Пленница

Я вновь сидела на Астрономической башне. В небе светила полная луна, в отдалении свистел Хогвартс - экспресс. Студенты, кто уже входил в замок, кто только подъезжал в каретах. Гарри Поттер с недоумением рассматривал фестралов. Мрачная красота этих животных зачаровывала. Драко входил в замок, окруженный своей свитой. На его груди поблескивал значок – староста. Кто бы сомневался, а я – нисколько. Лучший ученик на потоке. Конкуренцию ему составляла лишь Гермиона. Я не рискнула идти с учениками, но поприсутствовать в Большом зале стоило, поэтому просто нырнула в пол. Стены мгновенно приняли желание и перенесли мое тельце на люстру. Ученики изучали изменения в преподавательском составе. Отсутствие Хагрида бросалось в глаза, но меня больше волновало присутствие нового преподавателя ЗОТИ. Вот уж точно проклятая должность. Долорес Амбридж. Мерзкая тетка, помешанная на министерстве и, по моему личному мнению, на самом министре. Сегодня на ней была одета, убивающая чувство прекрасного, повязка в тон розовому безумию именуемому кофточкой. В зале появилась профессор Грабли-Дерг, заменяющая Хагрида. Почти одновременно с ее приходом, двери распахнулись, и в зал вошли первокурсники, возглавляемые профессором Макгонагал. В руках преподавательница трансфигурации несла табурет и обветшалую распределяющую шляпу. Сегодня у шляпы была новая песня. Счастье, любовь, желание построить школу, которой раньше никто не видел… Не было у них ни любви, ни счастья. Пенелопе по большому счету было плевать на все. Годрик жил только в ему одному известном мирке. Кандида хотела всеми правдами и неправдами защитить школу от Салазара. А Слизерин по мере возможностей гадил им всем. Основатель факультета Когтевран – Кандида приняла меня как родную дочь. Но лишь для того, чтобы использовать в ритуале. Она никак не ожидала, что я вернусь, пусть и в несколько ином виде. Она гордилась сделанным, ведь в итоге защита замка усилилась. А то, что она лишила возможности жить 16-летнюю девушку, ее не волновало. Годрик, услышав всю историю лично от меня, с отвращением смотрел на Кандиду. Пенелопа продолжала усилено игнорировать все вокруг. - Нашим новичкам... Я невольно вздрогнула от звучного голоса Дамблдора. *** Начался пир, и я решила покинуть зал, чтобы не соблазняться восхитительно пахнущими блюдами. Кушать я, конечно, могла, но пища переваривалась очень медленно, комом вставая в желудке. Но иной раз было трудно удержаться и не скушать что-нибудь безобидное, например, сладости. Они у меня переходят в состояние чистой магии. Правда, если сладкого переесть, то будет тошнить, и голова начнет кружиться. Так что я, схватив леденец, направилась на выход, по пути чуть не столкнувшись с Почти Безголовым Ником. Он резко решил поменять место дислокации, и, судя по гневу Гермионы, Рон имел прямое к тому отношение. В момент, когда директор провозглашал свою речь, я была близка к выходу. Так что писклявый голос Амбридж толкнулся в закрытые двери за моей спиной, отдаваясь в ушах противным: "Ви-ви-ви". Неприятный осадок от событий давно минувших дней поселился где-то в желудке, отдавая горечью на языке. Один леденец был не в силах помочь мне справиться с неприятным вкусом, и я с чистой совестью отправилась совершать набег на сладости директора. Уютно устроившись на мягком диванчике в кабинете Дамблдора, я поглощала конфеты, заедая неприятное чувство пустоты. Я никому и никогда не рассказывала о том времени. Да и некому было. Не Дамблдору же жаловаться, в конце - концов. А больше меня никто не слышит. Чувство одиночества наполнило сердце, как заполняет поток воды мельчайшие трещинки в земле. Я сунула руку в карман и вытащила очередную конфету. "Берти