Лабиринт для Хранителя: в поисках Минотавра

Аквамарин смешивался с синевой и с потоками цвета льда, бурлили бирюзовые источники и неспешно проникали в остальные грязно-синие. Хранительница опять здесь, опять напряжённо осматривается, но ничего не видит. Бесконечный Океан окружает её, взирает свысока, продолжает показывать. Но она всё никак не может понять. — Когда время обернётся вспять и возродится то, что было уничтожено, когда тучи затянут небо в Царстве Солнца, когда... Лира распахнула глаза, делая глубокий выдох, а затем носом втянула свежий запах ночи. Потолок простой комнаты был украшен слабо мерцающими в темноте звёздами. Маленькая копия какого-то кусочка огромного Волшебного Измерения. Хранительница продолжила дышать размеренно и глубоко, сжимая в руках простыню. Рядом посапывала младшая сестра, ворочалась и что-то бормотала в беспокойном детском сне. Лира обернулась к ней и осторожно коснулась спутанных тёмных волос. Невинный маленький ребёнок, и миллионы таких по всему измерению, тех, чьё будущее полностью зависит от неё... Хранительница поднялась с постели и в лёгкой ночной рубашке вышла в спящий сад. Под тёмной завесой дожидались рассвета многочисленные деревья, кустарники и цветы, лишь листья их колыхались слабо и умиротворённо. Луны бледными лицами взирали на неё с чёрного небосвода, и ветер ласково касался босых ног и рук, увлекая за собой. "Мне нужно найти ответ. — Лира покорно следовала за стихией, и далёкие звёзды следили за каждым её шагом. — Я чувствую, что у меня мало времени". Она пришла к заросшему мягкой травой берегу реки, что ночью казалась чёрным омутом, и села, прижимая колени к груди. Рассеянные блики скользили по водной поверхности, тихое журчание наполняло собой ночную тишину, и Лира вновь задумалась о Бесконечном Океане. Там, в месте пересечения, в самом его центре, есть кусочек и этой реки. Всё взаимосвязано, всё находится в идеальной системе, всё... Мысль оборвалась, привычная и ранее неоспоримая, и Хранительница нахмурилась, до крови прокусывая губу. "Всё нерушимо", — так она хотела сказать себе самой. Но правда ли это? Она давно призналась себе: Порядок нарушен. Но кто в этом виноват? И какова его цель? — Когда время обернётся вспять и возродится то, что было уничтожено, когда тучи затянут небо в Царстве Солнца... — Лира прошептала таинственную фразу из сна, в задумчивости проводя ладонью по росистой траве. — Тучи затянут небо в Царстве Солнца... Голос, что произносил эти слова, был далёким, но казался знакомым и родным. Он будто пробивался сквозь завесу тяжёлых и мрачных снов, пытался подсказать, повести в правильном направлении, но оставался недостижимым. Хранительница была уверена: фраза звучала в её разуме не до конца, но не знала, где найти продолжение. — Подскажи мне. — Она поднялась, стянула ночную рубашку и, подойдя к самому краю берега, осторожно погрузилась в холодную воду. — Покажи мне, — тихо попросила она, и голос слился с течением, — где время обернётся вспять. Единым целым стали Хранитель и стихия, загорелась заполненная печать, и Лира почувствовала, как её тело растворяется в потоках, приобретая иную форму и вместе с тем не теряя собственную. Лёгкие наполнились жидкостью, продолжая позволять ей дышать, и скользкие водоросли касались ступней. Она чувствовала Воду. Она видела и слышала ею. Она сама была Водой. Аквамарин смешивался с синевой и с потоками цвета льда, бурлили бирюзовые источники и неспешно проникали в остальные грязно-синие. Теперь сама она — поток, проникающий в другие и позволяющий проникать в себя. Часть Бесконечного Океана, часть мироздания. Часть того, что стремилось дать ей подсказку. Бесконечный Океан — брешь, проход в любой из миров. Попади туда, найди нужное течение — и вода вынесет тебя к берегам желаемого