Узнать цену за твою любовь

Часовая стрелка отсчитала положенное время, и работники офиса, объединяясь в небольшие группы по несколько человек, потянулись в столовую. Обычно Джеймс напоминает мне об обеде своим появлением из-за стенки, на которую наклеены разноцветные стикеры с «напоминалками», но не сегодня. Мне пришлось самому заглянуть к нему и обнаружить его пустое рабочее место, стопку бумаг и компьютер в спящем режиме. Наверное, обиделся и ушёл без меня. Джеймс, как ни странно, сидел в столовой за нашим столиком у окна, с двумя порциями нашего обычного заказа. Как только я подошёл ближе, он вскочил и рывком заставил меня сесть за столик, в самый угол, придвинул ко мне один поднос. — Давай рассказывай.— Потребовал он, загораживая мне единственный выход, словно я собирался сбегать. — И рассказывай обо всём, и о свадьбе, и о похоронах, и о том, что ты делал в кабинете Хариса. Обычно Джеймс тихий, не слишком общительный парень, прямо таки само воплощение понятия «Омега», как явления. Но иногда на него находит приступ целеустремленности, и против этого напора не может устоять даже Том, куда уж мне? Кажется, если ему однажды придёт в голову потребовать у нашего начальника прибавку к зарплате, тот, несмотря на то, что он альфа, не сможет отказать. Мне пришлось всё выложить, от и до — о похоронах, завещании, о долгах, о том, что меня ещё в детстве хотели отдать в богатую семью, о Картере и о предстоящей свадьбе. — Бедняжка,— чуть не плача, посочувствовал мне он после завершения моего рассказа.— Итан, почему ты им не сказал, что сам хочешь решать свою судьбу? Ты же им буквально продался! — Я этого не говорил... — Нет, но имел ввиду именно это. Сейчас же не Средние века в конце-то концов! Даже не смотря на то, что мы с тобой омеги и, по сути, должны безропотно следовать за мужем, повинуясь ему во всём, мы свободны. И никто не имеет право распоряжаться нашей судьбой и жизнью, кроме нас самих. — Джеймс, успокойся, пожалуйста. Я и сам решил, что так будет лучше. Да и Картер обещал под семь замков не запирать. — А этого типа тебе точно стоит опасаться! Я тебе обещаю, он покажет ещё свои "подводные камни", и ты пожалеешь, что ввязался в эту авантюру с уплатой долгов своей свободой. — Вот именно, что СВОЕЙ свободой. Так что это моё решение. Точнее, моё и Оливера, а так же моей семьи. И с тобой я не намерен это обсуждать. — Ну поплачешь ты ещё из-за этого горькими слезами, это я тебе обещаю. Джеймс наконец-то занялся своим уже остывшим обедом. Конечно, он парень иногда напористый, из-за справедливости под каток ляжет, этого ему не занимать. Хотя он в чём-то прав. Нет, он прав абсолютно во всём — я сам должен решать свою судьбу, сам бороться, а не плыть по течению жизни, идя на поводу обстоятельств. Но сейчас уже поздно что-то решать и пытаться переубедить Оливера, Джоша, и всех, кто уверен, что расплатиться с долгами родителей можно только моей свободой. А Картер... Господи, это же тот самый главгад, о которых написан не один десяток романов и мелодрам для заядлых домохозяев. Он в нашей сказке выступает в роли огнедышащего дракона, а я — в роли принцессы, заточённой в башне, которая должна томно вздыхать и сутки напролёт не спать, пока ждёт своего принца. Вот только жизнь — сказка с не всегда хорошим концом, принцесса не всегда встречает принца, дракон не всегда бывает побеждён, не всегда все счастливы. Порой, мы живём не с теми, с кем должны, и вполне убедительно лжём себе и окружающим, что всё в порядке, мы счастливы, мы находимся там, где должны, и с тем, с кем должны. — Всё, можно идти,— со своей обычной жизнерадостностью заявил Джеймс, поднимаясь и унося поднос. Я же почти ничего не съел, и, чтобы Джеймс не бубнил о моём плохом питании, просто пошвырялся в салате и скорее последовал за другом.

