Pray on just a little while longer

11:52

Поздним утром отдел казался особенно ленивым и сонным, как будто все копили силы перед обедом. Среди них, казалось, только Гэвин занимался чем-то важным, да так, что его губы непроизвольно подрагивали. Возможно, думал Коннор, он просматривал записи с камер перед супермаркетом, который вчера слегка подчистили, а возможно, смотрел что-то для души, с него станется и запрещенный контент на работе смотреть. По крайней мере, в этом была убеждена Вивиан. Они вместе с Хэнком у его стола повторно изучали записи с флешки и совершали тщетные попытки отыскать связь серии убийств с простым андроидом-официантом — так определила ее система. Но алгоритмы не могли рассказать ничего о девиантах. После Революции они отреклись от набора серийных номеров, взяли имена, подхватили идеи и цели, которые несли их через хаос и мрак следующих месяцев, в которые Детройт приходил в себя. В новом мире пытаться понять, насколько сложный и длинный путь привел к пустому дому безымянного андроида было бесполезным занятием. Коннор, убедившись, что его коллеги увлечены делом, вернулся к разглядыванию блокнота и визитки. Его не покидало ощущение, что эти две вещи были связаны, но он не мог просто выдумать связь, которая бы ему приглянулась. Он попеременно глядел то на начертанные имена, то на одну из картонок с номером телефона, который, вероятно, перестал работать в следующие несколько дней после той самой ночи. На второй визитке, как ни странно, было пусто — ни адреса, ни телефона. В проходе наконец возникла Лита, которую он уже боялся не дождаться. Коннор отмахнулся от путающихся мыслей, чтобы было место для новых, и направился к девушке. За ним же устремилась и Вивиан, резко оборвав свой монолог и оставив Хэнка в недоумении. — Что эта блаженная тут забыла опять? — Я пригласил ее на опознание. — А падре не лучше ли было позвать? — возмутилась Вивиан. — Он отказался. Как и соседи погибшего, подельники… хотя это еще не доказано. Коннору и самому было до конца неясно, почему Лита согласилась. Может, ей стало любопытно, был ли еще один прихожанин, о котором она не знала? И еще он переживал — как такие хрупкие снаружи и внутри девушки переносят подобные процедуры? Она ведь всеми силами старалась отгородиться от негатива, а сейчас так уверенно шагала с ним вровень. Выдержит ли она зрелище в морге? Может, будет держаться даже достойнее бесстрашной Вивиан? Сможет ли здраво мыслить? Но в одном Коннор был уверен: если Лите станет плохо, это очень позабавит Вивиан, а ему станет крайне стыдно, что втянул ее в это. Такова плата за ее доброту? К сожалению, Вивиан действительно направилась с ними, чем очень смутила Литу. В сопровождении еще одного офицера они прошли по лестнице вниз, чтобы оказаться на -1 этаже. Лита перед тем, как войти, рвано вздохнула. А Коннор подумал, как хорошо, что его никогда не могли выдать ни дыхание, ни пот на лбу, ни нервные метания глаз. Иначе бы Хэнк давно понял, что… Коннора совсем не радовало, что приходилось умалчивать о части информации. О блокноте, о журналистке… Маркус пока не предпринимал каких-либо действий, но обещал разобраться. Коннор иногда думал, что и с Литой, и с Вивиан у него было не так мало общего, он нечаянно пытался отгородиться от разрушительного чувства вины за потерянную жизнь невинной девушки, так что даже не предложил Маркусу помощь. Чтобы быть подальше от этого. — Здорова, Майки! — разрезал радостный