мира, не поняв даже, друг ты или враг... Когда время обернётся вспять и возродится то, что было уничтожено... Какой из миров будет защищать Вода, чтобы не позволить возродить то, что было уничтожено? Лира открыла глаза. С обратной стороны чёрной водной поверхности плясали блики бледных лун. — Андрос. *** Лейла, зажатая в тесный корсет, с прямой королевской осанкой топталась у каменистого берега, бесконечно озираясь по сторонам. После произошедшего в Алфее Винкс разъехались по домам и на время перестали общаться. Всегда дружные, всегда единые в своём мнении, сейчас каждой из них самостоятельно нужно было осознать случившееся и понять, что делать дальше. Понять, что они могут и должны вместе. Понять, что каждая сама по себе может и должна. Девушки знали, что Лира вернулась на Линфею, к приёмной маме. Переживая за неё искренне и всем сердцем, они, однако, не решались её потревожить. Винкс понимали, что Хранительница не захочет обсуждать поступок мисс Фарагонды и Марион, предпочтёт уйти в себя, а возможно, внять древним и мудрым голосам, что порой говорят с ней из-за завесы прошлого и смерти. И тем страннее Лейле было получить на рассвете короткое сообщение от подруги. "Я буду на Андросе в девять часов утра. Жди меня у западного берега". Ничего не объяснив родителям, Лейла покинула дворец и пришла на место встречи за полчаса до назначенного времени. Сердце её сжимала тревога: вряд ли Лира летит на Андрос, чтобы посплетничать или просто хорошо провести время. Но в то же время едва ли они так близки, чтобы именно с ней Хранительница поделилась душевными переживаниями. Получается, цель её визита была иной. Наверняка куда более глобальной. Лейла тяжело и медленно вздохнула, позволяя себе прикрыть напряжённые глаза. Воздух пах морской свежестью и солью, шумел океан, родной и дикий одновременно, и корни взывали к принцессе морей, память будила воспоминания о жизнях, проведённых в теле русалки. Принцесса Андроса унаследовала свободолюбивый и непокорный нрав, силу духа и тела. Она сама была словно волна: гибкая, могущественная, неумолимая. Но даже такие умеют бояться. Портал возник внезапно, хотя она так ждала его. Вспыхнул тёмной искрой у кромки воды, налился бордовым светом, расширился, являя брешь в пространстве. Из неё появилась тонкая фигура с большими сияющими крыльями за спиной. Лира попыталась улыбнуться, но мышцы её не послушались, и Лейла сразу поняла: случилось что-то плохое. — Лира! — Она стремительным шагом достигла берега, всмотрелась в силуэт подруги, отражающий солнечный свет. Прекрасная фея Энчантикса. Сильный борец за Равновесие. Уставшая, потерянная и преданная девушка. — Лейла!.. — Она приземлилась, потянулась к подруге, и та обняла её, крепко сжимая талию, кажется, ставшую ещё тоньше с прошлой их встречи. Хранительница волей-неволей ждала этого момента. Сама себе не признавалась, пряталась за своими мыслями, но отчаянно, каждой клеточкой тела желала увидеть хоть кого-то из Винкс. Разделить горе, печаль, злость и проблески надежды. Разделить боль, тупую боль в груди, что никак не желала угасать. Отдать внезапный холод сердца и взамен получить крупицы тепла. — Лира, как ты? — Взволнованные глаза цвета моря смотрели прямо на неё, руки не отпускали, и шаткое чувство безопасности и единства наконец разлилось внутри. — И что случилось? — Мне нужно поговорить с тобой и твоими родителями наедине. Так, чтобы больше об этом никто не знал. Пока это лишь мои доводы, но лучше перестраховаться. Есть здесь место, где никто не узнает о нашей встрече? Лейла на мгновение задумалась, а затем утвердительно кивнула. — Ставь воздушную защиту. Путь предстоит неблизкий. Сердцем принцесса Андроса часто возвращалась в это место. Зал у самой крыши башни, отдалённой от основной части дворца, с колоннами