Узнать цену за твою любовь

Настойчивая и такая надоедливая трель будильника прервала мой глубокий сон. Через силу мне пришлось открыть глаза и потянуться через всю кровать к тумбочке, чтобы одним движением вырубить это трезвонящее исчадие Ада. Как только моя рука коснулась одной из кнопочек электронных часов, звон тут же прекратился, и во всём доме воцарилась тишина. Шурша одеялом, я лёг обратно, на нагретое место и окунул лицо в руки. Сон уже улетучился, да и спать сейчас не время — нужно идти в офис, работать и весь день игнорировать подкаты Дэвида. Повалявшись в постели ещё около десяти-пятнадцати минут, я не без сожаления откинул одеяло на свободную половину огромной двуспальной кровати и встал. Босым ногам тут же стало не комфортно на голом паркет пола. — Надо бы купить ковёр,— сам себе посоветовал я. По правде сказать, я говорю это уже очень давно, с того самого момента, как приобрёл этот дом. В полной тишине я прошёл на кухню, включил газ и поставил на плиту чайник. И, пока греется вода, направился в ванную, включил свет и лицезрел себя в зеркале. Под глазами еле заметные синяки, на щеке розовый след от долгого лежания на подушке, русые волосы растрёпанны — причёска аля «после секса». Вот только последнего у меня не было уже года три из-за, как сказал бы Джеймс, моей привередливости. Включив кран и набрав полную пригоршню холодной воды, брызнул на лицо, взъерошил волосы и мокрыми руками прошёлся по шее — освежился называется. Взял зубную щётку из стаканчика на раковине, выдавил остатки пасты, сунул щётку в рот, а пустой тюбик выкинул. На кухне тонко засвистел чайник, и я, за пару секунд преодолев расстояние, выключил газ. Взял кружку из сушилки, насыпал растворимого кофе, залил кипятком и, по невнимательности своей, окунул туда зубную щётку. Постоял, подумал и вылил всё в раковину. Это только по телевизору забавно выглядит, а на самом деле ни разу не смешно. Кофе пришлось заваривать во второй раз, а щётку возвращать на место. Я сидел за столом, листал вчерашнюю газету и потягивал из кружки кофе, закусывая чуть подсохшим овсяным печеньем. Где-то в глубине дома тикали часы, возвещая о том, что время не стоит на месте, в мире держалась такая оглушительная тишина, которая бывает только рано утром, когда всё ещё спят. Вот за этим я и встаю так рано, чтобы побыть наедине с тишиной, наедине с миром, наедине с самим собой... Интересно, все омеги такие? Правильно Джеймс говорил: нужно иметь альфу под боком. Только мало таких, которые могли бы понять счастье раннего утра, как его понял я. Покончив с кофе, я отложил газету, вымыл чашку и пошёл в спальню. Там заправил постель, переоделся в офисную одежду, состоящую из классической белой рубашки, чёрных брюк и галстука. До работы есть ещё минут сорок, но я решил идти прямо сейчас — люблю прогуляться по пустым улицам, когда нет ни людей, ни машин, а есть только я и мир. Накинув пальто, я уже взялся за дверную ручку, когда в гостиной зазвонил телефон. Пришлось разуваться и идти отвечать. Я нажал «Принять вызов» и приложил трубку к уху. — Доброе утро, милый,— бодрый, но такой мягкий, тёплый и любимый мамин голос на том конце. — Доброе, мам,— улыбнулся я. — Милый, во сколько ты сегодня заканчиваешь? — В шесть, а что?— я сел на диван и расстегнул пальто. Время есть, так что я могу поговорить с мамой и не метаться потом по дому. — Мы с папой едем к тебе. Нам нужно кое-что тебе сообщить,— мама на минуту стала серьёзной, но потом вновь смягчилась.— Так ты встретишь нас? — Конечно. Так, стоп,— до меня только что дошло.— Вы на машине? — Да, милый,— как ни в чём не бывало отозвалась мама. Лишь сейчас я услышал в трубке шум ветра и недовольное бухтение отца. — Мам, вы из Небраски едете во Флориду? На машине?— от возмущения я встал с дивана и ходил по гостиной кругами. — Милый, чему ты удивляешься?— она искренне изумилась. — Мама, от Небраски до Флориды 1308 миль* на самолёте! Вы с ума сошли, это же так далеко, а тем более на машине! — Итан, твой отец — водитель со стажем, я его иногда подменяю, да и останавливаемся мы каждые три часа. Всё в порядке, мы будем сегодня вечером. — Ох, Боже,— выдохнул я в динамик. Нет, моя мама — самый упрямый человек на свете, её ничто не может переубедить.