голос Вивиан мертвую тишину, как только все вошли в прохладное помещение. Навстречу вышел плотный старичок с густой короткой бородой в униформе. Он искренне улыбнулся вошедшим. Коннор невольно кинул взгляд в сторону холодильных камер, а голову все больше заполняли воспоминания о той ночи. — Пришли глянуть на ваших Ромео и Джульетту? — Есть что рассказать нового? — Единственная, кто оценил его шутку была Вивиан, она невольно усмехнулась прежде, чем заговорить. Мужчина сделал вид, что собирался выложить все как на духу, приблизился к девушке и ехидно растянул губы. — А, нет. Я еще не закончил. Но и отчитываться я буду Фаулеру. Или Андерсону. Пронзив его ядовитым взглядом и скривив губы, Вивиан затем подошла к камерам. И бесцеремонно застучала по блестящей стали, требуя Майки открыть. Он, приблизившись неспешной походкой, выдвинул тело на свет и поднял глаза на Литу. Та, вопреки ожиданиям, хорошо держала лицо, не пошатнулась даже, смело приблизилась. Коннор понял, что очень переживал за нее и невольно подошел ближе положенного, когда она чуть толкнула его от себя, коснувшись бедра. — Все в порядке, Коннор, я часто присутствовала на отпеваниях. Присутствующие могли только догадываться, какие крутились в ее голове, лицо оставалось непроницаемым, Коннор даже мог не узнать в ней ту дрожащую, словно листок на ветру, Литу. И вправду к подобному ее подготовил опыт работы в церкви. Она сделала неуклюжий шаг назад, будто собиралась уже падать в обморок. Это было не так, но Коннор, стоявший рядом и готовый ко всему, придержал ее за локоть. — Я… не знаю. Нет, не видела его. — Ты так и про двух других говорила, — вздохнула Вивиан. — Ты уверена? — Он не был нашим прихожанином. — И те двое тоже? — прищурилась Вивиан. — Ты говорила, что не смотришь по сторонам, а теперь утверждаешь, что он точно не ходил в твою церковь. — Я не это имела в виду, когда… — Да мне все равно. — Вивиан махнула рукой в ее сторону и показательно отвернулась. Когда Лите заметалась взглядом, Коннор был тут как тут, чтобы встретить его. Она объяснила ему, но достаточно громко. — Я могла не заметить каких-то странностей, но новые лица не могла бы пропустить. Коннор кивнул, лишний раз подтверждая, что он ей, конечно, верит, даже больше, чем отцу Кирану. — Ты говорила про исповеди, тебе туда хода нет. Может, была какая-то индивидуальная процедура? Во время, когда тебя не было на работе? — Может… — Вот видишь! — Вивиан выплеснула рукой и затем ладонью стукнула себя по бедру. Коннор предупредительно глянул в ее сторону. — Но обычно отец Киран советовался со мной, если у него были такие… сложные люди. И они все равно обязаны были посетить хотя бы одну службу и принять причастие. Лита говорила правду, и Коннору все больше казалось, что это отец Киран тут темнит. Очень подозрительно все это напоминало подставу, словно он натравил так удачно повернувшихся полицейских на неугодного человека. И адрес знал, и имя помнил, и странности подметил... Но на этом все. Почему мистер Ли умер и от чьей руки все еще им не открылось, в конце концов, не падре же убил его на расстоянии. Но хотя бы тот, кто забрался в дом Ли, был лишь случайным гостем — о третьем человеке Киран не упоминал, Лита его тоже не узнала. Вдруг умолкнувшая на остаток времени Вивиан кинула Коннору, что «пусть тогда дует в дом престарелых один или со своей Литой», и поспешила прочь. Коннор встретил взгляд Литы, полный растерянного интереса.