вместо стен. С небесами, до которых, казалось, рукой можно дотянуться, с видом на океан. Любые оковы здесь уносились ветром, любая клетка оставалась далеко внизу. Здесь Лейла впервые начала танцевать. Она хранила это место как память, как свой тыл. Никто не ходил сюда, все забыли, где кроткий нрав принцессы когда-то дал трещину. И где она боялась, постоянно боялась остаться одна. Лейла привыкла видеть этот зал пустым, и, если закрыть глаза, казалось, что рядом всё ещё танцует лёгкая и грациозная Энн. Но сейчас принцесса Андроса не могла закрыть глаза и отдаться воспоминаниям. — Лира! Как неожиданно... Воздушная завеса спала, и король и королева Андроса ахнули, неосознанно взявшись за руки. Тередор и Ниобе не почувствовали ничего, когда поднимались во витиеватой лестнице, хотя в обоих жила древняя природная магия. И теперь были поражены, когда воздух, кажущийся прозрачным и чистым, внезапно приобрёл форму, являя Хранительницу Волшебного Измерения. — Здравствуйте. — Лира кивнула родителям подруги, пока солнечный свет проходил сквозь большие крылья за её спиной. — Мне нужно поговорить с вами. Андросу, возможно, снова грозит опасность. — Что?! — Король нахмурился, автоматически касаясь рукоятки меча, но Хранительница в примирительном жесте вытянула руку, прося его остановиться. — Пока это лишь моё предположение, и я очень надеюсь, что ошиблась. Но вместе с тем у меня есть основания полагать, что произойдёт... вновь. Лира видела, как изменились лица правителей и их дочери, видела горечь и непонимание, что отразились в их мимике и глазах, чувствовала и понимала, но... Они должны быть готовы к удару, должны по праву рождения и титула. — Портал в Измерение Омега. — Она сразу перешла к делу, не желая тратить время на прелюдии. — Я думаю, что его откроют снова. — Но портал уничтожен! — возразил Тередор, не привыкший ещё доверять Хранительнице так, как Лейла, мгновенно почувствовавшая, как земля словно уходит из-под ног. — Его нельзя открыть! — И возродится то, что было уничтожено, — процитировала Лира. — Я слышу это каждую ночь. А сегодняшней ночью Вода показала мне, где возродится то, что некогда уничтожили. Вы сами понимаете: в этой вселенной немного планет, которые так рьяно станет защищать стихия. И всего одна, где действительно есть, что возрождать. Лейла с мольбой в глазах воззрилась на подругу, но та молчала, поджав губы и напряжённо наблюдая за королевской четой Андроса. Они думали, они сомневались. Они выносили решение. Муж и жена, единые в помыслах и намерениях, идеальные части одного цела, души, что были предназначены друг другу... Лиру давно перестало пугать особое чувство материи, связь с каждой энергетической волной, что миллиардами пронизывали Волшебное Измерение. Она не просто стала понимать, видеть и ощущать лучше: кажется, она сама становилась частью мира, Равновесие которого хранила. — Хорошо. — Крепкое убеждение пошатнулось, былая твёрдость начала крошиться, и король Андроса поднял на Хранительницу прищуренные глаза. — Предположим, что ты права. И что нам делать? Как мы можем это предотвратить? И, в конце концов, кто стоит за этим?! — Я не знаю, — соврала Лира, и воздух на мгновение задержался в её лёгких. — Но я знаю, что вы можете сделать, чтобы облегчить удар... — Облегчить удар? — перебила Ниобе, и голос её прозвучал отчаянно. — Но разве мы не можем его предотвратить? Яркие бирюзовые глаза потемнели, окаменело лицо, сжались в кулаки тонкие ладони. Ветер, порывами гуляющий под крышей башни, стих, замирая на полушаге. — Лира?.. — тихо спросила Лейла, выгибая тёмные брови. Хранительница перевела на неё серьёзный и полный бессилия взгляд. — Сейчас я вынуждена играть по чужим правилам. Дни на Андросе были похожи на забвение. Лира с Лейлой не спускали глаз с каменной воронки, и