Теневые близнецы

Солнце лениво карабкалось на чистое небо над столицей Соединённого Королевства, сокращая тени и согревая блестящие разноцветные камни мостовой. Настало время самого длинного из утренних часов, оттягивающего время суетного трудового дня для всех жителей Ехо. Или почти всех. Для Макса, мчащегося на недавно экпроприированном амобилере, трудовой день начался ещё вчера, и теперь он вновь, как и несколькими часами ранее, рискуя угробить ещё одно транспортное средство, спешил к берегу Хурона, куда его вело неугомонное сердце Тени. Похоже, вскоре там начнётся заварушка не хуже утреннего разгрома Иафаха. Мимолётно Макс подумал о том, что может нагнать Искажённую быстрее Джуффина. Что тогда ему сделать? Можно, конечно, пустить в дело фирменный Смертный шар, но не убьёт ли это Марахарму? Маловероятно, судя по тому, что об их ордене говорят и что видел сам Макс, однако о своей феноменальной способности запороть любое благое дело Ночное Лицо тоже прекрасно знал. Вот так переоценишь врага, а потом собирай его пепел по всем улицам Ехо. Ещё и Лонли-Локли расстроится. А расстраивать сэра Шурфа — последнее дело, хуже только топить новорождённых щенков. Не следя за своими мыслями, скачущими от Искажённых магов к невинным собачьим глазам, Макс свернул на набережную и резко остановился. От неминуемого рывка его спасло только полное профанство в том, как работает физика: без этого знания волшебный транспорт доставлял куда меньше неудобств. Оглядевшись, Ночное Лицо сперва не заметил никого знакомого, лишь десяток людей, прогуливающихся вдоль реки. Однако в отдалении сэру Максу на глаза попался сам Джуффин, наклонившийся над водами Хурона. Смерти на королевской службе пришлось немного удивиться, прежде чем сообразить, что хитрый начальник всего-навсего воспользоваться Тёмным Путём для мгновенного перемещения к реке. Вот только как сэр Халли узнал, где искать Марахарму? И где она сама? Эти вопросы не оставили Макса, даже когда он подъехал к шефу поближе и, бросив амобилер возле раскидистого дерева, окликнул Джуффина: — Ищете? — Нашёл, — криво усмехнувшись, обернулся к нему сэр Халли. Улыбка не была злой или хотя бы саркастичной, лишь немного усталой. Макс не сразу сообразил, зачем начальник вытянул руки над перилами ограждения, будто удерживая что-то невидимое. Внезапная догадка показалась Ночному Лицу очень дурацкой. Он попытался избавиться от неё, но картина Джуффина, держащего на руках Марахарму, словно молодую невесту, не желала уходить из сознания. Маразм усугублялся тем, что Искажённая была выше начальника Тайного Сыска и для того, чтобы устроиться в руках «жениха», ей пришлось бы согнуться вчетверо. Вдруг со стороны реки послышался звук, похожий на сдерживаемый смех. — Макс, чудо природы, ты просто ненормальный, — заговорил воздух над Хуроном голосом Марахармы, и уже в следующее мгновение она сама стала видимой. И, естественно, не на руках Джуффина, а там же, над перекатывающимися волнами реки. Искажённая, подогнув ноги и независимо сложив руки на груди, парила в воздухе, будто для неё не существовало таких обывательских концепций, как гравитация. Приоткрывая и закрывая рот, Макс переводил взгляд с её зависшей в воздухе фигуры на Джуффина и обратно. Марахарма закатила глаза. — Ну, допустим, поймал ты меня, — обратилась она к сэру Халли, который, по всей видимости, удерживал её над рекой с помощью нехитрой магии. — Что дальше? Будешь стоять, пока руки не отсохнут? — Отсохнут — приделаю новые, — спокойно ответил Джуффин. — Шурфу же однажды удалось что-то подобное, значит, можно и повторить. — Ну, он не себе руки отгрызал, а тем болванам из ордена, — педантично уточнила Искажённая; её глаза бегали из стороны в сторону, она особо-то и не смотрела на сэра Халли, будто он её вовсе не беспокоил. — Кажется, их потом в закрытых гробах хоронили, а? Последствий