Малыш

      За завтраком Гарри был немного рассеян. Он даже не обращал внимания на спор между преподавателями и напряженную атмосферу в зале. Он плохо спал ночью, да ещё голова стала снова побаливать.       - Гарри, я заметил одну странную особенность, - начал Блейз. - Чаще всего тебе становится нехорошо в Большом зале и иногда в коридорах, а вот на занятиях только у профессора Квирелла. И я вот подумал, может это из-за тех ароматов, что он издает?       Пахло от Квирелла и правда специфично, смесью каких-то трав, чеснока и чего-то, чем мажутся старушки. Почему сам Гарри не додумался проанализировать, что именно вызывает головную боль, он объяснить не мог. Возможно потому что он всегда избегал думать о плохом. Плохое просто иногда случается, а если о нем думать, то можно пропустить и что-то хорошее.       - Гарри, и правда! Вспомни, на остальных уроках у тебя ничего не болело.       - Я не обращал внимания на эти совпадения. А как понял ты?       - После того, как ты стал пить ещё одно зелье, которое видимо не до конца снимает боль, или боль настолько сильная... Так вот, ты постоянно потираешь голову и кривишься в Большом зале, иногда ты этого не делаешь, но уж очень редко. То же самое происходит и на уроках защиты. Под конец урока ты похож на вяленую рыбу. Но на других занятиях у тебя ничего не болит, и тебе не приходиться подпирать голову рукой, что бы не лечь на парту. Вчера Квирелла не было, а ты не хватался за голову. Это все, конечно, лишь мои предположения, основанные на наблюдениях, но я бы, на твоём месте, обратил на это внимание.       - Пожалуй, мне нужно уточнить у своего лечащего врача, может ли это быть реакцией на духи профессора Квирелла.       На этом обсуждения остановились. Постепенно зал стали заполнять совы. К Драко спикировал здоровенный филин и протянул ему лапку с небольшой посылкой. Из коробки Драко извлёк ещё одну коробочку с припиской: "для Гарри" и письмо, тоже ему же.       - Это от твоего отца, - прокомментировал Гарри и вскрыл конверт. По мере прочтения письма настроение мальчика улучшалось. Дочитав до конца, он радостно зашептал другу на ухо. - Твой отец пишет что его кандидатура прошла проверку. Назначили слушанье на четвёртое ноября. Он говорит, что уже известил директора, что заберёт меня во вторник. Я увижусь с родными, Драко! И ты повидаешься с отцом!       - Здорово! Надеюсь слушанье пройдёт удачно.

