Я люблю Вас, мистер Старк!

      — Ну, нет! Только не это!       Автомобиль, который Старк выдал ей вместе с Хэппи, чтобы тот отвез ее в школу, намертво застрял в пробке. Пат высунулась из окна, чтобы оценить масштаб бедствия, и ее сердце упало вниз.       Теперь она точно не успеет в школу вовремя, и автобус уйдет без нее. Без нее пройдет Декатлон, без нее последний школьный год будет трудиться ее команда. А все из-за беспечности Тони, который понадеялся на свой автомобиль и на Хэппи и решил, что выехать из дома за полчаса до отъезда автобуса — это наилучшее решение!..       — Хэппи, нам никак не объехать? — спросила Пат, высунувшись из окошка почти на половину и постучав костяшками пальцев по зеркальцу заднего вида. Хэппи, который снова опустил перегородку, чтобы у девушки не было возможности заговорить с ним о чем-нибудь, недовольно поморщился.       — Нет, — ответил он и отвернулся.       Пат не оставалось ничего другого, кроме как ждать. Ждать и надеяться, что бесконечный поток автомобилей скоро сдвинется с мертвой точки и плавно потечет по Нью-Йоркским улицам. И чем быстрее это произойдет, тем больше у нее шансов успеть.       Шансов, которые с каждой секундой сводились к нулю.       Водители сзади возбужденно сигналили и ругались, понимая, что это бесполезно, но выражая таким способом свою злость и досаду. И Пат тоже хотелось ругаться, но она молчала, сидя на заднем сидении Ауди с тетрадкой на коленях и тщетно пытаясь повторять темы вопросов. В конце концов, она бросила это занятие, затолкала тетрадь обратно в рюкзак и снова высунулась в окно, подставив лицо прохладному ветру.       Ее взгляд блуждал по бесконечным рядам машин, но не мог ни за что зацепиться.       Она опоздает.       Точно опоздает!..       И тогда Флеш, который только-только перестал докучать девушке, называя ее обидными прозвищами, получит повод дразнить ее дальше и придумает что-то еще более изощренное, чем все его прежние насмешки. А ЭмДжей, конечно же, в своем привычном жесте поднимет правую бровь и спросит, глядя на нее из-под длинной челки с видимым превосходством: «Тебе не кажется, что ты безответственная, Паркер?»       И тогда ее школьная жизнь станет совсем невыносимой.       И Гвен ее не спасет, даже если снова встанет на защиту подруги.       О!..       Пат готова была грызть ногти от бессилия.       Чтобы отвлечься от мыслей, она глубоко вздохнула и, как делала всегда в детстве, когда ей приходилось долго стоять в пробке, принялась рассматривать машины. Второй ряд как раз подвинулся, и напротив Ауди остановился серебристый Форд. Через опущенное стекло заднего сидения Пат увидела светловолосую женщину, которая что-то читала. На сидении рядом с ней лежала дорожная сумка.       Женщина показалась Пат смутно знакомой, и она пристальнее вгляделась в ее лицо. Девушка точно ее знала, но где она могла видеть эту женщину, никак не могла вспомнить.       Осознание пришло к ней внезапно, и Пат даже дернулась на месте, подавшись вперед и убеждаясь в своей догадке.       В Форде совершенно точно сидела Пеппер Поттс. И она совершенно точно куда-то уезжала из Нью-Йорка.       Пат не знала, что подтолкнуло ее на принятие этого решения. Она и не принимала его вовсе. Она даже подумать не успела. Она просто высунулась из окна Ауди и, цепляясь руками за его крышу и крышу стоящего рядом Форда, легко перелезла в открытое окно чужого автомобиля. И очнулась только в тот момент, когда уже оказалась сидящей на заднем сидении Форда рядом с удивленной и напуганной Пеппер.       — Мисс Поттс, мне нужно с Вами поговорить!       Ей вдруг все стало предельно ясно: Тони Старк любит только одну женщину — и эта женщина сидит сейчас перед ней. И эта женщина собирается уехать. И эту женщину нужно переубедить в этом.       