Кто-нибудь слушает?

      Дин оторвался от книги, когда Сэм и Габриэль вошли в машинное отделение, и то, что он увидел, ему действительно понравилось. Сэм выглядел счастливым, что было редким явлением. Единственная вещь, которую Дин желал для младшего брата, — стать счастливым, и если Габриэль будет тем, кто подарит Сэму счастье, Дин не против.       Взглянув на Габриэля, Дин понял, что перед ним словно кто-то другой. Не трикстер, не Локи, но кто-то другой. Дин встретил всех архангелов, и Габриэль единственный не был подонком. Винчестер ненавидел Люцифера до глубины души за его мстительность, Рафаэль оказался первоклассным ублюдком, а Михаил был самым настоящим сученышем. Во-первых, Михаил заставлял его стать сосудом, а во-вторых, сейчас Михаил находился на полпути к разрушению их мира. Да, самый настоящий сученыш. — Итак, ты вернулся. — Как дальновидно утверждать очевидное, — подколол Габриэль, пытаясь казаться равнодушным. Он подошел к столу и посмотрел, что читал Дин: — Сэм сказал тебе искать что-нибудь про Азраэль, и ты… — но не закончил мысль. — Я читаю про тебя, Габриэль, — и Дин не видел смысла отрицать это. — Ты у нас Посланник. — Был. Отец говорил мне, куда идти и что сообщать, — Габриэль поежился, увидев иллюстрацию в книге. Люди всегда изображали его в лестных (и не очень) вариантах. — Я удивлен, что ты читаешь про меня, — Габриэль отодвинул стул и сел, но на приличном расстоянии от Дина. — Ничего удивительного, я хотел получить больше информации. Бобби всегда учил нас изучать тех, с кем имеем дело, — Дин откинулся на спинку стула и взял пиво. Сделав глоток, он посмотрел на архангела. — Что ты решил? — не было причины ходить вокруг да около. — Отправимся в путешествие в ад или нет?       Не проявляя никакой заинтересованности, Габриэль взял из стопки книг, лежащих рядом с Дином, одну старую и потрепанную и открыл ее. Было ли совпадением то, что она раскрылась на странице с изображением картины «Благовещение» Луки Синьорелли? — Я никогда не был воином, — напомнил Габриэль, — и с радостью передал эту обязанность Михаилу, но когда Люцифер поднял восстание, мне пришлось драться с собственными братьями. Михаилу казалось все это забавным: он всегда хотел узнать, кто из них двух сильнее. Рафаэль надеялся получить больше силы и власти, особенно в отсутствие Люцифера, а я… — Ты хотел остановить это, — закончил за него Дин, кидая взгляд на Сэма, который стоял тихо и не вмешивался в разговор. — Я хотел, чтобы все закончилось, да. Я никогда не хотел, чтобы они дрались, — Габриэль перевернул пару страниц и наткнулся на статую из римского Пантеона, изображающую архангела Габриэля. — Удивлен, что находишь свои образы по всему миру? — заметил Дин. — Да, легко забыть, как много ангелы, а тем более архангелы, значат для религиозных людей. Мы, например, забыли, — сказал Дин, поглядывая на Сэма, — мы имели дело с монстрами, демонами, альтернативными мирами и другой фигней, так что мы часто забывали, что для обычных людей ангелы символизируют надежду.       