не боишься? — Намекаешь на мои похороны? — фыркнул Джуффин, немного меняя позу и теперь упираясь локтями в перила. — Долго же будешь ждать. — Как и ты моих, Чиффа. Максу надоела их бессмысленная перепалка. Он вообще слабо понимал, что происходит. События будто бы оборачивались абсурдным фарсом, где он был тем единственным дураком, которому не сказали, где надо смеяться. — Так может в Управление её? — задал он вопрос, впервые ощущая себя голосом разума посреди творящегося безумия. Вот до чего дружба с Лонли-Локли доводит. Вместе с этим он сделал пару шагов к начальнику и Искажённой, но был встречен лишь окриком: — Стой! — Джуффин мотнул головой, указывая на соседнюю улицу. — Лучше не подходи близко. — Как будто если он убежит, я его не достану парой разрядов, — мрачно усмехнулась Марахарма, чей голос вновь начал приобретать неестественные и смутно знакомые Максу оттенки. Лёгкий ветерок донёс до Ночного Лица тот же запах озона, который ещё полчаса назад наполнил Дом у Моста. — Конечно, не достанешь, — всё так же рассудительно возразил Марахарме сэр Халли. — Хурон гостеприимен к таким, как ты. Мне всегда было интересно, всплывают Искажённые маги, если их притопить, или сразу тонут. Она вздрогнула и скривилась, тряхнув головой и разметав чёрные пряди. Волосы встопорщились и приподнялись почти так же, как когда Марахарма демонстрировала Максу статическое электричество. И сейчас он наконец сообразил, что происходит. Конечно. Вряд ли кому-то с таким зарядом понравится купание в воде, превосходном проводнике. Тут же Макс в придачу вспомнил, где слышал странные оттенки, то и дело появлявшиеся в голосе Марахармы. Точно так же звучал бы голос, который прогнали через катушку Теслы. «Ты действительно начал соображать, чудо, — голос Искажённой в его голове перебил его собственные мысли. — А теперь послушай господина начальника, скройся с глаз». «Чёрт подери, я хочу понять, что творится! — подумал Макс, прекрасно зная, что Марахарма уловит его восклицание. — Всё, что происходит, — неправильно, и ты предлагаешь мне смириться с этим?» «А ты упёртый, — с раздражением отозвалась она. — Я надеялась, что ты хотя бы второй раз не будешь мне мешать. Извиняй уж, мне это тоже не нравится, но иногда отчаянные времена требуют…» Ноги стали ватными. Нет. Они просто будто больше не принадлежали Максу. Как в сюрреалистическом сне он смотрел на них и не понимал, почему они вдруг сами по себе увели его от набережной на добрый десяток метров, а затем встали как вкопанные. Ни пальцем шевельнуть. Тем не менее, когда он прикоснулся к ним, ноги прекрасно ощутили его руку. Но сдвинуться не могли. Отлично. Интересно, за какие нервные узлы в его пустой голове пришлось подёргать Марахарме, чтобы сотворить вот это? И главное, зачем она это делает? Мысли, которым было уже не до внезапно отказавших ног, начали свою тяжкую работу: соотносить действия с возможными мотивами. Макса удивило, что Джуффин никак не прокомментировал его уход. А ведь Марахарма вполне может проделать что-то такое и с самим шефом… Или не может? И потому ей нужна марионетка… Стоп-стоп-стоп. Тогда бы она просто захватила власть над телом Макса полностью и напала бы на Джуффина. И Макс тут же мысленно ударил себя по уху: догадки более идиотской выдумать уже нельзя. Что он сделает тому, с кем не может совладать Искажённая? Чувство разыгрываемого фарса не покидало его, оставалось понять, кто здесь правит балом, а кого пытаются оставить в дураках. Кроме самого Макса, естественно, его и оставлять не надо. И тут он, вновь взглянув в сторону реки, заметил, что почтеннейший начальник прямо на глазах у подчинённого совершает ужасающий просчёт: Джуффин, удерживая Марахарму над пугающей её гладью воды, абсолютно позабыл о том самом шесте, ради которого не так давно лично явился в Иафах, и тот был прислонён к перилам