каждую постоянно гложили воспоминания о том страшном времени, когда в Волшебном Измерении бесчинствовали Валтор и Трикс. Лейла помнила, сколько боли они принесли её семье, народу и планете, подругам, Алфее, другим мирам... Она помнила, как ужасно и как страшно было не видеть ничего, какой беспомощной и бесполезной она чувствовала себя тогда. Помнила, какими были разрушения и смерти, помнила, как ради Андроса едва не погибла Текна и как ушла на Пирос Блум, не зная, сможет ли вернуться... Сердце Лейлы болело и страдало, когда она думала о том, что портал в Измерение Омега снова может открыться. Снова монстры, снова битвы, снова смерть... Лира же остро ощущала уже улёгшуюся, казалось, борьбу в груди. Снова восстал Свет против любви к демону, снова Тьма напоминала, как до дрожи хорошо в его объятиях. Страшные и кровавые картины перемешивались с мгновениями блаженства и любви, и Хранительница вновь терялась в своём лабиринте, не имея возможности найти выход. Облокотившись о каменный подоконник и подперев подбородок ладонями, она бесконечно долго вглядывалась в каменную воронку, в недрах которой произошло её последнее сражение с Валтором. Тогда она отпустила его, не найдя в себе сил на убийство, надеясь, что когда-нибудь её чувства остынут, но вместе с тем желая, чтобы мужчине ничего не угрожало. Но она не смогла. Спустя год, встретив его снова, она не сказала ни слова, увидев Валтора рядом с троном... Синева океана пленила, и феи подолгу плавали, общаясь с русалками и изредка посещая Подводное Королевство. Печать на груди Лиры почти всегда слабо сияла, и Хранительница растворялась в чистых водах, слыша голоса стихии и времени, мироздания и высшего порядка. Она ощущала себя одним целым с водой, а через воду — с Андросом. И потому сразу почувствовала, когда идиллия рухнула, а планета содрогнулась от предчувствия новой трагедии. Каменные тоннели казались бесконечными. Плотная темнота рассеивалась лишь слабым светом, родным и знакомым, и оттого фея четырёх стихий раз за разом продолжала свой путь. Она плечами ощущала, как давят сверху толщи земли, а где-то рядом несёт свои воды подземная река. Ещё дальше точно кто-то жил — энергию их тел и мыслей блондинка тоже чувствовала, но её путь шёл от всего мирского, дальше, к месту страха и вечного заключения... — Когда время обернётся вспять и возродится то, что было уничтожено, когда тучи затянут небо в Царстве Солнца, когда... — По-мо-ги... Лира порывисто села, делая глубокий резкий вздох, и тут же соскочила с кровати, не обращая внимания на чёрные пятна перед глазами и головную боль. Она подбежала к окну, выходящему на чёрную пучину океана, как раз в тот момент, когда у самого горизонта вспыхнул золотом портал в Измерение Омега. И боль заслонила собой всё. — Лира! Лейла тут же оказалась возле осевшей на пол Хранительницы, которая тяжело и глубоко дышала, прикрыв глаза. Свет уничтоженного, но возрождённого портала разрезал ночную темноту, осветил собой планету воды. Но принцесса Андроса едва успела посмотреть наружу. — Лира, что с тобой?! — Лейла разрывалась от желания броситься туда, к океану, и остаться тут, с Лирой. У портала находился постоянный караул, на воде дежурили русалки, отец, скорее всего, уже был в пути, и время помочь подруге наверняка есть. Вот только как? — Это... Равновесие, — прохрипела Хранительница, полузакатанными глазами смотря в потолок; тело её выгнулось, как при сильной боли. — Он... портал... Его нарушил... Дракон, как же больно... — Лира!.. — Лейла не знала, что сказать или сделать; взгляд её блуждал от воронки и обратно к фее четырёх стихий, растерянный, тревожный и отчаянный. — Иди, — прошептала Лира, подавляя кашель в груди. — Мне нужно немного времени, я с этим справлюсь... — Я не могу бросить тебя! — Можешь. — Лира