Неожиданности: приятные и не очень

Имс ушел. Артур, прислонившись пылающим лбом к косяку, слушал, как он заводит машину и уезжает. Даже не попытался уговорить, оправдаться, просто извиниться, в конце концов. Уехал и все. Что и требовалось доказать. Артур потер ладонью низ живота: - Вот и все, маленький, теперь нас точно бросили. От подступающих, несмотря на всю выдержку, слез свело скулы. Артур добрался до дивана, рухнул, уткнулся лицом в подушку. Плакать не стал, конечно, вот еще, не стоит долбанный предатель его слез. Он так и не решился сказать Имсу о ребенке, хотел уже, но… как ему скажешь, когда он «случайно наткнулся» на Артура. Не искал, не беспокоился, просто, черт побери, случайно наткнулся! Вот и всплыла эта дурацкая отговорка про рак. Артур даже чуток занервничал, когда Имс изъявил желание остаться и, блядь, ухаживать за ним. Но тот оправдал все его самые отстойные ожидания и просто свалил, как только ему указали на дверь. Артур со стоном повернулся на бок. Желудок болезненно свело – из-за Имса он и не вспомнил, что собирался заехать в супермаркет и затариться продуктами. Теперь придется голодать, не тащиться же в магазин на ночь глядя. Кажется, в холодильнике еще остался йогурт. Под локтем что-то кольнуло, Артур вздрогнул и вытащил смятую фотографию, единственный их общий снимок с Имсом. Разгладил, сунул под подушку и устроился, закрывая глаза. Ничего, все будет хорошо. И не нужен им с мелким никто, тем более человек, у которого семь пятниц на неделе. Утром на город обрушилась жара. Артур проснулся вспотевший, с привычной тошнотой и привычным же ощущением, что вчера случилось что-то на редкость гадкое. Пришлось встать и отрегулировать климат-систему, чтобы можно было дышать, а потом идти в душ и варить кофе – есть все равно нечего. Артур успел заправить и включить кофеварку прежде чем выглянул в окно и увидел на лужайке перед собственным домом объект, явно не запланированный ландшафтным дизайном. Это была туристическая палатка, совершенно дико выглядящая среди кустов белых роз. Перед палаткой от газона отжимался Имс. Артур засмотрелся на голый, мускулистый, блестящий от пота торс, на крепкую задницу, обтянутую тонкими тренировочными штанами, и только потом сообразил, что забыл возмутиться вторжению. Возмутиться не получилось, сердце так колотилось от радости, что чуть не раздробило ребра. Отлично понимая, что показательное выступление организовано в его честь, координатор состроил самую презрительную и равнодушную из своих гримас и вышел на террасу. - Ты что здесь делаешь? Имс поднял голову, слизнул капельки пота с верхней губы: - Отжимаюсь. - Ты разбил здесь палатку. - Ну, раз ты выгнал меня из дома, - имитатор выпрямился, усмехнулся, поигрывая мышцами на груди, - куда мне было деваться? - Это частная собственность, - процедил Артур, сузив глаза. - Хочешь вызвать копов и посмотреть, что будет? Имей в виду, прятать трупы придется в твоем же саду. Артур стиснул зубы, чтобы не улыбнуться, хотя внутренний голос вовсю плясал канкан. - Ладно, - снисходительно кивнул он, - пошли кофе пить. Имс оскалился во весь рот, нырнул в палатку, чем-то зашуршал. - А я съездил, кое-что купил, - раздался его голос, имитатор вылез с двумя туго набитыми бумажными пакетами. По-хозяйски обогнал Артура на пороге кухни и принялся выгружать на стол всякие вкусности: круассаны, клубничный джем, яблоки и бананы, пластиковые стаканчики с творогом. И откуда только узнал, озадаченно подумал Арти. - Теперь можно завтракать, - обернулся к нему развеселившийся Имс, шагнул и обнял, вжимая в себя – в горячего, сильного, пахнущего гелем для бритья и свежим потом. Губы влажно скользнули по боковой поверхности шеи, засосали нежную кожу за ухом. - Арти, ты такой сладкий, - от низкого, возбужденного голоса по спине побежали мурашки. - Вообще-то я позвал тебя только на кофе, - повредничал Артур, задвигал локтями, выбираясь из объятий, - и я жутко голодный. Имс сразу отреагировал как надо – бережно придерживая, будто хрустального, усадил его на стул и взялся сам налить кофе. Артур только диву давался, казалось, это какой-то совсем другой человек взял лицо Имса и превратил насмешливого имитатора в заботливого любовника. - Кушай, лапушка, тебе нужно, - увещевал его Имс, как капризного ребенка, хоть Артур и не собирался спорить – жрать хотелось невыносимо, аж живот прилип к ребрам. - А ты сам-то есть не собираешься, что ли? – прожевывая круассан, полюбопытствовал координатор. Имс сидел напротив и, блаженно улыбаясь, смотрел, как он завтракает. - Слушай, Арти, я тут полазил в интернете ночью, почитал про… ну про твою болезнь. Артур вздрогнул и поперхнулся кофе. Черт, а он и забыл про вчерашнюю ложь. Вот почему Имс такой заботливый. - И что же ты вычитал? – кисло спросил его. - Что рак можно вылечить. Надо что-то придумать, найти хороших врачей, сделать операцию, выпить какие-нибудь чудо-таблетки… - Имс! – одернул Артур. – Тебе не кажется, что ты лезешь не в свое дело? - Ты что, опять? Снова меня прогоняешь? Артур отложил последний кусочек и отставил кружку. Имс пошел в атаку неожиданно и нетривиально: он просто бухнулся на колени перед ним и положил ему на бедра горячие широкие ладони. - Прости меня за ту бабу, Арти! Я не трахался с ней, не целовался и вообще даже лица ее не запомнил. Ты, конечно, не веришь, но это чистая правда. Я как увидел тебя там, думать ни о ком другом не мог. Руки Имса широко гладили его бедра, касались большими пальцами тазовых косточек, подбирались к паху, где уже стало горячо и твердо. - Простишь меня? – заглянул в глаза снизу вверх имитатор. - Прощу, - подумав, кивнул Артур. - Но насчет доверия… вопрос остается открытым. Имс облегченно выдохнул и принялся развязывать узел его халата. Артур задышал чаще, когда любовник потерся чуточку колючей щекой о нежную кожу живота, закусил губу и прогнулся навстречу. И в этот замечательный момент их ребенок решил показать, кто тут главный. Горло обожгло изнутри, желудок стиснул спазм, Артур быстро отодвинул удивленного Имса и сорвался в туалет, где долго и мучительно избавлялся от завтрака, порядком испуганный Имс сидел рядом, держа его за плечи и приговаривал: - Вот же хрень! Бедный мой зайчик! Сегодня же поговорю с твоим врачом. У Артура в голове прозвенел тревожный звоночек.