Что не делается, все к лучшему

Что делать и что думать она не знала, звонить и советоваться с Наруто было страшно. Как тот мог отреагировать? Что бы он подумал о ней? Но Акасуна был прав, она жила тем, что работала, она была счастлива слышать, как ее боготворят, как ей завидуют, ведь ее работы всегда достойны похвалы. Она должна делать выбор между неопределенным будущим и предательством. Хотя можно ли назвать предательством то, что она хочет вернуть свою работу? Не может же она вечно ждать пока Наруто заставит Саске образумиться, тем более они взяли эту Карин! Если она сработается с Акасуной — ей будет открыт путь в прежнюю жизнь. Тем более, она же не собирается раскрывать секреты Конохи. Сакура более предана, чем Саске. Если бы ушел он, то незамедлительно бы раскрыл все их соперникам. Она не такая. Сакура решила подождать до пятницы, и посоветоваться с Цунаде, которая поддержала ее со скрипом на сердце. Сенджу не сомневалась в намерениях подопечной, но понимала как это будет выглядеть по отношению к «Конохе». Работа в коллективе Акатски, казалось, будет невыносимой. Кривые взгляды на нее, как на шпиона, однозначно долго будут терзать ее. Однако, это ее волновало не больше чем сплетни из желтой прессы. Если ее примут, то она мало того, что не будет им мешать, наоборот, поддержит и улучшит их журнал. А Сасори начал выходить из себя уже в этот же день, и даже на следующий, когда она все так же не приходила. — Не слишком ли ты переусердствовал, когда давил на нее, да? — ликуя про себя, поинтересовался его помощник, тая глубоко в душе обиду на друга за то, что тот отдал предпочтение произведениям искусства Харуно, а не его. — Нет. Но я злюсь, что эта девчонка не может принять решение быстро, — произнес он, скомкав какую-то фотографию и кинув ее себе за плечо, попав прямо в глаз Дейдаре. Который поморщился и хотел вернуть должок своему напарнику, как вдруг в дверях зависла одинокая, высокая и угрюмая личность главного редактора и самого главного человека в этой компании. — Учиха, опять грустишь, да? — посмеялся Дейдара и кинул в него скомканную фотографию, он ни на миг не потерял бдительности и поймал комок бумаги. — Что тут у вас происходит? — серьезно спросил он. — Данна выбрал себе на замену какую-то наглую девчонку, и она до сих пор не решилась согласиться. Честное слово, я справился бы не хуже, чем он сам, да, — Учиха приподнял бровь и метнул взгляд на Сасори, который удосужился развернуться в его сторону, все так же сидя в кресле, и серьезно поглядел на босса. — Если ты посчитал, что она надежный человек, я не имею никаких возражений, — предупредил Итачи и уже хотел выйти, как снова завопил суматошный блондин, которого тот еле переносил из-за избытка шума. — Надежная? Фи! Да она работала в «Конохе», и выперли ее только из-за ненадежности, да! — он уселся в кресло за спиной Сасори и принялся за свою работу. Итачи же кинул взгляд на Сасори, ухмыляющегося тупости его напарника, и успокоился. Однако предполагаемый сотрудник оказался с вражеской территории. Это могло быть слишком опасной идеей. — Сасори, Харуно?! — удивился Итачи и развернулся, чтобы уйти. — Она любит свою работу больше, чем их журнал. Харуно — мастер высшего класса. Или ты берешь свои слова обратно, Учиха? — Сасори был одним из тех людей, который мог говорить с любым, как хотел, абсолютно не боясь и добиваться того, что хотел. Итачи хватило этой дерзости, чтобы понять, что его дизайнер уверен больше чем на сто процентов в своем выборе. Хотя сам он решительно намеревался быть с ней осторожным. На следующий день она снова не пришла, а терпению Акасуна приходил конец. Он не мог совершить ошибку! По крайней мере, он так думал. Но начал сомневаться в своей способности убеждать. — Опять нервничаешь, друг? — спросил Дейдара, не отрывая глаз от своей работы. Он будто чувствовал своего напарника, тот частенько становился занудой, но его коллеги уже почти этого не замечали, — она придет, даа… — уверенно сказал он. И она пришла. В конце рабочего дня Харуно с полчаса оббивала пороги их здания, пытаясь заверить себя в том, что она принимает верное решение. Все же решилась