По закону Змеев . Опекун Джонс

       Семейные узы так смазываются, когда в жизни людей пробегают черные полосы, как бы напоминая: «Не проси большего! Будь доволен тем, что ты имеешь. Люби полностью без границ. Люби открыто и чисто или лишишься и того, что ты имеешь.» Кто они, родные души, близкие люди, идеально подходящие в твой мир?       Долгая дорога изматывает семью Джонс. Все устали, хотелось поесть, принять душ и поспать. Но они спешили, их ждет одинокий ангел. Напуганная плачущая девчушка, требующая защиты и сочувствия. Она столько пережила за эти пару дней. Мы обязательно защитим тебя, ангел!

Дом Купер

       Когда дверь открылась, Элизабет втягивала в себя отравляющий сигаретный дым и куталась в мамину куртку, как будто ища в этом жесте маминых теплых объятий, таких нежных, успокаивающих и родных, которых больше никогда не сможет ощутить на своей коже. Образ матери неминуемо таял в памяти, как будто у неё никогда не было её. Идеальной семьи больше нет.       Скрип входной двери возвратил её в реальность. Перед ней стояли трое гостей. Мужчина возраста отца, кажется, где-то на маминых фото она видела его, только там он был моложе. Его сопровождали два парня, или один, слишком уж схожие были их лица, кажется, она начинает сходить с ума. И податливое воображение приветливо делится с ней образами. Она поймала на себе сочувствующий взгляд мужчины, одетого в строгое пальто. Не смотри на меня так. Сдалось мне твоё сочувствие. Брюнет в странной вязанной шапке, напоминавшей форму короны, в обычных джинсах и кожаной куртке. Я тебя умоляю, на улице не так холодно, чтобы носить головной убор. У тебя на куртке тоже змей? С таким же лицом, как у брюнета стоял блондин с собранными в хвост волосами. Он был одет тоже джинсы и такую же куртку.Ты вообще реальный? Брюнет бесцеремонно достал телефон и сфотографировал её в таком вот странном виде. Что ты себе позволяешь? Ты в моём доме!       Форсайт был поражен виду девушки. Она сидела на лестнице, выпуская из легких сигаретный дым. Он вздохнул. С этим я обязательно разберусь, но позже. Ты искала замену воздуху и выбрала сигареты, это предсказуемо. Черные рваные джинсы, несуразная майка, кеды, и куртка Элис. Он узнал её, ведь сам делал её для подруги, только на этом экземпляре была еще красная роза впереди, он так признался ей в чувствах. Она хранила эту куртку много лет. Он увидел, как старший сын сфотографировал девушку на фотокамеру телефона. Что за порыв? Младший смотрел на девушку, словно не мог поверить, что это она. Он помнил фото с отцовского ноутбука, и создал в голове образ девочки в розовом платье. Видимо, это было просто фотография, это была не она. Было видно, что она раздавлена, эмоционально измотана, она бунтовщица. Он не одобрял, что она сейчас гробила своё здоровье, выкуривая очередную сигарету, но кто он такой, чтобы судить её. Малышке столько пришлось пережить, а рядом никого. Почему её не обнимает подруга или парень? У неё же должен быть кто-то близкий, кто поддерживал бы её эти пару дней. Блондин и сам грешил иногда после тренировок или в своей комнате, наслаждался вкусом и запахом сигарет с ментолом. Брат смотрел на него с укором, но не мог повлиять на него. Это немое переглядывание немного затянулось. Форсайт смотрел на девочку, голубые глаза Элис на него. Бунтует совсем как Элис. Хочет выглядеть сильной и опасной. Но ты же не такая! Только он за образом всего этого напускного и безразличного вида видел, какая боль была в её глазах, видел красные венки на глазах, видимо, она уже не в силах плакать. И разбитую руку он тоже заметил. Надо было разрушить затянувшуюся тишину. Надо было познакомиться с девочкой, переговорить, найти отель, принять душ, поесть и поспать. Долга изматывающая дорога. — Добрый день, Элизабет! Меня зовут Форсайт Джонс, я друг твоей матери, думаю, тебе уже звонил адвокат. Это мои сыновья Джагхед и Слоупхед, — представился он, чтобы не тянуть больше эту никому ненужную резину. Представил и сыновей. Они улыбнулись ей. Но девушка апатично молчала, продолжая свою игру с сигаретой. В игру вступили его мальчишки. Парни быстро преодолели расстояние и присели по обе стороны от неё, чем её немного напугали, вернув из размышлений. Какого черта? — Если увижу тебя еще раз курящей, зашью рот учти, Бетс! — брюнет бесцеремонно забрал и потушил сигаретный окурок. Девушка направила на него гневный взгляд. А затем перевела его на мужчину. — Мистер Форсайт Джонс, Ваши сыновья слишком много себе позволяют. Меня можно называть просто Бетти. — высказалась недовольно хозяйка дома. Она посмотрела на одного брата и на второго. Настоящие оба.