему жизнь.       Обадайя умер, но его махинации не были похоронены вместе с ним, как того хотелось бы Старку.       Обадайя умер, но на смену ему пришла другая, более масштабная сила.       Рейна.       Это имя, которое ни о чем Тони Старку не говорило, было, однако, тесно связано с происходящим вокруг него. С этой Рейной сотрудничал Обадайя, поставляя ей оружие от имени «Старк Индастриз», с этой Рейной воевал Щ.И.Т., на этой Рейне держалась Гидра. Таинственная Рейна. Почти совсем мифологическая, как и сама Гидра. Рейна — один из трех отростков террористической организации.       Рейна — головная боль Тони Старка.       Боль, которую он пока еще держал при себе. Боль, о которой не знали ни Мстители, ни агенты Щ.И.Т.а.       Тони еще раз перечитал список. Достав из кармана карандаш, зачеркнул в нем последний адрес, смял его и кинул куда-то в угол.       По его наводке Правительство послало Мстителей на тот склад в Нью-Джерси, где действительно было обнаружено оружие этого самого третьего отростка Гидры — то, что осталось от Старк Индастриз, некоторые готовые средства массового уничтожения, созданные с помощью Тессеракта и, наконец, те самые ядра читаури, которые попали на Землю во время битвы за Нью-Йорк и были использованы организацией Рейны в создании оружия.       По его наводке они обнаружили скрытый от посторонних глаз штаб под казино в центре Нью-Джерси. И — снова неудача. Действительных адресов больше не было, все, чьи фамилии значились в списке, погибли при первой и второй миссии Мстителей.       Зацепок больше не было.       Кроме Рейны.       Однажды Тони Старк взломал базу Щ.И.Т.а и, получив доступ к секретным данным, узнал все, что было известно о Гидре. После переворота в этой террористической организации активными были два подразделения Гидры: проект «Сороконожка», возглавляемый Джоном Гарреттом, и идея-фикс Вольфганга фон Стракера по созданию супер-солдат, разрабатываемая в Соковии, вследствии чего и появилась на свет Ванда Максимофф. О Рейне не было известно ничего, не считая нескольких слов о том, что она покинула организацию.       Мстители были уверены, что с уничтожением последнего из списка штаба Гидры произошло и уничтожение всего третьего ее отростка, в существование которого никто не верил.       Тони Старк считал иначе.       Рейна еще появится, и тогда…       — Тони?       От мыслей его отвлек голос Роджерса, который вошел в комнату попрощаться. Капитан уезжал из Нью-Йорка и, покидая Башню Мстителей, зачем-то зашел к Старку, хотя теплых чувств друг к другу они никогда не испытывали.       — Капитан.       Не дожидаясь разрешения войти, Роджерс пересек комнату и сел на кресло напротив Старка. Тот поднял на него утомленный взгляд, но ничего не сказал. Тяжелая ночь и невеселые размышления сделали свое дело: тупая боль в висках не позволяла Тони сосредоточиться или хотя бы сконцентрировать свое внимание на чем-либо определенном.       — Думаешь, Гидра себя еще проявит?       — Уверен.       Они немного помолчали.       — Не думай об этом сейчас, — Капитан, видимо, так и не смог отыскать нужных слов. — Даже тебе порой нужен отдых.       Он встал, рассудив, что его присутствие в компании непривычно молчаливого Старка более чем нежелательно, и хотел уйти, но Тони остановил его своей фразой:       — Дело дрянь, Кэп.       Роджерс вопрошающе посмотрел на Старка.       — Что ты имеешь в виду?       — Мы разворошили осиное гнездо.       Старк встал с кресла и, нервным движением запустив руки в карманы, прошел к панорамному окну.       — Помнишь тот взрыв в торговом центре в Род-Айленде, который произошел несколько месяцев назад и причину которого так и не установили? А тот, что прогремел месяц назад в Техасе?       — Это несчастные случаи, — ответил Роджерс, и Старк хмыкнул.       — Да? О, человек наивного времени! Эти взрывы такой же несчастный случай, как и вчерашний взрыв подпольного казино.       — К чему ты ведешь?       — Не уничтожь мы то оружие на складе, это сделала бы Гидра.       — Ты же не…       — Да.       — Это бессмысленно.       — Как раз наоборот. Они заметают следы, — Старк оживленно повернулся к Роджерсу. — Что, если у них были штабы как в Рок-Айленде, так и в Техасе, как и тот штаб в Нью-Джерси? Ведь ты только подумай: вчерашняя бомба была заложена заранее. Они готовились уничтожить свое гнездо еще до того, как мы туда влезли. Знать бы заранее, куда они ударят в следующий раз…       — А следующий раз будет?       — Наверняка.       Капитан немного помолчал. Потом развернулся и медленно пошел к выходу. Старк наблюдал за ним до тех пор, пока его фигура в привычном полосато-звездчатом костюме не достигла выхода. Проводив Роджерса взглядом, Тони снова отвернулся к окну и, глядя на простирающуюся перед ним панораму Нью-Йорка, услышал голос Капитана, который прозвучал в унисон с его внутренним голосом и болью отозвался где-то под ложечкой:       — Только проследи за Пат. Не надо ее впутывать в это дело.       Не надо ее впутывать в это дело…       Забавная ситуация, невольно подумал Старк. Ему самому хорошо бы сначала выпутаться из тех странных отцовских отношений, в которые он ненароком влез по вине этой девчонки.       Да, во всем, что касалось путаницы, Пат Паркер равных не было.

***

      — Милая! Наконец-то ты дома!       До последнего Пат боялась, что тетя Мэй обо всем узнала, но, увидев ее сияющее от радости лицо, девушка поняла, что бояться нечего. Мэй по своему обыкновению не читала новостей в Интернете и не зависала в соц.сетях и теперь искренне была рада видеть племянницу.       Беспокойство уступило место жгучему стыду. Почувствовав, что еще вот-вот — и ее щеки запылают, с потрохами выдавая девушку, Пат сослалась на усталость и метнулась в комнату. Вбежав в нее, Пат не глядя кинула рюкзак куда-то в угол. Рюкзак прилетел аккурат в стол, и кружка, которая стояла на самом краю, разбилась с веселым звоном.       Это была ее любимая кружка.       Стараясь приглушить в себе чувство вины за обман, Пат до боли вцепилась пальцами в свои предплечья. Ее трясло. Сделав глубокий вдох и выдох и кое-как успокоившись, она поправила волосы и неуверенно взялась за дверную ручку. Ей нужно выйти к тете и поговорить с ней.       Мэй собирала на кухне обед.       — Ну? Расскажешь о впечатлениях? Как все было?       — Все было…супер, — выдавила из себя Пат, присаживаясь за стол и подвигая к себе спагетти с томатами. Запах любимого блюда приятно защекотал ноздри, и против своей воли девушка улыбнулась. Мэй от всей души хотела порадовать племянницу, и ей это удалось.       — Рада за тебя! — искренне ответила Мэй, не заметив состояния племянницы. — Потом все расскажешь. Жаль, что мы так мало побудем вместе, я так по тебе соскучилась…       Пат с аппетитным хлюпаньем втянула в себя длинную спагеттинку. В первые секунды она не поняла смысла тетиных слов, но спустя несколько мгновений осознание к ней пришло. Правая бровь в удивлении поползла вверх, сердце в груди забыло, как стучать — страх и подозрения снова начали закрадываться в ее душу.       — Что ты имеешь в виду? — осторожно спросила она.       — Ах, боже мой, я же не сказала тебе! — Мэй улыбалась. — Я еду в командировку послезавтра. На неделю. Первая командировка за все лето! Не думала, что мне их будет не хватать…       Вилка выпала из разжавшихся от неожиданности пальцев Пат и весело поскакала по полу. Пульс тут же выровнялся, и девушка впервые за долгое время вздохнула полной грудью — Мэй уезжает, а это значит, у нее есть неделя, чтобы разобраться в себе и починить все, что она успела сломать.       — Я не думала, что это так тебя расстроит, — огорченно сказала Мэй, и Пат поспешила ее успокоить:       — Нет, Мэй, что ты? Все в порядке! Я очень рада за тебя.       Мэй снова просияла.       — Вкусно?       — Еще бы.       — В мое отсутствие не голодай. Я приготовила фаршированный перец, на первые дни хватит. Фаст-фудом не питайся, готовь дома, — тон Мэй вмиг стал деловым, когда она принялась перечислять племяннице свод правил, которые та должна соблюдать во время ее командировки. — Можешь приглашать к себе девочек, но если с ночевкой будут оставаться парни, пожалуйста, помни об осторожностях.       — Мэй!       — А что? Ты уже взрослая, и я не могу не думать об этом.       Пат взяла новую вилку и принялась апатично накручивать на нее спагетти.       — Так, что еще?.. Занятия по подготовке к Декатлону не пропускай, до поздна не гуляй. Звони мне. И я тоже буду тебе звонить… Ты меня слушаешь, Пат?       Пат вздрогнула.       — Да, конечно. Все будет, как скажешь.       — Обещаешь?       — Конечно.       Хоть что-то из обещанного тете она должна выполнить.

