Узнать цену за твою любовь

В динамике телефона раздавались лишь короткие гудки, за стенкой моего «угла» разносилось монотонное жужжание сотрудников, шумели лампы под потолком, за окном стучал осенний дождь, выл ветер, наклоняя голые ветки деревьев к самой земле. Я сидел, вперив взгляд в одну точку — на стопку стикеров-самоклеек — но ничего не видел. Как сквозь сон, перед глазами мелькала та страшная картина, которую двумя словами задал мне Оливер. Папа сидел за рулём и не отрываясь смотрел на полотно дороги перед собой, лишь изредка отвлекаясь на табло бензина. Рядом с ним, на пассажирском сидении, сидела мама и, надев очки в тонкой оправе, развернула на коленях карту. Что-то мысленно считая, она выудила из кармана джинсовой юбки телефон и нашла в списке контактов мой номер. — Доброе утро, милый,— улыбнулась она, а в это время я был в своей квартире во Флориде, готовился к очередному рабочему дню в офисе и даже не подозревал, что случится через несколько часов. —... Всё в порядке, мы будем сегодня вечером... И о чём я только думал? Почему не остановился их тогда? Я мог взять отгул на работе и встретить их, плевать как я к ним доберусь, хоть пешком... Всё в порядке, мы будем сегодня вечером... Итан... Никто никогда не мог произнести моё имя с такой любовью и теплотой. Никто — ни отец, ни брат, ни мой первый парень... только мама... только ей удавалось вложить всю свою любовь, всю душу в одно слово... ...Итан... — Итан,— из-за перегородки показался Джеймс и озадаченно окинул меня взглядом,— Итан, ты чего? Итан... одно лишь это слово сейчас причиняет столько боли... — Итан,— вновь позвали меня, и сердце защемило. Я никогда, никогда больше не смогу услышать ту теплоту, ту заботу в голосе и в самом моём имени... Некому больше вкладывать в это слово свою любовь... Некому, потому что родителей больше нет... — Итан,— паутина, которой моё сознание так старательно оградилось от внешнего мира, спала, и я вновь очутился в суровой, нещадной реальности. В одно мгновение я встал с кресла и чуть ли не бегом кинулся в кабинет начальника. — Итан,— обеспокоенно позвал Джеймс, но я его не слушал, мне было плевать на всех. Сейчас куда важнее разобраться в происходящем. Не постучав, я пинком вышиб дверь в кабинет Хариса, там меня встретили полутьма комнаты и удивлённый взгляд отвлёкшегося от заполнения бумаг Дэвида. — Что-то не так, мистер Уолтон?— ухмыльнулся он и не спеша поднялся из-за стола. — Мне нужно срочно уйти,— выпалил я и угрожающе подошёл к письменному столу, в то время, как начальник поспешно обогнул предмет мебели и закрыл дверь, дабы оградиться от любопытных взглядов. — И куда же?— альфа улыбался так же приторно-сладко, подходя ближе и вжимая меня в стол. — Мне... нужно,— замялся я, сдерживая подступивший к горлу ком.— Это очень важно для меня. — Что случилось?— Харис в миг стал серьёзным. — Мои... мои родители,— я не выдержал, в глазах защипало, и говорить стало неимоверно тяжело,— ... они...— слёзы полились сами собой, руки беспомощно вцепились в пиджак Дэвида, и он неумело обнял меня, прижимая к груди. Я плакал, не сдерживаясь, крупные капли быстро впитывались в ткань, оставляя тёмные пятна, а альфа аккуратно гладил меня, чтобы хоть как-то успокоить. — Я отвезу тебя домой. Пошли,— он бережно отстранил меня и, взяв за руку, повёл к двери. — Но ведь... — Никаких но. Быстрым шагом, под непонимающие взгляды и перешёптывания коллег, Дэвид отвёл меня к лифту, а потом и на подземную стоянку нашего офиса, усадил на переднее сидение своей машины. Всё то время, что мы ехали до моего дома, Харис молчал и лишь пару раз украдкой взглянул на меня. В голове до сих пор эхом разносились слова мамы. Всё в порядке, мы будем сегодня вечером... Слёзы давно кончились, и я просто уставился в лобовое стекло невидящим взглядом, раз за разом прокручивая в голове одну лишь фразу. — Итан, мы приехали,— прозвучало сквозь толщу воды. Итан... Мне сейчас так противно это имя... Дэвид бесшумно вышел из машины, обогнул её и, открыв дверь с моей стороны, аккуратно взял меня на руки. Я не сопротивлялся, лишь перебирал пальцами воротник его пиджака. Открыв дом запасным ключом, начальник занёс меня в гостиную, усадил на диван, а сам отправился на кухню заваривать пустырник. Через несколько минут он принёс мне горячую чашку и хотел было идти, но я вцепился в его рукав. — Не уходи, пожалуйста,— Харис удивился, но всё же сел рядом, и я тут же прижался к нему. — Хочешь немного поспать?— он обнял меня за плечи, я слабо кивнул и, устроившись на его плече, уснул. Да, я ненавижу его дурацкие подкаты на работе, его подарки, меня раздражают его попытки завоевать или удивить меня, но сейчас мне нужна поддержка, мне нужно на кого-то положиться, и сейчас этот кто-то — Дэвид. Я проснулся только поздно вечером в своей постели в одной офисной рубашке и боксерах. В доме было темно и тихо, похоже, здесь только я. Сон постепенно уходил, и на более-менее свежую голову было куда легче понять случившееся, я откинул одеяло и, встав на пол, поплёлся на кухню. На обеденном столе лежала записка от Хариса, гласившая, что он навестит меня утром, и пачки каких-то успокоительных. Мозг до сих пор не принимал новость о смерти родителей, казалось, будто бы я всё ещё сплю, и мне снится кошмар. В темноте я выпил по таблетке из каждой пачки и вернулся в спальню, на прикроватной тумбочке нашёл свой мобильный и, разблокировав его, набрал Оливера. Брат почти сразу взял трубку. — Итан, ты как?— первое, что я услышал после двух длинных гудков. — Я дома, выпил успокоительные,— я устало опустился на постель, всё ещё хранящую моё тепло, и зажал голову руками. — Ты один? — Да. Меня начальник отвёз домой и уложил спать. Повисло молчание, где-то тикали часы, тихо гудел холодильник, а таблетки уже начали действовать, и оттого моё сознание помутилось, я был словно в бреду. — Тебе нужно вернуться,— наконец продолжил Оливер.— На похороны и... мама... хотела сказать тебе кое-что важное. Я ничего не ответил. Мне казалось всё это сном. Верно, это всё сон. Просто плохой сон. Я сейчас у себя дома, в постели, и через час, а может, и через несколько минут, прозвенит будильник, я проснусь и всё будет хорошо.... — Итан, ты слышишь меня?— брат выдернул меня из размышлений.— Я попрошу Джеймса придти утром, он посадит тебя на самолёт. Последние слова я слышал словно сквозь толстую стену, до меня долетали лишь обрывки фраз, но даже там я не пытался уловить суть. — Ладно,— блаженно ответил я, и моя рука, как будто сама, нажала отбой. Откинув телефон куда подальше, я рухнул на подушки и перевернулся на живот, вдыхая запах постельного белья. Успокоительные окончательно отключили мозг, и я провалился в глубокий сон.