Сэм был удивлен тем, о чем решил поговорить Дин, но оставался спокойным и серьезным. Он сел рядом с Габриэлем и присоединился к просматриванию изображений в книге. — Ну, эти люди не в курсе, какие мы задницы, — Габриэль неожиданно резко захлопнул книгу и отложил от себя. — Но нас раскрыли, и вы, ребята, теперь знаете, что мы полнейший отстой. — Ты не отстой, — тихо сказал Дин, пытаясь поддержать разговор, — ты совершал ошибки, но, слушай, мы все их совершали. И мы все пытались сделать как лучше, — Габриэль настороженно посмотрел на него, и Дин понял, что пора заканчивать, — и Кас не отстой, — нет, стоп… Дин знал, что начал копаться в себе, а Габриэль не упустит шанса подколоть его. — Нет? Какая досада. Нужно будет научить Каса оральным манипуляциям, — Габриэль просто не сдержался и сказал это, приподняв бровь. Дин только закатил глаза, и Габриэль не мог поверить, что тот не начнет выносить ему мозг.       Сэм, который продолжил читать отложенную Габриэлем книгу, хихикнул. — Что смешного? — Габриэль непонимающе посмотрел на него. — Тут говорится, что ты ангел непорочности, — зло усмехнулся Сэм. Дин хмыкнул, и Сэм обменялся с ним заговорческими взглядами. — Непорочности души, — уточнил Габриэль, — души! — Габриэль поднял указательный палец вверх, что заставило Сэма мягко засмеяться. — Кстати о непорочности. Где Кас?       Дин решил, что пора завязывать разговоры об ангелах и их предназначениях. И лучше действительно было переключиться на миссию. — Ушел разведывать, как обстоят дела в аду. После исчезновения Асмодея там наверняка творится бардак. И если это так, то мы без проблем проберемся туда.       Габриэль забрал книгу из рук Сэма, закрыл ее и отложил от греха подальше, пока Винчестер-младший еще чего-нибудь не нашел. — Мы не пробудем там больше минуты, — сказал архангел, — быстро поищем и уйдем, — возвращение туда могло снова свести Габриэля с ума. И если он пробудет там слишком долго, то так и будет. — Да, небольшой пробежки будет вполне достаточно, — съязвил Дин, понимая, что стоило напомнить о большой вероятности того, что остатки благодати Габриэля могли быть там. Конечно, архангел должен был знать, что она им понадобится для открытия портала в мир Михаила. Но неужели он подумал, что они отнимут ее силой?       Сэм почувствовал, что пришло время вмешаться. — Габриэль, мы думаем, что Асмодей где-то хранил твою благодать.       Габриэль не хотел давать волю надеждам, чтобы потом оказаться обманутым самим собой. — Я очень надеюсь на это. Скорее всего, он собирал ее и держал ее под рукой, чтобы оставаться сильным, — заточение не казалось таким ужасным, пока в клетку не приходил Асмодей, чтобы вытянуть из Габриэля еще ниточку силы. — Мы можем идти, — возвестил появившийся в машинном отделении Кас. — Ад в беспорядке. Несколько фракций борются друг с другом, и трон пустует. Но не думаю, что надолго.       Сэм посмотрел на Габриэля, ожидая указаний. — Что ты хочешь сделать? — он надеялся, что Габриэль вспомнит, что уже отомстил. — Мы собираемся в ад?       Габриэлю было очень трудно принять окончательное решение. Он не хотел видеть ничего, связанного с Асмодеем, но мысль о том, что демоны своими грязными лапами трогали его благодать, заставила согласиться. — Мы собираемся в ад, — подтвердил архангел. И он очень надеялся, что это путешествие не повлечет за собой последствий.