Боттс", интересно, что мне попадется... Слезы. Солоноватый привкус на языке определенно напоминал их. Можно устать от слез или просто разучиться плакать, но забыть их вкус - никогда. Это как кататься на велосипеде: практики нет, а навыки остались. Вскоре появился директор, прервав мои мрачные мысли. - Этот год обещает быть тяжелым, - Дамблдор сел за письменный стол, - Ты сможешь присмотреть за Гарри? - А что с ним опять? - Ученики находятся под впечатлением от статей "Ежедневного пророка", это отразится на их отношении к нему. Как бы глупостей не натворили. Боюсь, в этом году Хогвартс не будет ему домом. Директор печально улыбнулся. - Хм, домом. Вот бы они удивились, узнав, что Хогвартс - это вообще девушка. И почему меня все замком называют? Не правильней ли звучало бы "цитадель"? Дамблдор пристально смотрел на меня, терпеливо ожидая ответа. - Альбус, ну что я могу сделать? Напрямую вмешаться - не имею права. Да он даже поговорить со мной не сможет! - Верно, но наблюдатель из тебя бесценный. - Хвостом ходить за ним не собираюсь и у кровати караулить ночами тоже. Но сделаю, что смогу. Глаза за стеклами очков-половинок сияли от удовольствия, этот старик умеет добиваться своего. Слова директора догнали меня уже на выходе: - Спасибо, Хогвартс. *** В спальню мальчишек я попала уже к концу ссоры. Судя по всему, Гарри сцепился с Симусом. Этого стоило ожидать. Магический мир не желал признавать возрождение темного лорда, и министерство им потворствовало в этом. Немногие решились признать слова Золотого мальчика. Гарри был расстроен ссорой с однокурсником, и я кинула ему немного сонливости, надеясь, что во сне его несчастливые мысли отступят. *** Утро проходило вполне мирно, не считая того, что некоторые ученики шарахались от Поттера. Нападать на него никто не собирался, боялись. Разговор Фреда и Джорджа с Гермионой поселил в моем сердце надежду, что год не будет таким ужасным, как ожидалось. Дальнейший присмотр за Гарри не требовался, и я отправилась к директору. Объяснив, что студенты не собираются нападать на его Золотого мальчика, а из учителей угрозу представляет лишь Амбридж, за эмоциональным фоном которой я слежу, я отправилась по своим делам. Пока я совершала "ритуал" проверки защиты, в голове крутилась навязчивая мысль, что о Темном Лорде что-то может знать Драко. В конце - концов, его отец один из приближенных Тома. На мгновение я почувствовала ярость Амбридж и, проследив за ней, поняла, что Поттер не умеет держать язык за зубами. Я направила кусочек эмоций Долорес директору, чтобы он знал, что его подопечный попал в неприятности. Освободилась от своих обязанностей только после обеда. Пятый курс должен был находиться на уроке по уходу за магическими существами. Туда я и отправилась, застав Драко за разговором с Поттером. Исходя из его реплик, можно было с уверенностью утверждать, что мои предположения верны - гораздо больше интересного можно было узнать, находясь рядом с Малфоем. Поттер, как всегда, резко реагировал на издевательства слизеринца, а тому только и надо было. У меня было немного свободного времени, чтобы обдумать наблюдение за Драко. Ночевать в его комнате не хотелось: пришлось бы спать на коврике, разглядеть меня на диване было слишком просто, я по-прежнему была осязаема. Вспомнив былые деньки, я тяжко вздохнула: тогда тактильность тела я могла регулировать самостоятельно. Но это было слишком давно, еще до того, как дух замка полностью растворился во мне. В те времена я походила на призрака, да и вела себя не лучше. Всячески игнорировала настойчивый голос в голове, твердящий, что нужно начать обучение, так как вскоре он уже не сможет помочь. Но я отмахивалась от него как от назойливой мухи. Тогда я была