и, поднявшись на лифте на нужный этаж, встала посреди шумной редакции, где все так же, как и в «Конохе», бегали сломя голову. Она улыбнулась, вспоминая, как это приятно и перенеслась в то время, когда сама была среди любимых друзей, занималась любимой работой. Однако скоро ее вывели из ее воспоминаний. — Девушка, вам кто-то нужен? — поинтересовался незнакомец за спиной. Харуно развернулась и тут же отпрянула назад. Человек в медицинской маске и с повязкой для глаз смотрел на нее, и только по морщинкам возле одного глаза она поняла, что он не собирается ее убивать. Мужчина тут же зажестикулировал и замахал руками, чтобы она не боялась. — Тоби — хороший мальчик! — Харуно чуть не упала от смеха, но все-таки сконцентрировалась и сказала. — Мне нужно увидеть Акасуна Сасори, — и мужчина сразу подхватил ее под руку и повел вглубь помещения. Еще до того как они дошли до мастерской дизайнеров, она была уверена, что это место и есть святилище, в котором, как раб, служил Сасори. Оно выделялось от окружающего интерьера другими цветами и пространством, оформленным ярким и гармоничным дизайном, чтобы мастерам было удобней всего. Сасори и еще один молодой человек трудились над очередной разверткой и спорили о том, что лучше добавить. Сакура ухмыльнулась и оперевшись о дверной косяк произнесла: — Если есть сомнения, то лучше вообще ничего не добавлять. Сасори моментально обернулся и не смог удержать довольной ухмылки, зато блондин был явно неприветлив. Акасуна кивнул ей, чтобы она подошла, и остановил на середине комнаты для того, чтобы она осмотрелась. — Работа, достойная мастера, — похвалила она его. — Не сомневался, что ты придешь, — произнес он. — Неужели?! — скрестив руки на груди и немного опрокинув голову, произнесла она, смотря в лицо своего соперника. — Значит, утверждаешь, что не стоит ничего добавлять? — поинтересовался он. — Красота прячется за простыми вещами, это правило, которым руководствуюсь я, — пояснила она свое мнение. — Что ж, наверное, в этом мы с тобой похожи… — прошептал он отворачиваясь. — Что?! Еще одна зануда, да?! Красота — это взрыв красок и эмоций! — недовольно бурча себе под нос, протестовал блондин. Харуно прищурилась и посмотрела на него, как на полоумного. Направление ее взгляда перехватил, все еще стоящий рядом, почти безликий человек. — Ой, да не волнуйтесь, Дейдара-сама всегда такой вспыльчивый и экспрессивный! — проговорил тот. И мужчина, которого назвали именем Дейдара, тут же обернулся и закинул в него каким-то тяжелым предметом. — Ты что тут забыл, недоумок надоедливый?! — прорычал тот. Тоби и Харуно успешно уклонились от летящего предмета, и тот попал в кого-то другого, с недавних пор стоявшего за их спинами. Потом послышался недовольный рык. — Тоби — хороший мальчик! Мисс, не обращайте внимания, Дейдара-сама всегда так шутит, — Харуно оставалось натянуть легкую улыбку и только потом все удосужились повернуться назад, чтобы увидеть в кого прилетел неизвестный предмет. Высокий и статный, привлекательный и хмурый, словно божественное изваяние, перед ними стоял непоколебимый Учиха Итачи. Он, не обратив внимание, на присутствующую там Харуно, обратился к, стоящему перед ней, безликому. — Тоби, где документы, за которыми я тебя посылал? — тут же безликий почесав затылок и расстегнув рюкзак, до сих пор не замеченный Сакурой, достал запечатанный пакет и протянул его брату Саске. — Тоби, ты здесь курьер, почему я должен бегать по всему офису и искать тебя? — недовольно проговорил он своим властным голосом. Тоби как-то странно сверкнул взглядом, взглядом не принадлежавшим веселому и добродушному человеку и Харуно сразу же поняла, что этот курьер — лицемер, не тот за кого себя выдает. Тоби склонился в извинениях и только в тот момент Итачи заметил ее — яркую вспышку «Конохи». Он протянул ей предмет, который поймал, когда они уклонились, и она осторожно протянула руку, чтобы забрать. Сакура гордо и смело смотрела ему в глаза, хотя понимала, что именно в них вся опасность. Ведь она влюбилась в Учиха младшего именно из-за бездонных темных очей. Нет, говорила она про себя: такого с ней больше не повторится. Только