***

      Габриэлю понадобилось несколько минут, чтобы взять себя в руки, поэтому он ушел в свою комнату. Сэм предложил поговорить, но Габриэль попросил его подождать в коридоре, на что Сэм нехотя согласился. Архангел улыбнулся, когда услышал, как нетерпеливо Сэм изучает шагами коридор, послушно ожидая его.       Габриэль глубоко вздохнул и сконцентрировался, проверяя, насколько сильна — или слаба — была его благодать. Конечно, она не годилась для трюков, но оказалась вполне сносна. Щелкнув пальцами, он сменил одежду. Идти в ад в пижамных штанишках не было лучшей идеей. И он сменил их на черные брюки, зеленую рубашку и кожаное пальто. Да, это подойдет! Теперь Габриэлю нужно только спуститься в логово Асмодея и постараться не потерять рассудок. Легко ли это? Нет.       Первое, с чем столкнулся архангел, открыв дверь, был облегченный вздох Сэма. Неужто парнишка решил, что он снова сбежит после всего? Может быть. — Помни о своем обещании, — прошептал Габриэль. — Я помню, — решительно ответил Сэм. — А теперь возьми это, — он протянул Габриэлю архангельский меч. Сэм решил, что меч должен быть с архангелом. Имея его при себе, Габриэль будет чувствовать себя увереннее, особенно в аду. И сможет защитить себя в случае непредвиденного. — Ты уверен? — Габриэль посмотрел на меч, желая дотронуться до его холодного металла. — Ты точно хочешь, чтобы я его взял? Это очень мощное оружие. — Да, ты же архангел, а не я. Это твое, — Сэм подозревал, что Габриэль будет бороться со своей гордостью. Архангелу, скорее всего, было неприятно наблюдать, что кто-то помимо него держит его меч. Однако, Сэм надеялся, что Габриэль все же возьмет свое оружие. — Давай, возьми его.       Габриэль кивнул, обхватывая пальцами рукоять меча. — Спасибо, — прошептал архангел, — неплохо вернуть его. Он со мной с самого создания.       Сэм пошел в сторону машинного отделения, и Габриэль последовал за ним. — Я немного знаю об архангельских мечах. Есть один или?.. — Их четыре, — пояснил Габриэль. Мысли тихо шептали, что стоило укрепить оболочку сосуда в левом предплечье, где тысячелетиями хранился меч архангела. Всегда спрятанный от чужих глаз, потому что Габриэль не хотел, чтобы кто-то видел его. Но Сэм не был этим загадочным «кем-то», поэтому архангел позволил ему увидеть, как меч исчезает, возвращаясь на свое законное место. — Меч Рафаэля разрушился вместе с ним. Михаил забрал свой с собой в клетку, а меч Люцифера уничтожили во время восстания. Ну, а это мой. — Кто создал их? — Сэм обрадовался шансу узнать больше о мечах. Это никто никогда не опишет в книгах, насколько бы достоверными они ни были. — Каждый архангел сам создал себе меч. И никогда не сможет повторить это. Этот меч подстроен под меня, — Габриэль избегал пересекаться взглядами с Сэмом. — Ты можешь держать его в руках и убивать им демонов, но его реальную мощь могу использовать только я, — черт, как же прекрасно было вернуть его назад. Он не поможет восстановлению благодати, но по ряду причин сделает архангела сильнее. И с ним Габриэль увереннее ступит в логово Асмодея.       Сэм заметил, как изменился взгляд Габриэля, когда меч оказался в его руках. Хорошо, что Дин позволил Сэму вернуть это невероятное оружие его законному владельцу. К тому же Дин считал, что меч был бесполезен без архангела, ведь только он мог использовать его. Возвращение меча совершило большие изменения и в самом Габриэле.       