похожа на Пивза, только ученикам не вредила, привязанность к замку не позволяла, но учителя меня чурались. Как я уже говорила, мое детское желание мстить прошло со смертью той, на которую было направлено. За ней ушли и остальные основатели школы. Ученики и учителя обходили меня десятой дорогой: слишком дурная слава тянулась за мной мрачным шлейфом из десятков лет. Мои знания и вкусы безнадежно устарели, ведь процесс слияния с замком составил почти 100 лет. Школьная форма, которую я носила по привычке, вводила окружающих в еще большее недоумение. Я начала общаться с замком. Он умело вливал в мою голову знания о защите, но не брезговал и остальными заклинаниями. Поэтому я частенько присутствовала на занятиях, темы которых могли мне пригодиться. От магии вейл мой собеседник был в восторге: она, слившись с его собственной, позволяла чувствовать и влиять на эмоции людей. Хоть и не сильно. На прощание он открыл мне путь в комнату единения, где проводился обряд. «С этого момента твое имя – Хогвартс». - Прощальные слова. После он ушел, а я не смогла вспомнить ничего из прошлого: ни рода, ни как выгляжу. Я не помнила, каким именем меня называли подруги и однокашники. Но зеркало мне в помощь, книги в поддержку! С основными причинами волнений я разобралась, но ни имени, ни фамилии своей я так и не нашла ни в одной родословной. Так и стала я девушкой по имени Хогвартс. За этими размышлениями я добралась до комнаты мальчиков в спальне гриффиндор. Думаю, Фред и Джордж не обидятся, если я временно приватизирую у них удлинитель ушей. *** В спальнях факультета Слизерин учеников размещали по двое. Соседом Драко был Блейз Забини. Их комната располагалась в самом низу, но под ней было небольшое пространство, которое позволит мне не спать под кроватью, а вполне удобно устроиться. Единственное неудобство состояло в том, что в «комнате» невозможно было разогнуться, приходилось ползать на четвереньках. Подлатав дыры и минимально обставив данное помещение, я принялась ждать. Удлинитель ушей был просунут через щель в полу спальни мальчиков и замаскирован под камень. Будем надеяться, что слизеринцы слишком гордые, чтобы камни разглядывать под ногами. Другой конец лежал на подушке импровизированной кровати, на которой я маялась от безделья в ожидании студентов. - Амбридж – старая дура! – Заявил Блейз, входя в комнату. От неожиданности я подскочила, сон все-таки сморил меня, поэтому голос, раздавшийся совсем рядом, застал врасплох. - Нам это только на руку. Пусть министерство и дальше считает возрождение бредом. Слизеринский принц явно был не в настроении болтать. - Драко, а ты знаешь, что за наказание она назначила Поттеру? Забини почти выплюнул ненавистную любому слизеринцу фамилию. - Естественно, это трудно не заметить. После этого Драко затих и перестал отвечать на попытки Забини завязать разговор. От него исходило мрачное удовлетворение и волнение. Вероятно, радовался неудачам Золотого мальчика, но и опасался попасть под горячую руку Амбридж. *** Неделя была потрачена впустую. Все общение Малфоя с Забини сводилось к школе. Либо он ничего не знал о планах Реддла, либо не считал нужным делиться с соседом. На занятиях он вел себя как примерный ученик, но по-прежнему цеплялся к Поттеру и его друзьям. Я вместе с группой слизеринцев возглавляемой бессменным принцем, наблюдала за тренировкой гриффиндорской команды по квиддичу. Гарри летал великолепно, у меня аж дух захватывало. Тоже хотелось испытать радость полета, но моя невидимость все портила. Летающая сама по себе метла кого угодно насторожит. Тренировка закончилась, ученики направились к замку. Лишь немного ниже передо мной остался сидеть Малфой. - Кто ты? – Он резко обернулся и направил