От одного пахло шоколадом и апельсинами, а от второго веяло мятой. Приятный запах заставлял оставаться на месте. Хотя раньше так близко никто с ней не сидел. Только родители, но это было давно. Почему я все еще сижу между ними? Надо бежать. — Они не маленькие уже, чтобы мне их за ручку держать, — немного улыбнулся ЭфПи. — Я Слоупхед, а моего брата зовут Джагхед, — представился блондин. — Но ты можешь звать меня Слоппи, его — как хочешь, — младший заметил, что куртка-то не просто кожаная, а та самая, их. Вот тебе и Ангелочек. девушка вздохнула. — Ты можешь называть меня Джаг или Джагги, так меня зовет брат и близкие друзья, — от слова друзья стало еще обиднее. Мало того, что эти двое есть друг у друга, так у них еще и друзья есть. — В общем, Вы познакомились Элизабетю, мы с дороги устали. Давай переговорим и мы отправимся в отель. А завтра решим уже с бумагами, — говорил уставший Джонс. — Вы можете остаться тут, а не ехать в отель. У меня полно свободного пространства. Тут больше комнат, чем у меня воображаемых друзей, — девушка не знала, зачем приглашает остаться в своем доме этих пока незнакомых ей людей. Она не сбежала сразу, а сейчас уже поздно бежать. И зачем я ляпнула про воображаемых друзей? — Если это не стеснит тебя, — Эфпи снял пальто и повесил в шкаф. — О, Вы даже не представляете насколько не стеснит, — на её лице промелькнула легкая улыбка. — Тогда мы поедем перекусить и вернемся, — вклинились парни. — А вы голодные? Я могу накормить, — второй раз за день сама себя удивляла Купер. А может, ей просто не хотелось снова оставаться в одиночестве в этом большом доме. И не хотелось снова выбрасывать несъеденную с таким старанием приготовленную пищу. Да и эти два парня по обе стороны от неё, как ангел и бес, казались ей не такими плохими. — Ты имеешь ввиду заказать еду на дом? Или разогреть пиццу из морозилки? — спросил Слоупхед, чем немного обидел девушку. — Нет, я говорю о супе, лазанье, салате и пироге с вишней, которые я приготовила сегодня. А я смотрю, Вы питаетесь только едой с заказа или фастфудом, — выпалила девушка, чем повергла гостей в шок. А еще ей не хотелось есть снова в одиночестве, а живот предательски бурчал, что заметил Джаг. Никто не думал, что шестнадцатилетняя девочка, живущая в особняке, умеет готовить. — В таком случае мы только за. Корми нас, Бетти, — согласился Джонс и указал рукой в сторону, как он предполагал, кухни.        Через 15 минут Семейство Джонс село за указанный стол, мирно ожидая обещанной еды. Девушка расставила тарелки перед гостями, разогрела суп и поставила на стол, вместе с подогретой лазаньей. Так же она поставила чайник для заваривания чая. Раздала всем ложки. Стол был накрыт на четверых, за небольшой период времени. Ну вот, сейчас они попробуют и скажут, что я жутко готовлю. Она села напротив Джакхеда, так уж вышло. Джонсы давно не сидели за таким домашним, наполненным едой столом. На столе стоял грибной суп, лазанья, салат и вишневый пирог. — Извините, хлеба нет, я сегодня не выходила, — оправдалась хозяйка.       Она еще думает о хлебе. Девочка, да ты не представляешь, мы такие голодные, что готовы съесть все без хлеба, это и так самый большой обед, который у нас был. Блондин смотрел на девушку с восхищением. Она не опустила руки и готовила. Но кому она готовила вообще? — Бетс, хлеб не важен. Уже поставленные перед нами блюда это круто. — Джаг почувствовал вкусный запах свежих продуктов. Суп приятным ароматом касался ноздрей. Лазанья выглядела аппетитно, а пирог вызывал слюнки, он еще и украшен. Эх, вот бы она всегда так готовила для меня. — Ну хорошо. Приятного аппетита. — девушка неуверенно кинула взгляд на парня напротив. Может, им действительно понравится.Девушке было уютно и как-то тепло. Она немного с опаской смотрела на сидящих, ей хотелось узнать, хороший ли она повар. А еще она жутко переживала, что может их чем-то обидеть и они исчезнут с её жизни, а исчезали все.       Братья отправили первые ложки супа в рот и закрыли глаза от удовольствия. Вау, ты все еще удивляешь, малышка! — пронеслось у Слоупа в голове. Вкусно. Кому же ты все это готовила? — грустно посмотрел на блондинку Джагхед, мимолетно опустив взгляд на разбитую руку девушки. Его это забеспокоило. — Очень вкусно, Бетти, — похвалил Форсайт подопечную. — Спасибо. Вам правда понравилось? — она немного засмущалась. — Да, правда, ты сомневаешься в своих кулинарных способностях? И да, Бетти, можешь меня называть ЭфПи. — Бетс, действительно вкусно, ты зря сомневаешься. Разве родители, друзья, или там, к примеру, твой парень не хвалили тебя? — вклинился брюнет. Девушка помрачнела, только старик охранник ел её еду, но ничего не говорил только «Спасибо!». И сейчас это вопрос о родителях, друзьях и парне. Родители не успехи. Друзей никогда не было. Причем тут вопрос про парня, вообще не понимаю. И какого черта ты зовешь меня Бетс? Блондин буравил её ушибленную руку, которую она не удосужилась обработать. — Считаю твои вопросы некорректными, Джагхед, — кажется, он разозлил