Как только Сэм и Габриэль вошли в комнату, Дин посмотрел на них. — Ну что, готовы? — Габриэль казался более решительным, чем раньше, что было очень хорошо. Но все же Дину нужно было понять, как архангел сам оценивает себя. — Давайте уже, — ответил Габриэль, кивнув. Если они не сделают этого сейчас, то он мог растерять весь настрой. — Я могу проводить вас до тронного зала, — предложил Кас. — Он был пуст, когда я проверял в последний раз. Но зал был закрыт и запечатан сильными символами, которые не пропустили меня, — Кас повернулся к Габриэлю. — Ты сможешь их убрать? — Я попробую, — пожав плечами, ответил Габриэль, — посмотрим, — он не рассматривал возможность того, что они не смогут попасть туда. В таком случае это испытание закончится раньше, чем начнется! — Сделаем это, — сказал Кас и перенес всех в ад. Секунду спустя они поняли, что находятся в абсолютно пустом коридоре. — Мы должны поторопиться. Я не знаю, сколько времени им понадобится, чтобы вычислить нас, — ангельский клинок блеснул в его руке, готовый к бою. Сейчас его главной задачей было защитить Габриэля. Важно, чтобы архангел был в безопасности.       Дин подошел к огромным дверям, ведущим в тронный зал, и посмотрел на странные знаки, которыми были исписаны все двери. — Я без понятия, что это такое. Никогда не встречал. Кас, ты уверен, что не сможешь пройти? — Да. Защита слишком сильна. И она сохранила в себе силу Асмодея, — сказал Кас, расстроенный тем, что больше ничего не может сделать. — Габриэль, можешь посмотреть? — но он не был уверен, что архангел чем-нибудь поможет. — Давайте узнаем, что это, — итак, все проходило нормально. Он был взволнован, но воспоминания не давали о себе знать. Вообще, Габриэль подозревал, что однажды это путешествие станет незначительной историей в их жизни. Архангел подошел ближе и удивленно застыл, найдя среди массы хаотичных знаков свою собственную подпись. Видимо, когда Асмодей создавал защиту, он был накачен благодатью архангела, которая оставила вот такой… след. Так что, да, он с легкостью мог сломать эту защиту, но хотел ли? Должен был, напомнил он самому себе. — Ты сможешь сделать это, — прошептал Сэм, вставая позади архангела. — Ты не один, — он верил в Габриэля.       Габриэль медленно кивнул головой, поднял правую руку и положил ладонь на дверь. Сначала под его пальцами появилось мягкое свечение, но затем оно распространилось на двери и ярко вспыхнуло. — Всё, — объявил он, теряясь в собственных чувствах.       Дин внимательно посмотрел на Каса. — Насколько сильной была защита? — Очень сильной, — задумавшись, ответил Кас. — Наверное, Габриэль восстановил часть своей силы.       Габриэль старался не слушать их. Он не хотел, чтобы они знали, в каких целях Асмодей использовал его благодать. Он толкнул дверь, но не вошел. Не смог. Он застыл в ужасе, увидев комнату, служившую ему тюрьмой долгих семь лет. — Я не могу сделать этого, — простонал Габриэль и беспомощно посмотрел на Сэма, — не заставляй меня. — Я никогда не заставлю тебя делать то, что ты не хочешь, — сказал Сэм. — Если ты не хочешь, я не принуждаю, — а если Сэм сделает это, то не сможет себе простить, — но я знаю, что ты сможешь. Я верю в тебя, но и ты должен верить в себя, — действуя инстинктивно, он взял левую руку Габриэля в свою и сплел их пальцы, — это твое решение.       Габриэль отвел взгляд и посмотрел на пол своей темницы. Асмодей часто бросал его на этот холодный камень и бил ногами до крови. Может, он сможет сделать один шаг — но не больше.       Сэм задержал дыхание, когда Габриэль сделал первый и самый важный шаг, и подошел ближе. — Ты сможешь, Гейб. Я знаю, ты сможешь.       Если бы Габриэль не был занят своими мыслями, он бы удивился прозвищу, которое ему успел дать Сэм. Но сейчас он боролся с самим собой, не позволяя себе утонуть в воспоминаниях. Да, он ступил на пол комнаты, которая заменяла ему дом на протяжении семи лет, и он уже почти выскочил обратно и захлопнул перед собой дверь… Единственное, что держало его на месте, была рука Сэма, крепко сжимающая его руку и аккуратно поглаживающая тыльную сторону ладони. — Здесь он держал меня, словно собаку…       Сэм поймал взгляд Габриэля и еле заметно вздрогнул перед тем, как взять ситуацию в свои руки. — Это в прошлом. Ты свободен. Асмодей мертв, и это в прошлом.       