17:57

Под вечер, она рассчитывала, на улицах будет не так людно, меньше любопытных глаз и ушей. Не то чтобы она надеялась зайти и выйти незамеченной, но рассчитывала встретить как можно меньше нервных граждан, как тот, которого, она пнула, когда защищала Коннора. И уж точно она не хотела встретить именно его и огрести вендетту. Вивиан, впрочем, боялась не взбучки, а того, что не сможет не ответить, как умел блаженный Коннор, а влетит за это Хэнку. «Незаконно пробралась в обособленный район да еще и беспорядки устроила» — звучит как синоним увольнения. На улицах и правда было поменьше людей и совсем не было детей. Спокойной ночи, малыши, папам пора делать «Красный лед два ноль». И то ли из-за отсутствия детского смеха вокруг, то ли из-за того, что она знала, чем промышляют местные, городок теперь казался какими-то запредельно зловещим. И как же злила эта иллюзия безупречного мини-государства. Вивиан невольно сжимала челюсти каждый раз, как вспоминала эти лицемерные рожи в гневе. И в малых масштабах она не терпела лицемерие и снобство, а уж размером с целый поселок… Басы музыки начинали звучать ярче по мере продвижения вперед. Когда стало видно здание, откуда доносились звуки, она сразу поняла — ей туда. Бар с задымленным залом, полнящийся пьяными голосами, видимо, тоже для блага детей тут стоял. Внутри не было женщин, и ей еще больше стало не по себе. Впрочем, женушки этих козлов-основателей со своими промытыми мозгами вряд ли бы ей помогли. И Вивиан не было под силу уложить весь бар, но нескольких мужчин точно, да только она сюда не драться пришла, а по делу. Была б ее воля, она бы их только покалечила в знак протеста и ушла себе довольная, будто и не было. То, что никто не набросился на нее, едва она зашла, ей показалось хорошим знаком. Вивиан двинулась к столику в углу напротив входа и разместилась на деревянном стуле. И присутствующие периодически кидали свои настороженные взгляды на нее. Вивиан думала, разгадали они то, что она не завсегдатая таких мест или то, что она не местная? Спустя пару минут, как ей казалось, напряженной тишины, посетители продолжили свои разговоры и музыка вновь смешалась с журчанием голосов. Средних лет мужчина подсел к Вивиан и обманчиво ласково улыбнулся, но и без того грозный вид его из-за крупных размеров никак не вязался с дружелюбным настроем. — Что-то потеряла тут? — Ага, яйца твои, — буркнула Вивиан. — Пароль «сраные андроиды», — она наигранно подмигнула ему. — Сечешь, к чему я? — Ты типа в городке хэйтеров андроидов, конечно, секу, — ответил мужчина. Она огляделась, будто ища свободного собеседника, который бы выглядел более подходящим для ее плана. Такого не нашлось. — Я имею в виду, все, что можно взять с этих бесполезных железяк — тириум, верно? Мужчина прищурился, пристально смотря, будто пытался прочесть ее мысли. Видимо, не удалось, поэтому он вдруг встал и ушел в дверь за барной стойкой. Вивиан решила, что тот не поверил ей, но уходить не спешила, хотя понимала, что нужно оставаться готовой в любой момент защищаться. Брать табельное оружие с собой не рискнула, но ее личный нож был при ней. Вскоре незнакомец вышел в середину зала, поманил рукой Вивиан. Она надеялась, что он экономил время и не подошел к ней не из-за того, что планировал ее прикончить. Они с ним двинулись в другое помещение. Путь был не долгий, но волнительный. Слишком уж просто: двери и замки без кодов и сканеров, а чтобы доверие завоевать — хватило минуты. У двери вниз их встретил еще один человек, который, однако, смотрел с недоверием. Разве то, что Вивиан прошла так долго и не убила его товарища не убеждало его? Но, как выяснилось, убеждения любого рода бы не помогли. — Думаешь, мы тебя не узнали, коп? — вдруг заговорил второй мужчина, когда они уже двинулись дальше. Вивиан пришлось оказаться впереди, чтоб не вызывать подозрения, но теперь она очень пожалела. Она не могла видеть их лиц, но, к сожалению, в тесном коридоре чуяла запах их пота. Не дожидаясь, пока ей дадут время на драматичную речь или бездарный акт оправданий, она развернулась и, припадая на колени, полоснула по руке, в которой уже был пистолет. В попытке атаковать другого, под вытье первого, она двинулась дальше и теперь оказалась между ними. Не очень удачное решение. Вырубив первого ловким ударом, она отбросила пистолет, поняв, что тот не пригодится. И тут же шея другого мужчины оказалась меж двух ребер её ладоней, и он тоже позорно пал. Несмотря на ее отнюдь не смазливый вид, мужчины часто недооценивали ее. И впервые в жизни это даже не бесило. Вивиан пошарила по их телесам и нашла ключи, те подошли к двери перед ней. Внутри находилась импровизированная лаборатория, мини-заводик по изготовлению «Красного льда» нового образца. Эти ребята и правда решили создать свой маленький криминальный дистрикт. Жаль, что она не узнает, откуда растут ноги, если не найдет сейчас… Такие обмудки после ареста будут молчать до последнего. На столике у стены что-то подозрительно блеснуло, когда Вивиан достала телефон и пробежалась по комнатке с фонариком. Рассмотрев ближе, Вивиан так и не смогла толком разобраться в предназначении аккуратных капсулок — вряд ли бы стали упаковывать наркотик в такую форму, но и названия у лекарства нигде не значилось. Вивиан схватила горсть и, завернув в салфетку, сунула в карман. Сделав пару снимков столов с оборудованием и материалами, она перевела камеру на противостоящую стену и шагнула значительно ближе. Кажется, в темноте она различила очертания еще одной двери. Может, за ней и находились запасы тириума? Вивиан направила камеру и приготовилась сделать снимок со вспышкой. Щелчок. Холодный свет брызнул на темную стену. Вивиан выронила смартфон от шокирующей картины, отразившейся на фото.

