Либо ты, либо я

POV Максим Дом встречает меня теплом, уютом и запахом свежих оладий. Соня, вся такая милая и летящая, выбегает из кухни мне навстречу и обнимает за шею. Не могу не прижать её в ответ к себе, особенно когда больше всего нуждаюсь в её улыбке. На ней довольно мило смотрится фартук под гжель, который на самом деле явно сестре велик. Сонька вся такая мягкая, нежная, ароматная, что даже все плохие мысли успели покинуть меня. Моя самая любимая сестрёнка, которая и была для меня маяком в этом море отчаяния и унижений на протяжении всех трёх лет. Если бы не её забота, я бы просто сгнил, если бы я не чувствовал, что она во мне нуждается, то давно бы сдался. - Ты как раз к обеду, оладьи уже готовы, - ласково улыбается мне сестра, мягко касаясь моей скулы и сразу же недовольно хмурясь. - Сонь, твоими вкусняшками на весь подъезд пахнет, - беря её ладонь в свою, чуть сжимаю, тем самым прося не волноваться обо мне. Пока я скидываю с себя верхнюю одежду и обувь, сестра стоит, сложив руки на груди, и смотрит на меня не укоризненно, но внимательно. Ох уж эта поза а-ля «я-всё-знаю». Женщин с рождения этому учат? - Он опять доставал тебя? – спрашивает Сонька, пренебрежительным тоном выделяя «он» дабы показать всю степень своего отвращения к человеку, которого она недолюбливает заочно. - Да не волнуйся, Сонь. Ничего особенного. Сегодня от меня довольно быстро отстали, - оказавшись дома, чувствую некий подъём сил и духа, так что уже прытко ныряю на кухню, где меня ждёт не дождётся мой ненаглядный обед. - Ему когда-нибудь надоест вообще? – недовольно вздыхает она, садясь напротив меня и с удовлетворённым видом наблюдая, как я самозабвенно уплетаю её шедевры один за другим. - Не думаю. Он слишком упрямый и тупой. - Не болтай с набитым ртом, - хмыкает сестра и поднимается, отправляясь в свою комнату. – Мне нужно готовиться, завтра зачёт по истории. Так что по пустякам не беспокоить, еда, если что, в холодильнике. Достанешь – погреешь, руки не отвалятся. - Злая ты, - бурчу недовольно ей вслед. – На ужин всё равно позову. - Не смей! – доносится её возмущённый возглас уже из комнаты. - Мваххаха, - стараюсь смеяться, как сумасшедшие злодеи во всяких фильмах, что у меня, кстати, неплохо получается. После того, как я досыта набиваю свой желудок, наступает время, которое я называю «ни о чём», это примерно часов до 9 вечера с небольшим перерывом на ужин часов в 7. Собственно, в это время я занимаюсь мастерским лавированием по интернету, общением в социальных сетях, поиском всякой ненужной, но очень интересной мне информации и просто прослушиванием музыки, иногда ещё смотрю фильмы, если не лень, конечно. Но сейчас первоочередной задачей является зализывание ран. Да, обрабатывать чуть ли не каждый день свои «боевые ранения», безусловно, надоедает, но без этого просто не обойтись. Для начала сходил в душ, чтобы смыть с себя всю усталость этого дня, а затем уже принялся кропотливо обрабатывать каждый синяк и царапину на руках, рёбрах и морде. В этот раз у меня это не отняло много времени, так как отделался я легко. А вот уже после этого я со спокойной душой и чистой совестью отправился бездельничать. Да, я человек, который не может долго думать о чём-то одном. Час назад мои мысли были всецело заняты лишь необъятной ненавистью к Самойлову, а сейчас я уже радуюсь в предвкушении релакса. Это на меня так действует перемена обстановки. Только шагнув за порог дома и ощутив уют, я сразу оставил все плохие мысли позади, чтобы не давать им проникать слишком глубоко в мою личную жизнь. Дом есть дом, и это не место для проблем со стороны. И уж тем более Самойлов не заслуживает того, чтобы я думал о нём так много. Сам не замечаю, как время уже подкрадывается к семи, но вовремя отлипаю от экрана и иду звать Соньку ужинать. - Я же сказала, что это не уважительная причина, чтобы меня отвлекать! – недовольно выпалила она, не забыв запустить в меня тетрадью, которая своей цели, к счастью, не достигла, а лишь поздоровалась с дверью. Думаю, сестра зря так сильно беспокоится об