Пат вспомнила, как мрачнел Старк, если вдруг речь заходила о прошлом. Она вспомнила, что раньше всегда рядом с ним была она — Пеппер Поттс, женщина в тени, помощница Старка, его женщина. Пат даже не задумывалась до этого момента, куда вдруг она делась. Пеппер всегда была возле Тони, но в какой-то момент пропала. Исчезла. Растворилась в прошлом. Пат не знала, что произошло между ними, но она чувствовала: то, что она собирается сейчас сделать, будет правильно.       Это был порыв, и Пат не могла его сдерживать.       — Меня зовут Пат, — быстро заговорила девушка, словно испугавшись, что Пеппер может ее перебить и не дослушать. — Я…стажер Тони Старка.       Вертикальная морщинка, прорезавшая переносицу Пеппер, разгладилась. Она поняла, кто сидит перед ней.       — Так это ты та девушка которую обрекли дочерью Тони Старка? — спросила она с нотками доброй насмешки в голосе. — Рада познакомиться с тобой…вживую.       — Я не его дочь, — Пат покачала головой. — Понимаете, я… — она запнулась.       Сказать это вслух было очень трудно.       Пеппер ждала продолжения ее слов, склонив голову вбок и внимательно глядя на девушку. Пат собралась с духом и, понизив голос, призналась:       — Я — Человек-Паук. Я попросила мистера Старка взять меня в стажеры, и он взялся меня учить… — Пат покраснела, вспомнив, к чему привела ее эта стажировка. — Правда… Правда, я много дров наломала…       Пеппер улыбалась снисходительно и так по-доброму, как будто все, что ей рассказывала девушка, она уже знала.       — Подожди, — она прервала ее, положив руку на ее запястье. — Ты сказала, тебя зовут Пат?       — Да. Пат Паркер.       — Паркер? — взгляд Пеппер стал нечитаемым.       Не обращая внимания на странное поведение женщины, Пат продолжала говорить, быстро и то и дело сбиваясь:       — Я понимаю, что, если Вы ушли, на то были причины… Но ведь можно вернуться? Пожалуйста, выслушайте меня, — попросила Пат, видя, что Пеппер хочет что-то ей сказать. — Мистер Старк, конечно, не ангел, и его слова порой могут обидеть. Но все-таки он очень хороший, и он хочет, чтобы Вы вернулись, я уверена в этом!       — Это невозможно, Пат, — мягко улыбнулась Пеппер, но Пат вскинула руку вверх и заговорила еще быстрее, и говорила до тех пор, пока в легких не кончился весь воздух.       Вернуть Пеппер вдруг стало самой важной задачей.       Она должна отплатить Старку за все, что он для нее сделал.       — Вы не можете просто так уехать, мисс Поттс! Вы нужны ему, я это чувствую… Я такое чувствую. Мистер Старк… Это мужчина, о котором можно только мечтать.       «Тони Старк недосягаемый — раз, полигамный — два, старый — три!» — вспомнила Пат слова Флеша, и у нее защемило сердце. Ничего из этого списка не было верным.       Особенно второй пункт.       Может быть, раньше он и был полигамным, но Пат не видела в нем того Тони Старка, о котором говорили все вокруг.       Она видела Тони Старка, который за три месяца разлуки с Пеппер Поттс ни разу даже не взглянул на другую женщину. Она видела Тони Старка, который продолжал верить в нее даже тогда, когда остальные теряли веру в ее силы. Она видела Тони Старка таким, каким он был на самом деле: внимательным и, что бы про него ни говорили, постоянным.       И Пат хотела донести эту мысль до Пеппер Поттс.       Но Пеппер никак не желала понимать, что она счастливица из всех женщин, которые когда-либо были влюблены в Тони Старка.       — Пат, разбитое целым уже не будет, — сказала она, все так же улыбаясь. — Я уезжаю. К своему дяде. Мы уже обо всем говорили с Тони.       — Но почему?!       — Ты, может быть, поймешь, когда станешь старше. Мне уже не семнадцать лет, и я не могу ждать, когда решится то, что от меня не зависит.       — Я поняла, — Пат стало невыносимо видеть эту спокойную улыбку Пеппер. — Простите за беспокойство.       Она дернула дверцу и, открыв ее прямо на дороге и почти задев ею Ауди Старка, который все так же стоял в пробке. Как Пеппер может улыбаться, решая все за себя и за Старка? Тем более, решая не в их пользу. Тем более, зная, что все зависит от нее, и зная о том, что Тони Старк тоже это знает.       Пат не могла больше оставаться рядом с Пеппер. Она чувствовала, что снова сделала что-то не так.       — Пат! — остановила ее Поттс. — Подожди.       Пат, которая уже вышла из машины и стояла теперь посреди дороги между Ауди Старка и Фордом Пеппер, немного помедлила, решая, откликнуться на зов или проигнорировать его. И все-таки обернулась.       — Ты очень хорошая девушка, — сказала Пеппер со своей неизменной полуулыбкой на губах. — Но есть вещи, которые нельзя изменить. Есть люди, которых нельзя изменить.       — Изменить нельзя только прошлое, — огрызнулась Пат, щуря глаза от яркого солнца. — А будущее очень легко можно сломать. Вы говорите, мисс Поттс, что от Вас ничего не зависит, а я скажу Вам, что Вы не правы. Ошибки учат нас. Уж я это знаю.       Пат вдруг вспомнила, что опаздывает, и разочарование от неудавшегося разговора отошло на второй план, уступив место тревоге. Девушка запустила руку в открытое окно Ауди и достала оттуда свой рюкзак. Закинула его за плечи и, не оглядываясь больше ни на Пеппер, ни на Хеппи, который так и не заметил ее побега, пошла прямо по дороге, петляя между стоявшими в пробке машинами.       У нее ничего не вышло.       Но, по крайней мере, она попыталась.

***

      Утро понедельника.       Утро, которое обычно никто не ждет.       На дорогах пробки: машины сигналят, простаивая драгоценные минуты без возможности сдвинуться с мертвой точки. Люди спешат на работу или на учебу, но только Тони Старк в это утро никуда не спешит.       Он стоял у окна с чашкой кофе в руках, глядя на маленьких человечков, которые торопливо перемещались по улицам далеко внизу. Он принял решение еще вчерашним вечером, но почему-то не стал озвучивать его, отложив на потом. Он принял решение, но Пат о нем еще не знала, как не знал о нем никто другой, кроме него.       Он принял решение предложить Пат вступить в команду Мстителей.       Она слишком юна, совсем неопытна и за короткое время наломала кучу дров. Но она быстро учится, буквально схватывая все на лету. Она сильная и выносливая. Она ставит долг перед своими интересами и бережет свою тайну с осознанностью взрослого человека, много повидавшего на своем веку и не полагающегося ни на кого, кроме себя.       Кроме того, вступление Пат в Мстители — это единственный выход из того узла лжи, в который она так крепко впуталась. Объявление личности Человека-Паука решит все: одноклассники больше не будут гнобить Пат, а сама Пат больше не будет врать тете. Девушка будет под его контролем, и ему не придется больше волноваться за нее.       Тони сообщит ей о своем решении в среду, когда она вернется с Декатлона.       После ухода девушки в Башне снова стало тихо и тоскливо. Как бы Старк ни пытался не обращать внимания на эту гнетущую тишину, его никак не отпускало чувство пустоты. Он уже привык к Пат, и одиночество давило на него.       Чтобы заполнить тишину хоть чем-то, Тони спросил:       — Паучок понравится Мстителям, как считаешь, П.Я.Т.Н.И.Ц.А.?       — Я считаю, что Вам следует спросить об этом у них, — прошелестел в ответ приятный голос искусственного интеллекта.       Старк цокнул языком.       Он уже знал, что скажет ему каждый из команды.       Кэп спросит: «Она же совсем ребенок. Ты уверен в своем решении, Тони?»       Наташа поднимет правую бровь и бесстрастно скажет: «Ответственность за нее будешь нести ты».       «Ты опять за свое, да?» — спросит Роуди, и будет прав.       Все они будут правы.       И не правы в то же время.       Потому что они не знают Пат так, как знает ее он.       Потому что они не видели, как горят ее глаза, когда она отдает всю себя без остатка делу, ради которого ей пришлось пожертвовать своей спокойной жизнью.       Потому что они не знают того, что знает он. Пат уже не ребенок, как он сам считал еще совсем недавно. С момента их первой встречи Пат неуловимо изменилась. Повзрослела.       И Старк не успел заметить, в какой именно момент произошла с ней эта перемена.       — Я скажу им, — сказал Тони вслух спустя некоторое время молчания. — Но потом.       Когда Пат официально станет Мстителем.