18:10

— До чего дошел прогресс… — в шутку пробормотал Хэнк, чтобы хоть как-то отреагировать на то, что реакции требовало. — Что такое, лейтенант? Коннор обернулся на начальника, который вместо того, чтобы собираться домой, замер у своего стола. Коннор подошел ближе и увидел на планшете отчет от Майка из морга. Он не стал читать, ожидая, пока Хэнк сообщит все важное. — Яд в кровь попадал после растворение микрокапсул, которые давненько были у них в организме. Предположительно капсула была чувствительна к адреналину и лопалась от повышения его в крови, — впечатленный Хэнк умолк. — Поэтому оба покойных скончались во время погони, — заключил Коннор. Хэнк перелистнул страницу. — Что за новомодная секта смертников? — снова усмехнулся Хэнк, но в этот раз напряжение в голосе было очевидным. — Лучше бы по-старинке, цианиду доверили хранение своих секретов. — Кажется, у них серьезные планы, — отозвался Коннор, присев затем на край стола прямо перед Хэнком, чтобы видеть его лицо. — Решили сраный синдикат создать под шумок со своими ритуалами и фишечками? — риторически вопросил Хэнк. — Надеюсь трико и плащи с эмблемой они уже пошили, потому что им пригодятся штанцы, когда мы надерем им задницу. — Глубоко вздохнув, он затем резко нахмурился. — А где Маршалл?