заставила себя посмотреть на Лейлу, хотя зрение упорно не желало фокусироваться на её лице. — Ты принцесса Андроса, Лейла, а я Хранительница Волшебного Измерения. И только потом мы друзья друг другу. Иди и спасай свою планету! Всхлипнув, фея морфикса кивнула и, перевоплотившись, вылетела в окно, спеша к людям и русалкам, что уже держали удар. Лира же, едва силуэт подруги исчез из поля зрения, издала полный боли стон и обмякла, прислонившись к стене. Её разрывало изнутри, кислорода не хватало, и она не находила в себе сил даже пошевелиться, не говоря уже о том, чтобы перевоплотиться и сражаться. Она была на Андросе, когда портал почти уничтожил планету, помнила состояние слабости и беспомощности, но сейчас... Сейчас было совсем другое. Валтор тогда нарушил Равновесие, но лишь импульс прошёлся по нитям, что связывали собой всё существующее. Но сейчас не просто выстроили мост между двумя противоположными друг другу мирами: был нарушен Высший Порядок, время обернули вспять, и всё Волшебное Измерение всколыхнулось, ощетинилось, взвыло от боли и ярости. И всё это обрушилось на его Хранительницу, которая, увы, никак не могла этого предотвратить. — Мне нужно... идти. — Лира не знала, к кому обращалась, но была уверена: её слышат. — Отпусти меня... Пожалуйста... Я не перенесу... Если здесь опять... Погибнет кто-нибудь. — Если так велит Судьба, то ты бессильна. — Кай. — Хранительница не видела его, но слышала, и наугад протянула руку, которую Кай тут же перехватил у запястья, позволяя бледным пальцам впиться в его кожу. — Я не понимаю, что происходит... — На тебе сейчас весь груз произошедшего, — объяснил артефакт, рассеянным взглядом блуждая по изгибающемуся от боли телу. — Все последствия ты ощущаешь физически, потому что ты — часть этого мира. — Но мне нужно бороться... Нужно пойти туда и... — Ты не можешь. — Кай отрицательно покачал головой. — Ты слишком слаба. Впрочем, это то, чего он добивается. — Кто? — Лира встрепенулась и, собравшись с силами, перевела осознанный, хоть и затуманенный, взгляд на Кая. — Ты знаешь, кто это? — Я никогда не видел его, но всегда чувствовал. Рано или поздно он должен был прийти в это измерение. Здесь есть то, что он искал всю свою жизнь. — Кто он? — с мольбой в голосе вопросила Хранительница, чувствуя, как очередные волны боли поглощают её тело и разум. — Хаос. И он пришёл за тобой. *** Мгла. Чёрная пустота, где не видно глазам ни зги, но всё чувствует душа, крепко-накрепко связанная с этим измерением. Лира глубоко вдыхала и выдыхала, игнорируя боль, пожирающую её физическое тело. В этой материи было легче, здесь ощущения отступили на второй план и остался лишь разум. И та сила, что заключена в девичьем теле. "Я не могу сражаться там, в материальном мире, — подумала Хранительница. — Но я могу отыскать его здесь". Но кого искать? Слова Кая как сквозь вату вновь прозвучали в сознании, и Лира напряглась. Она была не только зла, но ещё и напугана, обездвижена незнанием, как себя вести и что делать, чтобы победить. "Хаос... Это моя противоположность. Но его никогда не было, и он пришёл... Пришёл за мной?" Мысли метались, хаотичные и наводящие ужас, но Волшебное Измерение всё ещё содрогалось, раненое, надломленное. И Хранительница собрала волю в кулак, игнорируя собственный внутренний разлом, и полетела вперёд, физически ощущая пространство вокруг. Она знала, что нужно делать. — Каждый портал, созданный магом или артефактом, — это мост. — Профессор Авалон, заложив руки за спину, вышагивал вдоль ряда парт. — Да, в нашей материи вы видите лишь брешь в пространстве, сияющую волшебством, но там, в высшей материи, это выглядит как мост, связывающий одну точку с другой. — И выходит скоростной лифт? — насмешливо спросила Нова, вертя блестящей ручкой. — Можно и так