Глава 1. Новые правила.
30 июля 2018 г., 23:04
«Забавно, в прошлой жизни бредовая идея стать супергероем рассосалась бы недели через две», — думал я, настойчиво пыхтя на беговой дорожке. — «Это со мной что-то не так или мир окончательно сошел с ума?»
Мысль о сумасшествии мира неожиданно зацепила. Немного покрутив ее в голове, я так и не придумал, как ее проверить и с сожалением отбросил в сторону.
«Марк, не отвлекайся от бега, сбиваешь дыхание», — уныло подумал я. На сегодня оставалось еще три километра, но халтурить не хотелось… иначе, зачем вообще было начинать?
Прошло уже полтора месяца с последнего дня рождения этого тела (меня! моего дня рождения! даже в мыслях не нужно думать другое!). Школа закончилась, от лагерей бойскаутов я отказался наотрез, так что в августе Марк Джеймсон был предоставлен сам себе. Молодое тело и жажда действия гнали вперед: утром бегал до изнеможения, по вечерам занимался дзюдо, а днем спал или развлекал себя местным программированием. Мне-старому такой насыщенный образ жизни казался диким, но школьник внутри радовался любому прожитому дню, сводя баланс к нулю.
Удалось уломать мать с отцом на тренировки в зале на четырнадцатой, хоть это и было нелегко. Решающим аргументом стали слова отца: «Может, он хоть там заведет друзей…» и мама сдалась почти без сопротивления.
Отца, Теодора Джеймсона, я вообще глубоко уважал. Мужик едва за тридцать держал лавку инструментов, подрабатывал ремонтом и продажей поделок из дерева. Ценности Теда были просты и понятны: семья, друзья, работа. В молодости он повидал некоторое дерьмо, но сколько жизнь его не била — сломать или даже погнуть внутренний стержень так и не смогла.
Заметив проснувшуюся любовь сына к чтению и технике, он предложил сделать шкаф с компьютерным столом самим. Вслух прозвучало «давай не будем тратить лишние деньги из семейного бюджета», но было видно, что отцу нравилось учить сына чему-то новому. Что же касается меня… я в какой-то момент почувствовал настоящую симпатию к этому жесткому, упорному, но доброму человеку.
Когда квест по выпиливанию мебели завершился успехом, батя притащил откуда-то старенький компьютер, который мы смогли оживить с помощью паяльника, нескольких руководств, внеплановой сотни баксов и такой-то матери. Железо выглядело, как в старом фильме про Франкенштейна, во время первого запуска еле удержался от зловещего смеха и воплей «Оно живое! Живое!»
В любом случае, компьютер неплохо работал и за это тоже нужно было благодарить отца. Дорогущий для начала нулевых интернет «для учебы» тоже удалось выбить с его помощью. Было даже забавно втайне от матери скачивать записи гонок NASCAR и турниры по рестлингу, а потом на двоих получать по шее за трехзначные счета.
После года налаживания мостов, нескольких поездок на рыбалку и совместного труда на мое благо, мы остались довольны друг другом. О настоящих родителях, оставшихся в другом мире и потерявших сына, я очень старался не думать.
Мать, Джейн Джеймсон, в девичестве Картер, была девушкой вздорной и замысловатой. В пятнадцать лет сбежав от тирана-отца из славного города Чикаго, она дважды пересекла США от восточного до западного побережья, пока через четыре года странствий не наткнулась на Теодора. Насколько я понял, их мимолетная интрижка каким-то образом превратилась в серьезные отношения, а через полгода после знакомства — в беременность.
Джейн ценила свободу и независимость настолько, что чуть не сбежала на аборт, не посоветовавшись с моим будущим папкой. Из-за этого они первый раз серьезно поцапались, с битьем посуды, демонстративными отъездами и глупыми сценами. Два месяца нервотрепки себе и окружающим показали, что отец оказался упрямее — мать сдалась, согласившись выйти замуж «за этого козла и дебила», ну и заодно ребенка ему родить. Козел и дебил не стал откладывать в долгий ящик, а заплатил местному священнику и организовал свадебную церемонию за неделю. Чтобы у «шизанутой дуры» не было времени в очередной раз передумать, ага.