её своим вопросом. Она не открывается так просто перед чужими ей людьми. А они были ей сейчас чужими. Слишком нескромные вопросы ты задаешь, Джагхед Джонс. — Где у тебя аптечка? — выпалил младший брат. — Смотря что тебе нужно, — его вопрос её не задел, и она и не подозревала, что он хотел обработать её припухшую руку. В принципе, все Джонсы были с ним согласны, вид её руки был плачевен. — Перикись, мазь, бинт и аспирин мне, — очаровательно улыбнулся блондин с холодными глазами. — А все остальное кому? — недоумевала девушка. — Тебе, Бетс, ты свою руку видела? — встрял брюнет. Кстати, какого черта ты до сих пор не снял свою шапку? Рука болела, но Купер не обращала на боль внимания, она ей даже немного нравилась. — Как это случилось? — встрял в разговор ЭфПи. — Просто случайность. — Бетти не хотела говорить об этом. Она указала на полку за спиной блондина, тот достал аптечку и, обработав руку, перевязал.       Первый раз за всю жизнь она обедала за семейным столом, не одна, не с оплаченной нянечкой, которой деваться некуда. ЭфПи разговаривая с ней рассказал «О плане на ближайшие дни. О том, что завтра проведут похороны. Что придется делать документы. И она будет жить с ними в почти таком же большом доме, как этот.Сменить одну крепость одиночества на другую. Какое заманчивое предложение, мистер Джонс. Что с школой все решится. И что его сыновья ей помогут во всем.» За столом царила какая-то приятная атмосфера домашнего тепла. Теплые карие глаза ЭфПи с любовью смотрели на сыновей, а братья открыто о чем-то спорили. Джагхед, брюнет с теплыми небесными глазами, какой-то немного зажатый, но открытый одновременно, от него веяло шоколадом и апельсинами. Наверное, он сладкоежка. Когда они пили чай с пирогом, Бетти невольно вспомнила о шоколадке в холодильнике. Достала и положила перед всеми. Шляпник притянул шоколадку к себе, осматриваясь на всех, это вызвало улыбку на лице девушки. — Правда можно? Это мне? — с надеждой в глазах спросил Джаг. Какая ты проницательная девочка, Бетс. Глаза блондина были, наоборот, холодными, как будто его не касалась вся эта милая ситуация за столом. — Вообще-то я тоже люблю шоколад. А еще за столом твой брат и отец, или ты рассчитываешь слопать её один? Эгоист, — она была уверена, что именно он схватит любимое лакомство так по-детски, словно это его единственное спасение. Сладкоежка, я была права. — Слоппи не любит шоколад, и отец тоже. Но с я тобой могу поделится, Бетс, — подмигнул он девушке. А двое кивнули, подтверждая его слова. Даже за всей этой дикой одеждой она казалась такой хрупкой. Её хотелось защищать. Сейчас на ней маска, она мило улыбается. Пустила их в свой дом, в свою крепость. Я видел, Бетс, как ты боишься, что мы уйдем. Как ты хватаешься за незнакомцев, чтобы снова не остаться одной в этих стенах. Я видел твои наполненные надеждой глаза. И никакая напускная улыбка не переубедит меня в обратном. Ты боишься одиночества, маленькая напуганная девочка.. Он отломил половину от плитки и протянул ей, она взяла предложенное лакомство.       Опекун смотрел на сложившуюся картину перед глазами. В груди что-то щемило, рвались наружу давно похороненные воспоминания семейного обеда. Он впервые видел таким радостным Джагхеда, и холод в глазах Слоупхеда вроде как таял. Он корил себя, что не поговорил с сыновьями, чтобы они смотрели на Элизабет как на сестру. Ведь по другому он не представлял. В них всех бурлит юность. В улыбке Джагхеда юность. В холодности Слоупхеда юность. И в поступке Бетти тоже юность. Она хватается за первых попавшихся людей, чтобы только не уходить в себя и не оставаться одной. Сколько алкоголя она выпила, пока мы не приехали? Сколько сигарет выкурила? Бетти, твоя беспечность может погубить тебя.        Закончив трапезу, хозяйка дома провела гостей в свободные комнаты, рассказав где душ, туалет и все необходимое. Указала на свою спальню в правой части крыла. — Внизу есть телевизор, а у меня большой книжный шкаф. Если захотите посмотреть кино или почитать, обращайтесь. Ванны две в правом и левом крыле, — она поселила их по очереди слева, её же комната находилась справа возле второй ванной. — Парни, вы первые, мне еще звонки надо сделать. Бетти, спасибо, ты отдохни, мы итак свалились тебе на голову. Захочешь поговорить — заходи. — Эф Пи смотрел на неё с грустью. — Нет, все в порядке, мистер Джонс. У меня тоже есть дела, — намеревалась сбежать от разговоров Купер. — Бетти, я же сказал, можешь звать меня Эф Пи, — напомнил Джонс. — Хорошо, Эф Пи. Я учту. Отдыхайте, — и девушка отправилась на кухню мыть посуду. На душе все равно было тяжело. Хоть её маленький мир и наполнился этими тремя людьми сегодня, и они собирались забрать её с собой. Было страшно. Но сейчас они расходились по комнатам. Я большое не идеальная девочка. Это больше не моя крепость.