выразиться. — Профессор снисходительно улыбнулся, кивая студентке. *** Лейле всегда казалось, что она помнит. Помнит, как однажды перевернулся весь её мир, как грязным стал вековой океан, как русалки, теряя рассудок под тёмным колдовством, нападали на сестёр, как стража сдерживала бесконечных монстров и как вода цвета крови плескалась у берегов... Она была уверена, что всегда в мельчайших деталях будет помнить то, что Валтор сотворил с её планетой, но время неумолимо: память принцессы Андроса постепенно вытесняла плохие воспоминания, заменяя их новыми. И потому, увидев, как монстрами кишел заново открытый портал в Измерение Омега, как люди и русалки воевали за Андрос, как снова проливалась кровь и умирали её соотечественники, Лейла на мгновение зажмурилась, почувствовав, как закружилась голова и смешалось настоящее и прошлое. "Это не должно было повториться, — упорно вещал голос в голове, пока её отец заносил меч над головой бывшего заключённого, — это не могло повториться. — Русалка вскрикнула, и высокий четырёхрукий монстр ещё раз ударил её по лицу, отшвыривая обратно в воду. — Я не должна была этого допустить!" Лейла привыкла, что они с Винкс могут всё. Привыкла, что всё разрешается, стоит им приступить к делу, что люди остаются живы, а преступники либо погибают, либо отправляются за решётку. Да, они теряли, но затем с блеском побеждали. И не было того, с чем не могли справиться Винкс. И оттого тяжело было принять, что она бессильна. Что даже Лира, самая сильная фея Волшебного Измерения, та, кто из прошлого вызывает духов и сама с лёгкостью переходит в иную материю, не смогла предотвратить беду, что вновь постигла Андрос. "Я не знаю, кто ты, — подумала принцесса Андроса, яростно сверкая глазами и отправляя ударную волну в сторону сразу трёх монстров, — не знаю, как тебе удалось это, но, обещаю, я сделаю всё, чтобы тебя остановить". *** Темнота рассеивалась, и свет звёзд и планет озарял путь Хранительницы. Она летела вперёд, ведомая чем-то изнутри, и крылья легко несли её сквозь мглу. Лира знала, что это не то космическое пространство, где часто летают межпланетные корабли и звездолёты — нет, то была иная его часть, пускай и выглядела так похоже, что лишь внутренняя магия подсказывала, где она находилась на самом деле. Она летела, ослабленная, обозлённая и испуганная, но полная решимости покончить с тем, что натворил Хаос, помочь тем, кто сражается сейчас на поле боя вместо неё. Вселенная ослабла тоже, растеряла своё могущество и непоколебимость, но молчала. Впервые молчала, хотя удар был так силён, хотя перемешали то, что кануло в лету, и то, что жило сейчас. Андрос позвал Хранительницу на помощь, Вода позвала, но не Волшебное Измерение. Оно словно забыло о своём бессмертном воине, словно смирилось с происходящем. Словно так и должно быть. Лира содрогнулась от этой мысли, но тут же прогнала её прочь. Нет, не может Вселенная желать погибели тому, из чего состоит сама. Быть равнодушной — запросто. Но не враждебной. Мировой порядок совсем не такой. — Ты уверена? Хранительница остановилась, напряглась, прикрывая глаза. Это не её голос. Чужой, холодный, но в то же время притягательный. Словно она знала его раньше, когда-то давно, ещё до рождения собственного и рождения первого Хранителя... Задолго до того, как началась история. Внутреннее чутьё подсказало, где найти его, и Лира опрометью свернула вправо. Она плохо знала звёздную карту Волшебного Измерения, и воспоминания прошлых жизней тоже не помогали ей. "Едва ли Хранители когда-то так остро нуждались в этой материи, — пронеслось в голове, пока сама она летела мимо небесных светил. — Едва ли кто-то из них когда-то ощущал то же, что и я". Она заметила его сразу. Длинный и плотный, он словно состоял из сверкающего золота и связывал одну планету с