***

      — Подожди меня здесь, ладно? — Гвен на ходу потрепала Пат за плечо и ушла вслед за ЭмДжей регистрировать команду.       Пат осталась стоять возле автобуса наедине с Флешем. Все одноклассники, едва приехав на место, россыпью кинулись к магазинам затовариваться чипсами и пепси-колой, руководитель команды вместе с ЭмДжей и Гвен ушли на регистрацию, Флеш остался у автобуса разгружать вещи, как самый сильный, а Пат осталась следить за тем, чтобы Флеш никуда не влез. Во время поездки он уже пытался на спор взломать аудиосистему, и что он мог выкинуть в следующий раз, никто не знал.       Пат стояла без дела, прислонясь лопатками к автобусу, и апатично глядела на то, как Флеш выгружает сумки из багажного отделения. Он на удивление долго молчал, и даже ни разу не обронил в сторону девушки какую-нибудь колкость, и Пат казалось это подозрительным.       Он как будто поджидал момент, приготовив очередную подлость. Пат не могла знать это наверняка, но быстрые взгляды, которые Флеш временами кидал на нее, ее настораживали и пугали.       Наконец, он поставил на землю последнюю сумку и повернулся к ней.       — Вот мы и одни, Паркер, — его лицо исказила хищная ухмылка. — Поговорим?       Пат еле удержалась от желания закатить глаза. Гвен была не права, ой как не права, когда сказала подруге, что теперь-то уж Флеш прекратит свои домогательства и отстанет от нее. Пат казалось, ничто на свете не способно перебить желание Флеша испортить ей жизнь.       — Нам не о чем разговаривать.       — Ошибаешься, Паркер. Есть много тем для обсуждения. Например, Тони Старк…       Он немного помолчал, выдерживая эффектную паузу.       И спросил:       — Он хорош в постели, Паркер?       От такого вопроса Пат подавилась воздухом и закашлялась. Ей не хватало возмущения, чтобы выразить свое отношение к однокласснику. Она невольно сжала руку в кулак, борясь с желанием съездить им по самодовольному и чрезвычайно нахальному лицу парня, и ограничилась лишь тем, что процедила:       — Ты придурок, Флеш!       Флеш громко хохотнул. Его глаза все так же пожирали девушку взглядом, но Пат видела, что он уже удовлетворил свою жажду и подколов от него ждать больше не следует. В ближайшее время.       Кряхтя, Флеш закинул себе за спину сразу два тяжелых рюкзака и с видимым усилием поднял с земли еще две сумки.       — Жди меня тут, малыш, — улыбаясь, сказал он, и Пат покоробило от этого его слова — «малыш». Малышом ее звал и Старк, но в его словах это не было издевкой.       Вскипев окончательно, девушка подошла к оставшимся вещам и, легко подняв самую тяжелую сумку и взяв еще одну подмышку, обогнала Флеша и в быстром темпе пошла к гостинице, в которой остановилась ее команда. Пусть он думает, что хочет, но под его дудку она плясать не станет. Обернувшись назад, Пат увидела красное от натуги и чрезвычайно обескураженное лицо Флеша и про себя восторжествовала.       — Паркер, стой!       Он догнал ее уже у самого входа.       — Ну ты и монстр, Паркер…       — Чего тебе надо, Флеш?       Флеш бухнул сумки прямо на пол и отер рукавом пот.       — Приходи сегодня ночью на крышу. Я тебе кое-что покажу.       Пат растерялась. От Флеша она ожидала чего угодно, но только не этих слов.       Он ехидно сощурился.       — Ты же у нас любительница бегать по крышам в маске и красно-синем трико, — добавил он, и Пат не выдержала.       Сумка, которую девушка держала в руке, упала на землю. Пат размахнулась и влепила Флешу звонкую пощечину.       — Иди к черту, — прошипела она, разворачиваясь, чтобы уйти.       — Ты еще пожалеешь об этом, Паркер! — услышала она вслед отчаянный и донельзя обиженный крик Флеша, но даже не обернулась.       Лишь молча завернула за угол и в душе пожелала, чтобы Флеш споткнулся где-нибудь на лестнице и пересчитал все ступеньки своей пятой точкой.

