Техническое обслуживание и ремонт

      Мытьё — это всегда упражнение в притворстве: будто эта нога его, будто эта нога не его, будто скоро это всё закончится.       По крайней мере, она водонепроницаемая, ведь ранние модели кибер-протезов оставляли желать лучшего в отношении гигиены.       Джон наскоро обтирается, довольный, что дверь оставалась закрытой всё время, пока он мылся. Чуть больше усилий уходит на обсушивание плеча и ноги (если он сделает это как надо, полотенце впитает синтетичность его протезов. Если он сделает это как надо, то снова станет нормальным и цельным).       Он бреется, тщательно сосредоточившись на процессе, а не на лице, на щетине, а не на рубце, касающемся основания шеи. Когда Джон заканчивает, то отступает и опускает глаза. (Пока он не смотрит на рубец, тот не существует).       Джон собирается взять дело в свои руки, а сам с трудом признает нынешнее состояние своего тела.       Он просто не может признать его сейчас.       Приглушённый голос Шерлока нарушает его обострённое спокойствие:       — Собираешься прятаться там весь день?       Со вздохом Джон заканчивает одеваться и открывает дверь. Его кожу обдаёт прохладным воздухом. Одно бедро покрывается мурашками, другое просто докладывает об этом. Джон ухмыляется, обнажая зубы:       — Всё в твоём распоряжении.       Очередь в аптеке длинная и медленно движется, кажется, что у всех тысяча и один вопрос о простуде и гриппе, и Джон краем уха слышит, как несколько безмозглых родителей возмущаются, почему они не могут получить антибиотики, чтобы вылечить грипп у своих детей или у самих себя.       Ближе к своей очереди, Джон достаёт рецепт и замечает впереди знакомое лицо: блондинка из комнаты ожидания в клинике. Она повёрнута к Джону неповреждённой стороной лица, но он видит как слабые следы травления на лбу и подбородке извиваются по контуру лица, как вьюнок по изгороди.       Она замечает его взгляд, и Джон может точно прочитать цепочку её мыслей, возникающих в голове: «Почему этот мужчина смотрит на меня? А, он заметил моё состояние. Погодите, он выглядит знакомым — ? О, клиника».       Она явно расслабляется и сдержанно улыбается ему. Джон возвращает улыбку, а затем шагает вперёд, чтобы провести приём и приобрести: антибиотики широкого спектра для профилактики, «суп» (суспензия в физрастворе наноуправляемых биогенных веществ, отформатированных под определённые клетки имплантированной ткани), и, разумеется, антидепрессанты (стандарт для всех, кого облагодетельствовали кибернетикой).       Пришлось убалтывать и упрашивать, чтобы получить рецепт на антибиотики (зачем ему без инфекции?) и «суп» (обычно техники отвечают за его применение), но Джон взял верх.       Теперь основная сложность — это найти место хранения для лекарств, чтобы Шерлок не нашёл и (неизбежно) не включил их в свои эксперименты.       Когда Джон выходит из аптеки и поворачивает в сторону Бейкер-стрит, взвешивая плюсы и минусы разных мест хранений, то не сразу понимает, что за ним кто-то идёт. Он поворачивается и видит блондинку прямо рядом с собой. Она улыбается, более открыто на этот раз, обнажая зубы (половина настоящие, остальные выглядят слишком настоящими, чтобы являться таковыми).       — Привет, — говорит она и только по этому слову Джон понимает, что голосовые связки у неё не свои. — Ты всегда так рассеян или только когда думаешь о ком-то особенном?       Джон фыркает:       — Вряд ли.       Он подстраивает шаги, поэтому они удобно идут бок о бок. Она на дюйм или два выше него, но Джон без проблем шагает с ней в ногу — он всегда предпочитал долгие прогулки, а не бег на короткие дистанции.       — Видела тебя в клинике, — продолжает она. — Думала, что представилась — я — Мона, — говорит она.       — Джон, — он улыбается Моне, а она улыбается в ответ.       — Как всё прошло? — Шерлок почти не отрывает глаз от ноутбука.       Изобилие ботинок исчезло, но Джон улавливает запах духов миссис Хадсон и проявляет достаточно благоразумия, чтобы благодарить своего соседа.       — Что? — спрашивает он вместо этого. — Аптека?       — Нет, не будь занудой. Очереди в аптеке предсказуемо длинные и травмирующе скучные. Я говорил о твоём свидании.       — О моём — чём?       — Когда ты зашел домой, то вытащил пакет с лекарствами из внутреннего кармана, ты бы не стал убирать его туда без причины, только если бы зашёл ещё куда-то после похода в аптеку. Ты уже сегодня ходил за покупками, значит, это не магазин.       Шерлок откидывается на спинку дивана и смотрит на Джона.       — Кроме того, есть следы пирожных — хлопья легко отличить от хлебных крошек — а так как ты избирательный сладкоежка, то не стал бы потакать своей слабости из соображений экономии. Если бы ты встречался с другом, то выбрал бы пиво в пабе, а не пирожные в кафе. Дальше, когда ты только что выложил ключи, то всё ещё держал телефон в руке — ты хранишь его в нагрудном кармане, так что у тебя была причина, чтобы достать его — просмотреть номер, прочитать новое сообщение. По этим признакам очень просто восстановить картину твоего дня.       — Это… — «удивительно, потрясающе, как всегда», — на самом деле косвенные признаки.       Шерлок улыбается.       — Да, но ты только что не стал их отрицать. Так кто она?