другой. И вспыхивал, от начала светло-голубого шара и яркой искрой до синего, каждый раз, когда кто-то проходил по нему... "Как скоростной лифт". — Лира вспомнила слова Новы и поморщилась, а затем призвала Огонь Дракона. — Не знаю, как разрушать то, что выстроено на высшем уровне, — прошептала она сама себе, пока пламя бежало по телу и собиралось за спиной, — но у меня, в конце концов, сравнительно много вариантов. Куда ближе и громче, чем в мире, где привыкли жить другие, взревел Бог и извивающимся огненным ящером бросился вперёд. Мост содрогнулся, и Хранительница увидела неглубокую, но длинную трещину у самого его низа. — Поддаётся. — Она облегчённо выдохнула, на этот раз призывая магию Земли, — а значит, скоро падёт. *** Лейла отбросила в сторону очередного монстра, а затем тут же призвала волну морфикса, сметая подступающих к русалкам со спины преступников. Лира не появлялась, бойцы слабели, и принцесса Андроса чувствовала, как что-то надламывается изнутри, но упорно продолжала сражаться. Очередное чудовище показалось из золотой воронки, высокое, агрессивное, с рядом острых зубов, подвижной, вытянутой вперёд челюстью, шестью руками, покрытое перьями и чешуёй одновременно... Лейла вздрогнула от отвращения, однако тут же приготовила сферу, чтобы атаковать. Вот он сделал шаг, намереваясь очутиться на её земле... но воронка внезапно вспыхнула огнём, и монстр сгорел, так и не завершив перемещение. Лейла удивлённо ахнула, теряясь на мгновение. Свидетелем странной помощи извне стал и Тередор, сражающийся у самой вершины воронки. Разрубив напополам гибрида волка и крокодила, он громко спросил: — Лейла, что это было?! — Это... — Принцесса Андроса не знала и сама, но затем внезапная и очевидная догадка озарила её разум. — Папа, наверное, это Лира! — Но как ей удалось?! — Не знаю, но она помогает нам! Возможно, она пытается разрушить сам портал! — Надеюсь, у неё получится. — Тередор блокировал удар рыцаря в кроваво-красных доспехах, которого магией тут же снесла Лейла. — Их слишком много, как будто они только и ждали этого портала... Принцесса Андроса промолчала и поспешила на помощь страже. Она не знала, кто их новый враг, не знала, как ему удалось подчинить время, заставить их лишь ожидать, а затем сражаться. Не знала, почему он решил напасть именно на её планету, но отныне жаждала отмщения. *** Вспышки разноцветного волшебства озаряли космическую тьму. Сперва огненно-красные, затем зелёные, сразу за ними ярко-голубые, потом серебряные — и заново. Мост дрожал, покрывался трещинами, золотые фрагменты местами выпадали, становясь ничем, и умирали чудовища, стремящиеся в момент атаки попасть на Андрос... Стиснув зубы, Лира атаковала раз за разом, но силы её постепенно гасли, а мост всё стоял, выдерживая натиск её магии. Она тяжело дышала, губы механически шептали заклинания, являлась очередная стихия, но Лира чувствовала: недостаточно. Впервые той магии, что обычно сметала врагов, не хватало. Да, когда-то она едва не проиграла Прародительницам, и если бы не Валтор, то Волшебное Измерение осталось бы без своего Хранителя до рождения нового. Но то было совсем иное время, иные знания и силы; неопытность и юность были словно кляксами на идеальном полотне. Сейчас же Лира почти стала той, кем Судьба уготовила ей быть. И, видимо, потому столкнулась с силой, равной её. Она ощущала древний исток этого колдовства, Высшее Начало, заключённое в этой магии. Она противилась ей, знала, что то противоположность, но вместе с тем бессмертной своей душой чувствовала сильное притяжение, желание раствориться в Хаосе, саморазрушиться, чтобы переродиться. Но мысль о том, что вместе с ней падёт и весь мир, холодными тисками удерживала в реальности. Лира всегда помнила о последствиях. И потому раз за разом четыре стихии