***

      — Декатлон завтра. Настоятельно рекомендую сегодня выспаться, утром у нас еще будет время потренироваться. Хочу напомнить…       Монотонный голос ЭмДжей убаюкивал, и Пат из последних сил боролась со сном. На всякий случай она облокотилась о стену. Гвен, которая стояла рядом с ней, находилась в том же состоянии на грани сна и реальности, да и остальные выглядели не лучше. Бассейн, который они нашли в отеле, забрал последние их силы, и все ждали только одного: когда ЭмДжей договорит и отпустит их по номерам.       ЭмДжей отпускать их не спешила.       — Все все поняли?       Все, как один, закивали головами, хотя Пат готова была поспорить на что угодно, что они, так же, как и она, перестали слушать ЭмДжей где-то на середине ее монолога.       — Тогда до завтра.       Пат смотрела на то, как ее одноклассники торопливо забегали взад-вперед по коридору, щебеча, как стайка птичек, и прощаясь друг с другом перед сном. Гвен потянула ее за руку, и только после этого она очнулась от оцепенения.       — Идешь спать? — спросила подруга.       Пат кивнула.       — Тогда пошли. Если мы будем медлить, наш капитан, того и гляди, вспомнит еще что-нибудь, и тогда уж точно — прощай, сон!       Их номер располагался в самом конце коридора. Уютная комната с двумя кроватями, светильниками-бра на стенах и большим окном с бархатными тяжелыми шторами. На полу — мягкие ковры, в углу столик и два пуфа. Большой шкаф в углу, справа от входа — дверь в ванную комнату.       Гвен зашла в комнату первая и с разбега прыгнула на кровать. Длинные светлые волосы взметнулись от ее движения вверх и упали ореолом вокруг ее головы.       — Наконец-то! — она поочередно скинула с ног туфли и приподнялась на локтях. Продолжая все так же лежать на животе, она, болтая в воздухе ногами и глядя на Пат своими голубыми глазами, улыбалась так, как может улыбаться только счастливый человек. — Наконец-то я высплюсь! Мне брат сегодня поспать так и не дал — всю ночь смотрел фильмы. Когда-нибудь мое терпение лопнет, и он у меня за все получит!..       Пат разулась и, последовав примеру подруги, растянулась на мягкой кровати. Она закрыла глаза, и голос Гвен, которая что-то еще рассказывала, стал таким глухим и далеким, как будто она слышала его из-под воды.       — …он стал странный какой-то. Всю неделю провел в школьной лаборатории. Я подозреваю, что он пытался сделать паутину, ну, как у Человека-Паука. Ты же знаешь, он большой его поклонник. Поэтому и возмутился, когда была… э-э-э… та история. Он до сих пор кипит от негодования, когда слышит теории о том, что Человек-Паук — это девушка. А я не понимаю, почему все считают, что девушка не может быть такой, как Человек-Паук. По-моему, это…       — Подожди, — Пат распахнула глаза, тщетно пытаясь поймать ускользающую от нее мысль. — Что ты сказала?       — А? — Гвен замолчала и свела брови к переносице, вспоминая. — Ну, я говорила о том, что Флеш не верит в то, что Человек-Паук может быть девушкой…       — Нет, до этого. Ты сказала, что Флеш стал засиживаться в школьной лаборатории?       — Ну да.       — А что он там делает?       — Да кто его знает.       Пат знала.       Вернее, догадывалась.       Гвен была права, когда сказала про паутину. — в школьной лаборатории Флеш делает то же, что делала Пат, когда у нее еще не было костюма, подаренного ей Тони Старком.       «Приходи сегодня на крышу».       «Придешь? Ты же у нас любительница прыгать по крышам в маске и красно-синем трико…»       Пат похолодела.       Паучье чутье, спавшее в ей так долго, снова напомнило о себе. Слова Флеша, которым она днем не придала никакого значения, вдруг приобрели совсем иной, жуткий смысл.       Пат рывком села на кровати и стала быстро натягивать на ноги кроссовки.       — Ты куда? — Гвен недоуменно следила за лихорадочными движениями подруги и, очевидно, не могла понять причину ее странного поведения.       — Я кое-что забыла… На ресепшене.       Пат сунула в карман ключ-карту и сказала уже на ходу:       — Меня не жди, ложись спать!       Она бежала по коридору, не чувствуя под собой ног. От Флеша можно ожидать чего угодно. Флеш в своем стремлении что-то ей доказать может сотворить что угодно. Флеш никогда не разбирался в химии.       Флеш просто придурок, в конце концов.       И если с ним что-то случится, это останется на ее совести.       Лифт ехал слишком медленно, будто издеваясь над ней. Медленно закрывались двери, невыносимо медленно сменялись цифры на дисплее. Двери лифта разъехались в стороны. Теперь направо — вверх по лестнице на крышу. Дверь открыта.       Флеш уже там.       «Приходи ночью на крышу, Паркер».       — Флеш!!!       Он стоял за перегородкой и, услышав ее голос, обернулся. Поднял вверх руку. На ней — огромная капсула наподобие того паутиномета, что использовала Пат раньше.       — Что ты делаешь?       — Я хочу доказать, что Человек-Паук — обычный человек. Видишь? Так может каждый. Я разгадал его секрет.       — Флеш, не надо!       — Волнуешься за меня, Паркер? Я всегда знал, что рано или поздно ты поймешь, как была глупа, когда отвергала меня.       — Ты придурок, Флеш! — процедила Пат в который уже раз за этот долгий день, медленно приближаясь к тому краю, возле которого стоял парень.       Он не прыгнет.       Он понимает, что это глупо.       Он сам боится стоять там, за перегородкой, но никогда в этом не признается даже самому себе.       — Я все поняла, Флеш. Мне не надо ничего доказывать. Пожалуйста, перелезь обратно…       — А если не перелезу?       — Твои проблемы, — страх вдруг уступил место злости. Пат отчаянно не понимала, что она вообще тут делает, но почему-то не могла развернуться и уйти.       — Не только мои, очевидно, — явно издеваясь над ней, ощерился Флеш. — Раз ты пришла сюда, значит, волнуешься за меня.       — Я сейчас уйду.       — И не увидишь доказательство моей правоты?       Господибоже…       — Послушай, — она сделала еще один шаг вперед. Отчаяние боролось в ней с нездоровым возбуждением, а сердце, заходившееся в сумасшедшем ритме, давно уже болело. — Это же просто глупо! Ты же не можешь знать наверняка: сработает эта штука или нет…       — Я ее проверял, прежде чем прийти сюда, Паркер! — выплюнул ей в лицо Флеш. — Я не такой идиот, как ты думаешь!       — Я так не думаю!       Вранье.       — Просто послушай меня сейчас и перелезь обратно.       Флеш в сомнении посмотрел сначала на Пат, потом на крышу соседнего дома, на которую он, очевидно, хотел перепрыгнуть, и заявил — неожиданно нагло даже для самого себя:       — А что мне за это будет?       — Останешься жив, — теряя терпение, прорычала Пат.       Он секунду колебался, очевидно, размышляя над тем, дать ли ей себя уговорить или еще поломаться. В итоге он вздохнул и стал поворачиваться.       