Проще сказать, чем сделать, подумал Габриэль, но вслух ничего не ответил. Он не хотел разочаровать Сэма, который из кожи вон лез, чтобы поддержать его. Но почувствовал, что проиграл. Что он мог сделать, находясь сейчас здесь? Да он еле заставлял свой разум держаться на плаву! — Где этот сукин сын мог хранить твою благодать? — Дин быстро оглядел комнату, включая бывшую клетку Габриэля, и не видел смысла продолжать стоять просто так. — Кас, ты мог бы… я не знаю… воззвать к ней? Или что-то вроде этого? — Кас кинул ему сожалеющий взгляд и опустил голову. — Ладно, забудь. Давайте перероем здесь все, — не тратя больше ни минуты, Дин начал проверять шкафы и серванты, и Кас тут же присоединился к нему.       Сэм встал перед Габриэлем, загораживая ему вид на клетку. — Где Асмодей хранил свои запасы? Ты хорошо его знаешь, — он ненавидел себя за то, что давил на эмоционально нестабильного архангела, но у него не было выбора. — Гейб, сосредоточься!       Габриэль вздрогнул и попытался избавиться от водопада эмоций, обрушившихся на него. Он проглотил комок, образовавшийся в горле, и постарался сосредоточиться, как просил Сэм. Он осмотрел комнату, и его взгляд упал на трон. — Асмодей любил сидеть здесь и злорадствовать. Это было его любимое занятие, — и это все, о чем смог думать Габриэль. — Трон. Что ж, вполне логично, — Сэму пришлось отпустить руку Габриэля. — Чувствуешь что-нибудь? Видишь что-то, что может привлечь твое внимание?       Табун мурашек пробежал вдоль позвоночника, когда Габриэль вспомнил, как самодовольный Асмодей унижал его. Перед глазами тут же встала картина, будто он снова здесь, лежит на полу весь в крови и Асмодей пытает его. — Габриэль, пожалуйста, — молил Сэм, подходя ближе. Он медленно приобнял дрожащего архангела одной рукой и поймал его взгляд. — Ты в безопасности со мной, помнишь? Я не оставлю тебя. А теперь сосредоточься. Если твоя благодать здесь, нам нужно найти ее.       Может быть, эти слова и помогли бы, если бы Габриэль прислушался к тому, что сказал ему Сэм: найти благодать, если она была здесь. Его колени дрожали, а ноги подкашивались, поэтому ему пришлось опереться рукой о трон. Но он не хотел делать этого! Неожиданно он почувствовал что-то. И это «что-то» упорно взывало к нему.       Дин поднял голову и увидел удивление на лице Габриэля. — Что-нибудь нашли? — Возможно, — Габриэль не был уверен. Может, это было просто эхо его сущности.       Сэм последовал за Габриэлем, когда тот зашел за трон. Вдруг золотистые глаза наполнились голубым светом, и Сэм задержал дыхание. Что-то определенно происходило. Рука Габриэля нависла над спинкой трона, и неожиданно открылся потайной ящичек. И первое, что увидел Сэм, было яркое голубое пламя. — Да, ты нашел ее! — это не могло быть ошибкой. Он насчитал пять сосудов с благодатью. — Что он нашел? — Дин подошел к Сэму и облегченно выдохнул, увидев сосуды. Первой мыслью было использовать всю найденную благодать, чтобы открыть портал столько раз, сколько им нужно будет. Но затем он одернул себя. Если он украдет эти сосуды и использует благодать Габриэля в своих целях, он будет ничем не лучше Асмодея. — Ты везунчик, — прошептал он, не особо надеясь, что Габриэль услышит его. Казалось, архангел пребывал в каком-то своем отдельном мирке.       Словно загипнотизированный, Габриэль протянул руку к сосудам, но услышав голос Дина, убрал ее. Архангел здесь был не один, и эти сосуды теперь принадлежали не ему.       Ангельский свет в его глазах потух, и он вернулся к реальности. Дин понял, в чем дело. — Сэмми, уговори его вернуть себе благодать, а мы с Касом постоим на шухере, — они не обсуждали, что будут делать, если найдут благодать Габриэля, но Дин знал, что для Сэма было только одно очевидное решение. Они не подорвут доверие Габриэля, добытое с огромным трудом. — Спасибо, — одними губами сказал Сэм, благодаря Дина за его решение. Он думал, что ему придется уговаривать брата и тот не согласится так просто.       