на меня палочку. – Ступефай! Я еле успела увернуться. Моя злобная натура требовала мести, и я кинула в него сгустком паники. Это не сильно навредит, скорее, просто потреплет нервы. *** Утром случилось то, чего я так долго ждала, и надеялась, что все-таки обойдется: министерство начало вмешиваться в дела школы. Я медленно зверела, но ничего не предпринимала. Любые попытки извести Амбридж могли привести к смещению Дамблдора. Розовое недоразумение, именуемое Долорес Амбридж, назначили на пост инспектора школы. Инспекция проходила с переменным успехом. Я с нетерпением ожидала присутствия Амбридж на уроке зельеварения, надеясь, что Северус не сдержится и выльет ей какое-нибудь зелье на голову. Особо гадкое зелье. Еще Малфой очернил Хагрида. Так и хотелось залепить нахальному мальчишке затрещину, но я сдержалась. Дважды он меня заметил, третий может стать последним и нести неприятные последствия для меня. Вечером я решила посетить Поттера с друзьями, и они меня не разочаровали. Жаловалась я уже директору: - Альбус! Сделай что-нибудь со своим Золотым мальчиком! Директор сидел и улыбался, глядя на меня поверх очков-половинок, а я начинала всерьез злиться. Ненавижу, когда он делает вид, что все отлично. Меня это бесит. Оставалось надеяться, что Поттер не согласится на эту глупую затею. Но, зная Гермиону, я была уверена, что она сможет уговорить его вести занятия по ЗОТИ. В попытке успокоиться я направилась на астрономическую башню. На улице царила прохлада, поэтому, я шла не скрываясь, цокая каблуками по полу и бубня себе под нос, уверенная, что в такую погоду не найдется больше сумасшедших для прогулок на свежем воздухе. Но закон подлости с удивительным рвением преследовал меня. Я распахнула дверь и чуть не ткнулась носом в зеленую мантию. Подняв взгляд, я увидела надменную улыбку и холодные серые глаза, холод в которых быстро сменился изумлением. Он меня не видел. Слышал шаги, но в открывшуюся дверь никто не вошел. Я же стояла, не смея шелохнуться, лишь мое дыхание ледяным ветерком играло прядями его волос, щекоча шею. «Слишком близко!» - Я шарахнулась в сторону, уходя в стену. Сердце бешено стучало, меня почти поймали… Я мчалась, не разбирая дороги. Но когда же он успел так вырасти… Хотя, чего это я, он же взрослеет. Это мое тело так и станется телом 16тилетней девушки. Но физически он все еще младше меня, ему 15ть. Угу, а мне тысяча с лишним, но как оказалось, это не показатель. Я глубоко вздохнула, чтобы успокоиться, и огляделась. Запретное крыло. Занесло же. На полу остались следы от когтей Пушка. Я по нему скучала, он частенько составлял мне компанию. Вспомнив забавного пса, я немного взгрустнула, но, быстро взяв себя в руки, отправилась подслушивать. *** Блейз полночи ныл про какую-то девушку, и наутро у меня болела голова от этих розовых соплей. Гермиона уже собирала людей на занятия по ЗОТИ, хотя я была уверена, что Поттер еще не дал свое согласие. Судя по всему, в Хогсмиде что-то произошло, и вскоре из их разговоров стало понятно, что ученики нашлись, и теперь они думают над местом, где можно было бы проводить занятия. Но Амбридж уже доложили, и вышел новый декрет об образовании: упразднялись все ученические организации. Драко, естественно, не преминул побесить гриффиндорцев на тему разрешения для команд по квиддичу. Как ни странно, психанул Невилл, чем немало удивил не только меня, но и Драко. Однако Снегг быстро охладил пыл студентов, отняв у гриффиндора 10 очков. И возликовала я: Амбридж пришла с инспекцией на урок Зельеварения. - Как долго вы преподаете в Хогвартсе? - спросила она, занеся перо над блокнотом. - Четырнадцать лет. – Лицо Снегга было непроницаемо. Я внимательно вслушивалась в