18:49

Очертания якобы двери на самом деле являлись неглубокой нишей, в которой организовали крюки и цепи. На этих цепях крепились кандалы, которые удерживали здесь обмякшего, сидящего на полу андроида. Внешне она очень напоминала ту самую девушку с камер наблюдения на месте убийства. Только на камерах она выглядела менее изувеченной и ослабшей. Сейчас же лицо ее было разбито. Множественные порезы на теле, к счастью, уже не кровоточили, эти ублюдки позаботились об утечке бесценного тириума. Часть кожи на лице — содрана, но нигде не деактивирована, один из глаз, кажется, вообще не функционировал. Андроид была в полусознательном состоянии. Что-то дрогнуло внутри Вивиан и с хрустом раскрошилось. Старые болезненные воспоминания наложились на реальность. Когда-то она такая же разбитая и униженная сидела на холодном полу и истекала слезами, горькими, как все дикие ягоды мира. Андроиды не чувствуют боли — этот факт давал ей всегда свободу слова и действий, и она никогда не думала о том, какая именно боль имеется в виду — телесная или душевная. Вивиан никогда не считала себя злодейкой, как бы резка ни была в своих высказываниях и категорична в убеждениях, но тут вдруг почувствовала себя соучастницей всего этого. Едва она попыталась представить, что мог чувствовать неуязвимый андроид, до самого нутра которого все же добрались загребущие человеческие руки, та широко распахнула глаза. Вивиан подождала, пока на нее переведут потерянный взгляд. Когда это случилось, незнакомка тихо заскулила. Голос ее был похож на звук раздолбанного детского синтезатора, который выжимал из батареек последние капли энергии. Из синтетических глаз ее потекли слезы. Вивиан никогда раньше не видела, как они плачут. В своих фантазиях она насмешливо сравнивала это действо с запотевшим экраном ноутбука, который уронили в воду. Сейчас ей было не до смеха. — Ннн-е надо больше… — Я не собираюсь ничего делать, — заверила Вив, но это не работало. Девиант была не в себе. И кажется жила предыдущими воспоминаниями, не понимая, что происходит вокруг прямо сейчас. — Я не убивала! Она вцепилась в руки Вивиан, едва так приблизилась, да такой хваткой, что, наверное, могла бы проткнуть ее кожу, если бы за это время у нее могли отрасти ногти. Вивиан с высоким болевым порогом просто стало жутко от созерцания невменяемого состоянии машины. И неизвестности — чем это им обеим грозило. Поэтому она поспешно отбросила ее руки с силой, и андроид, привалившись к стене, замолкла. Недолго думая Вивиан подняла с пола телефон и открыла клавиатуру. Но еще до того, как успела найти номер Хэнка, она увидела, что сети не было. Вивиан не растерялась. Ей было необходимо не только выбраться отсюда живой, но и накрыть эту лавочку, тут ей в одиночку точно не справиться. Она потрясла пленницу за плечо. — Ты можешь связаться с Коннором? Он такой же, как ты? Можешь? — Только если в моем блоке памяти есть информация о нем, — слабым голосом ответила андроид, вдруг после короткой отключки став уравновешенной. «Черт», — подумала Вивиан, — «Тоже мне продвинутые машины». — А что-то типа сигнала бедствия послать сможешь? — На это андроид неуверенно кивнула. — Сообщение в участок? О происшествии. — Моя система сбоит... Быстрым взглядом Вивиан скользнула по израненному телу андроида, а затем закатила глаза. — Ну, конечно… Так бы ты давно отправила просьбу о помощи. — Подозрительное молчание и нулевая реакция от собеседницы вынудила Вивиан пытливо взглянуть в ее лицо. — Ведь отправила бы? После того, как андроид закрыла глаза, Вив поднялась и осветила столы с оборудованием. Обнаружив в полупрозрачной бутылке малость тириума, она, однако, не спешила давать его андроиду. Газовая плитка имелась, что-то металлическое и продолговатое тоже; Вивиан взяла щипцами стержень, валявшийся в стороне, и принялась нагревать его. Поднеся нагревшийся «инструмент» к телу девушки-андроида, она запаяла крупные, кровоточащие некогда раны одну за другой. И лишь тогда дала ей выпить тириум, который на счастье имелся в комнате. Вспоминать, откуда она помнит о первой помощи андроидам — из рассказов Хэнка или Коннора — было некогда. — Готово, — сипло прозвучало после того, как девиантка убедилась, что системы исправны и прикрыла глаза еще раз — чтобы отправить сообщение. Вивиан в это время успела обыскать комнату и найти ржавые ключи от кандалов. — Нам надо идти, — она подхватила несчастную под руку, — тупо ждать подмогу — рискованно. Как тебя зовут? Девинатка издавала противные звуки-стоны, и Вив думала, что виной тому были повреждения внутри. Если незнакомка не чувствовала боли от соприкосновения с горячим металлом, разве может ей быть больно от сотрясающихся внутри биокомпонентов? Оставалось только надеяться на целебную силу тириума. Рано или поздно, долгое отсутствие своих товарищей даже датые посетители должны были заметить, не иначе они тут все подельники и братья. Но Вивиан хотелось хоть немного приблизиться ко входу, чтобы их крик в случае чего прибывшие офицеры услышали. А если их запрут в этой крайне комнате в подвале, то им, возможно, не случится уже выбраться. За дверью послышались шаги, и Вивиан поняла, что уже поздно.