поодаль от сэра Халли, как бесполезная палка. И, несомненно, Марахарма видела то, что ей так было нужно. И, скорее всего, морочила голову и шефу, и самому Максу. И Макс, благороднейшая душа, не мог оставить события развиваться своим чередом. Лучше вмешаться и быть дураком, чем не вмешаться и остаться без шефа и половины Ехо. Проводником своего крайне важного сообщения он избрал Безмолвную Речь. Потому что сделать что-то втайне от мага, умеющего читать мысли, и так достаточно самонадеянно, но ожидать, что он, находясь в паре метров от Джуффина, не услышал окрик Макса, было бы совсем уж вершиной альтернативной одарённости. «Шеф, а не пытается ли она просто заполучить шест?» «Шест? — сэр Халли даже немного удивился зову Макса. — А, о нём не беспокойся». Ночное Лицо вновь предпринял попытку сделать хоть один осознанный шаг, но ноги всё ещё были как не свои. Будто бы до пояса сэр Макс стал дешёвым пластиковым манекеном, каких обычно выставляют на улицу магазины одежды. Но выше пояса полёт мысли продолжился. И неожиданно Макс услышал не свои голоса в голове. Это было подобно перехвату сторонней радиоволны, и, закрыв глаза, ему действительно удалось «настроиться» на нужную частоту. У голосов не было интонаций и тонов, было трудно определить даже, женские они или мужские. «Удивлена, что он ещё не вымер в ходе естественного отбора». «Я же за ним приглядываю». «И всё же не мешало бы ему свою голову на плечах отрастить, и не только для поглощения пирогов мадам Жижинды». «Ты волнуешься о нём?» «Будто ты нет. У тебя руки дрожат, я же вижу». Макс скорчил многозначительную мину. Однозначно, переговаривались эти двое заклятых друзей. И бессовестно обсуждали его, ненаглядного. «Да где она может пропадать? Может, вовсе покинула город», — внезапно сменил тему один из голосов, Макс даже не понял, Джуффин это был или Марахарма. «Я её знаю, придёт. Сила для неё — слишком большое искушение, чтобы потерять бдительность и страх. Но вот если мы её упустим…» «Не упустим». «С твоим творением я уже ни в чём не уверена». Ноги наконец вновь вернулись в безраздельное пользование Макса, но он не слишком обрадовался свободе. Ведь теперь совершенно не имел понятия, что делать. Уехать и оставить этих заговорщиков? Или понаблюдать за их мысленными переговорами ещё? Он совсем не заметил пары роковых обстоятельств. Первое: как и перед нападением на Иафах, вокруг не было ни одного случайного прохожего. Второе: сердце Тени вдруг забилось часто-часто, силясь обратить на себя внимание Ночного Лица и хоть как-то предупредить владельца. Его упорные сигналы бедствия Макс понял слишком поздно. А потом вновь полетел носом в камни мостовой, когда кто-то схватил его, как котёнка, за шкирку и небрежно отбросил в сторону. Пытаясь выставить вперёд руки, Макс грустно подумал, что пользы от него этим утром не больше, чем от мягкого мешка с мусором. В это же мгновение вспышка едва не ослепила его, и если бы неведомая сила не отшвырнула его, то сейчас бы, наверно, на месте Ночного Лица Начальника Тайного Сыска была бы дымящаяся и дурно пахнущая углём кучка пепла. Сознание Макса, смирившись с ролью своего обладателя, послушно не стало отключаться, и потому, морщась от боли в боку и руках и часто моргая, он слезящимися глазами смог увидеть, какого чёрта только что произошло. И, на самом деле, видеть пока что было почти нечего, потому что основные действующие лица опять стали невидимыми, лишь Джуффин, уже опустивший руки и держащий в них шест Искажённой, всё ещё своим присутствием напоминал Максу, что он не находится в бредовом кошмаре. Вновь полыхнуло, и теперь Макс явно ощутил пронзившую его боль. Его никогда не били электрошокером, но, кажется, это было не намного лучше, скорее, даже хуже. Сердце сбилось с ритма, всё тело затрясло. Он ни в коем разе не был потомственным электриком и совершенно не