— Только аккуратнее, пожалуйста. Если что, сразу же звони мне или Оливеру. — Хорошо, милый. Удачи на работе. В трубке телефона послышались короткие гудки, я сбросил вызов, наконец сел на диван и зарылся пальцами в волосах. Всё же моя мама — безбашенный человек! Это ж нужно ехать так далеко, да ещё и на машине. Из дома я вышел через пять минут после телефонного разговора и быстрым шагом направился в офис. Нет, я не опаздывал, просто когда злишься или волнуешься, нужно куда-то направлять скопившуюся энергию. И сейчас я направил её на скорость ходьбы. — Итан,— сзади послышался знакомый голос, больше похожий на предсмертный хрип.— Итан, стой. Я обернулся и увидел, как ко мне, выбиваясь из сил, подбегает Джеймс. — Ты чего?— я остановился и терпеливо дождался друга. — Я тебе кричал, а ты не отзывался. — Прости, просто задумался и не услышал,— я пожал плечами, и мы продолжили путь вместе. Джеймс что-то говорил о вчерашнем вечере, о Томе, о сегодняшнем дне и Дэвиде, но я слушал вполуха, я думал о скором приезде родителей и о срочной новости, которую нужно рассказать непременно лично, а не по телефону. До офиса мы добрались довольно быстро, слились с толпой и зашли в здание. На лифте поднялись на отведённый нашему отделу двадцатый этаж и заняли свои обычные «углы». А дальше время до обеда прошло как по накатанной: пара подкатов от Хариса, копание в бумажках и вчерашнем отчёте, чай в компании коллеги, и вновь отчёт. Компания друга и, чего уж скрывать, начальника помогла мне расслабиться, отвлечься и не так волноваться за маму с папой. — Итан, обед,— из-за стенки выглянул Джеймс,— и можешь...— он вновь раскраснелся, и я всё понял без слов. Открыл ящик стола и, порывшись в нём, выудил пачку блокаторов, которые теперь, похоже, я покупаю для него, а не для себя. — Держи,— я запустил пачкой в парня и, наверное, попал бы в его бестолковый лоб, но Джеймс увернулся, и блокаторы прилетели в идущего мимо (надо же, какое совпадение!) Дэвида. Мой коллега ойкнул и опустил пятую точку в кресло. — Мистер Уолтон,— обратился шеф ко мне,— вы же знаете, как это вредно?— он потряс «снарядом».— Тем более, вы всегда можете обратиться за помощью ко мне. — Большое спасибо за заботу, мистер Харис,— я встал и решительно подошёл к нему, выдернул пачку из рук,— но я лучше обойдусь этим. — Как знаете,— фыркнул Дэвид и поспешил удалиться. — Балда,— я зло сверкнул глазами в сторону притихшего Джеймса. — Ну чего ты?— хохотнул парень.— Он же сказал: вы всегда можете обратиться ко мне,— передразнил начальника мой коллега и залился смехом. — Тьфу ты!— я тоже рассмеялся, и люди вокруг начали оборачиваться на двух беззаботно смеющихся омег, практически катающихся по полу в конвульсиях. — Ладно, пошли,— я первым успокоился и, дав таблетку Джеймсу, убрал пачку на место. До столовой мы шли весело: вспоминали глупое лицо Дэвида, обсуждали рожи наших коллег в то время, пока мы веселились. — Наконец-то ты улыбнулся,— парень посмотрел на меня. — А я был хмурым? — Да. Пока не запустил в меня блокаторами,— хитро сощурился он. — Ну прости. Просто мне вдруг захотелось это сделать,— признался я и шутливо толкнул его локтем в бок. После обеда мы вновь вернулись на свои рабочие места, и я взялся за документы. Телефон, лежавший где-то на столе, завибрировал, и я, подняв бумаги, нашёл его и посмотрел на экран. — Оливер?— прочитал я имя контакта. Что-то необычное: старший брат сам позвонил.— Слушаю,— я принял вызов. — Итан, ты меня слышишь?!— с той стороны раздался встревоженный голос, почти срывающийся на крик.— Итан?! — Ол, успокойся. Что случилось? — Слава Богу, ты цел. Там... там... — Что?— телефон выпал из моих рук, когда Оливер наконец сказал это... Сказал эти страшные слова, которые каждый боится однажды услышать... В то мгновение мир вокруг меня разом потускнел, разбился на множество маленьких осколков, жизнь перестала для меня существовать...