***

      — Пат! Как я рада тебя видеть!       Гвен сжала подругу в объятиях с такой силой, что Пат чуть не задохнулась. Отстранив от себя Гвен, девушка посмотрела ей в лицо и все поняла. Худшие ее опасения подтвердились.       — Ты знаешь, да? — спросила Пат упавшим голосом, имея в виду свое лже-родство с Тони Старком, о котором раструбили хейтеры во всех соц.сетях.       Гвен виновато опустила голову так низко, что светлые волосы почти закрыли ее лицо.       — Все знают.       Они стояли у шкафчиков в школьном коридоре — команда по Декатлону, в которую входили и Пат с Гвен, собиралась на тренировку по вопросам с прошлого сезона. Еще до того, как Пат переступила порог школы, она поняла, что совсем скоро для нее начнется ад. Те насмешки, о которых предупреждал ее Старк, уже готовы были обрушиться на ее голову.       Но Пат никак не ожидала, что это случится так скоро.       — У-у-у, Подстилка Паркер!       От неожиданности Пат подпрыгнула на месте. Флеш подкрался к ней незаметно со спины и, воспользовавшись ее секундной заминкой, быстро прошмыгнул мимо нее к ее шкафу. Секундой спустя на нем уже висело черно-белое, отпечатанное на принтере фото, на которое Пат отчего-то не хотелось смотреть.       — Хочешь быть Человеком-Пауком? А силенок хватит? — насмешливо скривив губы, поинтересовался он, стремительно шагая по коридору прочь от девушек. По его озлобленному лицу и ядовитому тону Пат поняла, что Флеш не простил ей обиды за то, что ему она предпочла Старка. — Пришла бы лучше в этом костюме на Хэллоуин, зачем же в нем по улицам бегать, прохожих пугать? Или ты правда думала, что тебя можно спутать с настоящим Человеком-Пауком?       И тут Пат совсем перестала что-либо понимать. В растерянности она обернулась на Гвен.       — О чем он?       Гвен стояла рядом с ней — бледная и подавленная. Голубые глаза виновато блестели, как будто она вот-вот готова была расплакаться. Расплакаться от жалости к подруге.       — Вот о чем, — она указала пальцем на приклеенную к дверце шкафчика фотографию, и Пат затаила дыхание.       Она не хотела знать, что на ней изображено.       Она повернулась в указанном направлении совершенно машинально и совершенно машинально ее взгляд скользнул по отпечатанному снимку.       На котором была изображена она.       Подавленная, испуганная, в сломанном костюме Железного Паучка, Пат сидела на тротуаре рядом с горящим зданием и затравленно смотрела прямо в объектив. Это фото было сделано одним из любопытных людей, которые толпились вокруг нее тогда в ту жуткую ночь. Значит, эти снимки уже давно гуляют по Интернету…       …значит, жалость Гвен вызвана именно ими, а не тем фактом, что Пат приняли за дочь самого известного плей-боя Америки.       — Гвен, — пробормотала она, переводя взгляд то на подругу, то на снимок. — И ты… Ты догадывалась раньше?       — Догадывалась о чем? О том, что ты занимаешься косплеем? Нет. Ты же мне не говорила…       — Постой… — Пат тщетно пыталась собрать все мысли воедино, но они разбегались, как рассыпанные по полу бусины. — Чем я занималась?       — Ты не читала утренние новости, да? — понимающе откликнулась подруга.       Пат побледнела.       Что еще такого страшного может случиться? Еще вчера девушка была уверена в том, что все ужасное, что только могло с ней произойти, уже произошло. И теперь она вся холодела внутри от страха, глядя на подругу, которая, прикусив губу, быстро листала новостную ленту на своем смартфоне в поисках чего-то, что точно — Пат была уверена в этом! — добьет ее.       — Вот, — сказала Гвен, показывая ей найденную статью.       «Фанаты Супергероев становятся реальной угрозой для Америки!       Вопиющий случай произошел в ночь на 18 августа в одном из самых оживленных районов Нью-Джерси неподалеку от ночного клуба «Пост-Ривз». Яростная фанатка и подражательница Человека-Паука поставила под угрозу покой и жизнь мирных жителей.       Благодаря очевидцам, произошло разоблачение недо-героя. Им оказалась девушка-подросток на вид пятнадцати-шестнадцати лет. Мстители успели вовремя и предотвратили неминуемую катастрофу.       ''Интересно, что лгунья надеялась быть хоть немного похожей на Человека-Паука, — делится с нами один из очевидцев. — Она ничуть не похожа на героя, тем более что она — простая девчонка! ''       Произошедшее можно считать нелепой случайностью. И урок, который нужно извлечь из того, что случилось: не надо выставлять себя за кого-то другого. Надеемся, что впредь такое не повторится, но вопрос о том, кто же настоящий Человек-Паук, остается открытым.»       — Господи!       Бегло пробежав глазами статью, Пат оттолкнула смартфон подруги от себя, словно то, что Гвен протягивала ей, было чем-то мерзким и ужасным.       «Яростная фанатка и подражательница Человека-Паука…»       «Разоблачение недо-героя под маской…»       «Лгунья.»       «Кто же настоящий Человек-Паук?»       — Боже!..       Гвен смотрела на Пат уже с нескрываемой тревогой.       — Ты только не волнуйся! Так…многие делают. Ну, в смысле, вот я, например, всегда хотела быть похожей на Черную Вдову… Тебе просто не повезло.       — Гвен! — Пат умоляюще взглянула на подругу. Она хотела схватить ее за плечи и как следует встряхнуть, чтобы Гвен поняла, что Пат не та жалкая подражательница, а самый настоящий Паучок, но не рискнула этого сделать. Сейчас Пат взволнованна и не сможет контролировать себя. А сломанные руки Гвен ой как будут некстати…       В отчаянии Пат закусила губу.       Не могла, не могла, не могла она поверить в то, что Гвен считает так же, как Флеш и остальные. Гвен просто не могла подумать о ней так!..       — Гвен, понимаешь… — Пат замялась, подбирая слова.       Что делать?       — Что, Пат?       Пат молчала.       Если она скажет Гвен правду, к чему это приведет? Может, лучше пусть все останется, как есть?.. Может, пусть все лучше думают, что она — обычная девчонка, которая хотела быть похожей на героя под маской, чем знают правду о том, что она и есть тот самый герой под маской? Если она расскажет правду Гвен, обо всем узнают и остальные — подруга могла случайно выдать ее секрет, даже не желая этого.       И тогда обо всем узнает тетя Мэй.       И тогда…       Нет, думать об этом было слишком тяжело.       — Нет, ничего… — Пат сорвала с дверцы своего шкафа фотографию, смяла ее и кинула в урну, стоявшую в углу. Тяжелый бумажный мячик отскочил от стены и попал точно в цель.       — Флешу скоро надоест тебя дразнить и он отстанет, — подбодрила подругу Гвен, ободряюще потрепав ее по плечу. — Зато в сложившейся ситуации есть свои плюсы. Например, Флеш больше не будет тебя домогаться.       Пат скептически хмыкнула. Она решительно не знала, что из этого лучше: домогательства вездесущего Флеша или его издевки.       — Я жду тебя в кабинете, — сказала Гвен, и ее светлая челка качнулась в такт движению ее головы. — Давай быстрее.       Она ушла, оставив Пат одну.       И, к счастью, не видела, как промялась под кулаком девушки металлическая дверца школьного шкафчика.