18:55

— Коннор? — обеспокоенно позвал Хэнк после того, как девиант встал на месте как вкопанный и уставился сквозь него. С долю секунды Коннор не отвечал, Хэнку было достаточно этого, чтобы начать волноваться. Он приблизился, схватил напарника за плечи и заглянул тому в лицо, пытаясь что-то прочесть в словно покрытых пленкой синтетических глазах. Но к тому времени Коннор вновь взаимодействовал с окружающим миром в стандартном режиме, его взгляд прояснился. — Я получил сигнал бедствия. — Хэнк ожидал подробностей. — От андроида… — Коннор не просто тянул время, чтобы потрепать нервы лейтенанту, он с трудом обрабатывал информацию. — Из района Y. Хэнк нахмурился. — Что андроид забыл в поселении антиандроидовщиков? — риторически вопросил Хэнк. — Неужто кто-то сунулся по своей воли? Бунтовщики хреновы. — Или мы нашли тех, кто причастен к пропаже андроидов… — пробормотал Коннор, а затем вскинул голову. — Что бы с ним ни случилось, ему требуется помощь. — Черт! — вдруг ругнулся Хэнк, прикрывая глаза. — Маршалл нигде нет, а в поселении без андроидов — девиант… Тебе не кажется, что у этого противоестественного явления есть виновник? — Зачем Вивиан вести туда девианта? Хэнк отвечал на ходу, проверяя кобуру, хватая ключи от машины со стола и направляясь к выходу. — Кто знает, что этой девчонке в голову взбрело! Если останется жива, посажу под домашний арест на месяц. — Андерсон остановился, тем самым заставив замереть на месте и Коннора, что следовал за ним. — Ты остаешься тут. — Лейтенант! Хэнк… — Без возражений, Коннор. Андерсон знал, как сложно будет объяснить этому дуралею, что он его не ненавидит и не наказывает, а попросту переживает за Коннора каждую минуту своего дня, тем более теперь, когда тот перестал быть безупречным и неуязвимым. Да что там… Он никогда не был таким. Даже во времена, когда все части его системы были исправны, Хэнк не переставал переживать. Ведь андроид не держался за свою жизнь, а став девиантом, Коннор не понимал, как именно нужно ее оберегать. Сказать, что Коннор — обуза — действенно, но слишком жестоко. Парень ни за что не пойдет в бой с напарником, зная, что может подвести его, но уже никогда не выкинет эти злые слова из головы. Даже подтверждение того, что это была шутка, ничего не изменит. Хэнк не мог так рисковать. И он не выбрал ничего. — Если понадобится подкрепление, кто-то должен будет его вызвать, — с мольбой выдохнул Хэнк. И затем набрал номер. — Что с голосом? Спишь? Поднимай свою стремную рожу с подушки, Рид, будем надирать задницы.

19:13

Хэнк уехал. Подобием по-настоящему живого (со всеми неугодными прилагающимися) человека Коннор стал недавно, но и ему было ясно, что так тревожило лейтенанта. В равной степени он переживал о сохранности его тела (может, и разума) и о его сбоях, которые по пресловутому «закону подлости» могли произойти именно во время особенно важной операции. Но от понимания этого не становилось легче. Он хотел быть полезным, быть опорой Хэнку, выполнит то, для чего рожден. Иначе какой смысл? Но да, смысл явно был не в том, чтобы не погибнуть при исполнении, нечаянно утянув за собой и самого дорогого человека, остальных коллег… Эти чувства роились неприятно в грудной клетке, словно бы растягивая ее — и он порвется, если с минуты на минуту не решиться… или не смирится. Больше ему, конечно, хотелось решиться, рассчитывая на старый добрый «авось», на который так часто возлагали надежду люди. И все-таки Коннор остался послушно сидеть в участке; в памяти все еще были свежи картинки с преждевременной кончиной Хэнка. Может, его вклад значим как раз таки здесь: за столом, в пустом участке, в сердце окутанного сумерками города. Стук в дверь сразу насторожил его. Кто-то увидел свет в окне и постучался в поздний час, но не решился войти сам. Коннор приготовился на всякий случай выхватить пистолет из кобуры, пока подходил ко входу. За секунду до, он услышал, как разгоняется дождь, как растущие в размерах капли начинают тарабанить по козырьку. Вот и весна пришла, подумал он. И повернул ручку двери. Перед ним стояла Лита. — Я соврала тебе, Коннор.