знал, как избавиться от этой тупой боли, которая отзывалась, наверно, в каждой клетке его несчастного организма. И, как ни странно, он не умер. Возможно, потому что это была бы самая неуместная и не геройская смерть из всего разнообразия, что предлагала ему жизнь в Ехо, и организм воспротивился этой несправедливости Через пару секунд вспышки прекратились, и мимо лежащего Макса пронёсся ветер, будто кто-то спасался бегством. Он смог лишь приподнять голову и увидеть фигуры Джуффина и Марахармы, вновь ставшей видимой. Они склонились над ним, и по выражению их лиц было нелегко догадаться, осуждают они Макса за ненужный энтузиазм и любопытство или сочувствуют ему. — Вставай, чудо, — коротко велела Марахарма, кривя губы. Присмотревшись, Макс заметил, что она придерживает левую руку, неестественно повисшую, другой, а из носа у неё течёт кровь. Джуффин же казался более целым, хотя общая потрёпанность оставила и на нём отпечаток. — Только если скажете, что это было, — с безапелляционностью капризного ребёнка заявил Ночное Лицо. На самом же деле он всё ещё оценивал, может ли он подняться без посторонней помощи и работает ли сейчас его родное сердце. Теневое, как ни странно, ничуть не пострадало и выбивало маршевый ритм. — Может, ты сам объяснишь нам, — отвернувшись от него, выплюнула Искажённая. — Тоже мне герой нашёлся. Тебя мама не научила не подслушивать чужие разговоры? Джуффин, ухмыляясь, как довольный кот, присел на одно колено и рывком заставил тело Макса подняться. Видимо, в движении он также использовал исцеляющую магию, так что ноющая боль во всём теле угасла и сменилась усталостью. Но с этим сэр Макс уже знал, как справиться. Осталось только дотащиться до Дома у Моста и пригубить бальзам Кахара. — Похоже, сегодня ты не самый удачливый водитель, — сказал сэр Халли, кивая куда-то в сторону. Неспособный более ничему удивляться, Макс узрел дерево, под которым он не так давно оставил амобилер. Вернее, то, что осталось от амобилера, под тем, что осталось от дерева. То есть раскорёженные и обугленные останки под расколотым пополам стволом с пылающей кроной. Строго говоря, горели вообще все деревья в окрестности недавней, как Макс понял, схватки. — Превосходно. Значит, опять пешком? — к прочим неприятным ощущениям Макса добавилось чувство дежа вю. — И что, вы мне из зарплаты вычтете эти два амобилера? — Из твоей премии за вредность, — не переставая слегка улыбаться, ответил Джуффин и пошёл вслед за Марахармой, которая, даже не пытаясь сбежать или вновь стать невидимой, уже побрела к Дому у Моста, не дожидаясь магов из Тайного Сыска. Максу ничего другого не оставалось, кроме как идти за шефом и стараться не упасть на мостовую в третий раз за день. — Ты, Макс, жертва своего неуёмного желания во всём разобраться, — начал своё объяснение с шуточного обвинения Джуффин, ища в карманах лоохи курительную трубку. — Ты даже немного преуспел, если я верно понял, и подслушал нас с Марой. Дырку над тобой в небе, я до сих пор не понимаю, как тебе удалось тогда с Меламори и сейчас с нами влезть в её магию. — У меня очень гибкая душевная организация, — пояснил Макс, наблюдая за Марахармой и гадая, что же стало с её рукой. — Могу настроиться на любую волну. Просто обычно я настроен на более приземлённые вещи вроде еды и сна, вот вы и не замечали. — Хорошо же ты прикидывался, — фыркнул сэр Халли, наконец доставая трубку и принимаясь её набивать. Это означало лишь одно: без дозы многозначительных пауз Макс до правды не доберётся. — Тогда, наверно, ты раскрыл наш маленький заговор. — Я слушаю много, но невнимательно, — качнул головой Ночное Лицо. — Но что я понял, так это то, что вы как-то хорошо ладите для тех, кто ещё недавно чуть не поубивал друг друга в кабинете Шурфа. — О, разумным людям старые обиды почти не мешают достижению общей цели, — Джуффин затянулся и