били по золотому мосту. Наконец слабость разлилась по всему телу вместе с болью, и Хранительнице пришлось остановиться, чтобы не потерять сознание и здесь. Она опустила напряжённые руки, глубоко вдохнула и выдохнула, прикрывая глаза. Худая и лёгкая, самой себе она казалась тогда неимоверно тяжёлой, такой, что блестящим крыльям с подвесками сложно было удерживать её. Ей казалось, что она ужасно ошибается. "Что мне делать? — вопрошала она у самой себя. — Как разрушить этот мост? Прямо сейчас монстры телепортируются на Андрос..." Она посмотрела на серебряную Омегу, излучающую слабый голубой свет. Затем на Андрос, ярко-синий и сдерживающий натиск самых опасных преступников Волшебного Измерения. Хранительница вздрогнула, сжала руки в кулаки, готовясь вновь вступить в бой, но внезапно мост вспыхнул так ярко, что она зажмурилась. Ударная волна отбросила её назад, и от неожиданности Лира едва удержала равновесие. Продолжая заслонять глаза, она рассмотрела, что все трещины, оставленные её магией, затянулись. А в самом центре чёрная фигура, разведя руки в стороны, излучала золотое сияние, змеями расползающееся вдоль портала. Та же фигура, что и в музее графа Альтерига... "Он его восстанавливает!" — поняла Лира, и ярость тут же вспыхнула внутри. Злость и страх за близких всегда будили в ней силу, находили кратчайший путь к древнему её истоку. Бирюза её глаз пропала, уступив место плескающейся фиолетовой магии. Золотое сияние чужой магии, подобное свету солнца, померкло, возвращаясь к своему хозяину. За спиной Лиры аметистовыми щупальцами двигалось волшебство, могущественное и опасное, и она летела вперёд, позабыв об осторожности. Древняя сила Хранителей питалась её энергией и энергией самого измерения, продолжая расти, наполняться тёмным и светлым мерцанием. Лира, выглядящая одновременно гармонично и нелепо на фоне огромного сгустка магии за её спиной, остановилась и с вызовом посмотрела в скрытое чёрной дымкой лицо противника. Его золотая магия клубилась подобно туману рядом с ним, и выглядело это так, словно большая туча готовится закрыть собой солнце. Словно злодей — это Хранительница, ослеплённая яростью, а герой — Хаос, не желающий открывать своё лицо. Но, когда магия Равновесия сорвалась вперёд вместе с криком Лиры, дымка на мгновение растаяла, являя заинтересованные золотые глаза и слабую улыбку. Мост разрушился, разбился на осколки, словно хрустальная ваза упала с высокого стола. Золото в последний раз вспыхнуло и погасло, растаяло в космическом мраке. Находящийся рядом силуэт тоже исчез, словно его и не было. Осталась лишь задыхающаяся Хранительница и фиолетовое волшебство, тоже постепенно рассеивающееся в пространстве. Лира всхлипнула, ощущая одновременно облегчение и боль, и неуверенно подняла глаза. Моста не было. Портал на Андрос исчез, она справилась, восстановила Равновесие. Но... Лира обернулась. Серебряная планета осталась безмолвной. Не каждый может попросить о помощи. *** — Омега! Лейла отпрянула от подруги, когда та, бледная и холодная, ещё секунду назад лежащая на полу без сознания, резко подорвалась с бегающими воспалёнными глазами. Лира вскочила и бросилась к окну, но портала там уже не было. Остались лишь солдаты Андроса, задерживающие сбежавших монстров. — Лира, всё закончилось, — осторожно заметила оставшаяся за её спиной Лейла. — Тебе удалось разрушить портал, и мы... — Нет. — Хранительница покачала головой, но слабость тут же дала о себе знать: она вцепилась руками в подоконник, чтобы удержаться на ногах, и осторожно повернула голову к подруге. — Я разрушила мост, но ничего не закончилось. — О чём ты? — Лейла в удивлении вскинула брови. Лира тяжело вздохнула, а затем серьёзно посмотрела на подругу. — Звони девочкам, мы не справимся одни. — С чем? — С Омегой. Она тает.