Дым и Зеркала

Смешанные тренировки всегда были у Арьи самыми любимыми, но вместе с тем и самыми сложными. Они совмещали рукопашный бой, бой на мечах, езду на лошади и стрельбу из лука. На таких тренировках она уставала вдвое больше, чем обычно. — Девочка слишком медленная… Арья прищурилась, двигаясь быстрее. Она блокировала его удар и закряхтела, когда он разоружил ее. Меч упал на землю. Увидев легкую ухмылку на его губах, Арья зарычала и нырнула ему под руку. Они продолжили драться врукопашную. — Бей сильнее, — сказал Якен. Он смотрел ей в глаза большую часть времени и двигался четко, как обычно. В ту ночь он был одет во все черное, что делало его еще более неуязвимым. Арья хотела его ударить, но он схватил ее запястье. Она вырвалась из захвата, быстро двигаясь, врезалась в него предплечьем. — Хорошо… Арья тяжело дышала, пот ручьем лился по ее лицу. Она видела блестевшие в лунном свете глаза Якена и слышала стук своего сердца. — Все еще слишком медленно, — Якен в очередной раз легко отразил ее удар. Но Арья не могла двигаться быстрее. Она чувствовала слабость и начала слышать жужжащие звуки в голове. — Следи за левой стороной. Он ударил ее, и Арья ахнула от боли. Фигура Якена становилась размытой. Она медленно моргнула, потирая глаза и увидела, как он остановился и встал спокойно, глядя на нее. Арья сглотнула. В горле пересохло. — Я… странно себя чувствую, Якен, — пробормотала она. — Устала? Арья кивнула, на самом деле чувствуя себя так, словно в любой момент может упасть в обморок. Должно быть, это было очевидно по ее лицу, потому что Якен не стал отпускать каких-либо шуточек. Вместо этого он посмотрел на нее с беспокойством. — На сегодня достаточно, — сказал он. — Девочка должна отдохнуть. Арья кивнула, не став спорить. Всю ночь она видела причудливые сны, в которых были говорящие драконы, странные корабли, черное море, подземелья, цепи и преследующий ее голос Якена. Она проснулась рано утром, чувствуя себя еще более слабой, чем прежде. Вздохнув, Арья села на кровати, внезапно почувствовав нечто подозрительное. — О, нет, я не… Она отбросила одеяло и распахнула глаза. Кровь! — Нет… — прошептала Арья. Кровь шла у нее между ног. Она помнила, что мать рассказывала что-то об этом, но это было так давно… Что же ей делать? Что… В дверь постучали. — Да! — заорала Арья. — Девочка проснулась? — Нет! То есть… да… — Арья закусила нижнюю губу. Она лучше сразилась бы с дюжиной морских чудовищ, чем объяснила Якену, в чем дело. Она проковыляла к двери, но не открыла ее. — Как ты себя чувствуешь? — спросил Якен. — Я… кое-что… это… ну, это случается… с девушками… моего возраста, — проблеяла Арья с покрасневшими от смущения щеками. — О, — отозвался Якен с той стороны. — Человек так и думал. Мать рассказывала тебе что-нибудь? — Я не помню, в этом и проблема, — растерянно произнесла Арья. — Кое-кто сможет тебе помочь, — сказал Якен. — Кто? — Твой гость, — ответил Якен. Арья с удивлением услышала за дверью голос Кэйрин, просивший ее открыть. Поколебавшись, Арья отворила дверь, замечая мелькнувший плащ удаляющегося Якена. — Привет, Брин, я могу присесть? — спросила Кэйрин — круглолицая темноволосая хозяйка дома в Пентосе, в котором они остановились. На вид ей было лет сорок. Арья кивнула, и женщина присела за стол. — Твой отец попросил меня поговорить с тобой о женском кровотечении. Полагаю, ты об этом ничего не знаешь? Арья покачала головой. — Сколько тебе, Брин? — Четырнадцать лет, семь месяцев и три дня. — Обычный возраст для этого, — заметила Кэйрин и принялась все объяснять и давать советы. Все это и само по себе казалось вещью неприятной, что уж говорить о болях в животе, которые ей, видимо, придется испытывать каждый месяц. — А если ты хочешь ребенка, то дни женских кровотечений — не самое подходящее время для зачатия, — добавила Кэйрин, и Арья бросила на нее быстрый взгляд. — Что? — Теперь у тебя может быть ребенок. — Я не хочу детей, — Арья нахмурилась. — Они вечно плачут, они грязные и надоедливые и за ними вечно нужно присматривать… — Уверена, твой отец скажет по-другому, — засмеялась Кэйрин. — Не скажет, потому что… — Арья осеклась, отводя взгляд. — Мне кажется, — тихо сказала Кэйрин, — он не твой отец, так? Нет-нет, вы двое определенно не отец и дочь. Мне все равно, Брин, почему вы притворяетесь. Вы определенно заботитесь друг о друге, а это гораздо важнее. — Как вы узнали, что я не его дочь? — спросила Арья. — По твоему взгляду, — сказала Кэйрин. — Я знаю, дочери обожают, любят и уважают своих отцов, но когда ты смотришь на него, в твоем взгляде есть нечто большее. Арья хотела возразить, но в конце концов не стала, глядя, как она идет к двери. — А вы заметили, как, — Арья кашлянула, — он смотрит на меня? Кэйрин обернулась через плечо, и Арья подумала, был ли для женщины ее вопрос настолько же очевиден, насколько был для нее самой в тот момент, когда она произнесла его вслух. — Думаю, — сказала Кэйрин, — он очень хорошо понимал, что ты была маленькой девочкой. — Была? — переспросила Арья. — Я и есть девочка! — Теперь ты женщина, Брин, — Кэйрин покачала головой и, улыбнувшись, закрыла дверь. Арья осталась сидеть в кровати, пытаясь осознать то, что только что сказала ей Кэйрин. Позже, когда вечером Арья ухаживала за лошадьми, Якен тихонько вошел в конюшню и остановился в нескольких шагах позади нее. — Девочка поговорила с Кэйрин? — спросил он. Арья, не оборачиваясь, кивнула. — Она узнала все, что нужно? — О, да, — Арья слабо улыбнулась, потирая спину Сапфириона. — Хорошо… — сказал Якен, уходя. — Якен, — позвала Арья. — Что? Она подошла ближе, глядя ему в глаза. — Спасибо, — сказала Арья. И Якен чуть наклонился, чтобы она смогла поцеловать его в щеку.