***

— Так, костюм мы тебе купим во Флориде: я знаю пару неплохих магазинчиков, сходим вместе, а потом я пришлю фотографию Джошу. У него определённо есть вкус, но помочь он сможет только так, ведь в Небраске ты задержишься всего лишь на несколько часов. В Англию мы втроём приедем за день до свадьбы, но ты, я думаю, там один пару дней продержишься... Мы с Джеймсом вместе шли по уже тёмной улице, он неустанно щебетал о моей предстоящей свадьбе, будто жених он, а не я. — Кстати, сколько хоть гостей планируете?— Джеймс замолчал, ожидая ответа. А ведь Картер мне совершенно ничего не говорил ни о церемонии, ни о будущей моей жизни. Он, конечно, обещал не изолировать меня от мира, и, логично будет предположить, что я буду жить вместе с мужем в его поместье за городом или в квартире в Лондоне. Но ведь моя свобода идёт в оплату долга, и, может, будет просто роспись, а дальше... меня пнут на все четыре стороны и, мол, денег дам — живи, как хочешь. — Итан, я с тобой разговариваю.— Рядом идущий Джеймс ощутимо ткнул меня пальцем в плечо. — Не знаю, мне бы не хотелось из обычной сделки раздувать невесть что. — Вообще-то,— Джеймс поправил спортивную сумку на плече,— Бенжамин Картер — бизнесмен, владелец крупной автомобильной компании в Англии. И ты всерьёз думаешь, что жёлтая пресса пропустит столь знаменательное событие? Престарелый, но завидный холостяк с толстым бумажников в кармане, огромным особняком под Лондоном, и стоящий на хорошем счету у Её Величества, решил жениться и на старости лет наконец-то обзавестись спутником жизни! Можешь мне поверить, на следующий день после вашей свадьбы даже самая захудалая и паршивая газетёнка будет пестрить вашими с ним фотографиями с кричащими заголовками. Мы прошли по огороженной, ярко освещённой аллее городского парка — машину ещё днём забрал Том, а прогуляться пешком полезно,— свернули у каменной беседки и вышли на главную улицу нашего города, где разноцветными огнями и привлекательными вывесками манили к себе различные магазины — от кафе до серьёзных и всегда мрачных магазинов с деловыми костюмами. — Ну давай, не кисни,— Джеймс свернул к одной из вывесок — небольшой фитнес клуб, куда он ходит каждую неделю. Он и меня туда звал, но, в отличие от него, я устаю после работы и от подкатов Хариса, чтобы потом ещё тащиться куда-то.— Надеюсь, ты не разбирал чемодан после Небраски? В субботу мы с тобой уезжаем,— Джеймс улыбнулся и, звякнув колокольчиком над дверью, скрылся в помещении. Как ни крути, а ведь Джеймс прав. Вряд ли газеты обойдут стороной свадьбу бизнесмена. Тем более, не в самом расцвете сил. Тем более, с богатством, как у Картера. Джеймс бесконечно прав: поплачу я ещё из-за этой сделки горькими слезами.

***

— Так, ну-ка, повернись,— на следующий день, вопреки моим протестам, освободившись пораньше, мы с Джеймсом пошли по магазинам. Начали мы с самого дорогого и популярного свадебного салона, ведь, как выразился Джеймс, «Картер платит — с него не убудет». Бурча себе под нос самые последние слова, я стал медленно поворачиваться против часовой стрелки, а Джеймс критично меня разглядывал, сидя на белом кожаном диване. — Вот, видите,— он, довольный собой, ткнул в огромный бант у меня за спиной. Хрупкий омежка-консультант от этих криков чуть не выронил планшет с бумагами и из-под очков взглянул на не понравившийся и чем-то насоливший Джеймсу шёлковый бант. — А что не так?— спросил омега, оглядываясь на моего друга. — Бант шёлковый, понимаете?— Джеймс поднял руку, согнутую в локте, и изобразил скрюченную куриную лапу.— Он ШЁЛКОВЫЙ. Итан настолько криворукий, что сумеет поставить на него затяжку, если не во время церемонии, то в первые пять минут после неё. — Ну спасибо... — На правду не обижаются,— фыркнул он и тут же кивнул мне,— давай следующий. Я вздохнул, но спорить с ним — себе дороже. Я отправился в примерочную, на ходу развязывая шнуровку на груди и стаскивая пиджак. У длинных, плотных портьер, отделяющих друг от друга зеркала и напольные вешалки, стоял низкий, деревянный столик, а на нём, сваленные кучей, свадебные белые костюмы для омег. Взяв самое первое, что попалось под руку, я устало задёрнул шторку примерочной и переоделся. Это было самое адекватное, что я примерял сегодня. Без бантов, рюшечек, складок, блёсток и всей той чепухи, которая, по мнению производителей, должна была понравиться клиентам. Пиджак и брюки кремового цвета, простого кроя, но выгодно подчёркивающие мои достоинства и скрывающие недостатки фигуры. Под костюмом — белая рубашка и аккуратный галстук, тоже кремовый, с белой кромкой с боков. Комплект дополняла позолоченная брошь в виде бабочки с ажурными крыльями и белым, мутным камешком по середине. Выглядит просто, но дорого и со вкусом. Впервые за сегодня я без стыда вышел из примерочной, и Джеймс тут же оценил мой случайный выбор. — Ну вот, это тебе очень даже идёт.— Он одобрительно обошёл меня вокруг, поправил воротник, стряхнул невидимую пылинку с моего плеча. — Очень идёт,— поддакнул омега-консультант.— Будете брать? — Будем,— кивнул за меня Джеймс.