Вот так и живем уже одиннадцатый год. Отношения с матерью были немного натянутыми — до удара головой я был тем еще «маменькиным сынком» и моя самостоятельность Джейн напрягает. Впрочем, миссис Джеймсон все равно любит меня на всю катушку, как и отец.
Почему я вспомнил о семье? Потому что сегодня приезжает великий и ужасный Марк Картер, человек, в честь которого я и получил свое имя. Единственный мой близкий родственник (помимо родителей), бизнесмен, в прошлом профессиональный баскетболист, авторитарный засранец и одна из причин, почему Джейн сбежала из дома, не окончив школу. Знает, как нужно правильно жить и не стесняется сообщить об этом остальным. В новой жизни я еще ни разу не видел деда, но родители уже успели запугать меня до чертиков.
Я замедлился, хватая ртом обжигающий легкие воздух и медленно перешел на шаг. Тренировка окончена, мистер Картер уже должен был приехать из аэропорта.
Посмотрим, так ли страшен дед, как его репутация.
***
Честно говоря, первый раз за полгода здесь вижу все эти накрахмаленные рюшечки и салфеточки. Вечеринка, как в лучших домах Европы: цедим суп серебряными ложками, строим друг другу зверские рожи. Отличные выходные, всегда бы так. Делить нашей небольшой семье нечего, но шотландско-ирландские корни дают о себе знать. Вроде и отец уже давно повинился за «украденную» дочь, а сама дочурка устроила не один и не два погрома, доказывая мистеру Картеру свою состоятельность. Трое идиотов почти перегорели, но моя кома подлила масла в огонь. Дед не иначе как чудом узнал о беде на следующий день, не поленился приехать и наговорил такого, что батя вытащил его из дома за шкирку, как нашкодившего кота. Да, все уже давно отошли, но ведь просто помириться нельзя, нужно устроить драму! Вот и сидим, кривим лица, насыщаемся шестью вилками с фарфоровой посуды. Я пару раз качнулся на стуле, но сразу осекся под предупреждающим взглядом Джейн и закатил глаза. Мужчины даже не обратили на это внимания — неловкость первого визита после ссоры была настолько ощутимой, что ее можно было ковырять ложкой. Черт с вами, приму огонь на себя. — Дед, а правда, что ты раньше был баскетболистом? — игнорирую поднятые брови всех троих. Называть старикана мистером Картером, как раньше, и дергаться при звуках его голоса мне совсем не улыбается. — Мама показывала твое старое фото в форме «Кавалеров», но я ничего не смог о тебе найти… — Неудивительно, что не смог, — хмыкнул дед. — Я играл под другим именем из-за родителей, твоих прадедушки и прабабушки. Они хотели, чтобы я стал юристом, а не баловался с мячом. В конце концов, они были правы. — Круто! Расскажешь о себе побольше, а то я все забыл? А ты сверху забрасываешь? Мама тоже умеет играть? — затараторил я. Хоть что-то же тебя зацепит? — Помедленнее, ковбой, — усмехнулся и как-то оценивающе посмотрел на меня патриарх семьи Джеймсон-Картер, отодвигая в сторону вилку с ножом. — Пошли, прогуляемся и побросаем. Обед все равно не удался. День все-таки закончился как надо. Мое чистое восхищение явно льстило старикану, а постоянное «дед» вместо привычного ему «мистер Картер» окончательно растопило лед. И главное — мне совсем не приходилось притворяться, удивляясь его талантам на площадке. Этот… человек промазал всего дважды. Два раза из пары сотен попыток.Через две недели, вечер, баскетбольная площадка.