Дин попросил Каса пойти с ним в коридор и кивнул, увидев одобрение в глазах Сэма. Да, это был единственный верный выход. Однако, он успел стащить шприц, которым Асмодей, видимо, выкачивал из Габриэля благодать. Возможно, они то же проделают над Люцифером. Должно было сработать.       Габриэль не мог поверить в то, что сказал Дин, и обернулся к Сэму, ища подтверждение в его глазах. — Ты уверен в этом? Как вы тогда найдете мать и Джека, если не используете мою благодать? — Мы найдем способ. Любой способ, — сказал Сэм. — Давай. Это твоя благодать — она принадлежит тебе. Так забери ее, — он удивился, что Габриэль не попросил его выйти с Дином и Касом. Этот момент должен был стать очень важным и личным для архангела. — Я могу выйти, если… — но Габриэль схватил его за руку и не позволил отвернуться. — Ты пообещал, — напомнил Габриэль. — Да, — кивнул Сэм, — я просто хотел дать тебе возможность побыть одному, — но все существо Габриэля умоляло Сэма остаться, — я останусь. Конечно, я останусь. — Спасибо, — рука архангела дрогнула, когда он взял первый сосуд, и ему пришлось остановиться, чтобы не разбить его. Он все еще не мог поверить, что это происходит с ним: его благодать вернется к нему. — Позволь мне помочь тебе, — попросил Сэм, наблюдая, как мелко дрожал Габриэль. Он взял сосуд и открыл его, протягивая архангелу. Голубая струя влилась в рот и нос Габриэля, и его глаза вновь засветились.       Габриэлю снова пришлось опереться о трон, чтобы не упасть. Это было поразительно. И оставалось еще четыре сосуда. Сколько раз Асмодей вытягивал у него благодать? Сколько же он потерял за все эти годы? — Давай еще раз, — Сэм открыл второй сосуд, наблюдая, как благодать Габриэля возвращается к архангелу. Слезы капали на грязный пол из этих прекрасных глаз, в которых смешался золотой и голубой, пытаясь взять верх друг над другом, и Сэм едва поборол желание стереть соленые дорожки с щек Габриэля. — Что случилось? Тебе нужно отдохнуть? — Нет, пожалуйста, продолжай, — ему необходимо было снова стать целым. Вспомнить, кто и что он.       И Сэм продолжил, как его просили, отдавая Габриэлю остатки благодати. Когда же все сосуды опустели, он посмотрел на архангела. Голубой свет заполнил его глаза, и странная вибрация прошла через тронный зал. — Гейб, что происходит? — Габриэль не ответил, и Сэм повернулся к Касу, ожидая от него ответа. — Он возвращает свою силу, — Кас подошел немного ближе. — Можно сказать, что его благодать возрастает до максимума, — и после небольшой паузы он добавил, — мы наблюдаем его перерождение.       Кас говорил это с благоговейным ужасом, что сказало много Сэму, и он отошел на пару шагов от Габриэля, а вибрация усилилась. Тени сформировались за спиной архангела, раскрывая огромные крылья, и это казалось Сэму самым прекрасным, что он когда-либо видел в своей жизни. Через несколько мгновений сущность Габриэля исчезла, оставляя после себя теплые голубые и золотые лучи, которые слились в архангельский меч. Старинные надписи вспыхнули на мече, и все исчезло. Перед ними вновь стоял Габриэль, немного уставший, но со счастливой улыбкой на лице. — Сэмми, дай мне руку… — Габриэль едва не упал, но Сэм успел его поймать. — Это было… выматывающе. Хоть кто-то должен был меня предупредить, — в его голосе действительно сквозила усталость. — Кто мог предположить? — поддразнил Сэм. — Мы никогда не проходили через такое, а ты, Кастиэль? — он кинул быстрый взгляд на ангела. — Нет, я никогда раньше не видел рождения архангелов. Я не думал, что перерождение возможно, — спокойно заявил Кас. Их план сработал. Силы Габриэля были восстановлены. И теперь архангел был в их команде — полностью вооруженный Архангел, исправил Кас сам себя. И у Габриэля был его меч, которым он мог убить не только Михаила, но и Люцифера, если понадобится.