***

       Она спускалась по лестнице, на последней ступеньке её остановила чья-то рука, положенная на плечо. Она обернулась, перед ней стоял Слоупхед. Он немного напугал Бетти, она вздрогнула, ведь не привыкла, что кто-то еще в её доме. И кто-то прикасаетс к ней. Её зона комфорта таяла. — Да, тебе что-то нужно? — она смотрела бездонными глазами на нового знакомого. Тот молчал, но во взгляде читалась холодная уверенность. — Если тебе нужно будет поговорить или выпить рюмку, приходи, у меня есть бутылка вина, — его приглашение, непонятный поступок. А в глазах такой лед. Не было тепла, как у Джагхеда, тем более сочувствия, как в глазах Эф Пи. Да ты сам Дьявол, Споупхед Джонс, а мордашка вроде ангельская. Он и сам мало понимал свои поступки. Если брат всегда все обдумывал заранее, то блондин действовал на уровне интуиции. Он жил здесь и сейчас. — Я поняла тебя. Тебе ничего не нужно? — она отстранилась на несколько шагов, такая близость людей в её доме пугала. Слишком много народу сегодня в её доме. Не знаешь, чего от них ожидать. А от парней она всегда убегала. Это твой способ подружиться, Слоппи? Такое странное предложение для незнакомого тебе человека. От чего ты бежишь? — Нет. Просто решил сказать тебе. Я пообещал отцу быть с тобой вежливым, — почему-то сочувствия в нем не было. Слоупхед с детства был холодным. Если Джаг тянулся к общению с друзьями, флиртовал открыто с девушками, Слоупхед был замкнутым, мало выражал теплоты, но выглядел уверенным в себе. Время он предпочитал проводить в спортивном клубе или же где-нибудь в одиночку. Исключением всегда были вечера с братом за игрой в приставку и посиделки с бандой. Он видел, как реагируют на брата девушки. Так же они реагировали и на него. Но ему было неинтересно с ними. Он предпочитал выкурить сигарету и запить чем-нибудь покрепче, чтобы не впускать в свой маленький мир лишних людей. Рано или поздно все уходят. — А обычно ты грубый и не сдержанный? — вздернула бровь вверх девушка. Она была в его глазах еще совсем юной. Он смотрел на неё и видел, что она не такая, как старается казаться. Впрочем, ему то что, он просто выполнял обещание отцу. Другом для девушки он не имел намерения стать. — Обычно я не люблю компаний, — уверенно сказал он. Тебе нужен друг. Тебе нужно тепло. А у меня его очень мало. Прости. — Спасибо, я запомню, Слоппи, — она проговорила это очень спокойно, а это «Слоппи» прозвучало немного с насмешкой. Парень ушел. Такие одинаковые и разные одновременно.

***

      Джагхед зашел в ванную в правом крыле. Видимо, она пользуется ею.На полочках стояли гели и шампуни. «Ваниль и миндаль». Вот чем от тебя пахнет, Бетс. Он поставил рядом с баночками свой «Апельсиновый гель/шампунь», повесил одежду и полотенце. Включил воду и стал под струи душа, вода приятно била теплыми каплями по молодому телу. Он зажмурился, открыл глаза и заметил пятно, которое не вписывалось в цвет ванной. На стене был красный развод от засохшей крови. Он невольно коснулся рукой стены, и на влажных пальцах отпечаталась кровь. Вот, что с твоей рукой. Глупая, нанося себе боль, ты не выкинешь боль с души! Мы обязательно обсудим это, девочка.