Очередной бросок мяча со штрафной линии, снова попадание. Технически баскетбол — очень простая игра. Ты придумываешь финт или движение, а потом практикуешь его несколько лет. Сотню раз в день, без перерывов и выходных. Рост, координация, скорость тоже важны, но они почти не имеют значения, если ты не попадаешь в кольцо. В моем родном мире лучшие баскетболисты попадали 40% с игры, легендарные — около 50%. На этой планете процент в официальных играх был почти таким же, но кое-что никак не давало мне покоя. Бросок. Попадание. Подбор. Всегда есть шанс, что сорвется рука, что ты будешь недостаточно сконцентрирован, Луна окажется в созвездии Козерога, да все что угодно! Лажают даже лучшие на Матчах всех звезд и в ключевых играх. Как говорил великий Майкл: «Я проигрывал раз за разом и только поэтому преуспел». Бросок. Попадание. Подбор. Игроки местного NBA не мазали открытые броски — я уже просмотрел пару десятков матчей в записи. Промах был исключением, за такое освистывали свои же трибуны. Как игрок и болельщик с десятилетним стажем в первой жизни, заявляю: это невозможно. Бросок. Попадание. Подбор. Немного обидно, что за год с лишним сам не нашел эту аномалию, пришлось ждать, пока ткнут носом. Впрочем, я еще маловат для мяча, поэтому и кольцо на заднем дворе, и площадка в двух минутах от дома не вызывали особого интереса. Вокруг — мир комиксов, какой к черту баскетбол? Бросок. Попадание. Подбор. Неудивительно, что почти каждый важный матч превращается в шоу, где игроки постоянно дают пасы на половину поля и крутят 360-данки. Может, это связано с природой мира? Может, именно поэтому Бэтмену удастся двадцать лет бегать по крышам и ловить преступников, не став инвалидом? Реальность помогает тем, кто и без этого достаточно компетентен? Уставшая рука наконец-то бросила мяч чуть сильнее, чем следует. Я остановился и выпрямился, пытаясь собраться с мыслями. «62 попадания, 1 промах — превосходный, практически невозможный результат даже для профессионала на первой Земле. Здесь — всего лишь неплохое достижение для малолетки», — я не смог удержаться от безумной ухмылки. — «С этими картами можно играть».***
Дед провел у нас весь трехнедельный отпуск вместо пары дней и уехал обратно очень довольным. То, что он пробурчал на прощание в адрес предков: «ну хоть что-то у вас за все годы получилось нормально» мы пропустили мимо ушей, зато искренне обняли старикана. Картер-старший даже слезу пустил, хоть и никогда в этом не признается. Оставшиеся пару недель лета я занимался исследованиями Феномена™. Оказалось, что местная вселенная щедра на удачу — тут многое получается с первого раза, профессионалы редко ошибаются, а неудачники настолько карикатурны, что, скорее всего, притягивают провалы именно своей верой в них. На практике это дает возможность срезать путь как в начале обучения, на этапе освоения навыка, так и в конце, при его шлифовке. Я заметил это еще на работе с компьютерами, но ошибочно считал, что помогает предыдущий опыт. Нет, опыт действительно помог, но заметную лепту внесла «магия мира DC». Для активации Феномена™ требовался определенный уровень знаний: ты можешь сколько угодно смешивать реагенты, но без понимания химии ничего не получится. Ну, а как только ты прорываешь некий «барьер компетентности», задача становится намного проще. Второй гипотезой стал «закон остросюжетности». Если на выбор есть два события: спокойное и обостряющее ситуацию — скорее всего, выпадет второе. Мелкий бандит случайно зайдет в темный переулок с миллиардером. Ученый оставит на ночь открытой чашку Петри и получит сыворотку суперсолдата, которую никогда не сможет повторить. Маг призывом демона вызовет или равного себе по силам, или того, с кем сможет договориться. Напрямую проверить эту мысль я так и не смог, но местные законы Мерфи явно работали как-то криво. Наконец, третьей идеей стало существование «табели о рангах». Например, «любитель» ошибается чаще, чем «профессионал» и имеет пониженный шанс сделать что-то крутое. «Чемпион» и «претендент» находятся на голову выше всех остальных, а «гений» действительно может собрать боевой экзоскелет из мусора с ближайшей свалки. Выводы были проверены на записях спортивных соревнований: любители почти не ошибались, пытаясь сделать что-то простое, а вот видео с облажавшимися выпендрежниками было более чем достаточно. Вот только статистики было слишком мало, а на осторожные расспросы семья и немногие приятели-ровесники крутили пальцем у виска. В итоге «исследования» пришлось закрыть из-за все большей безумности новых идей в сочетании с невозможностью их проверить. Потраченного времени было не жалко — некоторые «правила» нового мира окончательно убедили, что я нахожусь в фильме или комиксе. А чтобы с гарантией выживать в таких местах, обычным человеком быть недостаточно. «Или я начинаю пахать как проклятый, или через десяток лет Супермен случайно похоронит меня заживо в офисе, сражаясь с очередным суперзлодеем.» ... «Неплохая мотивация для очередной пробежки.»