разговор, дожидаясь, когда Снегг сорвется. - Сначала, кажется, вы подавали на должность преподавателя Защиты от Темных искусств? - Да, - тихо ответил Северус. - Но безуспешно? Снегг скривил губы: - Как видите. Амбридж записала в блокноте. - И после поступления в Хогвартс регулярно предлагали себя на эту должность, не так ли? - Да. – Снегг едва шевельнул губами, он был очень сердит. - Не представляете себе, почему Дамблдор вам упорно отказывал в этом? - Вам лучше спросить у него, - буркнул Снегг. - Непременно, - сказала Амбридж со сладкой улыбкой. - Полагаю, это имеет отношение к делу? - Прямое, - сказала профессор Амбридж. – Министерство желает досконально знать… эээ… послужной список преподавателей. Она отошла к Пенси Паркинсон и стала расспрашивать ее о занятиях. Снегг посмотрел на Поттера, на его зелье, которое свертывалось и воняло жженой резиной. - Вновь без оценки, Поттер, - с удовольствием сказал Снегг и мановением палочки опорожнил его котел. В дальнейшее я уже не вслушивалась, досадуя, что Северус не поставил на место эту заносчивую жабу. Кстати о жабах, когда троица гриффиндорцев тренировалась на них в заклятии немоты, они, наконец, додумались, что Амбридж пытается перехватить почту Гарри. Это стало ясно после того, как она чуть не схватила Сириуса. *** Дождь. Замечательная погода, как раз под мое настроение. Дамблдор был занят, своих проблем хватало. К Драко я не рисковала подходить, он был настороже, и я могла попасться. Пусть успокоится. На балконе астрономической башни было ветрено, и выходить под дождь я не решилась. Меня легко будет "увидеть" по каплям воды, падающим на пол. Скрипнула дверь, послышались голоса. - Я тебе говорю, что-то связанное с пророчеством, из-за которого он и пытался убить Поттера, - голос определенно принадлежал Драко. - Тшш! Сначала надо проверить, одни ли мы здесь! - Его собеседник мне не был знаком. Я поднялась над полом. В свете из проема окна мелькнула блондинистая макушка, но тут же исчезла. - Говорят, оно в министерстве, - продолжил Драко. - Но я хочу поискать в библиотеке, должны же быть хоть какие-то упоминания. Все-таки пророчество представляет особую важность. - В этом я тебе не помощник, меня интересует только смерть Поттера, как и почему не волнует. Пока. Хлопнула дверь. Драко, оставшись один, вышел под дождь. Занятия давались ему не так легко, как Гермионе, все-таки он не зубрил летом книги наизусть, и бессонные ночи оставили темные круги под глазами. И он собирается окончательно добить себя посиделками в библиотеке. Он стоял с закрытыми глазами, я приблизилась, не боясь быть замеченной. Темные ресницы удлиняли и без того явные тени под глазами, подчеркивая неестественную бледность лица. Капли дождя, стекая по волосам, падали на мантию. Он стоял спиной к окну, нервно покусывая посиневшие от холода губы. "Холодные" - мелькнула в голове мысль, и я приблизилась к нему, наклоняясь для поцелуя. Мое ледяное дыхание коснулось его губ, и он резко выдохнул, открывая глаза. Я ошеломленно замерла, не в силах отвести взгляд. Казалось, он смотрел прямо на меня. - Ты снова здесь? Его слова застали меня врасплох, и я резко отшатнулась, забыв, что он может слышать звук моих шагов. - Подожди, не уходи! - Он взмахнул рукой в попытке удержать меня, но в его руке был только воздух. - Кто ты? Я молчала. Он все равно меня не услышит. Ветер трепал его светлые волосы, глаза скользили по обстановке пытаясь заметить меня. Я не могу дать тебе надежду, не могу оправдать твои ожидания, не имею права. Ответом ему был звук моих удаляющихся шагов. Думаю, он все правильно поймет. Дождь усилился, добивая меня окончательно. Больше я старалась не подходить к Драко, в тот же вечер, уничтожив все следы