Глядя на то, как он лезет обратно на устойчивую поверхность, Пат вздохнула с облегчением. Расслабившись, она скрестила руки на груди, представляя, что с ним сделает, когда он будет в зоне ее досягаемости. Флеш вел себя так, как будто делал ей одолжение, и это раздражало.       Невероятно раздражало.       Все еще стоя за перегородкой, Флеш поднял голову и наметанным глазом тут же оценил ее состояние. Он манерно отнял ладони от перил и самодовольно осклабился.       Лениво растягивая слова и явно испытывая терпение девушки, протянул:       — Ну ла-адно, Паркер. Раз ты так про…       Пат увидела, как он взмахнул руками, а потом исчез. Став свидетельницей того, как Флеш, не удержавшись на скользком выступе, сорвался вниз с двадцатого этажа, она даже не вскрикнула, забыв от страха, как дышать.       Поймать!       Ее оцепенение длилось долю секунды — тело девушки само подалось вперед, и Пат, перегнувшись через перила, быстро задрала рукав. Паутина выстрелила мгновенно, но, зацепив Флеша за руку, оборвалась. Следующая намертво обхватила его поперек тела, и Пат изо всех сил потянула его на себя. Два быстрых движения, и, прежде чем непрочная паутина оборвалась, девушка уже крепко держала Флеша за руку. Парень, от ужаса цепляясь за все, что попадалось ему под руку, никак не мог взобраться на крышу, и его ноги скользили по гладкому краю. Пат судорожно вздохнула и, схватив Флеша за воротник рубашки, втянула за перила. Он упал, как подкошенный, придавив ее собой, и, тут же вскочив на ноги, в ужасе уставился на свое тело, опутанное липкой паутиной.       — Так ты…       Он открывал и закрывал рот, как выброшенная на берег рыба, и не мог словами выразить то, что хрипами вырывалось из его груди.       — …это ты?!       Тяжело дыша, Пат встала на ноги.       — Нет. Забудь все, что сейчас произошло.       Она потерла запястья. Руки сильно болели. Никогда раньше Пат не использовала свою собственную паутину как-то иначе, нежели открыть дверцу шкафа, если лень вставать с кровати, и достать с верхней полки банку кофе.       — Ты издеваешься?! — истерически выкрикнул Флеш, срывая с себя остатки невесомой нити и кидая их на пол. — Забыть? Забыть?!       В считанные секунды Пат оказалась рядом с ним и с силой зажала ему рот ладонью.       — Ты. Никому. Не расскажешь. О том. Что случилось. Сегодня. Ночью. — Прошипела она, растирая покрасневшее левое запястье и тщетно пытаясь унять дискомфорт. — Ты понял меня? — злость и нечеловеческое напряжение, которые копились в ней все эти растянувшиеся в вечность минуты, прорвалась наружу, и Пат чувствовала, что не может остановиться.       Она схватила Флеша за грудки и встряхнула с такой силой, что ноги несчастного на секунду оторвались от земли.       — Ты понял меня?!       — П-понял… — выдавил из себя Флеш, истерически всхлипывая и размазывая по щекам слезы тыльной стороной ладони.       Пат сама не знала, откуда у нее взялись смелость и сила, чтобы командовать Флешем, но, судя по всему, у нее был слишком суровый вид — парень притих и как-то весь обмяк, и только его широко распахнутые глаза смотрели на нее испуганно и удивленно. Вся спесь слетела с него, и теперь он выглядел жалким и растерянным.       Пат убрала руки.       — Спокойной ночи, — сказала она и сама удивилась, как спокойно и ровно прозвучал ее голос.