учёбе, ведь она у меня просто умница. Но она права в том, что не даёт себе распуститься, как я, потому что первый курс, как и всегда, - на вылет. Хотя, она больше боится лишиться стипендии, чем вылететь, ведь хоть какая-то копейка, а уже приятно, особенно в нашем с ней положении. Пусть даже я тоже получаю стипендию и работаю, но моя работа – дело приходящее, не постоянное. Работаю я переводчиком в одной из множества команд, перевожу мангу с английского на русский, но денег получаю за свой скромный труд достаточно много, потому что на должности переводчика и корректора у нас числится одна и та же личность – я. Две вакансии – две зарплаты. Хотя за корректуру и платят меньше, чем за перевод, но платят же. Однако вся моя работа зависит от того, насколько быстро выйдет новая глава, а затем уже как скоро её переведут на английский, так что всё упирается во время. Поэтому мне иногда и приходится на заказ переводить разные тексты: рассказы, статьи и прочее. Далее наступает роковой момент, а именно 9 вечера, и в моей комнате, которая на самом деле является залом, разгорается бурная деятельность. Самое время начать готовиться, как Соня, ко всяким зачётам, переписывать лекции и делать доклады. За всеми этими делами я могу скоротать и всю ночь, поспав лишь под утро пару часов, а затем уже бодрым или не очень отправиться на учёбу. Но новый день для меня не задался с самого утра. Начнём с того, что я проспал, а сестра и не стала меня будить, решив, наверное, что мне не к первой паре. О, как же она ошиблась! Поскольку идти ко второй паре не вариант, потому что, если я опаздываю, то опаздываю на весь день, я начинаю спешно собираться. Покидав в сумку каких-то тетрадей, вынесся из дома, даже не оглядев, что надел. Про завтрак и упоминать не стоит. Не помню, когда последний раз нормально ел утром. Добежать до универа удалось – о боже! – за восемь минут вместо положенных пятнадцати, так что я едва успел приземлиться на стул рядом с помятым Антоном, как в аудиторию зашёл лектор. И понеслась. Весьма и весьма увлекательная лекция о том, что философия – это основа всех основ, необходимая для нормальной жизни всего общества и каждого человека в отдельности и так далее и тому подобное. Мне не то, что бы было не важно, просто этот неприятный во всех отношениях мужчина никогда не любил интересно преподносить объект обсуждения. - Тох, сделай лицо попроще, - шёпотом обращаюсь к другу, который сейчас очень похож на енота с плоской мордой, что означало, что он, как и я, не выспался сегодня. - Куда уж проще, - проворчал Якунин, всё же пытаясь непонятными движениями нижней челюсти размять лицо и привести свою мимику в порядок. – Я спал полтора часа. - Лошара, - тяну насмешливым тоном, попутно тыкая его под рёбра, - А я два. - Куртизанка, - шипит он мне в ответ и старается отодвинуться или отодрать от себя мои руки. - Кстати, где Рита? - Какой ещё кстати? – возмущается друг, но, поймав мой виноватый взгляд, отвечает недовольно и нехотя. – Не знаю, наверное, с Владиком своим на свиданку убежала. Блять, он же мелкий вообще! - Где она его хоть откопала? Первокурсник же. - Говорит, у Любы на квартирнике. Голову бы оторвать этой Любе, вечно всё портит. - Ну, ты сам виноват, - резонно замечаю, пытаясь осадить друга, что мне удаётся, и он просто сползает ещё ниже под стол, безвольно откидывая голову назад и обречённо вздыхая. - Да знаю я, - тянет устало и сипло и, даже не взглянув на меня, добавляет. – Разбуди, когда всё это закончится. Киваю и остаток лекции сижу в полной прострации, залипнув на одной точке, а в голове только и вертелось – не спать. После этого у нас должно было быть две пары по академическому английскому в соседнем кабинете, куда я и дотащил практически бессознательного Тоху. Там, рядом с нашим местом, уже сидела довольная Соколова, разглядывая своё отражение в маленькое карманное зеркальце и поправляя макияж. - Ну и где ты шлялась? – не блистая вежливостью, интересуется у неё Антон, плюхаясь на своё место. - Я не шлялась, а была в кафе неподалёку. С Владичкой, - опять