выпустил спираль лилового дыма. — В чём Мара права, так это в том, что мы не справимся друг без друга, как бы нам обоим не хотелось это отрицать. Что бы я о ней не говорил, за пару столетий она и правда изменилась и вновь может подавить чувства разумом. Марахарма, идущая перед ними и будто бы не обращающая на болтовню внимания, передёрнула плечами, выражая одновременное ироничное согласие и раздражение. Этот жест прекрасно заменил бы слово «Резонно». — Спешу тебя утешить, — между тем продолжал Джуффин, — из того, что ты видел, далеко не всё было инсценировкой. Может, чуть меньше четверти. Пока ты развлекал Мару в подвалах Дома у Моста, мы беседовали с ней по Безмолвной Речи и кое-что придумали. Он замолк, вновь отвлекаясь на трубку. Мимо них пронеслась пара амобилеров, прохожие, увлёчённо переговариваясь, шли им навстречу. «Будут глазеть на горящую аллею», — прочитав недоумение Макса, хмуро пояснила Марахарма в его голове. К самой Искажённой жители Ехо также проявляли интерес, правда, куда меньший, чем к последствиям её магии. Возможно, она сама отводила от себя слишком любопытные взгляды силой внушения. — Так в чём же был план? — нетерпеливо спросил Макс, не дождавшись продолжения рассказа. — Подумать над ситуацией с позиции охотника, — туманно пояснил Джуффин, вынимая трубку изо рта и делая ею замысловатое движение. — Леоде в этом городе нужны всего три вещи: шест, Мара и массовые убийства, причём именно в таком порядке. С последним, очевидно, можно повременить, это дело наживное, — он невесело хмыкнул. — А вот первые два можно использовать в качестве приманки. Поставь и то, и то в беззащитное положение — получишь готовую засаду. — Но вы не выглядели так, будто готовы в любую секунду схватить её, — парировал Макс. — Со временем и ты сможешь совмещать пустую болтовню с работой. Надо лишь немного потренироваться, — махнул сэр Халли рукой. — Тем более, в то время, как я старался не уронить нашу искромётную мадам в Хурон, сама мадам отлично просматривала местность. Но, полагаю, твои панические мысли её немного отвлекли. «Много», — прозвучало в головах обоих служащих Тайного Сыска. Джуффин лишь снова улыбнулся и заговорщически понизил голос: — Ты всё-таки ей приглянулся, но она ни за что не признается. — Я всего лишь не хочу, чтобы Шурф лишился приятеля, — на этот раз Марахарма даже обернулась, чтобы проговорить свою фразу вслух. Кровь с лица она вытерла, но остатки спеклись под носом тонкой бурой коркой. — И пусть приятель постарается больше не соваться под мои атаки. — Не могу ничего обещать, — виновато развёл руками Макс. — Моя работа сопряжена с риском, и я не намерен лишаться его, переборщив с осторожностью. Марахарма пробормотала что-то вроде: «Суицидник», — и вновь отвернулась, не замедляя шаг. — Да уж, постарайся, — Джуффин стал немного серьёзнее, вновь прекращая пускать дымные кольца в воздух. — Быть может, мы бы смогли застать Леоду врасплох, если бы не беспокоились о твоей жизни. Ты, конечно, парень везучий, и ни одна из Искажённых тебя не убила ещё насмерть, но кто знает, не загуляет ли завтра твоя леди Удача и не оставит ли тебя одного в ночной скабе посреди горящего леса. — Но ведь… — Макс сглотнул ком вины в горле, — ведь не всё потеряно? Вы должны были задеть её. Она, может, сгорела, как спичка. — Маги с хорошими щитами не горят и не ломают костей, — покачал головой Джуффин. — Скорее, мы дали ей понять, что действуем сообща. До этого она ещё могла надеяться, что мы с Марой изведём друг друга без посторонней помощи. А сейчас нужно быстро придумать что-нибудь, что спасёт нас от Леоды, когда она восстановит силы. Макс взглянул на Марахарму, всё ещё придерживающую руку. «Не ломают костей, говорите, шеф? А это что тогда?» Но вопрос так и остался на задворках его сознания, ведь они втроём уже почти дошли до Управления Полного Порядка.