не с этим типом. Тоби тем временем незаметно испарился, оставив их наедине. — Харуно Сакура, — представил ее Акасуна, чтобы как-то убрать то неловкое молчание, что повисло в его мастерской. — Это тот человек, который будет мне заменой. — Мы знакомы, спасибо, — скорее прошептала, чем произнесла, девушка, отходя в сторону Дейдары, чтобы вернуть ему яблоко «раздора». Она была знакома с ним уже давно. Она часто виделись на мероприятиях, а еще несколько раз в доме Саске, пока те еще жили вместе. — Надеюсь, вы пришли не шпионить? — выдавил он неудачную шутку. — Шпионить, — утвердительно призналась она, чтобы подколоть его. Сам Учиха заметил тенденцию, что все, кому не лень, говорят с ним, как хотят, и даже посмеиваются, потому в отместку предупредил: — Я буду следить за вами. — Не думала, что у главного редактора столько свободного времени, если так, то ваша контора долго не проплавает, и, к сожалению, я не успею вам насолить. — Сасори лишь ухмыльнулся и кивнул Итачи. Тот ничего не ответил и, развернувшись к ним спиной, удалился. — Будьте с ним помягче, он душка, — проговорил Дейдара посмеиваясь. — А вы, значит, знаток людских душ или его близкий друг? — посмеялась она, намекая, что тот состоит с ним в тесной связи. Акасуна, довольно улыбался и не вступал в дискуссию. Его в последнее время мало что веселило. Однако свежая кровь в коллективе приносила свои плоды. Блондин недовольно тсыкнул и вернулся к своей работе. — Ты привыкнешь и перестанешь обращать на него внимание, — проговорил Сасори, обращаясь к Харуно, она кивнула и про себя заметила, что за столь короткий срок успела повидать всех важных людей, и даже поняла, что все не так безнадежно, как она себе представляла. Так и началась ее новая жизнь. Почти сразу же она влилась в их, хоть и странный, но весьма грамотный коллектив. А тем временем Сасори становился все бледней и слабей, словно кто-то вытягивал из него жизнь. Каждый день, проведенный в его компании, заставил ее по-другому ценить жизнь. Теперь она поджимала губы, когда беспокоилась о нем. Однако, взамен получала лишь жестокий и все ненавидящий взгляд, не терпящий к себе жалости. — Единственное, что меня в ней бесит, — однажды признался Сасори в беседе с Итачи, — так это то, что она умеет сострадать и смотрит на меня такими виноватыми глазами, что хочется ее убить или вышвырнуть за дверь. Итачи снисходительно прикрыл глаза, выслушивая его. Конечно, он был постоянно занят и не мог проследить за тем, как она работает. Но положительного мнения Акасуна вполне достаточно для краткой характеристики. Итак, совместно с Харуно Акасуна выпустил первый совместный и свой последний выпуск «Акатски». Сакура только начала предлагать Сасори свои наработки, что готовила для «Конохи», и которые ей так и не удалось реализовать, как лицо Сасори перекосилось от боли и он сполз со стула на пол. К нему тут же подлетели Дейдара и Сакура. — Сасори-сама?! — тревожно позвал его Дейдара. Смертельно больной посмотрел на него так, будто бы умолял, и Дейдара тут же переключился на Харуно звонившую в скорую. — Сакура-сан, позовите Итачи. Харуно не растерялась и мигом выбежала из мастерской. Кабинет Итачи был недалеко, стоило забежать за поворот, как ее встретила большая черная дверь. Она раньше никогда не бывала внутри, только проходила мимо вместе с Тоби. Харуно постучалась и моментально забежала: Итачи сидел с какими-то документами и сразу же обратил на нее невозмутимый взор. — Учиха-сама, Сасори, он… ему плохо, Дейдара-сан попросил позвать Вас! — с раскрытыми от ужаса глазами, произнесла Сакура. Итачи поднялся и подошел к ней. — Подождите тут, — безэмоционально, как всегда, произнес он. Сакура удивилась и сразу же попятилась к двери, а потом сделала ошибку и повернулась к нему спиной. Молодой человек схватил ее за руку и потащил к креслу, на которое принудительно усадил. — Ждите тут. — Но почему?! Я хочу его видеть! — простонала она. Не понимая почему ей не разрешают быть рядом с тем, кто ей в последнее время стал близок духовно. Итачи не удосужился ответить ей и, воспользовавшись девичьим замешательством, вышел и закрыл дверь на ключ.