мечтательно вздохнув, девушка решила поведать нам о замечательно проведённом времени. – Мы с ним утром случайно встретились в коридоре, и оказалось, что у него нет первой пары, и он… Договорить подруга не успела, так как её перебил разозлённый Тоха. - Эй-эй, притормози. Никому не интересны подробности твоей личной жизни, - слишком грубо осадил девушку друг, изображая крайнюю степень безразличия, даже картинно зевая. - Бука ты, Тоша, - надув губки, шепчет Ритка и отворачивается от него, явно не намереваясь продолжать. Что самое странное, я давно заметил, как терпимо и ласково она относится ко всем его взбрыкам и выкидонам. Всегда прощает ему обиды, ласково называет и часто приглашает нас обоих в гости, кормит и почти каждый день угощает конфетами, чтобы на парах мы не умерли с голоду. А этот идиот из-за своей вспыльчивости ничего не видит дальше своего носа. Думаю, у них могло бы что-то получиться, если бы он приложил достаточно усилий. Но совсем другой вопрос, сколько бы это «что-то» продлилось. А из любви, как известно, дружбу не вернёшь. Ну, да и ладно, это вообще не моё дело. Пусть сами разбираются со своими отношениями. Не хватало ещё от них нагоняй получить за излишнюю заинтересованность. Стоит ли говорить, что две пары по академу – это целая вечность? Там совершенно нечего делать. Я успел подремать, поторчать в аське, нарисовать какую-то белиберду на корочке тетради, попереписываться с Тохой и Риткой, почистить сапоги и даже настрочить смс Соньке с просьбой сегодня приготовить мой любимый плов. И о спасительная минутная стрелка, я так тебя люблю! С такой же прытью, как сейчас, я бегал только в магазин за едой, пожалуй. Спешно одеваясь в гардеробе и попутно болтая с друзьями, я совсем забылся, так что неожиданно с силой приземлившаяся на моём плече ладонь даже сумела меня напугать. - Привет, конфетка, - этот язвительный шипящий голос позади и пронизывающий взгляд зелёных глаз, который я чувствую на себе, даже стоя спиной к этому ублюдку. - Что на этот раз, Самойлов? – как можно более недовольным тоном спрашиваю я, разворачиваясь к нему в пол-оборота и окидывая не менее презрительным взглядом. - Сегодня у нас вечеринка по случаю выигрыша на районном конкурсе, и ты, естественно, идёшь. - С чего это я иду? Не помню, чтобы я записывался в ЧГК. - Записывался, не записывался, но будешь составлять мне компанию. - Я тебе, что, шафер? Иди и пригласи девчонку какую-нибудь. Нечего позориться, а то тоже прослывёшь педиком, - бросаю в его сторону как можно более пренебрежительно. - На квартире у Калинина в восемь вечера. Чтоб был, - сообщает он тоном, не требующим пререкательств. Но это для меня совершенно ничего не значит, потому что идти туда я всё равно не собираюсь, как бы он меня ни запугивал. Даже отвечать ему ничего не стал, просто отвернулся и продолжил разговор с Тохой и Риткой. - А он властный, - подметила подруга, кидая заинтересованный взгляд вслед Кириллу. - Скорее уж наглый, - оскалившись, выдаёт Антон и смеётся как-то нехорошо. - Закрыли тему. Предлагаю сходить куда-нибудь сегодня вместе. - Какой сходить, ты о чём? – недовольно тянет Якунин, выворачивая пустые карманы своей куртки. – Я на мели. - Ну, в кино, например, - уже менее уверенным тоном тяну я, с надеждой глядя на Риту. - Не вариант, у меня тоже денег нет, - вздыхает она, но тут же загорается какой-то новой идеей. – Слушайте, а пошлите ко мне, у меня фильм посмотрим! - Ты уверена? Тебе придётся нас кормить, - нагло улыбаясь, предупреждает её друг, на что та лишь хмыкает. - Можно подумать, это для меня что-то новенькое. - Меня не кормить, дома Сонька обещала плов сделать, - уже выйдя на улицу, прошу Риту, которая просто кивает. – Кстати, что смотреть будем? - Призрачный гонщик! – радостно выкрикивает Антон, почти подпрыгивая. - Тебе ещё не надоело? Ты же весь фильм можешь без запинки процитировать, - устало тянет Соколова, косо взглянув на него. - Короче, на месте определимся, - подытоживаю я, ускоряя шаг, чтобы быстрее добраться до квартиры подруги и оказаться в тепле.