Высокие отношения

Петра сидела напротив меня, забавно болтая ногами. Она, как и любая женщина, естественно подметила вторую пустую кружку, стоящую на столе. — Ой, у тебя уже с утра, кто-то побывал? — непринуждённо спросила она, но где-то в моей голове щёлкнула мысль, что не стоит мне говорить о том, что здесь была Берта. — Эрвину, как всегда, не спится, — соврал я. Как всё запуталось…она смотрит на меня, с надеждой, хотя, по-сути, между нами не было ничего такого. Один не свершившийся поцелуй в библиотеке, и один поцелуй, свершившийся против моей воли, можно в расчёт не брать. И всё же, я сомневался. Кого выбрать? Милого ангелка, Петру? Или, ледяную демоницу, Берту? Моё сердце делало ставку на демона, а разум, ратовал за ангела. Хотелось стукнуться головой, об стену. — Эээ, Петра… — начал я. — Да, Леви? Блин. Она с такой готовностью отвечает, что мне, стало стрёмно заканчивать фразу, в которой я должен был поставить все диакритические знаки над буквами «е» и «и». Поэтому я только и смог, что сказать: — У меня тут, работы много…а меня Эрвин и так отвлёк. Поэтому, заходи ко мне попозже, лады? — Конечно. А хочешь, я помогу? Я покачал головой. Мне необходимо подумать, а ещё, выпить чаю. А потом снова подумать, и, дописать, наконец гребаный отчёт, а то Эрвин мне натянет глаз, на непечатное место. Перевалило за полдень, когда я закончил отчёт, а мой желудок выразил свой протест, хозяину-говнюку, громким, недовольным бурчанием. Я пошёл в столовую. По пути, моё внимание привлекли звуки склоки, доносящиеся из бытовки. Вообще, я не особо любопытный, но голоса были, до боли знакомые, да и дверь была приоткрыта, в общем, всё говорило за то, чтобы остаться и послушать. — Петра, да что же ты, такая упрямая-то? Не нужна ты капралу! — расточался Оруо. На что, та, в ответ только хмыкала. — Петра, ну послушай же! Пожалуйста, я даже, «пожалуйста», готов сказать, а мы ведь знакомы с детства, считай. Много ли раз, я это слово употреблял? — Я слушаю тебя, Оруо, — вздохнула она, — с чего ты взял, что я не нужна капралу? Ты что, сам спросил у него? — Я это вижу, Петра. Он смотрит на другую женщину, не на тебя. Ты, может и не видишь этого, но я-то, замечаю. — И как ты это понял? Само провидение тебя навестило? Может ты знаешь, когда мы победим, чего о такой ерунде-то, распыляться? — Нет. О таких вещах, мне неведомо. А вот влюблённый взгляд…я способен заметить. Потому что, я и сам так смотрю на девушку, которой до меня и дела никакого нет… — Оруо, ты влюбился? Странно, почему я об этом не знаю. Ну и кто она? Я с трудом подавил желание хмыкнуть. О том, в кого влюблён Бозард, знали даже новички в разведотряде. Бедняга Оруо…но, если тебе вдруг удастся…тогда я буду чуть свободнее в выборе, хотя, по-сути, я уже его сделал. — Ты, что, издеваешься надо мной? — вспылил парень, — кто она? Петра, ты серьёзно, такая слепая? — Но, я не знаю, кто она, — растерянно, и очень тихо сказала Рал. — Я…тебе…покажу, — выдохнул он. Я услышал шорох. Немного отлипнув от стены, я заглянул в бытовку. Оруо прижал Петру к стене и, поцеловал. Девушка, сначала, колотившая его по спине, внезапно прижала парня, к себе, и ответила на поцелуй. Так…похоже, мне здесь делать больше нечего, пойду поем, что ли, а то мой желудок уже к позвоночнику пристаёт. Я, с наслаждением ел суп, когда в столовую ввалилась, красная, как рак, Петра, а за ней, с блаженной радостью на лице, шёл Оруо. — П-приятного аппетита, капрал, — пискнула она. Я лишь кивнул в ответ, продолжая есть. — Я…хотела поговорить с вами. Можно? Я проглотил хлеб, который жевал. — Можно. Говори. И не выкай, помнишь? — Такое дело…в общем. Вы…ты нравишься мне, ты знаешь, да? Я вздохнул: — Да, Петра. Я знаю. — Ты…очень хороший и добрый. Но…я… Неожиданно подал голос, доселе молчащий Оруо: — Господи, да просто скажи, что ты со мной. Мне казалось, что тебе понравилось целоваться. — Молчи, дурак! Он обо мне плохо подумает! — вспыхнула девушка. Как мило. Ругаются, как старые супруги. — Петра, Оруо. Я рад за вас, честно. Будьте счастливы. Ээ, как там…совет, да любовь, всё такое. Плохо я не стану думать, ни о ком. Прости меня, Петра. Оруо даже слезу пустил. — Капрал, — он звучно шмыгнул носом, — вовек, не забуду вашей доброты и благородства. Я только хлопнул его по плечу и, вышел из столовой. Настроение пошло в гору, а боль, терзавшая виски отступила. Ну, Берта, теперь ты не отвертишься от меня. Я сдал отчёты Эрвину и пошёл к себе. В голове играла незатейливая мелодия. Всё было нихрена не определено, а Петру, я, считай, профукал. Ну, теперь остаётся только нанести решающий удар по крепости, по имени Берта Штайнер.