***

      - Северус, полагаю ты слышал, что твой приятель собирается получить опеку над Гарри?       - Альбус, вы ведь знаете, что я не обсуждаю намерения своих друзей с кем-либо.       - Я помню, Северус. Судьба мальчика мне вовсе не безразлична, а Люциус Малфой может оказать на него дурное влияние.       - Мистер Поттер для своего возраста очень умен и рассудителен. Он, может быть, и не лидер, но и дурному влиянию он наврят ли поддастся.       - Сириус Блэк тоже не поддавался влиянию, и это не помешало ему уйти на тёмную сторону.       - Это слишком тёмная и запутанная история, Альбус. Я бы не хотел её ворошить.       - Прости, мой мальчик. Я не хотел тебя задеть. Насколько серьёзен диагноз Гарри?       - Я связан врачебной тайной, Альбус. У вас есть вопросы, на которые я могу ответить?       - Да. Ты не знаешь, что потребовалось Квиринусу на третьем этаже?       - Я думаю, вы лучше знаете ответ на этот вопрос. Я бы на вашем месте был с ним гораздо осмотрительней.       - Если заметишь что-нибудь подозрительное, сообщи мне. А я, пожалуй, пойду. Холодно здесь в подземелье. Не для моих старческих костей.       Альбус только успел подняться с кресла, когда в дверь постучали.       - Войдите! - пригласил Снейп.       - Добрый день, профессор. Я наверное помешал. Я зайду позже, - растерялся Поттер увидев директора       - Проходите, мистер Поттер, - строго произнёс Снейп. - До встречи, Альбус, - кивнул он директору.       Проходя мимо мальчика Дамблдор подмигнул и неспешно покинул кабинет зельевара. Когда дверь за предыдущим гостем закрылась, Снейп бросил в неё заклинание и жестом предложил мальчику сесть.       - Это, что б нас никто не подслушал, - пояснил он непонимающе хлопнувшему ресницами студенту. Голос декана стал намного мягче - Тебя что-то беспокоит?       - Нет, сэр. Точнее не совсем меня. Блейз кое-что заметил. Он такой странный...       - Это возраст, если ты о директоре.       - Да нет, Блейз.       - Что же такого странного ты нашёл в Забини.       - Он всегда такой спокойный... нет, смиренный. Словно не настоящий. Он улыбается только когда играет с Мерлином, моим щенком, а в остальное время похож на робота. Ну это такие машины...       - Я имею некоторое представление о роботах, Гарри, - почти улыбнулся Северус. - Среди магов будет уместнее говорить "голем". Что же такого заметил Блейз, что его это так взволновало.       - Этого его ничуть не взволновало, сэр. Он лишь рассказал мне о своих наблюдениях. Он почти уверен, что мои головные боли случаются только в присутствии профессора Квирелла.       - Профессора Квирелла?! - переспросил Снейп.       - Да. Так вот, я хотел спросить, могут ли эти его пахучие средства вызывать головную боль?       - Да, но в таком случае, это бы подействовало на всех. Тебя снова мучают боли?       - Да, но ваше средство помогает. Правда не совсем до конца, но это пустяки.       - Нет, Гарри. Это не пустяки! Я готовлю для тебя самое сильное обезболивающее, допустимое для твоего возраста и сочетаемое с теми средствами, что ты принимаешь. Остаточного эффекта быть не должно. Опиши мне свои ощущения.       - Ну, это похоже на недосып, но при этом я не хочу спать. Просто небольшое раздражение, как комар, что ночью мешает заснуть.       - Я попробую немного усилить зелье, только посоветуюсь с твоим врачом.       - Мне это почти не мешает, сэр.       - Я буду спокоен, когда не будет этого почти.       - Хорошо, сэр. Спасибо.       - Пожалуйста. Не хочешь выпить со мной чаю?       - Спасибо, сэр. Не откажусь.       Зельевар был удовлетворён ответом, так как и сам хотел поговорить с мальчиком. Об этом его просил ещё Люциус, а уж визит директора в подземелье и вовсе настораживал. Обычно Дамблдор просил его самого зайти. Он палочкой призвал из шкафчика заварник и чашки, при помощи магии вскипятил воду и принялся заваривать чай. Когда чай был готов и разлит по чашкам, Снейп заговорил.       - Гарри, я уже знаю о слушании. Директор тоже знает. Он за этим и приходил.       - Разве его это волнует? - с раздражением в голосе спросил мальчик.       - Он весьма раздосадован тем, что его лишили опеки над тобой. И почти в ярости от того, что твоим опекуном будет Люциус Малфой.       - Почему?       - Директор и многие другие маги считают, что Люциус был правой рукой того самого Тёмного лорда. Никто не может это сказать вслух, так как доказательств тому нет. Они лишь шепчутся об этом в узких кругах и боятся, что когда-нибудь Малфой покажет свое "истинное лицо".       - Но это ведь не правда, да?! - с тенью сомнения спросил мальчик-который-выжил.       - Я думал, вы говорили об этом с Люциусом.       - Да, но я бы хотел услышать и ваше мнение о мистере Малфое.       - Это для тебя так важно? - удивлённо спросил Снейп.       - Да, сэр.       - Люциус потомственный аристократ, немного заносчив и ему не чуждо тщеславие, но он умен, справедлив и рассудителен. Бывает вспыльчив, но ни капельки не жесток, как утверждают некоторые. Он чтит древние традиции и никогда не совершит ничего в ущерб своей семье, Роду и близким людям. Он прекрасный отец и, я считаю, будет хорошим опекуном.       - Спасибо, сэр. Я все хотел спросить, а где его жена?       - Я надеюсь, ты не спрашивал об этом у Драко? Для него это очень болезненная тема.       - Нет. Просто я никогда не слышал, что б о ней кто-то говорил, потому и боялся спросить. Меня самого часто спрашивали о родителях. Это... - голос Гарри наполнился горечью и тоской. Он не мог подобрать подходящего слова, что бы описать свои эмоции.       - Горько. Я знаю, Гарри. Прости, но я не могу рассказать тебе этого без согласия Люциуса.       - Это вы меня простите. Я не подумал.       - Всё в порядке, Гарри. Я думаю, если ты поговоришь с Люциусом, то он все тебе объяснит.       - Хорошо. Спасибо, что уделили мне время, профессор.       - Вообще, я не очень общителен, но ты можешь приходить ко мне, когда захочешь. Если я не буду слишком занят, то обязательно выслушаю тебя и отвечу на любые твои вопросы.       - Спасибо, профессор. Я... Почему так заботитесь обо мне?       - Ты просто мастер неловких вопросов, Гарри, - ухмылка Снейпа была так похожа на настоящую улыбку.       - Простите, сэр.       - Тебе не за что извиняться, - ещё одна улыбка. - Твоя мама была моим хорошим другом. Мы познакомились задолго до поступления в Хогвартс. Мы были хорошими друзьями в то время. Когда она была беременна тобой, я дал клятву, если с ней и твоим отцом что-то случится, что позабочусь о тебе. Я хотел забрать тебя, но мне этого не позволили. Опеку отдали Дамблдору. С тех пор тебя больше никто не видел, до твоего последнего дня рождения.       - Почему вам не позволили меня забрать?       - Я был шпионом. Шпионам никто не доверяет.       - Я вам доверяю, сэр. А мой отец? Вы ведь его знали?       - Скажем так, мы очень плохо ладили.       - Извините...       - Перестань извиняться, Гарри. Ты здесь совсем ни при чем.       - Джеймс был хорошим отцом тебе, как и мужем твоей маме. Он защищал вас до последнего вздоха.       Гарри ничего не ответил. Он лишь печально опустил голову. Северус успел заметить как блеснули его глаза, но Гарри сдержал слезы.       - Не очень весёлая вышла беседа, - грустно произнёс Северус.       - Это точно. У меня теперь ещё больше вопросов, но я не хотел бы задавать их сейчас. Я и так отнял у вас много времени.       - Вздор! Если ты устал, можешь идти к себе. Продолжим в следующий раз, если, конечно, ты сам захочешь.       - Спасибо, профессор. Я пойду.