Fragile

      Ни один выходной не проходит без этого. Они проводят слишком много времени вдвоём, но это не кажется странным, по крайней мере Тэхёну, который верным щеночком таскается за Хоби-хёном, дурачится порой немного зло, при этом оставаясь всё таким же милым и глупеньким. Но Юнги что-то подозревает. Где-то через полтора месяца он начинает замечать. И ему это совсем не нравится.       – Что происходит? – Спрашивает он в лоб у растерянного Кима, который не без удовольствия потягивает сладко-пахнущий фруктовый чай после завтрака, на который оба не попали.       – А? – Тэхён склоняет голову набок и разве что хвостом не машет.       Юнги думает, что мог ошибиться. Мог что-то не так понять. Ведь... Тэхён бы не стал, правда? Он ведь умный, хоть и не выставляет этого напоказ. Он не стал бы вредить себе.       Этот вечер они вместе проводят в студии Юнги, потому что Тэхён приходит с порцией лапши и мяса, чтобы накормить своего хёна, а потом младший слушает страстную брань, когда внезапно слетает программа для аранжировки, и успокоивающе гладит Мина по волосам.       И Юнги почему-то ещё больше убеждается, что что-то не так.       Через пару дней он подходит к Хосоку, тот отбивается от надоедливо кружащихся вокруг Чимина и Чонгука, но как только Юнги вырастает перед ними, те быстро отстают и прилипают к мимо проходящему Намджуну, удаляясь с ним в гостиную.       – Что происходит? – Повторяет Юнги, раздражённый какой-то слишком очевидной неясностью.       Хосок странно смеётся и смотрит вопросительно.       – Ой, прекращай притворяться. Ты отбитый на всю голову, – резюмирует Юнги, сжимая ладони на его плечах, предотвращая попытку тонсэна улизнуть.       – Оби-и-идно, хён, – наигранно дуется Чон, выпячивая нижнюю губу.       – Я знаю про таблетки, – идёт ва-банк. Он и правда знает, он видел, однажды, но тогда смелости не хватило подойти и поговорить. Да и сейчас её не шибко много...       – Какие таблетки? – искренне изумляется Хосок, но глаза отводит.       Юнги смотрит. Просто стоит напротив и смотрит. Хосоку кажется, что этот взгляд считывает его, проникая до скелета и в самую душу, и это ему совсем не нравится. Но он не вырывается. И Юнги просто уходит ни с чем.

~

      В тот вечер Хосок не хочет целоваться или танцевать, он вообще не в настроении для общения, поэтому пихает Тэхёну в руки таблетки, только отъебись-от-меня-пожалуйста, и выталкивает из комнаты. И всё равно сейчас, что вообще-то он ведь не один живёт и что это как-то не по-соседски, и что Сокджин его отругает утром за такой бездушный поступок по отношению к младшим. Но ему нужно побыть одному, хоть немного.       Тэхён почти не обижается. Почти – потому что не понимает, нужно ли? Сидит в гостиной перед телевизором, гипнотизируя участников какого-то телешоу нечитаемым взглядом, а потом тенью шатается по дому, пытаясь себя чем-то занять. А затем понимает, что его ведёт. Ведёт от желания прикосновений, от желания целоваться, от возможности сделать глупость... Он скребётся к Хосоку, но тот дверь не отпирает, и это ожидаемо, пусть немного и разочаровывает. Тэхён плывёт по коридору на второй этаж просто на удачу. Он беззвучно смеётся, прикрывая губы ладошкой, хочется сделать что-то гаденькое, напугать кого-то или помучить, оторваться – энергии сейчас в нём через край.       Тэхён тихонько толкает первую попавшуюся дверь и замирает, чувствуя азарт и желание повторить – на коленях Сокджина сидит Чимин, и целуются они настолько увлечённо, ни на что не обращая внимания, что немного завидно. Тэхён складывает пальцы в жест «окей», а потом «класс», и так же беззвучно оставляет их наедине.       Следующая дверь не поддаётся с первого раза и приходится стучать. Открывает Намджун. Он сводит брови к переносице, явно недовольный тем, что его отвлекли, и бросает тихое «что-то случилось?», но Тэхёну пофигу, в общем-то.