своего пребывания в подземельях гостиной Слизерина, и перебралась в запретное крыло. Создавая обстановку, тихонько мурлыкала под нос припев собственной песенки: "Кукла далека от человека, Кукла не имеет души, Кукла проживет три века, А человек один..." На губах соленый привкус. Слезы? - Нет, просто прикусила до крови. Я легла. Кажется, впервые за очень долгое время мне так сильно хотелось спать. *** Несколько дней прошли как в тумане. Массовики-затейники проводили занятия по ЗОТИ, я, пару раз, чуть не попав под заклинания, ретировалась из Выручай-комнаты. Как только они умудрились ее найти?! Приближался матч Гриффиндор/Слизерин, и Малфой с однокурсниками нещадно изводили Рона, который то бледнел, то зеленел от их фразочек. У меня было очень паршивое настроение, одиночество свернулось ядовитой змеей где-то в районе сердца, а желудок стягивало в узел от предчувствия чего-то неприятного. Замок заполнился холодом, ученики ходили по коридорам в перчатках, а я мрачнела все больше. Драко думать забыл о той встрече, с упоением дразня гриффиндорцев, а я по-прежнему приходила в Астрономическую башню. В день игры было пасмурно, серые облака, не позволяя солнцу слепить игроков, создавали прекрасную видимость, но угрожали перерасти в грозу. Слизеринцы сочинили целую песню, призванную подавить азарт Рона к игре, и с упоением скандировали ее с трибун. Уизли терялся, путался и так и не смог хоть раз взять мяч. Слизерин вел со счетом 40:10, когда ловцы увидели снитч. Малфой опоздал на доли секунды, мячик был в руках Поттера. Кребб не удержался и, направив бладжер на гриффиндорца, сшиб того на землю. Драко спустился. Деланная улыбка на его лице могла обмануть кого угодно, но не меня. Он был в ярости. - Спас Уизли от позора? - Он буквально выплюнул эти слова в лицо Поттеру. - Хуже вратаря я не видел... но он же на помойке родился. Тебе понравились мои стишки, Поттер? Гарри не ответил, и Малфой, продолжая выплескивать свою злость, припомнил Молли и Артура Уизли. Команда еле сдерживала Фреда и Джорджа. Малфоя уже понесло, сказывалось перенапряжение последних недель. - А, может, ты помнишь, как воняло в доме у твоей матери, - пятясь, продолжил слизеринский ловец, - и в свинарнике Уизли узнаешь родной запах? Я не заметила, как Гарри отпустил Джорджа, и они оба уже мчались к Малфою. Было только одно желание на двоих: сделать Малфою как можно больнее. Похоже, их не волновало, что это увидят все преподаватели. Мадам Трюк только при помощи палочки смогла разнять игроков. Гарри и Джордж попали в крупные неприятности. Я видела сову от Фаджа, которая за завтраком доставила Амбридж письмо. Наверняка новый декрет. Понаблюдав сцену в кабинете Макгонагалл, я убедилась в своей догадливости. Я не могла не согласиться с профессором трансфигурации, ребята совсем забыли об инспекторе. В конце - концов, мозги еще никому не помешали. Но отстранение? Пожизненно! Оставалось надеяться, что проклятая должность профессора ЗОТИ изведет Амбридж, как и остальных. В гостиной Гриффиндора царил такой траур, что в замке находиться было невозможно. Злость, обида и гнев доставали меня, и я решила сходить к своей любимице. Гремучая ива встретила меня тихим шорохом протянутых веток. Я аккуратно ухватилась за них, и тут же была завернута в теплый жестковатый кокон. На мгновение перед глазами мелькнуло освещенное окно в избушке Хагрида. Интересно, как скоро Гарри, Рон и Гермиона прознают о возвращении лесничего. А Амбридж? Убаюканная мерным покачиванием ивы на ветру, я погрузилась в дрему. Уже сквозь сон я услышала мерзкое "Кхе-кхе", явно принадлежащее Долорес. Похоже, у Хагрида намечалась внеурочная инспекция. Сладко зевнув, я перевернулась и продолжила оставленный сон.